Помоги проекту - поделись книгой:
В любом случае данные паспорта Мехмеда подтвердили, что он действительно ездил в Ирак всего за несколько дней до смерти Лейлы.
Суд, вероятно, уже подозревал, что подсудимый мог быть всего лишь добровольным орудием отца и брата Лейлы. И именно поэтому было решено не присваивать совершенному Денизом убийству особую тяжесть вины, ведь ее явно «заслужили» другие.
И все же Мехмед не только до сих пор находится на свободе, но и дело против него было прекращено. Через несколько дней после того как он и его спутник появились у меня в офисе, все свидетели «отозвали» свои показания[16].
Радиомолчание
Когда с разницей в полчаса в полицию сообщили об обнаружении двух трупов, поначалу все подумали, что это какая-то неудачная шутка. В окрестностях муниципалитета Перпиньян на юге Франции не происходило никаких серьезных преступлений, не говоря уже об ужасных убийствах. Предположительно всему виной были молодые люди, которые решили немного расшевелить сонное гнездышко, окруженное лугами, полями и лесами, и заранее спланировали мистификацию. Или же кто-то выбросил старые манекены в удивительно красивой и уединенной местности?
Когда прибыли жандармы из местного отделения полиции, их глазам предстало довольно сюрреалистичное зрелище: в обоих местах они обнаружили по большому продолговатому свертку, сделанному из мешков для мусора. Один из них находился за пределами частной территории, которую регулярно посещал арендатор, месье Виктор, пасший там своих лошадей. На обочине сельскохозяйственной дороги, разделенной рядом деревьев и заросшей высокой травой, за густым терновым кустом месье Виктор обнаружил загадочный сверток. То, что ничего хорошего внутри свертка нет, месье Виктору стало ясно только после того, как он, воспользовавшись отломанной веткой, разорвал пакет длиной 2 метра 40 сантиметров и шириной 50 сантиметров. Пакет был в хорошем состоянии и, по его мнению, пролежал там недолго. Из-за этого, а также из-за огромных размеров свертка, любопытство месье Виктора взяло верх. Ему очень хотелось узнать, что там. Когда он слегка приоткрыл пакет, внутри обнаружился пропитанный кровью восточный ковер, а в нос мужчине ударил резкий, неописуемо отвратительный запах. Больше он не притрагивался к злосчастному пакету.
Всего в нескольких километрах от этого места, в небольшом лесном массиве, который облюбовали велосипедисты и любители пробежек, практически одновременно с первой находкой другой мужчина наткнулся на еще один продолговатый пакет из склеенных мешков для мусора. Сверток лежал неподалеку от узкой лесной тропы, проходящей под крутой насыпью, среди разбросанных консервных банок, проводов, полиэтиленовой пленки и прочего мусора. То обстоятельство, что месье Густав вообще обнаружил сверток, было чистой случайностью, поскольку его едва было видно с тропинки. Тем, кто проезжает мимо на велосипеде или совершает пробежку, довольно сложно заметить пакет, и если они каким-то чудом и заметили бы сверток, то, вероятно, приняли бы обмотанные скотчем пакеты за обычный мусор. Потому что, к сожалению, для местных жителей стало привычным делом выбрасывать свой мусор в этом лесном массиве. Но заметная чистота и аккуратность пластиковой упаковки пробудили интерес месье Густава. Края мешков для мусора были тщательно склеены с помощью скотча. Месье Густав также предположил, что загадочный пакет не мог пролежать там долго, ведь в округе водилось много лис и кабанов, а пакет оказался неповрежденным. Поражали и большие размеры свертка, который снаружи имел грубые очертания человеческой фигуры. Итак, месье Густав тоже вскрыл пакет. В том месте, где, по его мнению, должны быть ноги, он слегка надрезал ножом полиэтиленовую пленку. Его глазам также предстал восточный ковер и он также почувствовал сильный гнилостный запах.
Полицейские не сомневались по поводу содержимого зловещих пакетов и решили вскрыть их тут же на месте, что впоследствии оказалось серьезной ошибкой…
В первом мешке для мусора сначала прорезали отверстие размером примерно 50 на 50 сантиметров, которое, по расчетам полицейских, находилось на уровне груди трупа. Затем аккуратно разрезали левую и правую стороны вдоль мест склейки, чтобы не повредить скотч, соединяющий мешки для мусора. Полицейские надеялись обнаружить больше всего следов, особенно отпечатков пальцев, на скотче, к которому преступник прикасался в процессе упаковки. Опыт показал, что липкую ленту трудно отрывать в перчатках, потому что ленту потом трудно от них отлепить.
Под разрезанной пленкой показался красный восточный ковер, в который явно было завернуто что-то большое и тяжелое. При более внимательном рассмотрении удалось различить огромное темно-красное пятно, которое буквально пропитало ковер. Затем была осторожно удалена внешняя пластиковая оболочка, которая состояла из трёх мешков для мусора, склеенных между собой клейкой лентой, – некое подобие саркофага. После этого полицейские развернули большой красный восточный ковер. Под ним была фигура человека в серой толстовке с капюшоном, голубых джинсах, черных носках и без обуви, причем все вещи выглядели аккуратно. Голова же была завернута в полотенце, насквозь пропитанное кровью.
Когда и полотенце было снято, полицейские увидели голову мужчины 50–60 лет с очень распухшим лицом, которое в результате гнилостных процессов приобрело разнообразные оттенки: от сочного фиолетового до темно-синего. Оно было похоже на гротескное изображение Будды. После поверхностного осмотра головы массивную кровопотерю сразу объяснить не удалось. Голова слишком распухла и установить причину смерти было нельзя. В любом случае серьезных травм выявлено не было даже после того, как следователи полностью раздели труп.
Никаких улик, позволяющих определить личность погибшего, обнаружено не было: ни документов, удостоверяющих личность, ни каких-либо важных отличительных признаков. Только на обратной стороне ковра была этикетка с названием и маркой товара, а также ярко-оранжевый ценник с надписью «99,99».
Второй пакет по размеру, типу и состоянию был похож на вскрытый. Полицейские решили сразу же распаковать его. Аккуратно сняв прилипшие мешки для мусора, они увидели почти двухметровый восточный ковер, в который было завернуто что-то тяжелое. На этом ковре было большое пятно крови. После того как полицейские развернули ковер, стало ясно, что в нем тоже спрятан труп, но на этот раз он был завернут в синее одеяло, плотно облегавшее тело. Следователи не смогли объяснить, почему этот труп, в отличие от первого, помимо ковра был завернут еще и в одеяло, ведь в остальном все было практически одинаковым. Голова трупа была обернута пропитанным кровью полотенцем. Видимых повреждений на ней также не обнаружилось, хотя она и была гораздо менее раздута. И снова это было тело мужчины, но немного моложе, лет 35–40. Мужчина был одет в черный свитер, темно-синие джинсы, черные носки. Обуви на нем тоже не было.
На этом трупе полиция обнаружила небольшую, но важную улику: в густых рыжевато-каштановых волосах погибшего была обнаружена гильза от патрона.
Но это еще не все. Раздевая тело, следователи обнаружили еще одну важную деталь: на некоторых предметах одежды были пришиты этикетки с надписью «хлопок» на немецком языке. Тем не менее пройдет много времени, прежде чем появится достоверная информация о двух неопознанных трупах…
Всего за несколько дней до обнаружения тел в немецкую полицию поступило заявление об исчезновении людей, однако никто не связал их с югом Франции. В небольшом поселке, расположенном неподалеку от Франкфурта, мужчина позвонил в местный полицейский участок и с беспокойством сообщил, что его домовладелец, некий Дитер М., и его незрячий сын Хайко уже около недели не появлялись дома и до них не могли дозвониться, хотя хозяйская машина стоит в гараже. Другого сына Дитера М., у которого была квартира в том же доме, уже некоторое время никто не видел.
Полицейские несколько раз попытались дозвониться на мобильные телефоны пропавших, которые были отключены, и провели поиск в компьютерной базе данных, который не дал никакой дополнительной информации. Тогда они отправились к дому троих пропавших мужчин. Однако ничего подозрительного обнаружить не удалось. Беглый осмотр через окно показал лишь то, что на двуспальной кровати в спальне не было постельного белья, а все остальные обозримые комнаты выглядели прибранными и опрятными. Отсутствовали какие-либо признаки преступления, которое могло бы иметь отношение к исчезновению жильцов. Не было обнаружено никаких доказательств запланированного или совершенного самоубийства. По заявлениям встревоженного жильца, все пропавшие были совершеннолетними и производили впечатление «нормальных».
Через некоторое время с одним из пропавших мужчин, Маркусом М., связались по мобильному телефону, когда тот находился в Испании, и дело для полиции было закрыто. Маркус М. заявил, что его брат и отец совершенно здоровы и, по его мнению, нет никакой опасности, что они могут причинить друг другу вред. Хотя Маркус и не знал точно, где они оба находятся в данный момент, но все же отверг предложение полицейских, чтобы слесарь вскрыл дом его отца, где жили все трое, для проверки. В любом случае он скоро вернется домой и узнает, где находятся его брат и отец, если они к тому времени не свяжутся с ним.
Полицейские также опросили коллег старшего сына, Хайко, но никто ничего не знал. Около недели назад его отец сообщил по телефону, что следующие три месяца Хайко будет болеть. В последний раз его видели за неделю до того как тот был объявлен пропавшим без вести. С тех пор мужчина не отвечал на телефонные звонки и электронные письма. Однако реальной причины для беспокойства не было, поскольку звонок его лечащему врачу все прояснил: он описал Хайко как здорового и позитивного молодого человека, а его отца как здорового мужчину, который много занимается спортом. Лечащий врач предположил, что отец и сын вместе уехали в отпуск.
Примерно через две недели после исчезновения Маркус М., младший сын, вернулся из отпуска на Тенерифе и отправился с полицией в дом своего отца. Он сам попросил полицейских сопровождать его, хотя и считал, что его брат и отец тоже где-то отдыхают. Вероятно, они улетели либо на Майорку, либо на Канарские острова, намереваясь там перезимовать, ведь отец часто спрашивал Маркуса, каково это – зимовать на Канарских островах. Сам он за последние 15 лет провел там большую часть зим, работая тренером по езде на горном велосипеде. Кроме того, за последние два года отец часто мечтал о том, чтобы поваляться где-нибудь под южным солнцем и погонять на велосипеде по Майорке.
И по всей вероятности, оба с тех пор не выходили с ним на связь, потому что были обижены на Маркуса из-за того, что он не позвал их с собой. В этом, кстати, не было ничего странного: в последние годы они порой не общались месяцами. Возможно, они приняли решение отказаться на время отдыха от мобильной связи, предположил Маркус, или вместе проходили курс терапии от депрессии, которой страдал его брат, и, возможно, по терапевтическим причинам им временно запретили контактировать с внешним миром.
Осмотр квартиры показал, что мужчины действительно уехали в зимний отпуск: кровати были разобраны, холодильники в двух квартирах отца и сына Хайко, расположенных одна под другой, были пусты, разморожены и стояли открытыми. Кроме того, отсутствовали туалетные принадлежности: зубные щетки, бритвы и тому подобное. Наконец, исчезли чемоданы и одежда.
К тому же сына Маркуса успокоил тот факт, что его звонок на сотовый телефон отца, сделанный накануне, как он выразился, «прошел», а это означало, что сотовый телефон снова включили. Хотя его отец и не взял трубку, он оставил сообщение на голосовой почте.
В результате заявление о пропаже не было подано.
Примерно через два месяца друг Хайко, М., обратился в полицию и сообщил, что Хайко до сих пор с ним не связывался и что его брат Маркус больше не желает разыскивать своих отца и брата.
Также в полицию обратилась бывшая девушка Хайко, тоже незрячая. Она написала электронное письмо следующего содержания:
Уважаемые дамы и господа,
14 ноября Маркус М. отвез своего брата на вокзал, а затем вернулся на Канарские острова. Хайко планировал покататься на тандеме, но в тот день поездка на тандеме отменилась.
15 ноября соседка еще видела Дитера М.
16 ноября Хайко собирался навестить своего давнего друга Гвидо, но не пришел на встречу.
Самое смешное, что за этот период времени на адрес пропавшего не было вызовов такси до аэропорта или куда-либо еще! И, как вам известно, машина стоит в гараже.
Наш общий друг, который знает испанский, звонил в кемпинги на Майорке. Не тут-то было! У них не останавливался мужчина с незрячим сыном. Я не могу себе представить, что Хайко и его отца нет дома в течение трех месяцев, что он живет без компьютера, телефона и не общается со своими друзьями и знакомыми. Для него это очень нехарактерно!!!
С наилучшими пожеланиями,
Карин С.
К письму Карин С. прилагалось электронное письмо от брата Хайко, Маркуса, следующего содержания:
Здравствуй, Карин!
Меня достала эта тема «бесследного исчезновения моего брата и отца» и я хотел бы попросить всех причастных уяснить, что я хочу/должен заниматься своими делами, а не пересказывать бесчисленному количеству людей по три раза в день «печальную историю», которую уже изучил вдоль и поперек. Судя по всему, они перезимовали где-то на солнечном юге. Когда неделю назад я прилетел домой из Испании, мы вместе с полицейскими заходили в квартиры Хайко и отца. Обе квартиры были заперты на несколько оборотов замка, холодильники и морозильные камеры разморожены, шкафы опустошены, летняя одежда пропала, зимняя осталась на месте, также исчезли чемоданы, паспорта и значительная сумма денег. С этой суммой они оба смогут провести долгую зиму на юге. После того как два года назад умерла мать, отец часто говорил об отпуске на Майорке или Канарских островах. Поскольку я уже 15 лет занимаюсь горным велосипедом, мой отец попросил разрешения присоединиться ко мне, но я отказал, потому что моя работа занимает 7 дней в неделю, 24 часа в сутки и на отца с братом у меня не было бы времени.
Меня не слишком удивляет, что они оба никому не сообщили о своих планах. Иногда у нас случались длительные перерывы в общении. Для меня в этом нет ничего необычного.
Теперь я хотел бы попросить тебя, а также всех остальных воздержаться от безумных теорий о том, что с ними произошло что-то ужасное. Полиция считает, что нет никаких указаний на несчастный случай или что-то подобное. После того как мы побывали в квартире и я передал всю известную мне информацию, полиция прекратила расследование.
С уважением,
Маркус
Примерно через месяц бывшая девушка Хайко снова обратилась в полицию, на этот раз заявив, что ей по-прежнему ничего не известно о местонахождении отца и сына. Она снова связалась с арендатором, проживавшим в одном доме с пропавшими, но все это время он не видел обоих и ничего не слышал о них. Однако в разговоре с ней арендатор рассказал, что Маркус М. побывал в доме несколько недель назад и забрал часть вещей отца и брата, а также увез машину в неизвестном направлении. Он считает, что Маркус хочет, чтобы отец и брат по возвращении связались с ним, чтобы вернуть свои вещи.
Однако в ответственном за расследование полицейском управлении утверждают, что до сих пор не было выявлено никаких признаков исчезновения, а также состава преступления. Хайко и Дитер М. взрослые люди, которые могут делать все, что пожелают.
Карин С. была расстроена. Хотя их отношения с Хайко закончились, она все равно очень любила его и скучала. Прошло еще два месяца, а Карин так и не получила от Хайко никаких вестей. Тогда девушка решила отправиться в другой полицейский участок и попытать счастья там.
Она настаивала на том, что ее бывший парень Хайко М. был очень ответственным человеком, который никогда не пропускал запланированные встречи без объяснения причины. Кроме того, сколько она его знала, Хайко постоянно сидел на различных форумах для незрячих в Интернете. Но и там он давно не появлялся. А от брата Хайко, Маркуса, она узнала, что его отец и брат, очевидно, взяли с собой крупную сумму наличных, но оставили в квартире свои дебетовые и кредитные карты, что странно для длительного отпуска.
Хайко не мог просто исчезнуть, никого не предупредив, это было совсем на него не похоже, поэтому девушка предположила, что Хайко не мог ни с кем связаться, даже если хотел этого, и, возможно, его увезли из дома против его воли.
В этой истории было что-то нечисто, ведь Маркус изначально не собирался расследовать исчезновение своих близких родственников.
Он продолжал действовать весьма нерешительно. Поэтому Карин не видела иного выхода, кроме как снова обратиться в полицию после многочисленных безуспешных попыток найти Хайко. Она надеялась хотя бы узнать, что Хайко еще жив и у него все в порядке…
Карин привела несколько веских аргументов. Больше всего полицейских раздражал тот факт, что прошло уже шесть месяцев, а Маркус так и не заявил о пропаже своих отца и брата. Полицейский, принявший заявку, немедленно доложил об очередном обращении Карин С., проинформировав весь участок. Тогда полицейские еще раз поговорили с Маркусом М. и внимательнее осмотрели квартиры.
Во время беседы с полицейскими Маркус М. под давлением старшего инспектора официально заявил о пропаже отца и брата, а также сказал, что в последний раз видел отца 15 ноября в их общем доме, а потом снова отправился в Испанию. Как уже неоднократно упоминалось, отцу хотелось перезимовать в теплом климате и он неоднократно поднимал вопрос о покупке дома на колесах. Они могли не общаться друг с другом в течение длительного времени – это было в порядке вещей. Вернувшись из Испании примерно через месяц, Маркус обнаружил, что автомобиля его отца, красной «Мазды», больше нет на месте. Кроме того, из сейфа пропали сбережения его отца – наличные на сумму около 150 000 евро, хотя дебетовая и кредитная карты его брата все еще находились в квартире. Из обоих шкафов забрали всю летнюю одежду. На бесчисленные звонки на мобильные телефоны отца и брата, а также на оставленные им сообщения ответа не последовало.
Однако когда по прошествии почти 8 месяцев после исчезновения полицейские вновь пришли осматривать квартиру, они наткнулись на нечто подозрительное: во время поиска улик в ящике кухонного стола следователи обнаружили водительские права Дитера М., что было весьма странно для человека, который собирается на длительный срок уехать за границу, к тому же в доме на колесах. Но это было еще не все: с точки зрения следователей, Маркус М. стал давать противоречивые показания. На повторный вопрос о крупной сумме денег в сейфе, которая якобы пропала, Маркус М. теперь заявил, что это в основном были его деньги – чаевые, которые Маркус, по его собственным словам, копил годами. Он разозлился на то, что отец и брат сбежали с его деньгами, и, вероятно, это стало причиной того, что они оба перестали с ним общаться. Напомню: Маркус М. изначально говорил, что это были сбережения его отца…
У следователей появилось нехорошее предчувствие. Быть может, Маркус М. имел какое-то отношение к исчезновению двоих мужчин? Они решили еще раз обстоятельно поговорить с бывшей девушкой Хайко, ведь Карин С. вела свое расследование и, похоже, была хорошо осведомлена о ситуации в семье. И действительно, несмотря на отсутствие зрения, Карин оказалась самым настоящим профайлером, владеющим очень важной информацией.
Она рассказала следователям, что Хайко М. собирался завести собаку-поводыря, что, по ее мнению, не имело смысла, если он планировал уехать на зимние каникулы продолжительностью в несколько месяцев. Кроме того, Дитеру М. предстояла операция, что сразу вызвало вопрос, почему он не дождался ее, а уехал на юг на долгие месяцы. Тем временем Карин обзвонила всех друзей Хайко, однако никто из них ничего не знал о его запланированном зимнем отпуске, и все согласились, что это было очень странно. В конце концов Хайко обязательно рассказал бы ей о своей поездке и не назначал бы никаких встреч. Однако же он договорился с Гвидо, одним из своих лучших друзей, посетить вместе выставку для незрячих, которая состоялась через неделю после его исчезновения. Незадолго до своего исчезновения Хайко также зарегистрировался во франкфуртском спортивном клубе «Рот-Вайс», чтобы заниматься новым видом спорта для незрячих.
Однако особое внимание следователи обратили на следующее заявление Карин: после смерти матери двумя годами ранее произошел спор о наследстве. И еще: Хайко нужно было вернуться в Германию не позднее апреля, к своему дню рождения. Потому что ровно в начале каждого нового года жизни инвалиды по зрению получают от государства так называемое свидетельство о жизни, которое они должны подписать, чтобы подтвердить, что они еще живы. В противном случае выдача пособия по инвалидности будет прекращена. Однако в ведомстве Карин подтвердили, что свидетельство о жизни Хайко было подписано и получено как раз в его день рождения. Власти отправили письмо с документом для подписи не на адрес, где Хайко проживал во время своего отпуска, а на домашний адрес родителей. Должно быть, либо Хайко приехал домой, либо Маркус – единственный человек, имеющий доступ к почтовому ящику и, следовательно, к почте своего брата – отправил документ на подпись по адресу, где находился Хайко. Но это, в свою очередь, означало бы, что Маркус в курсе, где был его незрячий брат.
Следователи получили подписанное свидетельство о жизни, которое прислало им ответственное ведомство, и обнаружили, что подпись на свидетельстве о жизни Хайко М. была поставлена не им.
Теперь полицейские знали: если свидетельство о жизни Хайко М. было отправлено на его домашний адрес, где только Маркус М. имел доступ к почте, было очевидно, что тот подделал подпись. Но зачем? Деньги пособия по инвалидности в итоге поступили на счет Хайко, разве что… – но вряд ли следователи хотели дальше развивать эту идею.
Они получили выписки из счета Хайко М., чтобы отследить операции по счету за последние несколько месяцев, и были поражены: после исчезновения Хайко его дебетовыми и кредитными картами пользовались с пугающей регулярностью и всегда там, где находился его брат Маркус. Операции по карте включали оплату различных блюд, покупок в хозяйственных магазинах, бронирование гостиниц, счета за бензин и многое другое.
А благодаря техосмотру следователи выяснили еще кое-что: Маркус М. продал красную «Мазду» автодилеру, хотя ранее заявлял, что автомобиль исчез после его возвращения из Испании. Затем полицейские выяснили, что Маркус М. в письменной форме просил арендатора дома его родителей перечислять ежемесячную арендную плату на его счет, а не на счет отца. Кроме того, Маркус М. разместил объявление о сдаче в аренду двух квартир своего отца и брата.
Следователи сочли странным, что, по словам соседки, отец еще до своего исчезновения поручил фирме заменить окна в его доме. Встреча была назначена на следующий день после его бесследного исчезновения. Но отец не сообщил Маркусу или соседям, что приедут рабочие, чтобы заменить окна. Скептицизм возрастал: мог ли Дитер М. уехать в зимний отпуск продолжительностью в несколько месяцев, не беспокоясь о замене дорогостоящих окон и не поручив никому впустить рабочих в дом? Что-то было не так.
Спустя 9 месяцев после исчезновения, от пропавших мужчин не было никаких вестей. Следователи начали подозревать, что произошло убийство.
Не только из-за сомнительных действий Маркуса М., который подделал свидетельство о жизни брата и пользовался его банковскими картами, но из-за того, что Маркус был единственным наследником в случае смерти брата и отца…
Однако следователи пока не могли предоставить каких-либо конкретных доказательств, поскольку не было ни тел, ни каких-либо улик, указывающих на насильственное преступление. В квартирах не было крови и следов борьбы. Они, напротив, оказались на удивление чистыми и прибранными, по мнению следователей, даже слишком чистыми.
Да и не странно ли, что ни брат, ни отец за 9 месяцев не пользовались средствами на своих счетах? Что у отца не было с собой водительских прав? Что ни друзья, ни соседи не знали о предполагаемых планах двоих мужчин на зимовку? И почему Маркус сдал в аренду квартиры своего отца и брата, когда ему следовало бы ожидать их возвращения в любой момент? Разве не странно, что Маркус М. подал заявление о пропаже только после оказанного на него давления? По мнению следователей, поведение теперь уже подозреваемого совершенно не соответствовало поведению сына и брата, который переживал и скучал по родным.
И что же теперь? Нет трупов – нет убийства? Подозреваемый, но без единого доказательства? Не совсем так. Потому что на помощь следователям пришел знаменитый «комиссар Случай»…
Французские следователи не добились большого прогресса в расследовании дела двух трупов, найденных на юге Франции годом ранее. Хотя им удалось выяснить, что оба мужчины были убиты выстрелами в голову из одного и того же мелкокалиберного полуавтоматического пистолета (то есть патронами, которые часто используют наемные убийцы, потому что они производят более тихие выстрелы), но пока не удалось установить, чьи тела были обнаружены, не говоря уже о том, кто виновен в смерти этих двух людей.
Следователям удалось лишь однозначно исключить самоубийство. Пулевой канал в одном из трупов проходил почти вертикально сверху вниз, и пуля застряла на середине шеи. Совершить самоубийство, стреляя под таким углом, было практически невозможно. У другого трупа было два огнестрельных ранения в голову, поэтому самоубийство здесь тоже исключалось, ведь жертва почти наверняка потеряла сознание после первого выстрела в голову. К тому же двое мертвецов вряд ли могли самостоятельно завернуться в ковры и мешки для мусора.
Но французские следователи выяснили, что тела, скорее всего, прибыли из Германии. Об этом свидетельствовали не только этикетки, на которых было по-немецки написано «хлопок». Исследование бирки ковра тоже подтвердило эту версию. Выяснилось, что эту модель ковра продавали всего 13 компаний, причем двенадцать из них находились в Германии и одна в Люксембурге. В Германии было продано всего 7 таких восточных ковров, два из которых купили недалеко от места, где проживали Дитер, Хайко и Маркус М.
Однако решающий прорыв произошел благодаря исследованию зубов трупов: у погибших были мосты и пломбы, отличающиеся превосходным техническим исполнением, так что, по мнению французских специалистов-стоматологов, личности обоих трупов можно было скорее установить в Германии, чем во Франции, что совсем не обязательно дает негативную оценку профессионализма французских стоматологов. Также анализ ДНК показал, что двое погибших были отцом и сыном.
Стоматолог, ответственная за обследование состояния зубов трупов и определение их стоматологического статуса, предложила представить дело о двух убитых на конгрессе в Кельне, приводя в качестве аргумента свои подозрения, что стоматологические процедуры высокого качества были выполнены в Германии. Так дело о трупах двоих неизвестных мужчин оказалось в базе данных неопознанных и без вести пропавших людей. Федеральное управление уголовной полиции использует эту базу данных для расследования дел людей, пропавших без вести или погибших. Помимо ДНК, отпечатков пальцев и группы крови, в ней также хранятся данные о состоянии зубов пропавших людей или неопознанных трупов.
После того как Маркус М. официально заявил о пропаже своих брата и отца, немецкая полиция получила у дантиста их стоматологический статус и соответствующий рентгеновский снимок. Имя и адрес лечащего стоматолога удалось выяснить во время повторного обыска квартир пропавших мужчин. Буклет дантиста лежал рядом с водительскими правами отца.
По прошествии нескольких недель обычной бюрократической процедуры с вводом, записью и пересылкой стоматологического статуса на компьютере Федерального ведомства уголовной полиции Германии внезапно загорелись лампочки. Прямое попадание: трупы с юга Франции с простреленными головами, завернутые в восточные ковры и аккуратно упакованные в мешки для мусора, принадлежали Хайко и Дитеру М.
Ордер на арест Маркуса М. был выдан в тот же день.
Когда Маркуса М. арестовали, он не выглядел особо удивленным. Мужчина даже настоял на том, чтобы заправить постель, прежде чем его увезут. Он не пожелал комментировать обвинения в свой адрес. Но когда следователи сообщили Маркусу, что его отца и брата нашли мертвыми, тот начал горько плакать, однако следователи сочли это притворством.
Хотя прокуратура, следователь и полиция считали, что никто иной, как Маркус М., является главным подозреваемым в убийстве собственного брата и отца, до завершения расследования было еще далеко. Потому что пока не удалось доказать, что Маркус М. действительно был убийцей.
По характеру ранений на теле отца было очевидно, что совершенное преступление являлось убийством: пулевой канал начинался в затылке и проходил сквозь черепную коробку практически вертикально.
Либо преступник стоял позади коленопреклоненного отца, либо выстрелил ему в голову сзади, когда тот лежал.
Оба сценария наводили следователей на мысль о том, что в момент совершения выстрела отец был беззащитен, иначе он вряд ли позволил бы преступнику стрелять в него в таком положении. Поступки того, кто при убийстве пользуется беззащитностью своей жертвы, заслуживают особого осуждения, потому что преступник тем самым лишает свою жертву всякой возможности защитить себя. Вот так «простое» причинение смерти становится умышленным убийством.
Мотив Маркуса М. (получение наследства) и весьма явное посткриминальное поведение (противоречивые показания, отказ объявлять пропавших мужчин в розыск, распоряжение денежными средствами и имуществом пропавших и тому подобное) еще не превращали подозреваемого в преступника. Однако в ходе дальнейшего расследования выяснилось, что Маркус М. уехал в Испанию работать ровно через день после того, как его брата Хайко в последний раз видели живым. Его отца в последний раз видели живым незадолго до этого, но ни одного из них не видели после. Угадайте с трех раз, где пролегал путь Маркуса М. в Испанию? Правильно. Непосредственно через места обнаружения двух тел, которые находились друг от друга всего в нескольких минутах езды на автомобиле. Маршрут удалось реконструировать на основе анализа данных его мобильного телефона, платежей по кредитным картам, а также встречи с офицерами полиции, когда Маркуса остановили за превышение скорости и немедленно потребовали заплатить штраф. Более того, он отметил свой маршрут в записи на стене в социальной сети.
Положение Маркуса М. осложнилось, когда следователи обратили внимание, что ковры в гостиной совершенно не гармонируют с остальной частью квартиры, между тем квартира отца была очень элегантной, обставленной в старинном стиле рококо. Следователи назвали его «стилем замка Нойшванштайн», но находившиеся там ковры были довольно незатейливыми, современными и слишком маленькими для просторных комнат. Кроме того, паркет в гостиной рядом с диваном и за современными коврами казался значительно ярче, чем остальной паркет, как будто раньше там лежал ковер покрупнее.
И действительно, анализ волокон двух восточных ковров и синего одеяла, в которое были завернуты тела Хайко и Дитера М., показал, что небольшое количество волокон, найденных в квартире пропавшего мужчины, принадлежали одной серии. На ковре, в который было завернуто тело сына, также был обнаружен волос, принадлежавший Маркусу М.
Следователям стало ясно, что ковры с юга Франции раньше украшали квартиры пропавшего мужчины и что квартиру, должно быть, очень тщательно прибрали, потому что удалось найти всего 27 волокон, и то в основном на ножках мебели. Классическая ошибка, которую допускали многие преступники, как выразился на суде эксперт по текстилю. Точки соприкосновения мебели с коврами, такие как ножки дивана, подставки для цветов, войлочные накладки для защиты пола от царапин и другие, регулярно соприкасаются с полом, но опыт показал, что непрофессионалы часто упускают их из виду при уборке места преступления.
Дорогие читатели и читательницы, на данный момент я предполагаю, что вы абсолютно убеждены, что Маркус М. – это убийца. И, как можно догадаться, присяжные Франкфурта также не сомневались в виновности Маркуса М., тем более что в ходе расследования появились важные компрометирующие его улики.
Суд посчитал, что убийцей Хайко и Дитера М. был Маркус М., основываясь на двух основных доказательствах. С одной стороны, тела были обнаружены в легкодоступных местах, непосредственно по ходу маршрута, которого придерживался Маркус М. по пути в Испанию. С другой стороны, оба трупа были завернуты в текстильные изделия, которые ранее находились в гостиной Дитера М. На основании житейского опыта суд исключил версию, что двое убитых отправились на юг с двумя восточными коврами в багаже, затем были случайно убиты, а их тела были выброшены там, где проезжал подсудимый.
Суд не принял во внимание объяснение Маркуса М., что двое пропавших мужчин отправились в зимний отпуск именно из-за двух ковров. С чего бы им путешествовать с двумя огромными коврами? Против добровольного исчезновения Хайко и Дитера М., по мнению суда, говорили и условия жизни потерпевших, а также отсутствие какой-либо объективно проверяемой подготовки к зимовке, какие-либо сведения о планах на предстоящий отпуск, тем более что дальнейшее расследование показало, что отец всегда прощался с соседями даже перед значительно более короткими отпусками.
Соседи также описали Дитера М. как человека, который был крепко привязан к своему дому и особенно к саду. В последние годы он потратил много времени на содержание и обновление своего жилья. Никто из соседей не верил, что Дитер М. уже давно собирался покинуть свой дом.
Суд также прислушался к аргументам бывшей девушки Хайко, Карин, которая выступала против длительного пребывания мужчин за границей. Столь долгая зимовка потребовала бы чрезвычайных организационных усилий от незрячего мужчины: инвалид по зрению, коим являлся Хайко М., не смог бы ступить ни шагу в одиночку. Дитеру М. пришлось бы круглые сутки находиться рядом с сыном. Для отца такая зимовка вряд ли могла означать покой и отдых. Под отчетливые смешки в зале суд задал обвиняемому Маркусу М. риторический вопрос о том, кто бы присматривал за сыном, пока отец, как утверждал Маркус М., катался бы на велосипеде?
Однако, по мнению суда, зимний отпуск в итоге означал бы лишь неудобства для незрячего Хайко М.: ведь он поддерживал большинство своих контактов с друзьями при помощи телефона и компьютера и имел прочные связи в сообществе незрячих людей во Франкфурте. Кроме того, незадолго до своего исчезновения Хайко записался на участие в игре и договорился с друзьями о встрече, которая должна была бы состояться через неделю после его исчезновения, но Хайко не отменил встречу, хотя имел репутацию ответственного человека. И наконец, Хайко следовало бы уволиться, ведь после трехмесячного отсутствия на его место все равно взяли бы кого-то другого.
По мнению суда, против зимовки на юге свидетельствовал тот факт, что мужчины не очень хорошо подготовились к длительному отсутствию. Отец не успел заменить окна и разобраться с садом, а Хайко не предупредил об этом коллег, хотя работа очень много значила для него. Его знали и уважали как надежного сотрудника. Почему же Хайко М. из-за спонтанного решения отправиться в отпуск решил поставить под угрозу свою репутацию и попросил отца сообщить о его вынужденном отсутствии «по причине болезни»? И, как позже выяснилось, именно с мобильного телефона Маркуса М. «отец» и позвонил коллегам сына.
Несмотря на обстановку в квартирах пропавших, суд счел доказанным и тот факт, что Хайко и Дитер М. не готовились к поездке. По мнению суда, на вопрос о том, как двое пропавших собирались попасть на юг, ответа не было: на момент исчезновения Дитер и Хайко М. не забронировали авиабилеты, а отец не мог арендовать автомобиль, потому что для этого потребовались бы водительские права, которые остались дома. Это было главным аргументом против теории отпуска: кто же едет за границу на несколько месяцев с незрячим сыном, не взяв с собой водительские права?
Суд исключил вероятность того, что мужчины путешествовали на поезде, поскольку, если бы они собрались на зимовку, им пришлось бы везти с собой багаж, что сделало бы поездку на поезде с незрячим человеком гораздо более затруднительной. Кроме того, Карин, бывшая девушка Хайко, заявила, что длительная поездка на поезде довольно утомительное занятие для слабовидящего человека. Оставался единственный вариант – путешествовать на собственной машине. Красная «Мазда» стояла в гараже с момента исчезновения двоих мужчин, пока Маркус М. не продал ее. Хайко и Дитер М. не стали бы покупать еще одну машину или даже дом на колесах, потому что новое транспортное средство пришлось бы официально зарегистрировать. В конце концов Дитер и Хайко М. даже не выбрали конкретный пункт назначения. После проверки их счетов выяснилось, что они не оплачивали ни гостиницу, ни другое жилье. А стоянка в палаточном лагере без автомобиля показалась суду довольно абсурдной.
Поделиться книгой: