Ремесленник

В городах законы более-менее работали, и можно говорить хоть о какой-то базовой безопасности. А вот в деревнях, находящихся на отшибе, действовали первобытные правила. За двадцать лет, я более двух дюжин раз становился свидетелем нападения на деревню рудокопов. И примерно в пяти процентах случаев гибли невиновные путники или торговцы.

Более того, перед тем, как покинуть посёлок, староста выдавал тебе «пароль». Обычно это был набор сигналов, которые удобно подать при помощи гудка машины. И для каждого он был своим, постоянно меняясь. Конечно, существовал и более универсальный сигнал, известны всем жителям, но если ты его подашь, то тебя встретят во всеоружии, однако хотя бы дадут возможность высказаться и показать лицо.

В общем, этот мир довольно суров и за пределами городов похож на реальное средневековье. Потому-то Артём и прожил всю жизнь в деревенском анклаве, лишь четыре раза съездив в город. Чаще всего мама оставляла его следить за хозяйством и живностью.

Но теперь всё это в прошлом. Анна-Мария погибла, а мне досталась только узкая грунтовая дорога, усыпанная пожитками, вывалившимся из фургона. Стоит сказать медведю спасибо, ведь именно благодаря ему я сохранил хотя бы часть мешков разной полезности.

Всякая одежда и тому подобный хлам меня не особо интересовал. Переодеться, бесспорно, надо, ибо с приходом ночи резко похолодает, но унести всё это я не смогу при всём желании. В первую очередь меня интересовал мешок с полотенцами, ведь именно там находилась мамина заначка.

По пути я нашёл опустевший револьвер — его, видимо, выбросило из кабины вместе со мной. Почти сразу наткнулся на мешок с тёплыми вещами. Кофту надел, а вот со штанами не спешил. В идеале надо обработать рану, но все зелья лечения матушка уже использовала на мне.

К счастью, нужная котомка с полотенцами обнаружилась довольно быстро. Там были не только деньги, но и запечатанная бутылка самогона. Её-то я и использовал в качестве антисептика — ничего более подходящего под рукой не нашлось.

Сделал себе из тонкого полотенца трусы и наконец-то надел штаны. Ботинки тоже решил сменить на более удобные кеды. Заодно пересчитав доставшуюся наличность. Хотя наличностью местные деньги можно назвать лишь с большой натяжкой.

Фактически это было нечто среднее между монетами и бумажными купюрами. Сама банкнота представляла из себя небольшую карточку из зачарованного металла с нанесённым на него магическим отпечатком, при помощи которого и отмечался номинал. Забавно, но у денег в этом мире не было официального названия, что казалось странным и нелогичным. Поэтому как их только не называли…

При создании купюр применились шесть наиболее используемых магических руд: железо, серебро, золото, орихалк, адамантит и мифрил. Нетрудно догадаться, что изделия из железа выступали в роле разменных монет, а вот на карточку из мифрила вполне можно было купить несколько деревень. Такой подход усложнял и без того невозможный процесс подделки магического отпечатка.

Благо хоть цифры здесь использовались привычные мне. Матушка оставила аж целых семь золотых карточек. Одна из них вообще была номиналом полмиллиона! Остальные по пятьдесят и сто тысяч. Если посчитать серебряные и железные, то общая сумма практически доходила до миллиона.

Это довольно много. Особенно для деревенского жителя. В столице же вполне можно было купить неплохую однушку или скромненькую двушку. Отличный стартовый капитал, что уж скрывать. Будь я сейчас в городе, можно было бы расслабиться, но я не там, и скоро ночь, а вокруг безлюдный лес, полный опасных животных. И безлюдных — это ещё оптимистичный взгляд на вещи, ведь стычку с бандитами я попросту не переживу.

Однако не всё так плохо. Как уже упоминал, у Артёма давным-давно открылся дар, но тот его использовал лишь единожды и толком не проверил, на что он способен. Поэтому честь открыть ящик Пандоры досталась мне.

У меня же любопытство в крови, да и выбора особого не было. Поэтому я собрал всё самое ценное в один мешок, поставил сбоку и вытянул вперёд единственную руку.

Потребовалось на некоторое время уйти в себя, чтобы «нащупать» и активировать дар.

В целом это было несложно, хоть и заняло где-то полминуты. Но зато получилось с первого раза, что не могло не радовать.

Прямо передо мной открылся ярко-белый портал в форме яйца, высотой под два метра. Он сиял так ярко, что затмил скрывавшееся за лесом солнце. Неплохой такой «фонарик».

Малолетнему Артёму хватило смелости засунуть внутрь портала только палку. Поэтому сложно сказать, насколько реальна картина по ту сторону врат. Конечно, риск был огромным, но, во-первых, у меня не было выбора, ведь так и так помру, не дойдя до города. А во-вторых, раз уж это дар, то он просто обязан нести в себе какой-то профит.

— Кто не рискует… — прошептал я. Затем взял в руку мешок и прошёл через портал. — Оу-у-у-у! Неплохо. Очень даже неплохо.

По ту сторону портала меня ждал невысокий деревянный домик, словно из детских сказок. Он стоял посреди бескрайнего зелёного луга, забирая на себя всё внимание. Мне даже показалось, что сейчас из него выйдет ведьма и предложит мне полную корзинку сладостей. Нечто похожее я испытал, попав в «Мир тысячи сказок» в лучшей игре всех времён и народов.

Реальность, если её можно так назвать, казалась именно сказочной. Да и резные ставни с замысловатыми узорами выглядели как-то несерьёзно. Но я твёрдо стоял на земле, солнце напекало макушку, а воздух был свежим и чистым. Здесь вообще не было ни намёка хоть на какой-то запах.

Портал, кстати, закрылся почти сразу, как только я прошёл сквозь него. Тут же закралась мысль, что здесь можно переночевать.

Но сперва нужно кое в чём убедиться. Для этого я вновь открыл портал и поджёг при помощи спичек смоченное в самогоне полотенце, откинув его подальше от мешка с припасами. Затем вышел в реальный мир и принялся ждать.

Точнее, дабы не терять время, пошёл собирать и остальные, менее важные пожитки. Возможно, было рисково оставлять деньги внутри карманной реальности, но интуиция подсказывала, что с ними ничего не случится. Время внутри неё либо замирает, либо продолжает идти своим чередом. Это я и пытался выяснить при помощи подожжённого полотенца.

На сбор всего в одном месте ушло минут десять, может быть, чуть больше. На всякий случай я собрал кучу у отвала, находившегося ниже дороги метра на два. Так мои запасы не привлекут внимание проезжавших мимо машин. Хотя это была излишняя осторожность, ведь за всё время пути нам повстречалось где-то два десятка других авто, так как мы двигались по грунтовым дорогам, дабы не наткнуться на бандитов.

Открывая портал во второй раз, я слегка волновался, ведь сейчас решится, смогу ли тут переночевать, тем самым пропустив самое опасное время. Если пойду в Центроуральск утром, то до темноты смогу добраться до автомагистрали, а уже можно будет сориентироваться по указателям и найти так называемый «свободный город», куда пускают путников.

Но если время в карманной реальности замирает, то оно может остановиться и по эту сторону врат. Что тоже предстояло проверить.

Мешки остались снаружи, вошёл я налегке. И в первую очередь взглянул на то место, где оставил полотенце. Оно превратилось в пепел — замечательная новость. Просто офигенная!

Хранить здесь скоропортящиеся продукты не получиться, но это и неважно. На радостях я перетащил сюда все остальные мешки, причём приходилось их кидать в портал, ведь если пройду сам, он тут же закроется.

Сам по себе дар был неплохим, но этот дом стоит явно не просто так. Обычно, если ребёнок рождался одарённым, то наследовал силу своих предков. У меня матушка была алхимиком, а отец кузнецом. Оба владели магией созидания, ну или же крафта, кому как удобнее. Поэтому мне просто не могла достаться пустая карманная реальность.

Уверенным шагом я направился в сторону дома по вымощенной гладкими камнями дорожке. Голова ломилась от десятков и десятков предположений, но гадать было бессмысленно. Разгадка находилась за дверью.

Я аккуратно потянул за ручку и услышал характерный скрип петель, которые давно не смазывали. И какого же было моё разочарование, когда внутри обнаружилась лишь пустота. Не было ни мебели, ни техники, совершенно пустой дом.

— Да как так-то?.. — ворчливо выдал я, зайдя в центр единственной комнаты. — Голые стены? И всё? Серьёзно?

— Добро пожаловать, однако! — раздался детский голос. — Наконец-то, новый хозяин! Рад встречи с тобой, Артём.

— Кто ты?.. — я оглядывался по сторонам в тщетных попытках определить источник звуков.

— Хозяин всегда сам выбирает имя, — с потолка спустилась миниатюрная летающая свинья. Розовая такая, с белыми крыльями.

— Вот это меня торкнуло, — я рефлекторно протёр глаза, но свинья никуда не делась.

— Прежде чем мы начнём, дайте мне имя, — настаивал говорящий хряк, вися прямо перед моим лицом.

— Имя? Хм… Свиньи любят пожрать. Будешь «Бегемотом» — демоном чревоугодия.

— Демон, однако? — свин сделал сальто назад и прищурился. А затем у него выросли забавные рожки, а крылья стали красными. — Будь по-вашему.

— Упс… — я виновато улыбнулся.

— Итак, начнём, — Бегемот пролетел по периметру комнаты, оставляя за собой разноцветную пыльцу.

Из неё каким-то магическим образом начала появляться мебель. Четыре одинаковых деревянных стола, вставших у стен, каждый в ширину по три с лишним метра. Ни стульев, ни диванов, только столы и интерактивные доски над каждым, слегка похожие на экраны.

Бегемот пошёл на второй круг.

В этот раз пыльцы стало на порядок больше. Из неё образовывались некие инструменты и приборы, показавшиеся мне слегка странными и замысловатыми на первый взгляд. И даже когда свин закончил, проще не стало.

— И-и-и, что это всё значит? — спросил я, подойдя к столу со стеклянной хренью, похожей на аквариум.

— Универсальный инструмент для исследований магических свойств тех или иных субстанций, однако, — ответил, кружащий надо мной Бегемот.

— И как им пользоваться?

— Нужно лишь положить внутрь пропитанный магией предмет.

— Хм… Ну давай, попробуем, — я сбегал и принёс один из мешков с травами, которые хранила матушка. Приоткрыл крышку «аквариума» протезом, взял один лист и положил внутрь. — И что теперь?

— Терпение, однако.

Буквально через пару секунд лист начал делиться: сперва на две части, затем на четыре и так далее. Вскоре его частички стали неразличимы для человеческого глаза, но, судя по свечению, аппарат всё ещё работал.

Процесс, конечно, интересный, но результат поразил меня до глубины души. На мгновение показалось, что реальность не такая уж и реальная.

Почему? Потому что описание целебной травы было чересчур подробным.

— Тип: растение. Класс: первый, — читал я вслух. — Произрастает во влажном климате на высотах более четырёх тысяч метров. Первичные свойства: целебные. Вторичные и иные свойства отсутствуют. Бла-бла-бла… Исследование завершено. Субстанция внесена в картотеку.

На интерактивной доске, расположенной над столом, появилась иконка с листом. Нажав туда, открылся список, состоявший из единственной изученной «субстанции». Кликнув по ней, можно было ещё раз прочитать свойства лечебной травы.

— Как и говорил, всё просто, — Бегемот вновь сделал бочку.

— А что за «класс»? — поинтересовался я. — Всё остальное вроде бы понятно. Ну, разве что «вторичные свойства» ещё вызывают вопросы.

— Всего существует семь классов магических субстанций. Чем он выше, тем больше сила и возможное количество дополнительных свойств.

— То есть, условная трава может обладать как целебными, так и, например, отравляющими свойствами?

— Верно. Зелье из такой субстанции будет обладать более сильным эффектом. Если взять ваш пример, то получится противоядие, — ответил Бегемот. — Также можно использовать и два ингредиента с разными свойствами. Вопрос в том, что будет рациональнее. Одно и то же зелье можно сварить множеством способов.

— Так и подумал, — на самом деле я вспомнил, как матушка готовила то самое противоядие, потому и привёл такой пример. — Выходит, чем выше класс, тем материал более редкий и более дорогой?

— Логично, однако, — в голосе свиньи послышались нотки снисхождения.

— С исследованием всё плюс-минус понятно, а за что отвечают эти столы? — я провёл рукой по комнате.

— Алхимия, зачарование, кузнечное дело, — Бегемот поочерёдно пролетел над миниатюрными мастерскими.

— Звучит многообещающи… — я неожиданно почувствовал резкую боль в груди.

— Ой-ой! Это плохо! — Бегемот задрожал, а карманная реальность начала «моргать», то исчезая, то появляясь.

Но «полюбоваться» этой аномалией мне не довелось, ведь я свалился с дикой болью. Скорчился в позе зародыша и начал орать, как резанный. Бегемот пометался туда-сюда, а затем попросту исчез. Вместе с ним пропала и карманная реальность, а я оказался в овраге, где совсем недавно открывал портал.

Выходило всё так, что меня попросту выкинуло из моего же мира. Но на этом и на нестерпимой боли жесть не закончилась…

Послышался громкий хруст и треск, словно кто-то перемалывал камни в дробильной машине. Звуки доносились со стороны обрыва, и мне не хотелось верить в то, к чему всё шло.

Кое-как я нашёл в себе силы, чтобы подняться на ноги. Боль не отступала, но к ней можно было привыкнуть. Адреналин делал своё дело, пульс бил по вискам.

Я замер в ожидании неизбежного.

— Да вы издеваетесь⁈ — вырвалось у меня, когда на краю обрыва показалась голова того самого медведя. Увидев меня, он зарычал с такой силой, что задрожала земля. — Ты бессмертный, что ли, паскуда⁈

Глава 3

И что делать? Смогу ли я выжить?

Ответ очевиден.

Был всего один шанс из тысячи, что мне удастся воспользоваться так называемым «абузом», то есть усадить систему на свой детородный орган и пару раз провернуть по часовой стрелке. Далеко не факт, что у меня это получится, но других вариантов всё равно нет. Так почему бы не попробовать?

Пока медведь-переросток взбирался, вырывая увесистые куски породы и скидывая их в обрыв, я сосредоточился на открытие портала в карманную реальность. На всё про всё нужно около полуминуты, и оставалось надеяться, что монстр не доберётся до меня раньше.

И если от чёрной туши, желающей разодрать меня на куски, я смог абстрагироваться, то вот боль в груди мешала полноценно сконцентрироваться. Да и мысли о неизбежном нещадно терроризировали моё сознание. Всё шло к тому, что я должен был расстаться с этим телом и отправиться неизвестно куда.

Показалось, что медведь соскользнул и упал, но на самом деле он просто искал опору, чтобы совершить последний рывок. Косолапый подлетел метров на десять, а то и пятнадцать. Со склона сорвался кусок в несколько десятков кубических метров. Даже часть дороги и ограждения скрылись из виду.

А вот тварь с грохотом рухнула на землю, натурально расплющив молодую ель. Монстр издал непродолжительный рык и побежал на меня. Ничто другое в этом мире его не интересовало. И чем ближе он был, тем сильнее магическое нечто сдавливало мою грудь.

Портал до сих пор не был открыт, и можно было бы «паковать чемоданы», но к тому времени мне удалось всецело сосредоточиться на нём, положив болт на мчащегося медведя. Разве что дрожь земли от ударов его лап слегка мешала, но зато я смог отстраниться от неё, и от боли в груди, попросту выдохнув из лёгких весь воздух и задержав дыхание.

Наконец-то, у меня получилось. Портал открылся яркой вспышкой. Я без промедлений нырнул внутрь него и побежал в сторону дома.

Сказать по правде, у меня было два плана: основной и основной. Резервного не было, ибо я не знал, какой из них сработает. И всегда лучше иметь две попытки.

В первом монстр должен прыгнуть за мной в карманную реальность, а потом, когда меня оттуда выкинет, остаться там. Хотя неизвестных слишком много: а выкинет ли меня, если мы оба окажемся внутри? А хватит ли мне времени? А запрыгнут ли монстр внутрь вообще? А не выкинет ли его вместе со мной?

Поэтому куда больше надежд я возлагал на второй вариант. И именно он сыграл на все сто сорок шесть процентов.

Мне удалось рассчитать время закрытия так, чтобы портал схлопнулся ровно в тот момент, когда лишь часть медведя попадёт в этот мир. Возможно, это удача, но сюда попала только оторванная голова. Лучшего исхода и предположить было нельзя, но рассчитать всё с такой точностью не по силам даже мне, поэтому я и говорю о везении. С другой стороны, везёт сильнейшим.

Из приятного: боль слегка сошла на нет, а карманная реальность выглядела стабильной. Но радоваться было рано. Отрубленная голова продолжала шевелиться за счёт движения челюсти, и это в какой-то степени нормально, вспомнить тех же змей.

Вот только в месте отрыва чёрная текстура внутренностей монстра начала пениться. И ни к чему хорошему это не могло привести. Я быстро сообразил, что грёбаный медведь регенерирует!

Он реально бессмертный⁈

А это вообще законно?

Как немощный однорукий юнец способен победить бессмертную трёхметровую тварь? Упасть и притвориться мёртвым — явно не вариант.

Я слегка удивился тому, что решение нашлось чересчур быстро. Всё-таки способность мыслить рационально в критической ситуации дорогого стоит.

Подбежал к пенящейся башке и схватил медведя за ухо, дабы он не смог оттяпать вторую руку. А затем потащил этот тяжеленный «мешок с дерьмом» в дом.

Зачем? Всё просто: утилизация.

На ощупь, кстати, шкура монстра была очень холодной и похожей на мокрый мох. Склизкая и противная, не имеющая ничего общего с обычной «одёжкой» косолапых королей леса.

Кое-как затащив голову в дом, я открыл протезом «аквариум» и хотел закинуть голову туда, но не смог поднять. Она всё это время продолжала регенерировать и весила уже больше пятидесяти килограмм. Доставшееся мне тело было чуть тяжелее.

Как бы ни хотелось этого признавать, но я физически был неспособен осуществить задуманное. А конструировать на коленке систему рычагов нет времени.

Я бросил тщетные попытки оторвать ухо этой твари и отошёл на пару шагов.

Нужно подумать. Возможно, ещё не всё потерянно…