Катя (СИ)

Варвара Лунная

Катя

Ночной мотылек громко бился в стекло, его манил луч фонаря, горевшего на улице, и мотылек рвался и рвался на свет, не в силах преодолеть невидимую преграду. Устав, мотылек падал на обшарпанный подоконник, сидел на нем некоторое время, а потом снова принимался биться, заставляя обитательницу этой комнаты мотеля вздрагивать.

За стеной номера вдруг что-то застучало, стук был равномерный и все никак не заканчивался, потом послышался женский стон, мужское рычание и стук затих. На время.

Хозяйка комнаты некоторое время смотрела на стену, будто ожидая продолжения, а потом моргнула, разгоняя оцепенение, и взяла с тумбочки телефон.

— Возьми трубку, пожалуйста, — умоляюще попросила девушка. — Прошу тебя. Возьми. Я знаю что ты дома, — но тот, кому она звонила трубку не взял, снова включился автоответчик.

— Дэн, это снова Кэйт. Катя. Позвони мне пожалуйста. Это важно. Позвони, — она сбросила вызов и отбросила телефон на кровать, а потом зажала рот рукой.

Это просто фильм ужасов какой-то. Или триллер.

Еще утром, все было так хорошо, она встала, приготовила мужу завтрак. Они смеялись. Или ей только казалось что смеялись? Дэн ведь уже давно странным был, задумчивым. На ее шутки улыбался скорее дежурно. Точно, она ведь все утро из кожи вон лезла чтобы заставить его улыбнуться. А вечером, за пять минут до окончания рабочего дня пришел курьер и передал ей большой желтый конверт. В конверте были документы о разводе. Кейт даже не сразу поняла что это, ее английский был еще не настолько хорош чтобы суметь прочесть такой сложный документ. Но коллеги подтвердили что ее электронный переводчик не ошибся и это действительно бумаги на развод. Они хлопали ее по плечу, выражали сочувствие, но Кейт лишь растерянно улыбалась. Это просто не могло быть правдой, это какая-то ошибка. Но документы, к сожалению, ошибкой не были, а них говорилась что брак Даниэля Уолкера и Екатерины Уолкер расторгнут по соглашению сторон.

Тогда Катя решила что это просто шутка. Глупая, жестокая, но шутка. Потому что ну не может это быть правдой. С чего бы Дэн вдруг решил с ней развестись? Они женаты всего пол года и за эти шесть месяцев, точнее шесть месяцев и две недели, ни разу не поругались. У них же все хорошо. А может быть это просто проверка? Или…. Катя не знала что еще можно придумать, но была уверена, что сейчас приедет домой, покажет документы мужу и он скажет что все это чушь. Она просто таки видела его удивленное лицо. Конечно это не он, он никогда бы так не поступил.

Катя впервые за все время взяла с работы такси. Обычно она предпочитала экономить и ездить на метро, но сегодня ей хотелось как можно быстрее оказаться дома и услышать от мужа подтверждение того что документы просто подделка. Но поговорить с Дэном ей не удалось. Около дверей квартиры стояли ее чемоданы. Замок в двери был заменен, и сколько Катя не звонила в дверь, сколько не стучала, ей не открыли. На шум стали выглядывать соседи и пригрозили вызвать полицию и только тогда Кейт ушла.

Этот мотель ей посоветовал русский таксист, тормознувший около плачущей девушки с вещами. Он выслушал, посочувствовал и даже денег с Кати не взял. Привезя девушку в мотель, таксист помог ей затащить вещи в номер, посоветовал держаться и ушел. Но за что ей держаться? За кого? Ни в городе, ни в стране у Кати не было никого кроме Дэна.

Они познакомились полтора года назад на форуме Икеи. Катя сама не знала с какого бодуна она полезна на англоязычный форум. Вернее она полезла туда в поисках отзыва на диван с каким-то совершенно дурацким названием, но потом влезла в спор на форуме. На чужом языке. Да она вообще редко когда встревала в чужие споры, а тут…. Так и познакомились. Дэна веселил английский Кати и то как ее сообщения переводит электронный переводчик. Но постепенно выяснилось что кроме любви к Икее и них очень много общего. Они оба любили космическую фантастику и читали одни и те же книги, им нравились одни и те же фильмы и даже одни и те же герои и медийные личности вызывали неприятие.

Как раз в то же время подруга Кати Женя убедила ее подать заявление на Грин карту, просто за компанию, все равно им не выиграть, но Кате повезло и через шесть месяцев ей пришло сообщение о том что она может поехать жить в США. Роман с Дэном в это время был в самом разгаре, Катя была влюблена и счастлива. Но все же не настолько чтобы все бросить ради виртуального друга. Дэн немного помог с деньгами на билеты, и Катя слетала к нему в отпуск. Личная встреча развеяла все сомнения, они были просто созданы друг для друга. Было решено что проще всего будет если Катя приедет в Штаты по Грин карте, а не по визе невесты. А когда она приедет, они поженятся.

Долгие шесть месяцев Катя собирала справки, пыталась доказать родным что ее отъезд в Штаты это не предательство Родины и семьи, а просто жизнь. Ну вот вышло так, что ее судьба, ее половинка живет на другом конце света. И все, буквально все намекало на то что ей надо ехать. Во-первых, их знакомство, во-вторых, грин карта, все просто подталкивало влюбленных друг к другу. Катя верила в знаки судьбы и была намерена во чтобы то ни стало быть счастливой. И ведь все получилось. Она выдержала все проверки, все бюрократические проволочки, она даже мать с отцом убедила что ее отъезд это не конец света. И приехала, и они поженились, и были счастливы.

Да, жили они не богато, Дэн не был миллионером, но разве это мешает счастью? Один из друзей Даниэля устроил Катю в большой мегамаркет, где Катя целый день заводила циферки с товаров в компьютер. Тут хорошего знания английского было не нужно. А в свободные дни Катя занималась, стараясь подтянуть английский. На третий месяц их брака Дэн сделал ей подарок, оплатил хорошие, сильные курсы языка для вновь прибывших. Это был просто шикарный подарок. На этих курсах за месяц Катя добилась большего чем за три месяца самостоятельного изучения. Сам Дэн, увы, был никудышным учителем английского. Почти все их уроки заканчивались поцелуями, переходящими в бурный секс. Но Катя не возражала, ей нравились такие уроки. Только с мужем, само собой. Она любила Дэна. И они были счастливы.

Дэн и Кейт, как он ее называл, ждали окончания стажировки Даниэля в крупном банке. Были все шансы что по ее окончании Дэну предложат место в штате, а это уже совсем другая зарплата и другие обязанности. Тогда можно было бы подумать о ребенке. Дэн хотел ребенка и даже не одного. Мальчика и девочку. А Катя хотела девочку и мальчика. Ну разве это не чудо, когда люди хотят одного и того же. Надо было только дождаться окончания стажировки. Катя даже готовила мужу подарок к этому дню. Скромный, но ему должно было понравиться. Она умудрилась найти и заказать одно из первых изданий комикса про Супермена, Дэн до сих пор хранил детское собрание комиксов о нем. Все остальные выбросил, а вот Супермена не смог. Именно первых частей в его коллекции как раз не хватало и Катя была невероятно рада тому что сможет удивить мужа.

И вот теперь все так нелепо закончилось. Но почему? Катя не понимала. Она снова набрала номер мужа, но снова включился автоответчик, и девушка сбросила вызов. Там и так уже полсотни ее просьб перезвонить. Катя была словно в каком-то стопоре из которого ее вырывал резкий звук снаружи или неугомонный мотылек. И тогда она снова бралась за телефон и снова и снова набирала номер мужа и умоляла его позвонить и поговорить с ней.

Утром на работе Кейт казалось что на нее все смотрят. Хотя она и сама бы на себя пялилась, не будь она собой. Выглядела Катя просто ужасно. Она почти не спала, много плакала, к тому же у нее началась аллергия на что-то и к красным опухшим глазам добавился еще и сильнейший насморк.

— Кейт, ты бы поела, — около Кати присела старшая смены совершенно тощая негритянка Джули. — Остановись, — она убрала руки девушки от клавиатуры. — Это не поможет. Мне жаль что с тобой это произошло.

— Я в порядке, — Катя достала из кармана очередную пачку одноразовых платков и высморкалась. — Прости, аллергия.

— Выпей таблетку.

— У меня нет. Это аллергия. Я все в порядке, — иногда, особенно при сильном волнении Катя начинала путать правила и речь у нее получалась не совсем связная, но коллеги, многие из которых, как и она, были иммигрантами, Катю прекрасно понимали. Джули тоже понимала, потому что вот уже десяток лет работала с такими сотрудниками. — Это… Аллергия. Я буду хорошо. Завтра.

— Кейт, — Джули вздохнула. — Что сказал твой муж? По поводу развода.

— Он не сказал, — Катя затравленно посмотрела на женщину. — Я звонила. Он не отвечает мне. Очень, — Катя хотела сказать «совсем», но забыла слово. — Джули, это плохо. Так плохо делать. Я его жена. Он мой муж. Я люблю Дэна. И Дэн любит я… меня, — поправилась она.

— Я не знаю что тебе сказать, Кейт, — покачала головой женщина. — Мне жаль.

— Спасибо, — кивнула Катя. — Я работа. Я…, — она зажмурилась, ругая себя за тупость, элементарная же фраза «Мне надо работать», а она сказать не может.

— Работай, — кивнула Джули и пошла проверять других сотрудников.

С работы Кейт отпросилась на часок пораньше и поспешила к банку, где работал Дэн. Внутрь ее не пустили, у охраны было специальное предупреждение и Катя решила во что бы то ни стало дождаться Дэна у входа. Но, когда рабочий день закончился, он не вышел.

— Все уже ушли, — сообщил девушке уборщик индиец.

— Совсем все?

— Да.

— Тут есть второй вход?

— И не один, — подтвердил уборщик.

— Спасибо, — Катя опустила голову.

Она не могла поверить что все что происходит правда, но отрицать это было уже невозможно. Сначала документы на развод, потом вещи у двери и сменённые замки в их квартире. Дэн так и не перезвонил и ни разу не взял трубку, хотя Катя и сегодня позвонила раз двадцать, не меньше. И вот теперь это. Он ее избегает.

— Черта с два, — девушка сжала зубы и подняла руку чтобы поймать такси, но потом передумала и побежала к метро.

В окнах их квартиры горел свет, значит Дэн дома. И он с ней поговорит. Катя решительно поднялась на свой этаж и нажала кнопку звонка. Она слышала шаги за дверь, видела что Дэн смотрит в глазок, но дверь открывать он почему-то не спешил.

— Дэн, открой, — попросила Кейт. — Нам надо поговорить.

— Уходи, — раздалось из-за двери. — Подпиши документы и уходи.

— Почему? — закричала Кейт. — Открой. Мы говорить. Так плохо. Я люблю тебя. Я хочу знать что случилось.

— Уходи, — снова повтори Дэн через дверь и отошел в глубь квартиры.

— Открой, — Катя затарабанила в дверь кулаком. — Открой, — она стучала все громче и чаще. — Я не уйду. Открывай.

На шум стали выглядывать соседи, некоторые тут же скрывались, кто-то пытался просить не шуметь, но Катя не слушала, она все стучалась и стучала, требуя чтобы ей открыли. Стучалась она долго, до тех пор пока не приехала полиция.

— Мэм, отойдите от двери, — попросил полицейский.

— Это мой дом. Это мой муж, — покачала головой Катя. — Дэн, открой, — снова забилась она в дверь. — Тут полиция. Открой мне.

— Мэм, — повторил полицейский. — Вы очень шумите. Перестаньте стучать и кричать. Пройдемте с нами, — он взял Кейт за локоть, но та вырвалась. — Дэн, — снова отчаянно закричала она.

Полицейские переглянулись и теперь схватили девушку вдвоем.

— Так нельзя. Так плохо, — Катя плакала, но уже не вырывалась. — Я тут живу. Я жена. Это мой дом. Пожалуйста.

— Мэм, ваш муж не хочет вас видеть, — полицейскому было жаль девушку. — Это он вызывал полицию.

— Дэн? — не поверила Катя. — Нет.

Коллега полицейского осуждающе покачал головой.

— Я жена Дэна, — повторила Катя. — Плохо звонить в полицию. Нехорошо. Я жена.

— Бывшая жена, — поправил второй полицейский.

— Нет, я не бывшая, — возразила Катя. — Я настоящая.

Полицейский участок оказался недалеко, и доехали быстро. Девушку заперли в обезьяннике. Она была там не одна, но разговаривать с сокамерниками желания не было совсем, Катя села на самую дальнюю свободную лавку и закрыла глаза. Она поняла что ужасно устала. Да и вообще все было ужасно. Кошмарный сон продолжался. Сначала развод, а вот теперь и полиция. А ей даже позвонить не кому, чтобы использовать свое право на звонок. У нее ведь никого кроме Дэна нет. А Дэн, если верить полиции, сам ее сюда и засадил. Нет, это просто недоразумение.

— Екатерина Уолкер, — крикнул полицейский, открывший дверь камеры.

Катя встала и послушно пошла за офицером. Ее привели к капитану участка.

— Миссис Уолкер, — капитаном участка был немолодой усталый мужчина с щеками как у бульдога. — У вас до сих пор не было никаких правонарушений, и я готов отпустить вас с предупреждением, если вы пообещаете что больше не будете преследовать бывшего мужа.

— Преследовать? — такого слова по-английски Катя не знала.

— Стучать и кричать, — пришел на помощь молодой темноволосый офицер, приведший девушку. Тут же были и те два офицера что привезли Катю в отделение.

— Я хотела поговорить, — пояснила Катя. — Мне надо.

— Мисс Уолкер, — капитан вздохнул. — Это называется преследование. Это преступление.

Катя не понимала.

— Это плохо, — пояснил черноволосый. — За это сажают в тюрьму, — он показал решетку из четырех скрещенных пальцев.

— За говорить? — удивилась Кейт.

— Мистер Уолкер не хочет с вами говорить, — капитан очень старался быть терпеливым, но кто бы знал как его раздражали приезжие, не знающие языка.

— Почему? Я его жена.

— Бывшая жена, — поправил капитан.

— Нет, — возразила Катя. — Я настоящая жена. Вчера курьер принес письмо, а там письмо о разводе. Так плохо. Я хочу поговорить. Я люблю Дэна. Почему развод?

— Он прислал документы по почте? — удивился черноволосый. — Вот мудак.

— Кортес, — осадил подчиненного капитан.

— В Америке так хорошо? — спросила Катя у чернявого. — Жить, любить, а потом не говорить и вызывать полицию. Я звоню. Я хочу говорить. Почему? Я люблю его.

— Значит он вас больше не любит, — капитан вздохнул. — Не надо больше ходить к мистеру Уолкеру, понимаете?

— Нет, — покачала головой Катя. — Я его жена. Я хочу знать что случилось. Почему развод? Что я сделала?

— Миссис Уолкер, — обратился к девушке черноволосый полицейский. — Ваш муж плохой человек, — он старался использовать наиболее простые слова и говорить медленно, чтобы его поняли.

— Нет, Дэн хороший, — возразила Катя.

— Плохой, — настойчиво повторил Кортес. — Он больше не любит вас. Мне жаль. Но вам нельзя ходить к нему и шуметь. Если вас привезут в полицию еще раз, вы попадете в тюрьму, — для убедительности он опять скрестил пальцы, изображая решетку. — Вы хотите в тюрьму?

— Нет, — Катя его поняла. — Не хочу.

— Хорошо, — Кортес удовлетворенно кивнул. — Поэтому, не надо ходить к мужу домой. Понимаете?

— Но это мой дом, — растерянно сказала Катя. — И мой муж. Почему?

— Это бесполезно, — покачал головой капитан. — Она не поймет.

— Нет, я понимаю. Я плохо говорю по-английски, но я много понимаю. Что я сделала плохо? Почему Дэн развод?

— Я не знаю, — устало ответил капитан. — Это ваш муж.

— Я не знаю тоже, — развела руками Катя. — Я хотеть говорить с Дэн. Но он закрыл дверь и полиция приехала.

— Он не хочет с вами говорить, — снова вмешался Кортес. — Он трус.

— Что такое трус? Я не знаю слова, — Кате было очень неловко, без своего переводчика она чувствовала себя как без рук.

— Он плохой человек, — пояснил полицейский. — Хороший человек говорит жене что больше не любит ее, прежде чем выгнать.

— Миссис Уолкер, я могу отпустить вас или вы опять пойдете преследовать мужа? — спросил капитан.

Катя непонимающе посмотрела на мужчину.

— Если вы не будете ходить к мужу домой, мы вас отпустим, — понятнее сказал Кортес. — Вы не будете?

— Но я хочу знать почему?

— К мужу ходить нельзя, — строго пояснил полицейский. — Иначе, — он изобразил из пальцев решетку. — Понятно?

— Да, — кивнула Катя. — Я не буду. Правда.

— Вот и хорошо, — капитан облегченно выдохнул. — Отпустите ее. Все, идите все вон, — он замахал руками на дверь.

— Пойдем, — Кортес взял Катю за локоть и вывел из кабинета. — Вот ваши вещи, — он сам забрал ремень, кошелек, телефон и электронный переводчик Кати и отдал их девушке.

Катя поблагодарила, вышла на улицу и тут же завела в переводчик новые, неизвестные ей слова: преследование и трус. Поняв что они значат она опустилась на ступеньку крыльца участка. Дэн заявил что она его преследует? Но как же так? Как он мог? Она ведь всего лишь хотела поговорить, понять что произошло. Почему он вдруг решил развестись? Разве она не имеет права знать? Она же не игрушка, которую можно выкинуть, потому что она надоела.

— Эй, ты как? — к Кате подсел офицер Кортес.

— Я не знаю, — честно ответила девушка. — Это… Я не понимаю. Ничего не понимаю. Почему он так сделал?

— Я тоже не знаю. Мне жаль. Тебе есть где жить? На что жить? Или может домой вернешься? Откуда ты?

— Из России. Билет домой две с половиной тысячи долларов, у меня нет много денег. У меня зарплата 7 долларов в час.