Катя (СИ)

— А, то есть работа у тебя есть? Уже хорошо, — обрадовался Кортес. — А жить есть где? Тебе надо найти себе комнатку. Некоторые сдают комнату в доме, в подвале или на чердаке. Это не дорого. Понимаешь?

— Да, — кивнула Катя. — А где…. смотреть… Искать… Комната… комнаты… Черт, — выругалась она от того что не в состоянии нормально задать вопрос. — Где можно узнать о сдаче таких комнат, — перевела она вопрос через переводчик.

— Надо обратиться к риэлтору или смотреть объявления, — пояснил Кортес. — Только будь осторожна, не подселяйся к мужчинам и в совсем плохие районы. И к мужу больше не ходи. Совсем не ходи, поняла?

— Поняла, — Катя тяжело вздохнула.

— Где ты живешь сейчас? — спросил Кортес.

— Тут, — Кейт показала визитку своего мотеля.

— Плохое место, — покачал головой полицейский. — Ищи скорее другое жилье. И удачи тебе.

— Спасибо, — кивнула Катя и встала. — Большое спасибо.

— К мужу не подходи, — напомнил Кортес и помахал девушке на прощание рукой.

Катя помахала в ответ и пошла в сторону метро. Полицейский смотрел ей в след.

— Что понравилась? — спросил кто-то из коллег парня.

— Жалко мне ее, — вздохнул Кортес. — Муж ее сука последняя.

— Да ладно тебе, ты о чем ничего не знаешь.

— Я знаю что он выставил жену, которая языка толком не знает на улицу, — возразил Кортес.

— Может она ему изменяла.

— Тогда отправил бы ее домой или хотя бы объяснил за что выгнал. Она же не понимает. Правда не понимает. Смотрит несчастными собачьими глазами и все спрашивает «почему»?

— Это не наше дело, — заявил приятель Кортеса. — Пошли, перекусим, пока очередного вызова нет.

— Пошли, — Кортес посмотрел на улицу, на которой уже не было Екатерины Уолкер.

Вернувшись в мотель, Катя села посчитать свои ресурсы. Положение было весьма плачевное. Ей придется очень сильно экономить, чтобы хоть как-то выжить. Наверное, тот полицейский прав, ей надо найти другое жилье. Может быть поближе к работе, чтобы не тратить так много на транспорт. Знать бы еще как это жилье искать. До сих пор снимать квартиру самостоятельно Кате никогда не приходилось. Дома она жила с родителями, а тут, вопросам жилья занимался Дэн. Да, квартиры они смотрели вместе, но все переговоры с риэлтором вел Даниэль. Надо будет завтра не забыть спросить на работе в каких газетах есть объявления о сдаче комнат. Целую квартиру одна она, точно, не потянет. По-хорошему, другую бы работу найти, мелькнула мысль, но Катя тут же отогнала ее прочь. Ей было страшно так много менять. Ей вообще было страшно. Страшно и непонятно почему ее прекрасная жизнь вдруг вот так в одну секунду стала такой ужасной. Что произошло? И спросить ведь не у кого. К Дэну ей больше приближаться нельзя, но кто тогда еще может ей хоть что-то объяснить? Родители Дэна. Точно, — Катя бросилась к телефону и, дрожащими руками нашла в контактах номер Жаклин и Оливера Уолкеров. Катя почему-то думала что ей не ответят, так же как не отвечал Дэн, но на этот звонок ответили.

— Алло.

— Добрый вечер, Оливер, — трубку взял ее свекор. — Это Кейт. Я не очень поздно? — Катя вдруг вспомнила что Жаклин и Оливер живут в другом штате и время там другое.

— Не очень, — голос у мужчины был неуверенным. Было понятно что звонок ему неприятен, но воспитание не позволяет послать позвонившую к черту.

— Оливер, я…., — тут Катя напрочь забыла как спросить то что она хотела спросить. — Дэн говорил с вами? О нас.

— Да.

— Мне он не разговаривать. Я не знаю что случилось. Он звонить в полицию, когда я пришла. Я не понимаю, — затараторила Катя.

— Кейт, — остановил ее Оливер. — Мне очень жаль, но это ваши с Дэном дела. Извини.

— Оливер, пожалуйста, — Катя заплакала. — Я не понимаю. Я люблю Дэна. Почему.

— Не звони нам больше, Кейт. Пожалуйста. Прости, — мужчина повесил трубку и прислонился к стене, закрыв глаза. У него снова заныло сердце. И не то чтобы ему очень нравилась жена его сына, она русская, а Оливер всю свою жизнь прослужил в армии в противовоздушной обороне и для него русские всегда были потенциальными врагами. С Кейт он познакомился на свадьбе Дэна, и вроде она была милой девочкой. Стеснялась, очень старалась понравиться ему и Жаклин, привезла им подарки из России. Хорошие, кстати, подарки, Жаклин с огромным удовольствием носит тот платок, что Кейт подарила. И они с женой только смирились с тем что их невестка русская. Дэн убеждал что он счастлив, что они с Кейт любят друг друга, что она лучшая девушка на свете. И тут на тебе. Три дня назад он позвонил и заявил что они разводятся. Почему Дэн толком не объяснил, сказал только что он так решил. И вот теперь позвонила Кейт. Неужели ей он тоже ничего не объяснил? Оливер решительно набрал номер сына.

— Даниэль, мне только что звонила твоя жена, — начал он, опустив приветствия.

— Зачем? — спросил Дэн.

— Я так понял она хотела узнать почему ты ее оставил. Ты что не сказал ей ничего?

— Пап, я взрослый человек, мы сами разберемся. Если она будет надоедать вам, обратись в полицию.

— Ты уже обращался? — понял Оливер. — Дэн, я хочу знать что происходит.

— Папа, это мое дело, — сердито ответил Дэн. — Я взрослый…

— Я уже слышал про то что ты взрослый, — перебил сына Оливер. — Но мы семья и я хотел бы знать что сказать твоей матери. Сначала ты женишься на женщине с которой познакомился в интернете, потом внезапно разводишься с ней. Это не поведение взрослого человека.

— Я просто ошибся. Ты был прав, мне не следовало на ней жениться.

— Почему? Что произошло? Дэн, объясни. Я волнуюсь за тебя. Она что-то сделала? Она изменяла тебе?

— Она аферистка, — нехотя выдавил Дэн. — Ей нужно было только гражданство и деньги. Они все такие.

— Кто они? — не понял Оливер.

— Не важно. Но теперь мы разводимся, скоро все это закончится. Тебе больше не придется краснеть перед соседями, рассказывая что у тебя русская невестка. Все, пап, мне пора. Пока, — Дэн отключился.

— Что ж у вас там происходит? — Оливер поморщился, сердце давало о себе знать еще сильнее. Он добрел до кухни и нашел свое лекарство. Только бы Жаклин не заметила что ему плохо, а то волноваться начнет, потребует к врачу пойти. Врачей Оливер Уолкер не любил почти так же как и русских.

* * *

Следующие две недели Катя не жила, а просто существовала, она просто не могла принять тот факт что ее жизнь рухнула, а что хуже всего, она не понимала почему все пошло наперекосяк. Коллеги помогли ей с новым жильем, и теперь Катя жила в крохотной подвальной комнатке без окон у пожилой лежи. Леди эта была довольно навязчивой и все время лезла проверять в порядке ли Катя содержит ее жилье, и поэтому девушка старалась как можно меньше времени находиться дома. Она приходила туда только ночевать, хватаясь за любые подработки, которые ей мог предложить магазин. Она мыла окна, заменяя заболевшего уборщика, подменяла фасовщиков, сидела с детьми коллег вечерами. Ей надо было продержаться до тех пор пока Дэн не одумается и все не станет как прежде.

Катя заменяла уборщика вот уже третий день и сегодня ей поручили мытье кабинетов руководства. Девушка работала очень старательно, ей необходимо было чтоб ею остались довольны. Тогда ей дадут подработать снова, если появится необходимость в работниках, и она выметала пыль из самых тяжело доступных уголков кабинетов и намывала полы до блеска.

— Кейт? — вошедший в свой кабинет в неурочное время Билл Тогс никак не ожидал увидеть там жену своего друга Дэна. — Ты что тут делаешь?

— Убираюсь. Я все. Около. Сколько. Я мою пол…

— Ты же не уборщик, — растерянно проговорил Билл

— Уборщик заболел. Я… работать, — Катя не знала как сказать «я временная замена». — Мне надо работа.

— Ладно, — Билл взял со стола нужные ему бумаги. — Пока.

— Билл, — окликнула Кейт. — Билл, ты знаешь что случилось? Я и Дэн? Почему он, — тут она снова запнулась не находя слов. — Почему он хочет развод.

— Кейт, это ваши дела, — поморщился Билл. — Не вмешивай меня в это. Дэн мой друг.

— Я знаю. Но я не знаю почему он меня не хочет. Он не разговаривать с я. Со мной, — поправилась она.

— Это ваши проблемы, — снова ответил Билл, он уже собирался уйти, но потом остановился и повернулся. — И, Кейт, будет лучше если ты уволишься.

— Что? — Катя поняла о чем ей сказали, но не поверила тому что слышала.

— Тебе нельзя тут работать.

— Но почему? Билл, я хорошо работаю. Мне надо работа. Я умру без работы. Я буду платить за квартиру и еду. Как я буду платить за все?

— Это не мои проблемы, — отрезал Билл и поспешно ушел.

— Господи, — Катя опустилась на колени на пол. — Господи, за что? Что я тебе сделала? За что ты меня так наказываешь? — девушка очень старалась не рыдать, но слез было уже не сдержать. Она ведь только стала думать что все как-то налаживается и вот на тебе, у нее в очередной раз выбивают почву из под ног. Все еще плача, Кейт домыла полы в кабинете Билла и побежала домой к своей начальнице Джули.

Джули жила недалеко от мегамаркета и как-то приглашала коллег к себе на день рождения. Кейт помнила адрес.

Женщина очень удивилась когда увидела у своей двери Кейт и долга пыталась успокоить ту, чтобы хотя бы понять что произошло. Катя плакала, задыхалась и никак не могла объяснить что случилось. Муж Джули недовольно поглядывал на гостью и поджимал губы, но пока молчал.

— Кейт, ради бога, — не выдержала наконец женщина. — Или успокойся и расскажи что случилось или уходи. Ты пугаешь мою семью.

— Джули, он сказал, я должна уйти, — завыла снова Катя.

— Кейт, твой муж выгнал тебя давно. Успокойся.

— Не Дэн. Билл. Билл Тогс. Он дал мне работу. Он сказал я уйди. Он друг Дэна.

— Господи, — теперь Джули поняла что произошло. — Так не реви, — прикрикнула она на Кейт. — На, — она протянула девушке бумажную салфетку. — Выпей, — на стол встал стакан с водой. — Смотри на меня. Билл Тогс не может просто так тебя уволить. Ты хороший работник, ты молодец. Понимаешь меня?

Катя кивнула.

— Ты не обязана уходить только потому что он этого хочет. Понимаешь? Ты будешь работать как работала. И не реви. Слышишь меня? Хватит реветь.

— Мне плохо Джули. Все плохо. Я первая. Нет, одна. Черт. Дэн сказал уходи. Биилл сказал уходи. Все уходи. Почему?

— Они идиоты. Оба, — уверенно заявила Джули. — А сейчас, прости, но мне тоже придется попросить тебя уйти. Мой муж много работает и сильно устает, он не любит гостей. Прости.

— Да, — Катя допила воду и высморкалась. — Прости меня. Я не знать зачем идти. У меня нет друзей, только друзья Дэна.

— Я понимаю, — Джули кивнула. — Прости, но он мой муж.

— Я понимаю. Да. Извини, — Катя подошла к входной двери. — Извините меня, мистер Уайт, — попросила она громко и ушла.

Катю уволили через неделю. Магазин объявил о сокращении штата, и Кейт была первой в списке сокращенных.

— Кейт, я билась за тебя, — виновато говорила Джули, пришедшая проводить сотрудницу. — Я доказывала что есть работники хуже тебя, но они уперлись в твой плохой английский. Прости, я больше ничего не могу сделать.

— Спасибо, — Катя вымученно улыбнулась Джули. — Про все спасибо.

— За все, — поправил девушку кто-то.

— Да заткнись ты, — шикнула Джули. — Кейт, ты не отчаивайся. Подай заявление на пособие, оно небольшое, но тебе будет на что жить, пока ты не найдешь другой работы. У тебя все будет хорошо, слышишь? Я молюсь за тебя, Господь тебя не оставит.

— Спасибо, — снова заставила себя улыбнуться Катя. Она старалась оставаться спокойной, но отчаяние у нее в душе сменялось злостью.

Дома, в России, она всегда возмущалась когда людей несправедливо увольняли, освобождая место «своему» человеку. Ей казалось, что в других «нормальных» странах такого произойти не может. Что тут есть справедливость. И где же эта гребанная справедливость теперь? Сначала ее непонятно почему вышвыривает из дома муж, теперь друг мужа, прикрываясь сокращением, оставляет ее без средств к существованию. А она, как последняя овца, все терпит, унижается, пытается быть хорошей девочкой.

— Минутку, — Катя достала из своего стола большой желтый конверт. Она уронила его у двери квартиры Дэна, когда ее забирала оттуда полиция, но на следующий день курьер принес его снова. Катя больше не решилась открыть конверт, и он так и лежал у нее в столе на работе. Сейчас она взяла этот конверт и стремительно пошла на часть руководства.

— Кейт, нет, — Джули слишком поздно поняла что задумала девушка.

— Ты сукин сын, — заявила Кейт Биллу Тогсу, ворвавшись в зал для переговоров, где было почти все руководство мегамаркета. — Ты плохой. Ты злой. Я хорошо работать. Ты сукин сын, — Катя хотела бы выругаться иначе, но ругательств в ее лексиконе было не много. Даже сукина сына она только в лифте запомнила. — Ты и Дэн идиоты. Засунь это в задницу, — Катя бросила в Билла конверт с документами. — Я не рисовать их.

— Простите, — Джули ворвалась в зал и силой выволокла оттуда Кейт. — Ты спятила? Ты что творишь? — накинулась она на девушку. — Тебя же посадить могут. Тебе мало одного привода в полицию? Зачем ты сюда пошла.

— Он идиот. Билл.

— Конечно идиот, но так-то зачем? — Джули не стала дожидаться лифта и потащила Кейт вниз по лестнице. — Теперь на рекомендации можешь не рассчитывать. Забирай свои вещи и уходи. Быстро. И никогда больше не возвращайся.

— Хорошо, — кивнула Катя. Слова о рекомендациях она просто не поняла и потому не особо расстроилась. Огорчало ее разве только то что Джули на нее злится, неприятностей для Джули она не хотела.

— Прости меня, Джули, — попросила Кейт, уже уходя. — Спасибо и прости, — она побрела к остановке автобуса, доехала до дома и там остаток дня пролежала в кровати.

Утром, на работу идти было не надо, но Катя, как назло, проснулась в семь утра и больше не смогла заснуть. Хозяйка, заметив квартирантку в неурочное время дома, стала задавать вопросы, и Катя предпочла уйти. Она долго просто бесцельно ходила по городу, все прокручивая в голове происходящее. Эти мысли приводили ее во все большее отчаяние. Но к отчаянию сейчас стала примешиваться злость. Катя уже решила наплевав на все пойти к Дэну на работу, прорваться внутрь и заставить его все таки объяснить ей за что он с ней так поступил. Он вызовет полицию, ну и пусть, может быть ее тогда депортируют. Сама она денег на билет никогда не наберет, а тут хоть дорогу Америка оплатит. Если конечно депортируют, мелькнула предательская мысль, разогнавшая всю уверенность. — А если посадят?

С неба закапал дождь. Зонтика у Кати с собой не было. Она огляделась в поисках магазина или еще какого-нибудь места, где можно было бы переждать дождь, и увидела церковь.

В храме было тихо и пусто. Катя перекрестилась и смутилась. Это же наверняка не православная церковь, можно ли тут креститься так как она это делает. Вдруг это богохульство? Хотя бог-то вроде один. Наверное, ему все равно как люди крестятся. Девушка присела на скамейку и поставила сложенные руки на спинку впередистоящего сиденья, а потом уперлась в руки лбом. Это было совсем не по православному, но так обычно молятся люди в кино. Катя не пыталась подражать фильмам, это вышло как-то само собой. Да и не молиться она хотела. Что толку молиться? Господь все равно оставил ее. Иначе как объяснить то что происходит? И он, как и все остальные, тоже не собирался объяснять почему жизнь Кати полетела ко всем чертям.

— Идите вы все к дьяволу, — прошипела Катя и откинулась к спинке скамьи.

— У тебя случилась беда? — Катя только теперь заметила священника у алтаря.

— Нет, простите, — девушка встала и направилась к выходу, но там вместо мелкого дождичка бушевал ливень.

— Там дождь, — священник догнал «гостью». — Ты можешь побыть тут. Мы можем не говорить, если ты не хочешь, но, мне кажется, с тобой случилась беда, и Господь привел тебя сюда.

— Господу нет до меня дела, — по-русски бросила Катя.

— Ты из России? — тоже по-русски, правда, с сильным акцентом спросил священник. — А я родился в Польше. Русский язык я учил в школе. Оказывается, я еще его помню, — он искренне улыбнулся. — Хочешь чаю? — спросил он по-русски. — На улице дождь.

— Хочу, — Катя была рада услышать родную речь, она даже не подозревала насколько ей ее не хватало.

За чаем она рассказала отцу Мареку все-все что с ней произошло. Катя плакала, Марек утешал, убеждал что испытания даются Господом не просто так. Дать Кате новую работу он не мог, но зато рассказал что его прихожане ежедневно раздают бесплатные обеды для бедных.