Мертвецкий круиз 3: Реконструктор

— Я не из Майами. И если вы хотите полноценных переговоров — избавьте меня от лишних ушей, чтобы позже мне не пришлось принимать меры. В жизни вашей общины очень многое может измениться, но только в том случае, если вы сами возьмёте на себя ответственность. И чтобы вам было спокойнее — можете оставить себе оружие, а я сниму свой шлем. Идёт?

— Он что, пуленепробиваемый?

— Да, — кивнул я и откинулся на спинку кресла, давая понять, что либо он соглашается с предложенным ему вариантом — причём весьма щедрым, как по мне — либо я ухожу искать другую общину.

Башня Большого Джонни была бы идеальным стартом для меня, если бы мне требовался захват власти и освобождение невинно угнетённых людей. Но здесь таких не было, к счастью Бруно. Я это уже увидел и услышал, Афина уже провела мне полноценный анализ и собрала информацию. Здесь живут не идеальные, но довольно честные и правильные люди. И портить им жизнь я не стану. А захотят сотрудничать — помогу. Так что решай, Бруно.

— Хорошо, выйдите все.

— А оружие?

— А с чего вы взяли, что я безоружен?

— Судя по тому, что стул, на котором я сижу, намертво прикручен к этом месту и я не могу сдвинуть его ни на сантиметр — пистолет под столом и направлен на мой пах? Не лучшая идея. Костюм ещё прочнее шлема, а вот в случае угрозы моим колокольчикам я могу выйти из себя, — улыбнулся я, и Бруно, не сводя с меня глаз, просидел так секунд десять.

— Идите, — кивнул он своим сопровождающим и достал пистолет из-под стола, а я снял с головы шлем.

Нехорошо лишаться Афины, но в целом дальнейший ход переговоров мне понятен.

— Итак, вы сделали верный выбор. Прежде чем я сделаю вам своё предложение, представлюсь полностью и задам один вопрос, если вы не против.

— Не против, мистер Листопадов. Если это не наш секрет, то я не против обмена информацией. Тем более что и мне есть что у вас узнать, и это касается не только вашей экипировки, — кивнул мексиканец.

— Вот и прекрасно. Мы с вами довольно похожи, ведь я тоже глава группы выживших — Круизеров. Только мы несколько крупнее. Наша база находится на Карибах, и мы управляем частью Кубы. Лайнер — мой. И военные, которых я привёз, — это на самом деле армия США. И об этих военных я знаю практически всё. Если мы найдём с вами общий язык и договоримся… Между нами практически не будет тайн. А теперь расскажите мне, за что и почему вы так не любите Крушителей?

* * *

Тайна нелюбви оказалась не такой уж и тайной. Обычный конфликт интересов двух сильных личностей. Бруно и сам являлся Крушителем, но был не очень доволен их политикой. Руководство и приближённые этого, скажем так, клана получали часть добычи, принесённой охотниками и собирателями. В общем, всеми добытчиками, что проживали в их зоне безопасности. Причём право первого выбора было тоже за ними, и потому они получали всё самое нужное и ценное, а рисковавшие своими шкурами добытчики — лишь то, что осталось. Если ты был недоволен — адьос. Тебя никто не держит и можешь идти на все четыре стороны. Так с группой Бруно и вышло. Он по собственной инициативе отправился в этот район, чтобы решить какие-то свои вопросы и заодно набрать добычу, но… После возвращения у самого Бруно, как у довольно крупной шишки, ничего не забрали, но вот остальных пощипали капитально. Можно сказать, что, вернувшись из своей вылазки, они получили меньше, чем было у них до неё. Такой вот «оброк» с них собрали.

Люди предъявили Бруно. Он с ними согласился и пошёл отстаивать их права на добычу. Ведь если так забирать — то какой смысл вообще в этих рейдах? Ему решили напомнить, что он, вообще-то, получил часть этой добычи. Слово за слово, и разосрались они в пух и прах. А уже на следующий день восемьдесят человек, все как один — добытчики, отправились вместе с Бруно зачищать от зомби этот небоскрёб. Да так и остались, а многие рисковые, смелые и уважающие себя добытчики тоже направились к ним, что вылилось уже в конкретные претензии к Бруно со стороны Крушителей. В общем, эти люди передо мой — маленькие революционеры, которые готовы рискнуть, но не уподобляться грабителям.

Достойно, скажу я вам. Впрочем, понять Крушителей тоже можно — они несут огромную ответственность за всех людей, и потому у них должно хватать боеприпасов, оружия, экипировки, продовольствия, воды и медикаментов в первую очередь. Если сравнивать с моими Круизерами, так они вообще щедрые. Мы всю добычу складируем на общие нужды лагеря. Лишь персональная мелочь, что может поместиться в карманах или рюкзаке, оставляется добытчикам. Но у нас и методы другие, и условия, и люди больше привыкли к коллективизму.

Так что тот факт, что мы смогли всё так организовать на Кубе, не означает, что в Майами это сработает так же. Здесь право частной собственности настолько сильно — что в два счёта за претензии на содержимое твоего рюкзака можно получить пулю в лоб.

Я выслушал рассказ Бруно и ответил на его вопросы о военных и обо мне. Про Круизеров говорил не очень много, лишь сказал, что здесь мы будем делать новый аванпост и в первую очередь займёмся зомби и сбором добычи с крупных складов различных корпораций.

Такая формулировка не вызвала никакого отторжения у моего собеседника, ибо корпорации ныне мертвы, а их склады — это общая собственность. Кто первый встал и захватил — тому они и принадлежат.

— Так и какое предложение вы хотите мне сделать? Неужели помочь зачистить какую-то местность, чтобы вашим людям было где основать базу? — подошёл к финальному вопросу мой собеседник.

— Нет, что вы, мистер Бруно. У вас у самих сил не особо-то и хватает с учётом числа людей, что прибиваются к вам каждый день. Я хочу предложить вам другое. Есть ли у вас желание стать кем-то большим, нежели простым лидером банды, которого сметут, как только развяжутся руки у ваших соседей? Знаете ведь, как бывает… Одна грамотно заложенная взрывчатка создаст столько шума, что орды зомби нахлынут на территорию вашего противника. Не очень честно, зато действенно. Вы может и благородны, чтобы не делать таких шагов, но что насчёт тех, с кем вы соперничаете?

— Хм… — Мексиканец задумался, понимая, что подобный грязный вариант хоть и маловероятен, но всё же может случиться. — Что именно вы предлагаете?

— Вы можете стать частью нашей многонациональной семьи, которая заботится друг о друге, а не о чьих-то карманах. Эта слабо защищённая башня может стать настоящим оплотом, когда сюда придут мои люди, профессиональные истребители зомби и военные, с мощным вооружением, способным остановить даже орду.

— Босс! — В дверь постучали и сразу же, открыв, закричали. — Группа Августа в ловушке, их кинули добытчики из Крушителей! Пятнадцать человек, почти без боеприпасов в мясной лавке Марты… Там зомби — тьма! Нужно срочно им помочь.

Ох, как удачно вышло. А я всё думал, как доказать, что я не какой-то там прохиндей и балабол, а человек слова и дела.

— Сколько зомби⁈ Хотя бы примерно.

— Пока пару сотен, но их становится всё больше… Если не успеем их вывести — им конец.

— Поднимай всех по тревоге.

Обо мне Бруно словно забыл, поэтому пришлось кашлянуть и напомнить о себе.

— Мистер Бруно. В знак моей доброй воли, позвольте, я окажу вам небольшую помощь в этом вопросе. — Я надел обратно на голову шлем, и Афина тут же включилась в работу, по описанию найдя район предполагаемого столкновения.

— Это наши проблемы…

— Пусть так, но вы же не были против, когда я помог Хелене? А у меня, знаете ли, норма по убийству зомби в день до сих пор не выполнена. Так что встретимся у мясной лавки. Подтягивайтесь, как будете готовы.

Глава 3

Дорога к мясной лавке Марты, где из последних сил оборонялись люди Бруно, составляла всего-то четыре километра. В масштабах города — почти как соседний двор. В масштабах постапокалипсиса — бесконечная полоса препятствий.

Но всё-таки мне удалось набрать необходимую скорость и найти хороший маршрут, на котором зомби встречались лишь изредка, да и то почти все бежали на огонёк в соседний район, который здорово расшумелся. До меня доносились редкие выстрелы, а значит, попавшие в ловушку бойцы всё ещё живы.

За мной бежали, ползли, плелись, хромали зомби, на которых мне было наплевать. Пусть моё появление их и ускорило, но я был в разы быстрее практически каждого из них и не стал тратить время на этот халявный поток очков достижений. За два километра я оказался на небольшом холме, закатанном в асфальт, и увидел впереди конец толпы.

— Афина, анализ и подсчёт, — скомандовал я, вновь ускоряясь в сторону толпы.

«На данном участке видны как минимум двести пятьдесят две особи. Судя по расположению магазинчика, весь квартал окружён, и общая численность врагов составляет от шестисот до девятисот единиц. Рекомендуется применение светошумовых гранат для смещения акцента орды». Афина даже любезно подсветила несколько мест, куда желательно бросить гранаты.

Их было не то чтобы много, поэтому я взял две и за сотню метров до зомбарей приготовился их швырять. Немного сместился, бросил одну. Сразу же вторую, и спустя пару мгновений две оглушительных и ослепляющих вспышки полыхнули у края орды, заставляя всех, кто был в радиусе пары десятков метров, обернуться и броситься в сторону шума. И в мою сторону тоже. В руках был пистолет, которым я окончательно приковал внимание толпы к своей персоне, уничтожив ближайших зомби, что продолжали стягиваться к вечеринке.

Глобально мои действия не спасут зажатых в ловушку людей, ведь даже так остаётся ещё множество мертвецов, что продолжают штурмовать их укрытие. И шуметь они продолжают. Я отстрелял обойму и, перезарядив, спрятал пистолет в кобуру, доставая свою «Аську». Не время экономить боеприпасы, я считаю.

Отступая и отправляя в сторону толпы прицельные выстрелы в голову самых шустрых, я добрался до припаркованного у края дороги фургона. Запрыгнул на его крышу и уже оттуда продолжил вести отстрел. Несмотря на доминирование в высоте, шикарную скорострельность, помощь Афины и методичные убийства врагов, что бросились в мою сторону, подгоняемые голодом, этого укрытия хватило на тридцать секунд.

Фургон не просто облепили со всех сторон, его закачала волна мертвецов, и десятки рук практически одновременно вцепились в его края, используя как подставку тела своих неживых соратников. Пора было уходить, чтобы не оказаться в окружении моря зомби. Здесь нет моих соратников на пикапах с пулемётами, чтобы дождаться прибытия подкрепления.

Короткий разгон — и я приземлился на крыше старенького седана. Три выстрела — и снова разгон, прыжок и новая крыша, которую со мной делил какой-то воинственный зомби в комбинезоне рабочего. Скинув его вниз ударом ботинка и добавив ещё тройку выстрелов, опустошил до конца обойму, после чего закинул оружие на ремень через плечо. Вместо него в руках оказалась сокрушающая души зомбарей часть алебарды. Несколько прыжков по плотно припаркованным автомобилям, и я оказался на своеобразной развилке: слева начинается частный сектор, хлипкий забор которого не выглядит как достойная преграда, а справа видно старое кирпичное двухэтажное здание прачечной. Один минус — четырёхполосная дорога к нему перекрыта сотней пришедших на шум зомби.

Пришлось выкручиваться и, до предела напрягшись, прыгнуть в толпу. Долетел с ходу под овации и рычание толпы до середины дороги. Приземление вышло смазанным, на троечку, прямо на грудь не самого крупного зомби. Благо его поддержали плотным строем товарищи и не дали упасть, а меня сила инерции протянула вперёд, мимо вытянутых рук зомби. Завалился я прямо между десятком из них, ощущая всю прелесть зомби-массажа.

Впереди их было чуть поменьше, и я, пока не стало слишком поздно, подобно ледоколу ринулся дальше, расталкивая и опрокидывая одного за другим, охаживая попутно верхней частью алебарды самых упрямых.

Добравшись до зазора в толпе и со всего размаху крутанувшись с оружием в руках, откинул и поранил пятёрку зомби, после чего в сильном прыжке достиг середины пожарной лестницы. Та сильно заскрипела под моим весом.

Оказавшись на крыше и перезарядив оружие, начал свою игру, шпигуя тварей металлическими иглами, которые прошибали их кости на раз-два. Порой находились умники, что хватались за лестницу и ползли вверх. Таких я прикончил аж трёх, пока толпа не уплотнилась настолько, что по трупам и ещё двигающимся телам своих собратьев приступом не взяла это здание. И снова разбег и прыжок со спрятанным за спину оружием.

Бухнувшись на газон за прачечной, прямо за спиной тройки забредших сюда зомби, я рванул вперёд, увеличивая дистанцию. Оглянулся и заметил толпу мертвяков, что уже покорила плоскую крышу прачечной и бежала к краю моего недавнего укрытия.

Начался зомбипад. Многие покалечатся, сломают ноги — но это не остановит их. Я же и дальше несусь вперёд, перепрыгиваю заборы частных секторов и машины, постепенно ухожу слегка в сторону, полукругом оббегая недавний район схватки. Выносливости у зомби много, но мозгов для скоростного бега с препятствиями — мало. Если же на территории, где я оказывался, имелись свои немёртвые хозяева — я не тратил время и игнорировал их, стремясь как можно быстрее добежать до магазинчика.

Позади меня послышались многочисленные выстрелы. Это на дороге отряды Бруно столкнулись с той оторванной частью миниатюрной орды, что преследовала меня и осталась позади.

Я тоже уже через минуту оказался на небольшой, практически лишённой врагов прямой улице, что вела меня к дороге. В очередной раз получилось ускориться и выскочить на дорогу, и впереди я заметил очередную толпу. Это были те из врагов, что не пошли со мной веселиться. С ходу им туда обычную и светошумовую гранаты закинул, снял с плеча «Аську» и перезарядил, держа наготове ещё один магазин.

Ох, как они всполошились и заверещали. Снова начал свою игру в кошки-мышки, отстреливая и перебегая от одного укрытия к другому, отмеченным и подсвеченным Афиной. В запале боя решения принимаются моментально, но даже так сэкономленные мгновения превращаются в секунды, а порой именно они отделяют нас от смерти.

Второй раунд оказался ещё быстрее первого, так как зомби стало меньше, да и местные спасатели активно занялись истреблением тварей. «Аська» снова ушла на перезарядку, в руках моих оказался дробовик, который я щедрою рукой разрядил, подарив толпе впереди, облепившей магазин, фейерверки из свинцовой дроби. Тут же перехватил пистолет — и ещё семь выстрелов благополучно нашли свои цели, остальные лишь ранили рычащее стадо.

Их осталось навскидку не больше тридцати здесь. Но было видно, что многие забрались и внутрь лавки, разбив стёкла и окна, преодолев баррикады из прилавков. И звуков борьбы изнутри я уже, к сожалению, не слышал. Для самобичевания не было времени. Я делал всё, что только мог со своими силами. Сами бойцы из башни Большого Джонни не перемололи бы и трети орды за это время.

Щёлкнули металлические крепления, и алебарда сложилась в полной мере. Я выдохнул и резким ударом вперёд пронзил голову доковылявшего до меня зомби. А затем ещё одному. И ещё… Круговерть тяжёлым оружием выматывала. Без костюма я и вовсе уже через минуту лежал бы без сил на окровавленном асфальте.

Последний зомби был прикончен у самой двери в мясную лавку. Я лишь облегчил муки бедолаги, затоптанного множеством ног его соратников. Жалкое зрелище… За спиной стало шумно, и я увидел несколько десятков людей, что с большим трудом, обливаясь потом и тяжело дыша, бежали спасать своих соратников.

Они помогли мне вытащить перекрывающие проход баррикады из многочисленного оборудования этого магазинчика.

— Периметр держите! Глаз не спускать! — командовал Бруно, самолично примчавшийся на помощь. Чем заработал от меня ещё одно очко в свою копилку «нормального мужика, с которым можно иметь дело».

Внутри магазина было… неуютненько, мягко говоря. Десятки трупов, лужи крови, зловонный запах, который пробивался даже через фильтры шлема. Многих даже вырвало от подобных видов, несмотря на всю моральную подготовку, прошедшую с момента начала конца.

— Ваши есть среди погибших? — задал я вопрос Бруно, который стойко осматривал тело за телом.

— Кажется… Нет. — Он был удивлён, как и я.

«В конце коридора заставленный ящиками вход в неработающий морозильник», — сориентировала меня Афина.

И надо же! Действительно. Раскидав кучу хлама и открыв дверь, мы увидели тринадцать человек. Они лежали практически без сознания, надышавшись зловонными миазмами протухшего мяса в сломавшемся холодильном помещении.

Всех их вытащили на улицу и начали приводить в чувства, тайно радуясь тому, что успели и спасли. Но меня, как и многих, не покидал один вопрос. А где те, кто заставил дверь хламом, создавая преграду на пути зомби?

Вновь вернувшись в здание, я начал всё внимательно осматривать, выискивать тайные помещения и подсобки.

Кап.

Я уловил звук быстрее, чем Афина отследила его источник, и уже через мгновение оказался под окровавленным потолком. Он был сделан из плит, уложенных на металлический профиль. И что удивительно, строители сделали настолько большой отступ от чернового потолка, что там поместился человек.

— Стул дайте!

Тут же все зашевелились, поняв, что ещё один член этой группы найден.

— Август! Нашёлся!

— Да он весь искусан!

— Есть у вас лекарство из терминала против укусов?

— Нет, закончились давно уже, — тут же ответил за всех Бруно.

Я просунул голову в дыру между плитами и нашёл ещё одно тело без признаков какой-либо активности чуть в стороне.

— Там ещё один! Тоже в крови и покусанный.

Я достал свои личные запасы, не жалея их на спасение тех, кто не жалел собственной жизни.

Оказав первую помощь и убедившись, что оба всё ещё дышат, а пульс их стабилизировался, Бруно организовал носилки, на которых понесли двух самых пострадавших, подальше от этого места. Зомби мы хоть и перебили, но угроза всё ещё не ушла, и они продолжали активно стягиваться на звуки стрельбы.

— Спасибо. В очередной раз, — подойдя ко мне с зажжённой сигаретой и дрожащими руками, поблагодарил меня Бруно.

— В очередной раз пожалуйста. Одно дело делаем. Что-то тебя накрыло капитально… — Я заметил, что нервный мандраж не отпускал главу этого небольшого сообщества выживших.

Он нервно затянулся и, выпустив дым из лёгких, повернулся в сторону собирающихся бойцов.

— С каждым днём нас всё больше. Но с каждым днём всё хуже и хуже. Мы словно застряли в каком-то моменте, пройти через который не в силах. Припасы заканчиваются. Патроны заканчиваются. Вылазки становятся всё дальше и всё рискованнее. Группа Августа должна была объединиться с Крушителями, чтобы добыть еду и фильтры для воды в одном здании, в паре кварталов отсюда. В Крушителях был его хороший друг, которого он знал давно и не раз выручал. Думал перетянуть их на свою сторону, а вот как вышло. Мы чуть не лишились своих ребят из-за жалких бумажных и пластиковых фильтров для воды! В Майами! Городе, где каждые два дня идёт если не ливень, то дождь! Так не может продолжаться.

— Понимаю. Городские джунгли — ещё более жестокие и беспощадные, нежели настоящие. Враги повсюду, ресурсы не бесконечны. И в отличие от Крушителей, вы лишены терминала. Любой укус — смерть. Патроны — в дефиците. Вы даже сухпайки не купите в терминале, пусть они там и стоят ужасно дорого.

— В терминалах бывают сухпайки? — удивился Бруно.

— Каждый терминал особенный. В некоторых они есть. Бруно, если даже ты не видишь выхода и светлого будущего, то что говорить о других ребятах? Где им найти силы на новый день и новую вылазку, если даже их лидер не способен сказать, что всё будет хорошо? — пожурил я его, но в ответ увидел лишь пустой апатичный взгляд.

— Они вдвоём умерли бы, если бы не ты. У нас не было ни сил, ни возможностей добраться до них так быстро. У нас нет лекарств, чтобы спасти их после укусов. У нас нет даже грёбаных аптечек, чтобы поставить их на ноги! Остальная группа тоже слегла бы надолго из-за отравления токсинами. Как… Как ты стал таким сильным? Где ты взял такое оружие, опыт, такую броню?

— Пройдёт время, и почти все выжившие бойцы, которые будут заниматься зачисткой и охраной границ своих территорий, станут выглядеть подобным образом. Терминалы. Они и есть наше сильнейшее оружие против кризиса.

— Много у тебя терминалов?

— Три на лайнере, восемнадцать на Кубе на моих землях. Ещё около пятидесяти доступны по договорённости с одним из союзников. Минимум один на Ямайке. Пока я тут нахожусь, возможно, ещё парочку захватили.

— Как ты этого достиг?

— Это знают все мои старшие командиры. Но тут важен вопрос веры. Людям со стороны не стоит знать секрет моей силы.

— Почему? Может быть, тогда тебя посчитают кем-то, посланным небесами, и люди сами потянутся за тобой? — удивился Бруно.

— Я не Мессия. Я — Реконструктор. Когда-нибудь ты это поймёшь, если выживешь и будешь своими глазами следить за миром, что стремительно меняется вокруг нас, выживших. Я не хочу, чтобы люди следовали за мной из-за мифических и несбыточных пророчеств, произнесённых выжившими в полупьяном бреду. Я не принесу людям чудес на блюде. Я человек. Простой человек. И то, что делаю я, может сделать каждый, хоть это и невероятно трудно. Поэтому я собираю людей. Таких, как ты. Таких, как они. Чтобы вы видели, чтобы вы понимали. То, что сделал один, — можете сделать и вы. Поняв это и стальной волей вцепившись в шанс на выживание нашего вида, тысячи таких, как я, выживших несмотря ни на что и не сломившихся людей, — совершат настоящее чудо.

— Какое?

— Изменят этот мир и нашу судьбу, — я улыбнулся и похлопал Бруно по плечу. — Многие считают, что Алое Затмение и появление зомби — это начало конца. Я буду честен с тобой. Всё так и есть. Но конец этот может настать не сейчас и не завтра, а сотни поколений спустя. У всего есть конец. И я верю, что век человечества ещё не окончен. Поверь в это и ты, и перед тобой откроется множество возможностей.

Я поднялся и начал перезаряжать всё своё оружие, смотря, как вперёд отправляются первые вооружённые группы и в конвой строятся раненые и больные люди, которым явно требуются отдых и медикаменты.

Хорошие люди. Смелые. Правильные. Я ощущал необычайный прилив сил от мысли, что помогу им. Они этого заслуживают, и плевать, что некоторые из них состояли в бандах в прошлом. Перед лицом смерти все равны. Это одна из истин этого сурового мира. И они в полной мере её познали.

Я двигался чуть в стороне и впереди, добивая последних зомби в этом районе. По идее — сейчас самое время хорошенько поискать припасы и полезные вещички, но этой группе сейчас явно не до этого. А значит, скоро здесь будет много выживальщиков из других анклавов.

Впереди раздалась стрельба. Снова этот опасный для густонаселённого города шум. Но что-то меня остановило и заставило замереть, прислушиваясь.

БАХ!