Помоги проекту - поделись книгой:
Лично я против!
Я за мир и дружбу.
Причем чем раньше вы подружитесь со своей тревогой, тем быстрее она начнет дружелюбно вести себя в ответ.
Давайте рассмотрим на примере.
Вы заходите в любимый магазин одежды. Бродите по нему и не можете решить, что выбрать на важную встречу. Чтобы разрешить сомнения, подходите к продавцу и говорите:
Вариант 1. «Здравствуйте! Помогите, пожалуйста. Я ищу деловой костюм. Никак не могу определиться. Будет здорово, если вы порекомендуете варианты, подходящие мне по фигуре и цвету».
Вариант 2. «Никогда от вас толку не было, вечно всякую безвкусицу пытаетесь впарить. Давай, напряги свою извилину и подбери мне крутой костюм. И смотри, чтоб я выглядела как богиня, а не как ты».
Как думаете, в каком из вариантов продавец будет рад помочь? Ага, вот и тревога тоже предпочитает дружелюбное общение. Она готова бросаться помогать добродушному человеку, а не злобному.
Попробуйте, проверьте. Задайте ей вопросы, когда она заглянет в следующий раз. Спросите, зачем она здесь и чего хочет от вас, двумя способами: спокойным и доброжелательным или резким и грубым. Думаю, вы понимаете, что получите два совершенно разных ответа. Они с большой вероятностью повлияют не только на результат, ради которого пришла тревога, но и на ваши эмоции, чувства и физическое состояние.
Не забывайте, что запущенными вариантами отношений с тревогой занимаются уже врачи: психиатры и психотерапевты. А стоит ли доводить до этого? Стоит ли раскачивать лодку? По мне, так лучше расправить паруса и продолжить путь, поблагодарив свою тревогу за то, что она напоминает о необходимости быть внимательными во время штормов, когда кругом акулы. Она рекомендует не прыгать за борт в незнакомых водоемах.
Возвращаясь к вопросу, почему человечество все еще не покончило с тревогой, теперь можно смело ответить с пониманием дела.
Без тревоги мы пропадем, утратив здравый смысл.
Вы когда-нибудь задумывались, с чего начинается наша забота о своем здоровье? Например, когда поднимается высокая температура или нестерпимо болит живот, кто заставляет нас активно действовать и вызывать врача? Она! Наша умница, заботливая тревога!
А еще благодаря тревоге мы внимательны, когда переходим дорогу. Ведь именно она напоминает о последствиях наезда автомобиля на пешехода. Призывает остановиться и посмотреть, как безопасно перебраться на другую сторону.
Как вам такое проявление активности нашей помощницы? Именно тревога советует нам продумывать предстоящие важные события. Готовиться к экзаменам, собеседованиям, свиданиям.
А быть внимательными при выборе партнера? Взвешивать за и против? Красоты и ума недостаточно для серьезных отношений – тревога напоминает, чтобы мы не забывали об этом, даже когда уже увлеклись кем-то. Но мы порой ее прогоняем, не слушаем, а потом понимаем, как она бывает права.
Еще эта красотка предлагает нам следить за собой. Ухаживать. Заботиться. Причем не только о внешнем виде и здоровье, но и о развитии интеллекта. О пользе наращивания опыта тоже не забывает напоминать.
Наверняка вы помните свои размышления о том, куда и чему идти учиться. Так вот – это все она, заботушка. Старается, чтобы наша жизнь была долгой и гармоничной, насколько это возможно.
Выходит, если не прислушиваться к тревоге, то гарантированно попадешь в неприятности.
Конечно, можно спросить: при чем здесь тревога? Это же разум помогает нам! Или нет? Все же это ее функция? Ведь тревога отвечает за выживание, предостерегая нас, и тем самым помогает создавать наше светлое будущее.
Вот теперь, когда мы в общих чертах договорились о понимании тревоги, пора перейти к способам, которые позволят с ней подружиться – но сперва стоит отметить еще один очень важный момент.
В этой книге я чаще буду употреблять слово «задача» вместо слова «проблема». Я пользуюсь этим приемом в повседневной жизни и предлагаю и вам взять его на вооружение.
Нередко люди спрашивают: «А зачем?» Затем, что решать задачи и получать результат психологически комфортнее, чем решать проблемы. В слово «проблема» изначально заложен негативный посыл. А задача – это слово понятное и одновременно нейтральное. Для многих еще и является вызовом.
– Решить проблему? Ох, нет, это сложно.
– Решить задачу? Да! Могу! Ну или хотя бы попробую. Для себя ведь стараюсь.
Если для вас и решение задач на данный момент видится чем-то сложным, то после знакомства с разными способами обуздания тревоги это может измениться.
Вот теперь все готово. Давайте отправимся в путешествие вперед и вверх – к дружбе с тревогой. И когда вы с ней подружитесь, она станет верным помощником в решении задач, которые ставит перед вами жизнь. Вдвоем решать задачи проще, правда?
2
Способ первый. «Чистосердечное признание»
Сперва я хотела начать эту главу с примера, чтобы наглядно описать: когда, как и при каких обстоятельствах я впервые столкнулась с тревогой. Потом планировала предложить вспомнить первый подобный случай в вашей жизни. Ведь погрузиться как в написание, так и в чтение книги через примеры намного проще – тем более что первые детские тревоги давно позади. Сегодня они являются лишь проводником к давно не пугающим сюжетам.
Итак, я сидела за ноутбуком и усердно пыталась вспомнить свой первый опыт. Время шло. В голове всплывали сотни обрывков воспоминаний без начала и конца – когда мне было волнительно, когда я тревожилась о чем-то.
Вот я впервые осталась спать в комнате одна. Мама выключила свет и ушла. Мне стало жутко. Старший брат решил развлечься, воспользовавшись представившейся возможностью. Заглянул и дребезжащим низким голосом прошептал: «Скоро за тобой придет злой дух по имени Шерахунда». Нужно ли говорить, что мне было не до веселья той ночью – и последующие ночи тоже? Позже я узнала, что брат придумал это существо специально, чтобы пугать меня.
А вот я переживаю из-за предстоящего соревнования по фигурному катанию в спортшколе. Вдруг я упаду? Что делать, если я забуду свою программу?
Или, например, когда заболела моя любимая собака, я очень переживала, что она умрет. От мыслей об этом все сжималось внутри и слезы сами лились из глаз.
Но какое из этих воспоминаний действительно отражает первое знакомство с тревогой? Ответ оказался прост. Никакое. Потому что впервые человек сталкивается с тревогой в раннем возрасте, детальные воспоминания из которого нам практически недоступны. Я не раз читала об этом в научных статьях и убеждалась на практике.
По разным данным, впервые человек знакомится со своей тревогой после рождения – прямо в первый год жизни. Это означает, что тревога живет с каждым из нас уже очень давно. Она приходит в нашу жизнь вместе с нами и уходит из нее вместе с нами. Она – наш верный напарник с колыбели. И нам решать, в каких отношениях с ней быть.
Воевать или дружить?
Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо знать некоторые подробности.
Для начала важно понимать, что тревога нематериальна и бессмертна. Она рождается вместе с нами, чтобы предостерегать от опасностей.
Пока мы живы, жива и она. Это значит, что, воюя с ней, мы будем тратить много сил, но одержать победу не сможем. А если вдруг кому-нибудь и удастся ее победить, то кто тогда будет предупреждать о возможных опасностях?
Согласитесь, в таком случае дружба является оптимальным вариантом.
Да, подружиться не так просто, как хотелось бы. Но возможно. Иначе и говорить было бы не о чем.
Давайте все же заглянем в прошлое и убедимся в том, что тревога не целыми сутками ведет себя «активно-агрессивно». Что она является защитно-приспособительной реакцией каждого из нас. Помогает адаптироваться в этом мире.
Как вы уже поняли, детально вспомнить детские переживания нам крайне сложно. Но наверняка вы не раз наблюдали, как кричит и плачет маленький ребенок в коляске, когда теряет маму из виду. Когда-то мы были точно такими же. И реакции наши были такими же. Кто-то тревожился меньше, кто-то больше – но факт остается фактом: это было. Было и прошло. Будучи взрослыми, оставшись без мамы на горизонте, мы не плачем и не зовем ее. Этот период тревог остался позади. Если тогда, в детстве, мы не могли сами о себе позаботиться, накормить себя, одеться по погоде, найти свой дом и многое другое, то сейчас все это стало для нас обыденными задачами. Наша потребность в родителях и их помощи с взрослением снижается. Даже в законодательстве на государственном уровне это отражено. Статья 60 Конституции России гласит: «Гражданин Российской Федерации может самостоятельно осуществлять в полном объеме свои права и обязанности с 18 лет». Став взрослыми, мы решаем текущие задачи, которые в детстве нам казались непосильными: просто делаем их – и все. Соответственно, и тревога тут ни к чему. Она в это время отдыхает от забот и хлопот о нас.
О чем еще мы тревожились в детстве и перестали, повзрослев?
Многие из нас боялись темноты. Боялись сдавать анализы – да и вообще врачей, потому что они могут сделать больно. Еще боялись страшных историй и фильмов; иногда это даже приводило к ночным кошмарам.
Когда мы становимся старше, часть страхов и тревог проходит. И это радует. Но появляются новые. И если мы в какой-то момент не справляемся со сложной для нас ситуацией, тревога растет.
Чем больше становится наш жизненный опыт, тем больше опасностей мы начинаем замечать. Причины тревог меняются.
Например, большинство людей пугают ситуации, в которых приходится знакомиться с новыми людьми. Поход первый раз в первый класс. Смена школы. Поступление в институт. Выход на новую работу.
А еще очень распространенной причиной тревог являются публичные выступления. В детстве – на утренниках в садике. В школе и институте – у доски. На работе – на совещаниях или выставках. В научных кругах – на конференциях.
В разном возрасте страхи разные.
То, что взрослым людям видится ерундой, у ребенка может вызывать тревогу или страх, заставляющие не находить себе места, кричать, плакать. Или, наоборот, замыкаться в себе, замирать от ужаса.
Для лучшего понимания я люблю приводить в пример стихотворение Агнии Барто «Мячик»[1]:
В этом четверостишии представлено сразу два взгляда на проблему: видение взрослого и ребенка.
То, что для одного проблема, для другого таковой не является.
Стоит отметить, что на консультации у психолога мало кто из клиентов вспоминает дошкольные и школьные годы с большим удовольствием. Как правило, в этот период происходит много событий, оставляющих шрамы в душе и следы от мучивших тревог.
Первый опыт стычек с другими детьми. Конфликты с воспитателями и учителями. Сложности вливания в незнакомый коллектив. Прилюдное унижение. Обиды. Буллинг. Непонимание родителей.
Все мы сталкивались с этим так или иначе – и это часть нашего опыта. Если вам в детстве не помогали учиться справляться с возникающими трудностями, то негативный опыт с большой вероятностью может оказывать неблагоприятное влияние на текущую жизнь. И, как следствие, на возможное развитие тревожности.
Дружить с тревогой, как правило, мало кому приходит в голову: у нас это до сих пор не принято. А зря. Многие относятся к ней скорее как к киллеру, следующему по пятам. Бегут без оглядки и пытаются спрятаться. Со временем приходит понимание, что это – не выход. Спрятаться невозможно. Тревога все равно найдет и начнет неприятный разговор – такая у нее задача. И, надо сказать, она ответственно к ней подходит, за что я ее уважаю, и ничего не замалчивает. Хотя иногда тревога бывает чересчур настойчивой и перегибает в своей заботе – именно тогда нам и становится дискомфортно. Тревожно. И это – самое подходящее время для налаживания двустороннего доброжелательного контакта. Для разговора с тревогой по душам.
Когда мы говорим о тревоге, важно понимать, что лучше всего научиться налаживать этот контакт именно в детско-подростковом периоде. Тревога сама дружить не предложит, она – девчонка непростая; пока мы с ней не подружимся, она будет вести себя как дикарка. Порой будет нападать и пытаться прижать к стене или загнать под одеяло. И это не со зла. Просто она, как и мы, ведет себя, как умеет. И лишь подружившись, мы можем научить свою тревогу быть полезной, а не беспощадной. Это двусторонний процесс.
Чтобы не допустить конфронтации во взрослом возрасте, проще всего научиться еще в детстве прислушиваться к тревоге, понимать и принимать ее искренние намерения помочь. Тогда и она в ответ смягчится, а потом протянет руку помощи. Там и до дружеских обнимашек недалеко.
Так же как мы учимся ходить, читать, писать, решать задачи, стоит учиться коммуникации со своей тревогой.
Но ребенок сам научиться не может. Для этого есть родители и другие взрослые – например, в детских садах, школах, разных кружках и секциях. Ведь научить может лишь тот, кто уже умеет и знает, как помочь другому научиться.
Значимые для ребенка взрослые своим примером оказывают влияние на формирование восприятия мира – как доброго и безопасного или же злого и опасного.
Если ребенок упал и разбил коленку, то мама может помочь подняться, затем обработает рану и спокойно скажет о необходимости быть более внимательным. А может начать кричать, что тот – невнимательная бестолочь, что инфекции попадут в рану и убьют его, а шрам изуродует, и все это закончится ужасно.
Не только результаты исследований[2], но и здравый смысл говорят нам, что если окружающие ребенка взрослые – тревожные люди, то ему с высокой вероятностью уготовлен такой же путь.
На нас вообще в значительной мере влияет среда, в которой мы находимся. Только будучи взрослыми, имея жизненный опыт, мы можем самостоятельно оценивать эту среду со знанием дела. Выбирать, что брать из нее, а что нет. Особенно с точки зрения пользы и вреда для себя. Ведь как ребенок, так и подросток далеко не всегда способны отличить опасную ситуацию от безопасной. Мыть ли руки перед едой, есть ли песок из песочницы, гулять ли одному поздно ночью, прыгать ли вниз с большой высоты, надевать ли шапку зимой в мороз, прогуливать ли школу. Следовательно, они не всегда могут верно оценить, стоит тревожиться за последствия тех или иных действий или нет. А еще они не могут отличить тревожного человека от человека в тревоге. Поэтому шансов не стать как те взрослые, у кого ребенок учится всему, в том числе и взаимодействию с тревогой, очень мало. Тревожный родитель будет учить ребенка тревожиться по любому поводу и даже без повода, на всякий случай. Результат – как научили, так и думаем, чувствуем, делаем.
А взрослый, набивший шишки, проштудировавший литературу, обменявшийся опытом и знаниями с другими людьми, может реалистично оценивать себя, окружающую среду и последствия взаимодействия с ней. И, как следствие, когда стоит тревожиться, а когда нет. А еще, как взаимодействовать со своей тревогой, когда она появляется на горизонте.
В процессе взросления именно благодаря тревожному окружению и среде в нашей жизни появляются первые проблемы во взаимодействии с тревогой. А позже, если нам не удается это заметить и исправить самостоятельно, в нас пускают корни и становятся привычными автоматические тревожные реакции.
Когда тревоги становится через край, когда мы начинаем в ней утопать, каждый по-своему ищет спасения. Кто-то обращается к специалистам, видя в них спасательную шлюпку. Кто-то пытается справиться самостоятельно, изучая литературу или общаясь с близкими людьми. Другие не находят в себе сил на борьбу и начинают тонуть – тогда тревога превращается в тревожность. А иногда и в депрессию. Разумеется, и с этим можно справиться, но это сложнее и ресурсозатратнее, поэтому так важно вовремя остановиться и не погружаться глубоко в тревогу.
Помните притчу про двух лягушек, которые попали в кувшин с молоком? Одна сдалась и утонула, а другая стала активно барахтаться, взбила из молока масло и выбралась из кувшина целой-невредимой. Да, уставшей, обессиленной, но живой. И она вернулась к привычной жизни, обретя новый опыт, новое знание.
Будьте к себе внимательны. Если появляется ощущение, что самостоятельно справиться уже не получается, что вы тонете в тревоге или депрессии, лучше не затягивайте и отправляйтесь на консультацию к специалисту: врачу-психотерапевту или психологу.
Раз вы читаете эту книгу, то, вероятнее всего, хотите узнать, как научиться совладать с тревогой самостоятельно. Значит, вы не хотите погружаться глубже. Вы не только
И вот мы подошли к первой контрольной точке.
Интересно, вы еще помните название этой главы? Возможно, что нет, потому что я могла увлечь вас своими рассуждениями о прошлом – они были необходимы для более глубокого погружения в тему. В любом случае, напоминаю: глава называется «Чистосердечное признание».
Да, сейчас я предлагаю вам дочитать главу и сделать себе чистосердечное признание. Оно будет не самым приятным в вашей жизни, но даст вам важное понимание – наверное, самое важное понимание из всех, которые касаются тревоги. Я это признание делаю периодически – когда моя тревога выглядывает из-за угла и подмигивает мне, хитро улыбаясь. Говорит: «Привет, я пришла. Я тут по делу. Смотри, что-то происходит. Давай-ка, подруга, разберись с этим вопросом. Пока не разберешься, я буду здесь. А то вдруг ты отвлечешься от проблемы и забудешь о ней. Последствия могут быть плачевными».
Что интересно, тревога отличается от страха тем, что страх имеет конкретную и понятную причину. А про тревогу так не скажешь. Вроде что-то не так, а что конкретно – непонятно. Тогда приходится разбираться в причинах.
Вопрос поиска причин для тревоги мы разберем в пятой главе – а пока давайте закончим с чистосердечным признанием.
Для этого обратитесь к своим детским воспоминаниям о том, какие отношения с тревогой были у взрослых людей из вашей семьи и окружения. Как, по вашему мнению, окружающие справлялись с тревогой? Вспомните несколько значимых взрослых: родителей, бабушек-дедушек, воспитателей, тренеров, учителей.
Задумайтесь, взяли ли вы от кого-то из них стиль взаимодействия с тревогой или страхами? Может, вы «собрали» его по частям? Или у вас он свой, ни на чей не похожий?
И еще задумайтесь, как взрослые взаимодействовали с вами в сложных для вас ситуациях. Кто из них предлагал решать задачи, вызывающие тревогу, и каким способом?
Например, есть родители, которые пытаются сделать вид, что проблемы нет. Бывает, что они и правда не замечают проблемы, которую видит другой человек. А иногда они и не пытаются ее понять, даже если и замечают.
Например, девочка впервые пытается заплести кукле косичку, и у нее не получается. Она начинает плакать.
Или мальчик хочет отремонтировать свою любимую старую машинку, доставшуюся от старшего брата. А колесо никак не держится там, где должно. И малыш начинает стучать кулаками по столу и кричать на «плохую» машинку.
Тогда могут прозвучать следующие фразы: «Успокойся; а ну закрой рот; хватит ныть; заткнись; отстань; не будь тряпкой; будь мужиком; не ной; это не проблемы, вот у взрослых проблемы; сейчас кто-то у меня получит». Знакомо?
Другой вариант, который используют взрослые: не объяснять, как можно разрешать неприятные ситуации, а отправлять ребенка справляться с ними. Чаще всего так происходит, когда люди недооценивают отсутствие опыта у ребенка. Например, первоклассник поругался в школе с другом из-за того, что несправедливо обвинил его в списывании. Обратился за советом к папе. А в ответ услышал: «Как болтать, так первый, а как решать проблемы, так папа. Что, на это своих мозгов нет?» Могут быть и другие варианты: «Сам разбирайся со своими проблемами; напряги извилины; маленький, что ли». Во взрослом возрасте это чревато нежеланием обращаться за сторонней помощью. Формируется ожидание отказа или обвинения. А еще появляется сомнение в себе.
Еще один достаточно распространенный вариант – когда у родителей нет четкого понимания, что ребенку жизненно необходимо учиться навыкам самостоятельно, но под присмотром и с помощью старших. Бывает, взрослым не хватает терпения, и с языка срывается негативная оценка формирующихся навыков – например, когда малыш учится одеваться, завязывать шнурки, делать домашние задания. Это может звучать так: «Убери руки, я сама сделаю; вечно ты копошишься с этой ерундой; ну вот, опять придется все делать за тебя; почему мне так не повезло с ребенком; ты ни на что не способен, безрукий». Что с большой вероятностью будет думать о себе взрослый, который в детстве слышал в свой адрес подобные слова? И как он будет выстраивать отношения с другими людьми?
Возможна еще одна обвинительная позиция – например, когда ребенок что-то сломал, случайно или умышленно: «Сам виноват; мастер-ломастер; сам дурак; думать надо было; не удивительно, что так случилось; что еще ты можешь испортить?»
Но есть и другие родители. Их единицы. Они говорят: «Давай вместе учиться решать проблемы. Скажи, что ты думаешь по этому поводу. Я скажу, что думаю я. Обсудим и решим. Я на твоей стороне. В следующий раз попробуешь самостоятельно решить задачу. Хорошо? А я буду рядом».
Поделиться книгой: