Землянка в межмировой Академии (СИ)

— Девочки, мне кажется, нам пора поторапливаться, — Маша указывает глазами на табло, которое мы ранее не заметили. На нем начался обратный отсчет.

— Ты права, — я подскочила к конструкции и начала лихорадочно осматривать ее. Бессистемно понажимала на кнопки, и все три двери по очереди открылись. — Залазьте! — я отдаю команду, а девушки послушно ее выполняют.

Мы забрались в капсулы. Места мало. Хватает, только чтобы встать. И меня сразу же пристегивают ремни, до жути похожие на те, с кушетки-капсулы. Они плотно зафиксировали тело в вертикальном положении, и я сосредотачиваю все внимание на табло управления. Нажимаю кнопки и двери на трех капсулах закрываются, и началась вибрация. Когда на табло обратного отсчета появилась цифра десять, под нами открылся люк, и мы провалились вниз.

Мы не успели отлететь достаточно далеко, чтобы нас не зацепил взрыв. Нас тряхнуло так, что капсулы разъединились. Мою капсулу сильнее всего задело взрывной волной. От невероятного по своей силе удара мое жалкое транспортное средство перекрутилось вокруг своей оси раз сто. И я порадовалась, что не ела ничего накануне.

Когда немного пришла в себя, я пыталась рассмотреть другие эвакуационные капсулы, но не могла. Станция, с которой мы так вовремя успели сбежать, тоже уже скрылась из вида. Вернее, то, что от нее осталось.

Осознание, что я осталась одна в открытом космосе, настигло меня спустя несколько часов. Ждать подмоги неоткуда, девчонки тоже разлетелись после взрыва. И что дальше? Что делать в такой безвыходной ситуации?

Боже, как я раньше была не права. Думала, у меня проблемы, Ан нет, это были житейские трудности. Вот она, проблема! Я осмотрела капсулу, насколько мне позволяли ремни безопасности. Еды нет, впрочем, как и воды. Кислород тоже не безграничен и его дай бог на пару суток, а затем все — смерть. Вот и пожила Майорова Яна на белом свете, мир повидала, себя показала. Я не паниковала, помнила, что от паники учащается сердцебиение и, соответсвенно, кислород расходуется больше. Черный юмор заставлял даже усмехаться своим мыслям.

Если останусь жива, буду жить на полную катушку. Никаких оглядок на мнение общества, на то, что скажут люди. Тем более, насколько я понимаю, здесь из людей были только мы: я да Маша с Дашей. Хотелось расплакаться, выплеснуть свое отчаяние в надежде, что станет легче, но не могу. Отец всегда говорил, что слезами горю не поможешь. Вспомнила отца и брата. Отец военный, и мы часто переезжали по гарнизонам и частям. В одном из таких гарнизонов мама и заболела, наверно, она долго чувствовала себя неважно, но молчала. Чтобы папа не беспокоился и не переживал, чтобы нас не пугать. Когда у мамы поднялась температура, отец был на суточном дежурстве, и мы с братом запаниковали. Он побежал к отцу, но его не отпустили домой, просто было некем заменить. Он пришел утром, когда мама уже бредила. Пока нашли машину, пока подписали рапорт на то, чтобы покинуть часть. Она, к слову, была какая-то секретная. Я до сих пор не знаю, что это было за место. Нас оставили дома, но я уже тогда понимала, что все. Мама домой не приедет. Брат ругал меня. Но что возьмешь с пятилетней малявки? Но она не вернулась. Сперва реанимация, кома и все. Отец приехал домой через неделю постаревшим на десять лет. И мы стали жить втроем. Девятилетний брат, пятилетняя я и тридцатилетний отец. Мы еще год прожили в этом гарнизоне, и как только у отца представилась возможность переехать в большой город, мы уехали.

Отец решил посвятить себя нам с братом и больше не женился. Оглядываясь назад, я понимаю, что он же был еще так молод и мог бы устроить свою личную жизнь, но не стал. Как-то он сказал, что побоялся, что женщина, которую он мог привести в дом, могла бы плохо относиться к нам с братом. И потому не стал. Хотя, скорее всего, какие-то гостевые отношения у него, наверно, были.

Да, я вспоминала отца и свою жизнь до этого всего, чтобы не бояться. Да, мне было страшно до икоты, до мушек перед глазами. А может, это уже кислород начал заканчиваться. Я не знаю, сколько времени прошло. Может, пять часов. А может, десять. Время тянется как резина, и я постепенно задремала.

Пришла в себя оттого, что капсулу встряхнуло. Было темно, хоть глаз выколи. Снова меня встряхнуло, и с легким характерным шипением дверь капсулы открылась. Мне в глаза ударил яркий свет, ослепивший меня. Следом в лицо мне ударила струя удушающего приторного запаха, и я поняла, что теряю сознание. Меня усыпили.

Глава 3

Кому здесь не везет? А не везет Майоровой Яне!

Ну вот как? Как можно из одного плена угодить в другой? На такое способна только я.

Сейчас я оказалась в компании двух жабенышей, которые меня и спасли. Я снова пристегнута к кушетке. Из меня торчат датчики, а приборы противно попискивают.

Супер. Класс!

Мне на виски приклеены какие-то проводки, и тянутся они к какому-то аппарату. А один из гуманоидов пытается показать мне жестами, что надо спать, но я упорно сопротивляюсь. Просто из вредности. Не договорившись со мной по-хорошему, они просто вкололи мне снотворное. Меня вырубает и прихожу я в себя уже лежа на постели. Ощущение, словно я сейчас сексом занималась. Тянет низ живота и в теле непонятная истома. Оглядываюсь, не понимая, где я и что происходит, как в какой-то момент одна из стен отъезжает в сторону и в комнату входят люди. Вернее, я так подумала, что это люди. Поняла свою ошибку лишь спустя пару минут, когда разглядела у одного из них хвост с пушистой кисточкой на конце. В голове всплывают какие-то фантомные воспоминания, словно я на этой постели с тремя такими же хвостатыми развлекалась, да так, что теперь все тело ноет. Хвостатый осмотрел меня, и на лице появилась маска раздражения и досады.

— Это не она! — он обратился к такому же, как и он, гуманоиду, только помоложе. — Слышишь, Максус, это не она! — и он зло посмотрел на того, кого назвал Максус. А я сижу на постели, испуганно озираясь, старательно пряча свои телеса в простынь, хотя они не заинтересовали этих двоих. С таким безразличием на меня не смотрели даже врачи на медкомиссии, словно я и не девушка даже, а нечто бесполое. Даже обидно стало, но совсем немного. А еще меня заинтересовало, что я понимаю, что мужчины говорят на иностранном языке, но я его понимаю. Я даже попробовала на нем что-то произнести.

— А кого вы ищете? — обратилась к хвостатым мужчинам.

— Ты знаешь хармитский? — мужчины переглянулись.

— Не знаю, что я знаю, но вашу речь я понимаю, — я пожала плечами.

— Коста, не благоразумнее ли будет проводить девушку на твой корабль, а этот взять на буксир? — предложил тот, которого назвали Максус.

— Мы ищем девушку. Она, как и ты, землянка. Ее зовут Мария Земная, — проигнорировав слова своего товарища, обратился ко мне Коста.

— Она была со мной, — я решила сразу не выкладывать все козыри. Не понятно, кто это и что им надо. Да и особо ценной информацией я не располагала.

— Где была? Здесь? — мужчина подскочил ко мне и схватил за плечи.

— Нет, на другом корабле, — Коста встряхнул меня за плечи и к нему подскочил Максус. А у меня сработали долгие годы тренировок и я просто перехватила руку мужчины за кисть, присела и провела загиб руки с болевым на кисть. Коста на мгновение растерялся, но лишь на мгновение и, перехватив меня другой рукой, не дал мне завершить прием, но блокируя мою вторую руку. Миг и простыть, в которую я завернулась, как в сари, сползает с меня, и перед мужчинами открывается вид на меня обнаженную. Они пораженно замерли, а затем Коста отпустил мои руки, немного оттолкнув. Их поразило не мое обнаженное тело, а мой шрам на животе, который не успел как следует зарубцеваться.

— Они тебя пытали? Ты пыталась оказать мне сопротивление довольно профессионально, — Максус присел, поднял простынь и завернул вокруг меня уже не так резко.

— Не ваше дело! огрызнулась. Я сдернула его руки с себя, перехватив простынь, и завернулась.

— Уходим отсюда! — скомандовал Коста, с каким-то любопытством смотря на меня. — Нужно допросить бакайцев и…, — видимо, он хотел сказать и меня, но вовремя замолчал.

Меня повели по каким-то коридорам и тоннелям. Но сразу стало понятно, что это маленький корабль, если сравнивать с тем, на котором меня держали в прошлый раз. Мой второй плен закончился, и я, слава богу, не успела ощутить все его прелести.

По какому-то переходному мосту мы прошли в другой корабль. У меня сложилось впечатление, что это или военные, или местные органы правопорядка. Часто встречалась эмблема, до жути напоминающая земной шеврон военных. И эта же эмблема была нашита на форму мужчин. Тот, что постарше, которого звали Коста, был одет в китель с воротником-стойкой и брюки, а тот, что помоложе, в комбинезон и ботинки, напоминающие берцы. Но на форме обоих были эти нашивки. И если мне правильно подсказывает интуиция, то тот, что постарше, имел звание выше, чем молодой.

Пока я все анализировала, меня привели в скромную комнату-каюту… Показали, как пользоваться очистительной кабиной, которая была очень похожа на привычную мне душевую. Показали, как заказывать еду и прочие мелочи через панель управления каюты, и выдали комплект одежды. Такой же комбинезон, как и у Максуса, только без нашивок и размером поменьше. Но он все равно был мне велик. Но уж лучше большой комбинезон и эта комната, чем кушетка с ремнями и камера у бакайцев. Пока я приводила себя в порядок, мне принесли еду. Конечно, это не в привычном моем понимании еда, но лучше, чем та жижа, что нас кормили раз в день, а то и реже жабеныши. Когда я чистая, сытая и одетая, вышла из комнаты, меня уже ждал Максум, который позвал в командирскую рубку. Как я поняла, они уже успели допросить бакайцев и теперь хотели поговорить со мной.

Меня повели по коридорам корабля, а я с любопытством рассматривала все вокруг. Вдоль проходов судна пролегали сверкающие металлические полы, а стены были покрыты видеопанелями, на которых отображались разнообразные космические пейзажи. Все вокруг излучало невероятный сияющий свет, создавая ощущение будущего и загадочности. К слову, этого не было, когда мы шли в мою комнату. Были просто голые стены.

— А это как? — я понимала, что веду себя немного как неандерталец, но не спросить не могла.

— Капитан велел показать вам корабль во всей красе, — Максус усмехнулся, и я ответила улыбкой на улыбку.

Меня проводили через лабиринт коридоров, пока я не оказалась перед огромными дверями, украшенными изображениями звезд и планет. Вот только это была не наша галактика, а их миры, названия которых я не знала. Я замерла, залюбовавшись этакой красотой. Максус не мешал и молча ждал, пока я налюбуюсь. Но вдруг двери распахнулись, и передо мной открылась потрясающая картина: командирская рубка, в котором находился командный центр корабля. Отсюда управлялись всеми системами и маршрутами. На экране мелькали пунктирные линии, мигали красные точки и непонятные мне знаки и символы. За мониторами сидели члены экипажа. Меня не торопили и дали возможность осмотреться. Я не ощущала себя здесь пленницей и не испытывала никакого дискомфорта.

Вдоль стен располагались многочисленные консоли и панели управления, покрытые множеством кнопок и светящихся индикаторов. Командные кресла, обитые мягкой кожей, находились посередине зала, а над ними висел огромный купол из прозрачного стекла, через который можно было видеть космос и бескрайнюю тьму.

Поверхность командного центра переливалась всевозможными цветами: от голубого до лилового, создавая ощущение, что находишься внутри живого организма. Компьютерные системы корабля работали тихо и бесшумно, как будто сливались с окружающей средой.

Я была поражена этой красотой и совершенством технологий. Я понимаю, что нахожусь на борту чего-то невероятного, что только немногие могут увидеть. А над всем этим возвышался капитан. Сейчас Коста не выглядел ни растерянно, ни обескуражено, как тогда, в комнате, где он ожидал увидеть одну девушку, а нашел меня. Он словно скала стоял и смотрел на работу своих подчиненных, заложив руки за спину. Китель идеально обтягивал фигуру.

— У него уже есть невеста, — вдруг раздалось над ухом, и я поняла, что пялюсь и чуть ли не слюни пускаю на хвостатого мужика.

— Я на корабль смотрю, — огрызнулась, а Максус лишь улыбнулся мне в ответ.

— А у меня нет, — а я немного растерялась от его слов. Он что, сейчас флиртует? Или мне показалось? — Девушка, которую я бы хотел сделать своей, пропала, — нет, не флиртовал. Это я, дурында, не так все воспринимаю.

— И твоя тоже? — когда до меня дошла информация, я не сдержала своего удивления.

— Мы с капитаном Коста ищем одну и ту же девушку, — и на губах парня появилась грустная усмешка. — Ее похитили по моей вине.

Я как рыба открывала и закрывала рот, то собираясь задать вопрос, то раздумывая. Мои размышления прервал Коста.

— Поднимайся, — он разговаривал, словно отдавал приказания. Я не стала возражать и поднялась на капитанский мостик. Отсюда открывался еще более завораживающий вид.

— Пройдем в мой кабинет, — и я только сейчас заметила, что рядом с платформой, на которой находилось капитанское место, есть неприметный коридор.

Меня провели по коридору и завели в небольшую комнату, предложили сесть в яйцеподобное кресло, но я выбрала диван. Почему-то в обществе капитана мною овладевал дух противоречия. Хотелось сделать наперекор, по-своему.

— Взгляни, — мне протянули тонкий планшет, на котором на экране было фото. На нем точно была запечатлена та девушка, что спасла лично меня дважды — Маша. Я смахнула в сторону, и там были еще фото и еще. У меня сложилось впечатление, что эти фото сделаны с камер наблюдения.

— Да, это Маша, — я не стала торговаться и требовать себе какие-то привилегии, просто из благодарности к ней я хотела помочь Косте и Максусу найти девушку. Они не производили впечатление плохих ребят, которые держали девушку в заточении. На фото она вполне довольна, а на тех, что сделаны на кухне, даже смеется. Правда, там еще и Максус попал. А вот Косты рядом с девушкой я не увидела.

— Расскажи, — мужчина сел за стол и, сцепив руки в замок, подпер ими подбородок. Максус оперся о стену, встав лицом ко мне.

— Мне практически нечего рассказывать. Я была на Земле, бегала в лесу, когда услышала крик девушки, побежала к ней, и на меня напали те же существа, что и на нее. Девушку зовут Даша. Меня ранили. Ну вы видели ранение. И нас посадили в клетку на каком-то корабле. Сколько мы там пробыли, я не знаю. Я готовилась умереть, но потом пришла в себя. Даша мне рассказала, что девушка по имени Маша помогла нас оттуда извлечь. Мы не видели ее больше месяца, и Даша всего парой фраз успела перекинуться. Но затем на корабле что-то произошло. Все мигало и орала сирена, и в нашу камеру-палату пришла Маша. Она отстегнула нас от кушеток, и мы нашли ангар с эвакуационными капсулами. Мы погрузились на них, и нас выбросило в открытый космос. Но корабль взорвался, и взрывной волной повредились капсулы. Они разъединились, и мы потеряли друг друга, — вот и весь мой рассказ.

— Значит, она жива, — Коста облегченно выдохнул и потер запястья, словно они доставляли ему дискомфорт. Я увидела широкие тату на коже и предположила, что именно оно доставляет капитану неудобство.

Мне было разрешено побродить по кораблю после того, как наша беседа была окончена. Но, чтобы я не заблудилась, ко мне приставили Максуса. Я видела, что он вежливо улыбается, но не в восторге от моей компании.

— Если у тебя есть свои дела, я и сама могу осмотреться, — предложила я парню.

— Нет, все хорошо, — парень повел меня по коридору, старательно подстраиваясь под мой шаг. Он-то был значительно выше меня, и шаг у него был шире, но Максус старался идти в ногу со мной. — Коста хочет, чтобы я увлекся тобой, — вдруг признался мужчина, а я удивленно уставилась на него.

— Зачем? — спросила. И до меня дошло: у них же там одна девушка на двоих. Любовный треугольник и все такое.

— Эта девушка Маша. Она его пара, — парень погрустнел, когда произнес слово “пара”.

— Не понимаю, что это значит? Они женаты? Встречаются? Любят друг друга? Что значит пара? — я сразу же спросила непонятный мне момент. При нашей беседе-допросе Коста что-то такое про пару говорил, но я подумала, что они в привычном понимании слова “пара”. Но теперь понимаю, что здесь кроется иной смысл.

— Нет, они не женаты и, думаю, не влюблены, — на этом месте Максус задумался. Видимо, он не размышлял об этом, и лишь мой вопрос заставил его заострить внимание на эту тему. — Дело в том, что раньше у нашей расы были девочки, сейчас же рождаются лишь мальчики, — я неверяще уставилась на собеседника.

Да быть такого не может! Как они тогда размножаются?

Видимо, Максус понял причину моего недоумения и попытался внести ясность.

— Дети у нас рождаются от женских особей других рас, — парень указал мне на коридор, уходящий в сторону, и мы свернули туда. — Ну так вот. Раньше, когда были женские особи расы хармит, у мужчин появлялись на руках тату. Что-то вроде брачных. Когда он встречал свою идеальную пару. Она совместима с ним на все сто процентов, и у них рождались крепкие. ю здоровые дети. Даже девочки, — вот это “даже” резануло мне слух, но я промолчала.

— Но ведь Маша не вашей расы, она землянка, как и я, — я немного недоумевала.

— Мы сами не знаем, как так вышло. Коста тогда отправился на свой корабль, к доку, чтобы выяснить все и чтобы тот обследовал его полностью, как только у него появились тату. А я должен был присматривать за Машей, но ее похитили при выходе из развлекательного центра, — рассказал мне парень.

— У вас такая высокая преступность? — я не понимала, зачем похищать человека.

— Нет, с преступностью у нас все хорошо. В том смысле, что ее нет. Но о Маше начали вещать все новостные каналы. Думаю, что ее похитили именно из-за того, что она особенная, — за разговором мы незаметно подошли к раздвижным дверям. Максус приложил пропуск, и двери разъехались. В помещении была оранжерея. Самая настоящая: с кустарниками, цветами, карликовыми деревьями. Тропинка привела нас к искусственному водоему, в котором плавали рыбки.

— Какое необычное место! — я восхищенно все осматривала.

— Это место Коста приготовил для Марии, — признался Максус. — Хочет сделать ей сюрприз, когда найдет ее.

— А что значит, что Мария особенная? — на мгновение я даже позавидовала этой самой Маше. Она такая вся уникальная, вся особенная. И нас в итоге спасла.

— У нее уникальный ген, который делает ее совместимой с хармитами и дает большую вероятность рождения ребенка от хармита, — объяснил мне Максус. Я села у водоема и всматривалась в воду, следя взглядом за плавающими рыбками.

— Понятно. Думаю, ее из-за этого гена и похитили. Потому что я этих жабенышей не инетресовала, а вот Дашка очень. У меня была травма, и Даша сказала, что пострадали какие-то внутренние органы. Я полагаю, детородные, — почему-то мне захотелось поделиться с ним всем. По какой-то причине я почувствовала в нем родственную душу. — А вот Дашу осматривал постоянно гинеколог, или как он у них называется. Тот, кто по женской части доктор, — парень задумался.

— Я передам то, что ты мне рассказала Косте? — спросил меня Максус.

— Да, конечно. Думаю, вы видели у меня шрамы, так что скрывать смысла нет. Я могу остаться здесь? — я хотела побыть одна. Было как-то тоскливо на душе и хотелось уединения.

— Да, конечно, — Максус направился на выход, но остановился и вернулся, а я непонимающе уставилась на мужчину.

— Я пришлю тебе робота, который проводит тебя потом до каюты. Это робот Маши, она называла его Роб, — предложил хармит, и я согласилась. Дорогу к своей каюте я бы не нашла, так что я благодарно улыбнулась мужчине. Такой предусмотрительный и внимательный.

Максус ушел, а я осталась одна. Я задумалась о том, что же будет дальше. На Землю меня не вернут, это мне неоднократно дали понять. Я мысленно попрощалась с отцом и братом. Было тоскливо от этого, но я хотя бы жива и относительно здорова, так что все не так уж и плохо. Мысленно я успокаивала себя, но по щеке скатилась слезинка. Чем мне заниматься? Планы на будущее пошли в тартарары, и мой мозг всё не хотел перестраиваться.

— Ты плачешь? Тебе больно? — я чуть не подпрыгнула с перепугу, так как предполагалось, что я здесь одна. Но робот так незаметно оказался около меня, что я его просто не услышал за своими мыслями.

— Нет, мне не больно. Я просто грущу, — ответила я Робу. Так, кажется, его представил Максус.

— Из-за чего грустишь? — робот смотрел на меня, и мне стало немного не по себе. Очень уж эта машина напоминала настоящего человека.

— Потому что планы на жизнь изменились так резко, что я не знаю, что меня ждет и чего я хочу. А еще я тоскую по родным. Они, наверно, думают, что я погибла, — ответила, только чтобы приставучий робот отцепился, но он и не думал заканчивать разговор.

— Родные переживут боль утраты. А ты можешь найти то, чем хочешь заняться и здесь. Что ты умеешь? — допрашивал меня искусственный интеллект.

— Я хотела поступить в военную академию, хотела защищать свою страну, — призналась я Робу.

— Здесь тоже есть военные академии. Быть военным очень престижно, — выдает мне робот, а я уже с интересом смотрю на него. Оказывается, это не пустой треп, и из беседы с Робом можно извлечь пользу.

Итак, что я узнала от Роба? Чтобы поступить в эту престижную элитную академию, мне нужно поручительство какого-нибудь выпускника этой самой академии. Это как минимум. А как максимум это протекция кого-то из сильных мира сего. Что совершенно невозможно, так как я даже не знаю, как этот самый мир устроен. Но, кроме всего, был очень большой минус: я женщина, а поступление в данную академию особи женского пола — это новость вселенского масштаба, так что как бы не вышло скандала.

— И это кроме того, что ты должна сдать все соответствующие экзамены. А так как ты женщина, то, возможно, что у тебя не получится, — робот степенно расхаживал по моей каюте.

— Слушай, а что случилось между тобой и твоей бывшей хозяйкой? — Максус что-то как-то вскользь сказал, и тогда я не придала этому значения. Так как в моем понимании робот — это было нечто другое. Что-то с торчащими проводами и шарнирами вместо суставов. А здесь был искусственный интеллект в самом своем современном проявлении. Чем же он ей не угодил, интересно?

— Меня приставили к Марии в качестве бытового помощника, так как она была гостьей на вилле капитана Косты. Но она не хотела моего общества и уронила на меня стеллаж с книгами, когда выходила из комнаты. Я был поврежден и не смог последовать за Марией. Но адъютант командора Максус лично занялся моим ремонтом. Он обновил мою операционную систему, заменил те детали, которые могли выйти из строя в аналогичных ситуациях, заменил внешнее пластиковое покрытие на искусственную кожу, имитирующую настоящую. И теперь в моих конечностях сплавы из высокопрочных металлов, но мы не успели установить с Марией связь робот-хозяин, и потому я могу стать вашим роботом, — вроде голос безэмоциональный и механический, но мне показалось, что в нем промелькнула некоторая надежда.

— А это так важно для тебя? — я смотрела на Роба и не понимала, зачем Максус приставил ко мне этого чудо местной инженерной мысли?

— Конечно. С моим уровнем искусственного интеллекта иметь связку с гуманоидом очень важно, — ответил Роб.

— Я поговорю с Максусом о тебе. А пока рассказывай, что мне нужно, чтобы поступить в Академию. Какие там экзамены? Какие требования? Когда идет набор абитуриентов? — я действительно хотела переговорить с Максусом по поводу Роба.

— Подавать документы можно уже сейчас, — Роб словно завис.

— Эй, ты чего? — я удивленно посмотрела на робота. Что там у него случилось? Шестеренки, может, смазать надо?

— Я сделал запрос в информационную сеть, чтобы обновить свои знания и выдать тебе самую актуальную информацию, — объяснил свое состояние Роб. — Секунду, загрузится информация на мою карту памяти. Так, сейчас я могу дать исчерпывающие ответы, — Роб даже улыбнулся. — Итак, подавать документы можно сейчас, и прием закончится через неделю. К этому времени тебе нужно получить документы и заручиться рекомендацией от капитана Косты.

— Ты думаешь, он мне не откажет? — я с сомнением посмотрела на Роба и задумалась.

— Ты изложи свою просьбу, а он уже сам решит. Ты ничего не теряешь, — предложил робот.

— Дальше. Какие экзамены? Требования? — я уже мысленно продумывала разговор с Костой и решила, что стоит сперва начать с разговора с Максусом. Мне кажется, он не такой суровый и строгий, и у меня наладился с ним какой-никакой контакт.

— Естественно, это физическая подготовка. Она считается основным и самым главным вступительным экзаменом. Далее проверка уровня интеллекта на общеобразовательных программах. Далее уже идут узкоспециальные профилирующие предметы. В зависимости от специальности, которую ты выберешь, — рассказывал мне Роб, медленно перемещаясь по каюте. — А, и я забыл тоже очень важное требование: твое состояние здоровья должно соответствовать необходимому минимуму, — добавил Роб.

— А вот с этим могут быть проблемы, — я уже пригорюнилась, но робот что-то начал тыкать на панеле около двери, затем дверь открылась, а я удивленно посмотрела на Роба.

— Можно отправиться в тренировочный зал и все узнать, — предложил робот, и я утвердительно хмыкнула. А почему бы и нет? Я столько времени не тренировалась, и это будет даже интересно.