Реванш

– Хорош играться в телохранителя,– Сабин недовольно поморщился. – Мы вроде уже выяснили, что мир Земли никак не связан с моим существованием.

– Пока это только версия,– возразил Вертер,– и мне не хочется её проверять, рискуя миллиардами жизней. К тому же у нас имеется надёжный разведчик. Выходи, лентяй,– скомандовал он.

Из-за спины Вертера вынырнула серая тень. Волк пару секунд помедлил, как бы примериваясь к заданию, а потом проскользнул под плети вьющихся растений, закрывавших вход в бывшую ледяную пещеру. Через минуту хозяин четвероного рейнджера, видимо, получив телепатический сигнал от волка, облегчённо выдохнул и направился впереди делегации дознавателей вслед за своим верным помощником. В пещере, которая теперь гораздо больше смахивала просто на глубокий грот, было заметно прохладней, чем снаружи, однако вездесущий вьюн пролез даже в закрытое от солнечных лучей пространство. Всюду, куда доставал взгляд, камни были покрыты зелёным ковром.

– И что дальше? – Даня с сомнением уставился на своих спутников. – Как нам вызвать этого дэва?

– Вызвать – это ещё полдела,– голос Вертера был полон скепсиса. – Тоха рассказывал, что дэвы не умеют разговаривать, они общаются с помощью низких вибраций. Санни, ты в этих вибрациях шаришь? Сможешь перевести?

– Даже заморачиваться не стану,– фыркнул Сабин. – Может, я и не настоящий Демиург, но уж сварганить временное человеческое тело для допроса подозреваемого я как-нибудь сумею.

Он злорадно ухмыльнулся, и на зелёном ковре из вьюнов появился какой-то скрюченный престарелый мужичок в арестантской робе. Пару секунд сей персонаж сохранял неподвижность, видимо, в надежде откосить от допроса, прикинувшись дохлой тушкой. Увы, дознаватели не купились на сие бездарное представление. Вертер подошёл к мужичку и весьма чувствительно ткнул его мыском сапога под зад. Арестант взвизгнул и вскочил на ноги.

– Говорить можешь? – Вертер и не подумал извиниться за своё непочтительное обхождение с хозяином пещеры.

– Вижу, благодарность – это твоя самая сильная сторона, Сабин,– саркастично заметил дэв, разглядывая своё не слишком аппетитное тело и ярко-оранжевого цвета одёжку. – Между прочим, это мне ты обязан своим нынешним статусом.

– Не уточнишь, каким именно? – в голосе Сабина было столько злости, что арестант невольно отпрянул от сего воплощения праведного гнева. – Что за хрень ты мне слил под соусом инфополя Земли?

– Догадался, значит,– дэв подбоченился и нахально уставился в лицо жертвы своих махинаций. – Я знал, что рано или поздно ты догадаешься и придёшь ко мне. Венны всегда отличались сообразительностью.

– Рад, что оправдал твои ожидания,– презрительно усмехнулся Сабин. – Ну и зачем тебе понадобилось всех дурить? Пытался скрыть инфу про Орден?

– Орден,– в глазах дэва явственно обозначилось страдание. – Может, у меня выхода другого не было,– его голова обречённо поникла.

– Ну чего замолк,– подбодрил арестанта Вертер. – Давай, колись уже, куда эти твари попрятались.

– Откуда мне знать? – дэв мгновенно ушёл в глухую защиту. – Я безвылазно торчу в этой пещере, и о делах, которые творятся в мире, мне ничего не известно.

– А зачем вообще нужно было создавать эту контору? – вежливо поинтересовался Даня.

– Энергия,– дэв потупился, изображая эдакого кающегося грешника, которого прижали к стенке и заставили признаться в своих грязных делишках. – Мне нужна была энергия, чтобы взять мир Земли под контроль. Но моих запасов было недостаточно, вот и пришлось задействовать ресурсы жителей. А как это сделать, когда их защищает закон свободы воли?

– Обманом заставить добровольно отказаться от своей свободы,– мрачно процедил Сабин. – Тогда они автоматически выпадают из-под действия этого закона, и с ними можно делать всё, что угодно. Цинично, но работает.

– Я не понял,– Вертер озадаченно нахмурился,– а с какого перепугу у Демиурга вдруг случился недостаток энергии? С тобой, что ли, твой предшественник не поделился? – обратился он к угрюмо молчавшему дэву.

– А не было у меня никакого предшественника,– огрызнулся отставной Демиург,– мне пришлось взять на себя управление миром, когда Приф его оставил.

– Приф – это у нас кто? – Даня не упустил случая поучаствовать в допросе.

– Создатель Земли,– пробурчал дэв. – Мы ведь были напарниками и друзьями. Он обещал передать мне свой мир в управление, когда я буду готов, но вместо этого, просто ушёл и бросил его на произвол судьбы. Разочаровало его, видите ли, сие творение, не выполнило оно своего предназначения.

– Какого ещё предназначения? – в голосе Дани послышалась откровенная растерянность.

– Сделаться инкубатором для Создателей,– пояснил дэв. – Ох уж эти Творцы, никакой ответственности.

– Ага, зато ты больно ответственный,– Вертер зло зыркнул на хулителя Творцов. – Позаботился о брошенном мире, нечего сказать. Присосался к кормушке как вампир. Интересно, тебе орденские ублюдки поставляли жертвы в живом или мёртвом виде?

– Орден – это лишь часть системы по откачке энергии из подконтрольного мира,– голос дэва даже не дрогнул. – Есть и другие технические средства. Так что вампирить нет никакой нужды.

– Технические средства, говоришь,– Вертер ошарашенно обвёл глазами своих спутников. – Это случайно не те странные эгрегоры, которые торчат в реальности посмертия?

– Эгрегоры? – в голосе дэва послышалось искреннее недоумение. – Мне об этом ничего не известно. Думаю, это какая-то ошибка. Кто мог бы их создать в обход Демиурга?

– Брешет, гадёныш,– зло процедил Вертер. – Санни, ты же их видел собственными глазами.

– А может, и не брешет,– Сабин задумчиво ухмыльнулся. – Что если эти конструкции не обладают эгрегориальным сознанием? Это могут быть просто механизмы, которые развоплощают сознания отказников, когда те уходят на перевоплощение.

– Я всегда был высокого мнения об интеллектуальных способностях веннов,– комплимент дэва был настолько корявым и неуместным, что все, как один, дознаватели брезгливо поморщились.

– Довольно лирики,– Сабину наконец надоели эти отвлечённые рассуждения, и он вернулся к более прагматичному вопросу, ради которого они, собственно, и устроили допрос бывшему Демиургу. – Конструкция твоей машинки по откачке энергии, конечно, заслуживает отдельного обсуждения, но сейчас нам недосуг ковыряться в этой неаппетитной теме. Нас интересует, кто является выгодоприобретателем этой машинки.

– Я же объяснил, что мне нужна была энергия,– принялся канючить дэв.

– Энергия могла быть нужна для управления миром,– рассудительно заметил Даня,– но ты-то уже ничем не управляешь. Сабин вообще никогда этой кормушкой не пользовался, однако она продолжает работать. Для кого?

– Кто является настоящим Демиургом Земли? – в голосе Сабина зазвучала угроза.

– Я надеялся, что им станешь ты,– дэв злобно зыркнул на своего преемника. – Я отдал тебе все свои запасы энергии и самые актуальные данные о мире. Чего же ещё?

– Ты нам тут зубы не заговаривай,– вскипел Вертер. – В чьём сознании сейчас находится инфополе Земли?

– Это ещё зачем? – похоже, дэв был искренне озадачен вопросом. – Носителем инфополя этого мира является нейросеть.

После сего шокирующего заявления все трое дознавателей зависли, словно компы, в которые ввели неадекватные данные. Они слишком хорошо знали, сколько труда положил Антон на то, чтобы вырастить Демиурга для Феникса, способного вместить в своём сознании образ этого мира. А уж про то, каких неимоверных усилий стоило Сабину взять под контроль Землю, и говорить не приходилось. А тут вдруг выясняется, что это был мартышкин труд.

– Да он заливает,– Вертер первым очухался от когнитивного диссонанса и сразу пошёл в атаку. – Чтобы какая-то пошлая программа могла заменить Демиурга, да ни в жисть не поверю.

– Постой, Вер,– остановил его яростный протест Сабин. – Похоже, мой брат действительно что-то упустил в плане автоматизации.

– А как осуществляется управление инфополем Райдо? – вопрос дэва прозвучал искренне, без подколки. – Неужели его Создатель тратит ресурсы своего сознания на хранение базы данных? Но это же нерационально и к тому же опасно. А вдруг с носителем случится что-то фатальное? Он ведь живое существо.

– То-то и оно,– пробурчал Сабин, которого постоянно доставала необходимость соблюдать меры безопасности и невозможность распоряжаться своей жизнью. – Ладно, пожалуй, на сегодня достаточно,– резюмировал он.

Скрюченное тело в арестантской робе растаяло, и обескураженная троица дознавателей потянулась на выход. Вертер сразу же направился к речке и умылся, словно в пещере дэва ему пришлось вываляться в грязи.

– Вы ему верите? – Даня озадаченно покачал головой.

– Смотря в чём,– отозвался Сабин. – Про инфополе он, похоже, не соврал. Но с этим пусть брат разбирается. Меня гораздо больше интересует, почему этот гад скрыл инфу про Орден. Как-то не верится, что ему просто было стыдно сознаваться в преступлении.

– Да уж,– Даня озадаченно покачал головой,– ответственный Демиург, даже бывший, должен был остановить эту адскую машинку, когда в ней отпала нужда, но она до сих пор работает.

– Как минимум он должен был поставить своего преемника в известность о существовании этой системы,– мрачно процедил Сабин.

– Да пофиг,– Вертер беспечно махнул рукой,– сами с ней разберёмся. Главное, ты теперь знаешь, что никакого другого Демиурга на Земле нет.

– Может быть, мы поспешили закончить допрос? – задумчиво пробормотал Даня.

– Не вижу смысла тратить время на байки этого проходимца,– Сабин презрительно хмыкнул. – Я и сам теперь способен всё выяснить, что называется, из первых рук.

– Так чего ж до сих пор не выяснил? – в голосе Вертера можно было без труда обнаружить солидную долю скепсиса. – Мог бы и раньше подключиться к той нейросети.

– Так ведь я же был уверен, что инфополе Земли находится в моём сознании,– Сабин ничуть не обиделся на наезд,– зато теперь я знаю, где искать.

– И ты сможешь получить доступ к инфополю? – сомнение, прозвучавшее в вопросе Дани, можно было бы воспринять как оскорбление, но Сабин сейчас был слишком воодушевлён открывшимися перспективами, чтобы обращать внимание на неуважительное обращение какого-то сосунка.

– Это может сделать любой житель Земли,– небрежно бросил он. – Разве ты никогда не слышал про хроники Акаши? Думаю, у Демиурга всяко побольше возможностей, чем у какого-нибудь йога, отмораживающего себе задницу в пещере.

– Демиурга? – Вертер озадаченно нахмурился.– Но разве ты сможешь управлять этим миром, если его инфополе не находится в твоём сознании?

– Ты не путай управляющие миром алгоритмы с базой данных, которую эти алгоритмы задействуют,– небрежно пояснил Сабин. – Демиургу совсем не обязательно работать архиватором, если у него имеется доступ к этим данным. В конце концов, я и раньше неплохо справлялся, даже без этого доступа. А теперь всё вообще будет в шоколаде.

– По-моему, ты просто тащишься от того, что снова можешь рисковать своей жизнью? – прокомментировал его самодовольную речь Вертер.

– Не ревнуй,– Сабин покровительственно похлопал приятеля по плечу,– придётся смириться с тем, что ты теперь у нас не единственный вояка. Кстати, если я ещё раз услышу, что моё место в партере, то просто вздую тебя, несмотря на зачарованный меч и ручную собачку.

Пару секунд Вертер переваривал эту залихватскую тираду, а потом от души расхохотался. Демиург выглядел столь уморительно в роли хвастливого забияки, что даже Даня не удержался от ехидного смешка.

– Чего ржёте, умники,– наигранно возмутился Сабин. – Идите уже, обрадуйте моего брата, что он облажался с хранением инфополя своих миров, а я пока покопаюсь в местной базе данных.

Глава 10

– Барни, ты ещё здесь? – Илса едва шевелила языком, но эхо странным образом разносило её слова по запутанному лабиринту тоннелей, усиливая звук до уровня громкоговорителя.

Наверное, строители катакомб специально создали этот эффект усиления звука для того, чтобы враг не мог неслышно подкрасться к постам охраны. Это предположение поначалу заставило Илсу по возможности соблюдать режим тишины, не шаркать ногами при ходьбе и даже дышать не слишком громко, но теперь ей сделалось всё равно. Она была бы даже рада напороться на охранников, но их не было. Пошли уже вторые сутки, как Илса бродила по подземному лабиринту, пытаясь отыскать выход. Еда давно закончилась, а воды осталось на один глоток. И всё-таки хуже всего было то, что и запасы зелья для повышения остроты зрения подошли к концу. Последнюю дозу пленница подземелья проглотила час назад, и очень скоро ей предстояло оказаться в полной темноте.

Когда Кайден отправился выяснять отношения с чужаком, Илса даже представить не могла, чем всё закончится. Она отчего-то совершенно не боялась за своего нового брутального знакомца, поскольку была уверена, что тот в лёгкую разделается с кем угодно. Любопытная девушка подошла к лазу и даже высунулась наружу, чтобы не пропустить ни единого звука из предстоящего представления. Голос Радека она узнала практически сразу, но поначалу это её не насторожило и не испугало. Первые лёгкие прикосновения страха Илса ощутила, только когда выяснилось, что этот богатенький пижон явился в развалины крепости по её душу. А уж после того, как тот походя скрутил Кайдена, её накрыло окончательно.

Паника отняла у девушки последние крохи здравомыслия, и вместо того, чтобы потихоньку вылезти из разлома и попытаться скрыться, она бросилась бежать вдоль тоннеля вглубь лабиринта. Возможно, это и спасло ей жизнь, когда здание сложилось, завалив все выходы. Нужно сказать, что сразу после обрушения Илса сочла свой инстинктивный порыв невероятной удачей, однако после суток блуждания по катакомбам кардинально изменила своё мнение. Смерть под обломками, по крайней мере, была бы быстрой и уж точно менее мучительной, чем медленное умирание от жажды в кромешной темноте.

Светящиеся зелёным глаза возникли прямо перед её лицом внезапно, словно Барни специально пытался впечатлить свою хозяйку эдаким эффектным появлением. Отчего-то ночное зрение не позволяло различить его призрачное тело на фоне стен тоннеля, так что Илса могла лишь гадать, какую форму на этот раз принял её защитник. Судя по тому, что зелёные огоньки висели аккурат на уровне её глаз, это опять была птица.

– Мне отсюда не выбраться,– в голосе девушки явственно послышалась обречённость. – Уходи, если можешь, я остаюсь тут,– она улеглась прямо на каменный пол, уже не заботясь о возможных последствиях для здоровья. – Не буди меня,– попросила Илса и закрыла глаза.

Должно быть, она провалилась в сон практически мгновенно. Неизвестно, сколько миль намотала подземная скиталица по запутанному лабиринту орденских тоннелей, но за всё время она присела отдохнуть всего пару раз. Ужас и инстинкт самосохранения гнали её вперёд, не позволяя расслабиться, да и сидеть на холодной корявой поверхности каменного пола тоже было не слишком комфортно. Двигаясь в этом промозглом подземелье, она хотя бы немного согревалась. Однако резервы молодого организма оказались не бесконечными и тупо закончились.

Очнулась Илса от какого-то странного звука, не то шуршания, не то тонкого, на уровне ультразвука писка. Она с неохотой разлепила глаза и тут же поняла, что могла бы и не заморачиваться. Темнота была кромешная, значит, действие зелья закончилось. Два зелёных огонька внезапно вспыхнули прямо перед её носом, как электрический разряд. Илса недовольно поморщилась от рези в глазах и, кряхтя как старушка, приподнялась на локтях. Закоченевшее тело никак не желало двигаться, да и было незачем.

– Барни, я же просила,– обиженно пробурчала девушка.

Зелёные огоньки метнулись вверх и снова опустились на уровень её глаз, а потом снова вверх. Её призрачный товарищ но несчастью явно требовал, чтобы Илса поднялась на ноги. Возможно, он пытался уберечь свою хозяйку от простуды, но не исключено, что ему просто было тоскливо одному. В начале этого долгого скитания по лабиринту Илса ещё надеялась, что Барни отыщет выход наружу, и он честно пытался, но каждый раз возвращался ни с чем. Увы, он вовсе не был следопытом и, несмотря на явно нездешнюю природу, не обладал какими-то супер способностями. Барни был прекрасным компаньоном и мог принимать самые разнообразные формы, но на этом его магия и заканчивалась.

– Я больше не могу идти,– Илса тяжко вздохнула, но вопреки своему негативному прогнозу, всё же поднялась на ноги. – Ну какой в этом смысл? Я же всё равно ничего не вижу, кроме твоих гляделок.

Вышеозначенные гляделки метнулись куда-то вперёд и снова вернулись к хозяйке, словно бы звали её за собой.

– Настаиваешь? – голос Илсы прозвучал равнодушно, она уже устала надеяться на чудо и смирилась с неизбежным концом. – Ладно, пусть будет по-твоему.

Девушка сделал неуверенный шаг в сторону зелёных огоньков, но её ступня, вместо твёрдой поверхности, опустилась на что-то мягкое и к тому же живое. Маленькое шустрое тельце вывернулось из-под каблука, и Илса снова услышала тот самый звук, который её разбудил.

– Крысы! – истеричный вопль прокатился по тоннелю как цунами и заметался в лабиринте подземных ходов суматошным эхо.

Илса нащупала за спиной каменную стенку и вжалась в неё с такой силой, словно пыталась пустить корни. Ей приходилось слышать от знакомых диггеров жуткие истории о том, как крысы сжирали заблудившихся и обессиленных людей заживо. Если бы Илса могла хоть что-то видеть, то точно бросилась бы бежать неважно куда, и бежала бы до тех пор, пока её сердце ни разорвалось бы от напряжения. Увы, без зелья единственное, что она могла разглядеть – это два зелёных огонька. Между тем огоньки снова зависли прямо у носа истерички, а потом стали медленно куда-то двигаться, теряя свою яркость по мере удаления.

– Не бросай меня,– взмолилась Илса. – Ты же можешь распугать крыс, я знаю. – Огоньки приблизились и снова начали удаляться. – Ладно, ладно, я пойду за тобой,– быстро пробормотала девушка и аккуратно ощупала ногой пол перед собой. – Ты только не спеши.

Движение в полной темноте за путеводными огоньками оказалось не таким уж простым делом, но вскоре Илса втянулась в этот монотонный процесс, и её даже перестала бить нервная дрожь. Время от времени до неё доносился крысиный писк, но теперь он уже не вызывал ужаса. Ей стало всё равно, поскольку Илса приняла решение идти вперёд до тех пор пока ни упадёт замертво. А потом уж пускай сожрут, только бы не заживо. Наверное, из-за истощения или вследствие удара головой, эта самая голова работала с откровенным напрягом. А иначе никак невозможно было объяснить тот факт, что Илса только через несколько часов ходьбы обнаружила, что огоньки ведут её аккурат за крысами.

– Барни, ты что, подрядил крыс в провожатые? – ошарашенно пробормотала девушка. – Так ты реально умеешь управлять животными? А я думала, что они просто пугаются твоего вида.

Надежда, сколь бы иррациональной она ни была, прибавила Илсе сил, и она в свою очередь прибавила шагу. Судя по дальнейшим событиям, соревноваться в скорости с крысами было довольно неосмотрительно. Ступня Илсы снова догнала мохнатое тельце одного из провожатых, и она, не удержав равновесия, грохнулась со всей дури на каменный пол. В лодыжке что-то мерзко хрустнуло, и девушка зашипела от боли. Впрочем, долго рефлексировать на тему своей неосмотрительности ей не позволили обстоятельства. Волна тёплого воздуха коснулась её щеки и снова растаяла. Эта волна была едва различимой, и наверное, если бы Илса по-прежнему двигалась вдоль тоннеля, она бы её даже не почувствовала. Так что подвернувшаяся нога оказалась очень кстати.

– Барни, там выход,– прошептала девушка,– мы выбрались.

Через десять минут Илса уже с наслаждением вдыхала запах влажной земли пополам с выхлопными газами и, глупо улыбаясь, слизывала капли дождя со своих губ. Капли были вкусными, как сладкая газировка. Голод, усталость и боль отошли куда-то на второй план и словно бы растворились, остались только сладкий вкус дождевой воды и море запахов ночного города. Впрочем, довольно скоро прагматичность начала вытеснять эйфорию, и Илса попыталась сориентироваться на местности. Каково же было её удивление, когда она различила на фоне тёмного неба вполне узнаваемые контуры высоток своего родного города.

– Так вот куда эти твари сбежали,– девушка в сердцах стукнула сжатым кулаком по стволу росшего рядом дерева и зашипела от боли. – Решили прикинуться мирными обывателями? Нет, гады, это трюк у вас не проканает, я вас вычислю. А может быть, даже вычислять не придётся,– на её губах появилась злорадная ухмылка. – Этот пижон из пентхауса точно из Ордена. Сам же хвастался, что знаком с Магистром. Вот он-то и выведет меня на их новый схрон. Удачно же этот урод меня приютил, теперь я знаю, где он живёт.

Воодушевлённая собственными кровожадными планами диверсантка отломала ветку от уже и так пострадавшего дерева и поковыляла к общаге, благо было недалеко, ведь перемазанную землёй с ног до головы оборванку в метро точно не пустили бы. Запершись в своей комнате, Илса стянула ботинки и едва ни заплакала от вида опухшей и посиневшей лодыжки. Впрочем, тот факт, что она всё же могла наступать на больную ногу, говорил в пользу растяжения связок, а не вывиха или перелома, так что лечебные процедуры можно было спокойно отложить до лучших времён и для начала как-то загасить терзающий её нутро голод.

Вообще-то, общаговская комната была рассчитана на двоих студентов, и до последнего времени у Илсы имелась соседка, которая училась в параллельной группе. Эта барышня была довольно взбалмошной, зато домовитой, так что питалась Илса вкусно и регулярно. Увы, пристрастие соседки к гулянкам сказалось на её успеваемости весьма прискорбно, и источник бытовых благ иссяк вместе отчисленной за неуспеваемость двоечницей. К счастью, та не стала забирать свой маленький настольный холодильник, и Илсе не пришлось переходить на консервы и субпродукты. Впрочем, как вскоре выяснилось, сам по себе сей агрегат вовсе не был залогом здорового питания, его ещё нужно было наполнять свежими продуктами, а у занятой подработками студентки наблюдался дефицит не только денег, но и времени для пополнения запасов.

Открыв дверцу холодильника, Илса обнаружила только маленький кусочек сыра, ванильный йогурт и помидорину. Этого явно было недостаточно, чтобы компенсировать длительную голодовку. Тащиться в магазин с больной ногой ей было в лом, так что пришлось достать НЗ в виде пачки макарон. Вообще-то, Илса старалась не злоупотреблять углеводами, но сейчас явно был неподходящий случай, чтобы привередничать. Следующие сутки девушка отсыпалась, отмокала в душе и поглощала холодные слипшиеся макароны. С работы она отпросилась по причине травмы, старосту группы тоже предупредила, так что можно было устроить себе небольшие каникулы.

Правда, довольно скоро Илсе наскучило сидеть без дела, да и пережитый стресс требовал выхода в виде активных действий. Наверное, если бы не больная нога, она бы уже отправилась выслеживать пижона из пентхауса. Увы, сейчас Илса была профнепригодна к работе филёра, поскольку любой мало-мальски грамотный конспиратор в два счёта срисовал бы хромающую преследовательницу. Для начала нужно было вылечить ногу, а потом уж отправляться на охоту.

Аптечными лекарствами ученица ведьмы сроду не пользовалась. Её наставница первым делом отучила свою ученицу от этой дурной привычки. Вся эта химия была не просто мало эффективной, так ещё и небезопасной. Зелья из природных компонентов работали гораздо лучше. К счастью, часть ведьминых запасов Илса держала в общаге, поэтому ей не составило труда приготовить компресс для своей пострадавшей из-за общения с крысами конечности. Так что уже на следующее утро она могла нормально двигаться и, не теряя времени, отправилась к офисной высотке, в которой обосновался так удачно выявленный орденский браток по имени Радек.

Свой наблюдательный пост Илса организовала на подземной стоянке, где пижон из пентхауса парковал свой навороченный байк. Увы, сутки наблюдений ничего не дали, байк прохлаждался без дела в своём закутке, и потайной лифт, ведущий на крышу здания, ни разу даже не дёрнулся. Вполне ожидаемо Илса пришла к заключению, что владелец пентхауса куда-то свалил. Ну откуда неопытной в магических делах девушке было знать, что байк служил Радеку вовсе не транспортным средством, а всего лишь способом сбросить стресс. Для всех прочих командировок маг пользовался трансгрессией, и ему не требовалось спускаться на лифте, чтобы выйти на улицу.

Отчаявшись дождаться хозяина байка, Илса принялась шерстить конторы, арендовавшие площади в офисном здании. И надо же было такому случиться, чтобы именно в это время Радеку приспичило пообщаться с Ксантипой. Вообще-то, глава Ордена не часто баловал Магистров своими визитами, но тут он решил озаботиться судьбой собственноручно захваченного в развалинах крепости предателя. Наверное, Радек всё-таки ощущал некоторую неловкость от того, что обрёк этого мужика на мучительную смерть, хотя мог бы проявить милосердие и прикончить его быстро. Мстительный нрав Ксантипы был ему хорошо известен, а потому глава Ордена счёл необходимым лично убедиться в том, что предатель отправился на тот свет, а не продолжает уже который день расплачиваться за свои грехи.

Как выяснилось из разговора с Магистром, Радек не напрасно подозревал этого садиста в злоупотреблении обязанностями палача. Пришлось устроить Ксантипе показательную порку в присутствии его подчинённых, после чего разгневанный Разрушитель демонстративно направился в орденские подвалы, чтобы лично прекратить безобразия. И тут судьба сыграла с сим поборником гуманизма одну из своих подлых шуточек. Едва Радек открыл дверь в лифтовой холл, как наткнулся на Илсу, которая как раз выходила из лифта. Их взгляды встретились, и оба от неожиданности застыли на месте. Впрочем, для отчаянной филёрши эта встреча была гораздо меньшей неожиданностью, чем для Разрушителя, который несколькими днями ранее вроде бы похоронил эту хитрую ведьмочку заживо. Наверное, именно поэтому Илса очухалась первой и успела заскочить обратно в лифт, прежде чем Радек смог ей помешать.

Провалившаяся конспираторша вылетела из офисного здания как ошпаренная и сразу бросилась на вокзал, чтобы свалить из города. Илса вовсе не питала надежд на то, что сумеет укрыться от Ордена в общаге или даже в своей загородной развалюхе. Если уж Радек отыскал её в крепости, значит, уже навёл справки обо всех местах, где она так или иначе появлялась. Единственным местом, куда девушка практически не заглядывала, по крайней мере, в последние два года, была заброшенная хижина её учительницы-ведьмы. Именно там она и планировала затаиться.

На самом деле Радеку ничего не стоило отследить беглянку по эфирному следу, но с подобными магическими техниками её наставница не была знакома, а потому никак не могла рассказать о них своей ученице. Посему план побега представлялся Илсе вполне надёжным, ну может быть, за исключением одного сомнительного пункта. Бросить на произвол судьбы ведьмины записки и зелья ей было обидно, да и жаба душила, вот беглянка и рискнула навестить свою загородную резиденцию и забрать унаследованное добро. То, что именно там её и застукал Радек, было чистой воды случайностью, однако Илса вполне естественно увидела в этой случайности закономерную расплату за собственную жадность. Ну не стоило ведьмино наследство того, чтобы рисковать ради него своей жизнью.

Нужно заметить, что этот уединённый участок, обнесённый высоким забором, был прямо-таки идеальным местом, где Разрушитель мог без помех осуществить свой план по захвату шпионки. Так что в каком-то смысле собственнические чувства Илсы всё-таки сыграли на руку её преследователю. Хотя, по большому счёту, для планов Радека место было вторичным фактором, поскольку на этот раз он не собирался избавляться от шпионки столь брутальными методами, как сделал это в крепости. В конце концов, эта хитрая ведьмочка была ниточкой к той враждебной организации, которая обломала его на Таласе, и следовало не обрывать эту ниточку, а размотать весь клубок.

Радек давно уже избавился от вредной привычки врать самому себе и потому честно признал свои действия в развалинах крепости откровенной глупостью и ребячеством, а по своим последствия – так вообще катастрофой. Мало того, что обломавшийся самонадеянный детектив психанул и дал волю своему раздражению, обрушив на голову шпионки крепостные стены, что лишило его последней надежды выйти на её кураторов, так вдобавок это привело к раскрытию местоположения подставной орденской конторы. Каким уж образом шпионка выбралась из подземного лабиринта, бог весть, но то, что буквально через пару дней она обнаружила схрон Ордена, вряд ли можно было счесть случайностью. Радек не без оснований подозревал, что сам и вывел её на подставную контору.

Конечно, можно было бы списать неразумное поведение главы Ордена на непредвиденные обстоятельства в виде обнаружения давно разыскиваемого преступника, но на самом деле это была просто тупая эмоциональная реакция на обманутые ожидания. Радек потратил немало времени на слежку за шпионкой, хотя у него было полно других более важных дел, и когда выяснил, что это время было потрачено впустую, то не сдержался и дал волю своей досаде. Впрочем, выслеживание какой-то пошлой ведьмы и без обломов было унизительным занятием для главы Ордена. Увы, подключить к этой рутинной работе орденских профессионалов Радек не мог, ведь тогда ему пришлось бы объяснить, каким образом шпионка проникла в святая святых – его личные апартаменты.

Поскольку рекламировать свои косяки глава Ордена считал неправильным, пришлось всё делать самому. Ну и кого винить в том, что дилетант ожидаемо облажался? К большой удаче для Илсы Радек умел работать над своими ошибками, а потому, столкнувшись со шпионкой в дверях подставной орденской компании, не стал пороть горячку. Не прояви он тогда должной выдержки, и лифт, в котором ехала девушка, просто обрушился бы в шахту с высоты десятого этажа. Однако второй раз наступать на те же грабли Радек не собирался. Эта девчонка могла вывести его на анти-Орден, а потому убивать её не было никакого резона, по крайней мере, до того, как она сдаст своих нанимателей.

В идеале Радеку следовало бы немедленно броситься в погоню за шпионкой, чтобы не позволить ей связаться с куратором и сообщить о расположении Ордена, но коварная судьба лишила его даже этой возможности. После того скандала, который он закатил Магистру, Радек просто обязан был продемонстрировать свою принципиальность и лично избавить пленённого предателя от издевательств мстительного живодёра. Даже послать орденских боевиков за сбежавшей шпионкой он не мог, ведь тогда пришлось бы признаться в своём очередном косяке. А связанные с таким признанием репутационные риски глава Ордена расценивал как более критичные, нежели даже потерю одного из его подразделений. В результате, Радек позволил Илсе сбежать, а сам отправился в орденские подвалы, чтобы прекратить мучения Кайдена.