Помоги проекту - поделись книгой:
К авторитету профессора будет впоследствии апеллировать ОУН[190]. И вот такой ученый с 1926 года работал в СССР, занимал высокие должности в научной образовательной сфере. Его деятельность была контекстна политике украинизации соответствующего периода. Однако в 1933 году Рудницкого арестовали по делу Украинской военной организации, а в 1937 году он был расстрелян. Сегодня его представляют невинной жертвой сталинских репрессий. Существовала ли в действительности связь профессора с украинскими националистами за рубежом, доподлинно неизвестно. Но известны его расистские взгляды, которые как минимум необходимо учитывать, описывая контекст сталинских репрессий.
Украинский национализм имел в своем генезисе историческую развилку между этнократией и нацизмом, с одной стороны, и идеей политической нации — с другой. Первую перспективу наиболее последовательно представлял Донцов, вторую — Вячеслав (Вацлав) Липинский. Для происходившего из польской шляхты католика Липинского этническая трактовка украинской нации была неприемлема. За этничность в подходе к национальному им критиковался Донцов, являвшийся когда-то его последователем. Интегральный национализм в версии Липинского, в отличие от донцовской версии, как раз и заключался в интегральности политической нации, стоящей над уровнем этничности (рис. 26). При этом украинское этническое не отрицалось, но рассматривалось подчиненным интегральной нации. «…Как нет чистокровных американцев — так нет и чистокровных украинцев, — пояснял свою позицию Липинский. — Колония есть колония: осадок людей разных племен, вер и рас — украинец есть всякий, кто хочет, чтобы Украина перестала быть колонией; чтоб из разных ее племен, рас и вер восстало одно государство украинское, а творцом Украины является тот, кто в святое дело обретения независимости украинских колоний приносит все наилучшее, что есть в нем: в той культуре, с которой он до украинства пришел, например, из московской культуры принести можно уважение к авторитету, организации, дисциплине — как раз то, чего украинству так недостает»[191].
Рис. 26. Идеологическая развилка в генезисе национализма: между политической нацией и этнократией
Липинский, как и его оппоненты, полагал, что конфликт Украины и России неизбежен, но видел в нем суть не вражды этнической, а борьбы политических наций. «Только тогда, — предсказывал он, — когда государственники украинские всех местных классов и всех местных наций победят агентов, которых метрополии имеют на Украине тоже во всех местных классах и всех местных нациях (также и «нации украинской»!), — сможет возродиться украинское государство, и только в украинском государстве — только в процессе совместного существования жителей Украины на отмежеванной государственной территории — сможет сотвориться из них украинская Нация, так, например, как возникает на наших глазах американская Нация из процесса сожительства разных наций и разных классов на территории соединенных штатов (держав), от своей метрополии отделились эти государства не под лозунгом националистичным (бей англичан) и не под лозунгом социалистическим (бей господ и буржуев), а под лозунгом политическим: создаем все жители Америки — каких бы мы ни были наций и классов — свое собственное американское государство»[192].
Вместе с тем в установках борьбы с историческими врагами Липинский был менее радикален. Украина, предупреждал он, «не может объединиться ненавистью к Москве или к Польше, потому что ненависть к Москве приведет ее в Польшу, ненависть к Польше приведет ее в Москву, а ненависть одновременно к обеим — в петлю самоубийства или в дом умалишенных»[193]. К числу фальшивых положений относилось им утверждение украинских этнических националистов, будто бы украинцы национально угнетались русскими подобно тому, как чехи угнетались немцами, болгары — турками, а бельгийцы — французами.
Оригинальность воззрениям Липинского придавало выдвижение им Концепции классократии. Классократию как правильный тип формирования национальной элиты он противопоставлял охлократии и демократии. При классократии национальная элита формируется на основе антропологических типов воина и производителя. При охлократии воин сочетается с не-производителем. Наконец, при демократии, называемой Липинским худшей, дегра-дационной системой, господствуют антропологические типы не-воина и не-производителя.
«Демократия, — резюмировал он свои рассуждения, — есть власть золота над продажною идеологией, над продажным мечом, над сгнившим консерватизмом и над пассивностью разрозненных и деморализованных масс»[194].
Движущей силой политических процессов определял Липинский иррациональную волю к власти. Задача идеологического строительства виделась в рациональном обосновании иррациональных стремлений властвовать. Уже в 1920-е годы Липинский определял эти установки посредством двух присущих национальной аристократии ориентиров: империализма (стремления к власти) и мистицизма (веры в законность этой власти).
Составляющей классократии Липинский считал и наличие национальной монархии. Но он был противником наследственного монархизма, приводящего власть к деградации. Украинский гетманизм, при котором высшая монаршая власть не передается по наследству, Липинский считал наиболее эффективной моделью. Предупреждал публицист об увлечении диктаторскими методами, что особо противопоказано Украине, іде единство национальных эмоций не сформировано. «Аморфную хаотичную украинскую массу, — предостерегал он, — нельзя сорганизовать пропагандой и выискиваниями какой-нибудь одной общей эмоции. Чем больше будете ею колотить и среди нее агитировать, тем больший хаос и руину будете создавать. <…> диктаторы потомства не имеют, а там, где (как в царской России) диктатура делается наследственной, то трон там — по выражению одного итальянского дипломата, собственно, про Россию — делается не выборной и не наследственной, а «оккупативной». Оккупативной при помощи гвардии и дворцовых переворотов. Храни, Боже, Украину от такой «оккупативной» формы диктаторской, абсолютной монархии. Что могло удаться при московской или турецкой стадности, то не удастся при украинском индивидуализме. Потому, например, в Англии не могло удержаться дело Кромвеля, потому что там не было никогда монархического абсолютизма, то есть на-следственной диктатуры»[195].
Концепция Липинского была внутренне противоречива. Идеи политической нации плохо гармонировали с идеями национальной аристократии и волей к власти. Как вариант политического национализма гражданской украинской нации подход Липинского не мог быть реализован. Для его реализации отсутствовало главное — политическая общность («полития» в определении Аристотеля).
Украинский национализм развивался параллельно с другими правыми европейскими движениями. Идеологически повторялись те же ступени, которые, в частности, прошел германский нацизм. От литературно-культурного взгляда на украинскую нацию произошел переход к политическому ее измерению в виде этнократии («Украина для украинцев»), а от него — к расовому. Если германский национализм пришел исторически к НСДАП, то украинский — к ОУН[196].
ГЛАВА 5
УКРОНАЦИЗМ — ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ЧЕЛОВЕЧНОСТИ: ОРГАНИЗАЦИЯ УКРАИНСКИХ НАЦИОНАЛИСТОВ — ПСЕВДОГЕРОИ УКРАИНЫ
Организация украинских националистов преподносится сегодня на Украине в героическом ключе. На щит поднимаются фигуры, связанные с осуществлением кровавых нацистских злодеяний периода Второй мировой войны. Еще в 2008 году в рейтинг 12 величайших украинцев попали и Степан Бандера, и Роман Шухевич. Имя Бандеры носит организация «Тризуб», составляющая ядро «Правого сектора». Установлены памятники нацистским преступникам. Поразительно, что на прямые апелляции к нацистским преступникам современных украинских националистов Запад предпочитает не обращать никакого внимания. Очевидные параллели с 1941 годом игнорируются.
Современные апологеты украинского национализма в настоящее время пытаются отделить своих героев от нацизма. Однако их прямые высказывания не оставляют сомнений относительно общности украинского национализма и германского нацизма периода Второй мировой войны. Предоставим слово самому Степану Бандере: «Действующие вражеские силы нужно уничтожить доступными в данной ситуации способами и методами, соответственно с международными правилами, действующими во время войны. Генеральной задачей является убрать с территории Украины по возможности наибольшее количество враждебно настроенных москалей, чтобы не отвлекать большие силы на содержание пленных или интернированных в трудных условиях борьбы»[197].
В данном разделе попытаемся ответить на вопросы о том, была ли ОУН[198] организацией нацистской, сотрудничала ли она с нацистской Германией и несет ли ответственность за преступления против человечности.
Украинский оуновский национализм был сформирован в контексте общественной жизни Польши. Важно этот контекст реконструировать.
В рамках реализуемой политики национальной памяти довоенная Польша в современной польской пропаганде позиционируется как демократическое государство, жертва «двух тоталитарных режимов» — советского и германского. Необходимо в этой связи сказать правду о довоенной Польше.
В действительно в довоенный период Польша являлась одним из самых конфликтных государств Европы.
Только возникнув, в 1918 году польское государство развязало территориальные войны со всеми своими соседям: с немцами — из-за Познани и Верхней Силезии, с чехами — из-за Тешинской Силезии, с украинцами — из-за Львова и Восточной Галиции, с литовцами — из-за Вильнюса, с большевиками — из-за Волыни и Беларуси. Концентрационные лагеря на территории Польши были созданы задолго до оккупации Польши Германией. Это были лагеря, в которых размещались плененные в советско-польской войне красноармейцы. 60 тысяч русских солдат, что составляло 46 % от общей численности плененных, погибло за первые 2 года в лагерях смерти. И практика создания лагерей смерти в Польше не объясняется исключительно контекстом войны. Лагеря создавались и в 1930-е годы. Такие лагеря были созданы на входивших тогда в состав Польши белорусских и украинских землях и предназначались для содержания коммунистов, деятелей национального еврейского, украинского и белорусского движений. Даже президент организованного в Лондоне правительства в изгнании Владимир Рачкевич вынужден был признать, что политической стороной польского концлагеря в Картуз-Береза является систематический террор, правовой — беспредел и бесправие[199]. Только в сентябре 1939 года узники концлагеря были освобождены войсками Красной Армии. Лагерь в Картуз-Береза в 1930-е годы в СССР рассматривался в качестве свидетельства фашистского характера польского государственного режима[200].
Путь от социализма к польскому радикальному национализму прошел бывший видный участник революционного движения в Российской империи Юзеф Пилсудский. В результате военного переворота 1926 года он пришел к власти, установив в Польше фактически фашистский режим, идеологически определяемый как «режим моральной санации» (оздоровления). Была сформирована система личностной диктатуры президента (польская версия вождизма), получавшего право роспуска сейма и сената, принятия законов без утверждения парламентом. Отменялась депутатская неприкосновенность. Вводилась предварительная цензура, подверглись запрету оппозиционные партии. Устанавливались проскрипции в отношении оппозиционеров. Идеологически политическая модель Пил-судского обосновывалась кризисом и неэффективностью демократии. Необходимость авторитарной власти связывалась также с угрозой советского коммунизма. Все это сочеталось с польским радикальным национализмом, ставившим этнические меньшинства, в частности украинцев и белорусов, в дискриминационное положение. Антикоммунизм, как и в нацистской Германии, подавался в одной упаковке с антисемитизмом. Министерство образования Польши реализовывало концепт «гетто за партиями», который состоял в изолировании учащихся евреев и украинцев при обучении в вузах. Под давлением молодежных националистических объединений, таких как студенческая организация «Братская помощь», была развернута кампания исключения лиц еврейской национальности из университетов и создания препятствий им при приеме в вузы. «Мы, молодежь Польши, — декларировалось, в частности, в печатном органе Львовского политехнического института, — хозяева этой земли, признаем, что наша борьба с жидовством — это не только защита, но и наступление. Еврейский вопрос в польских университетах будет решаться последовательно и непрестанно. Наша акция является образцом для всего польского народа»[201]. И такого рода дискриминационные шаги действительно были приняты руководством почти всех польских университетов[202]. Чем польская модель государства «моральной санации» не подходила под критерии государства фашистского типа? Все типичные признаки фашизма в нем обнаруживаются. Но Польша оказалась жертвой, и этот образ отвел от нее самой должные обвинения. Кто громче других кричит «держите вора!» — известно. Самому современному польскому государству, громче других обвиняющему сталинский СССР в преступлениях, неплохо было бы напомнить историю предвоенной эпохи.
Польша, выступающая одним из главных рупоров обвинения России в империалистической политике, сама несет немалую вину за развязывание Второй мировой войны. То, что Польша стала в дальнейшем жертвой гитлеровской агрессии, не отменяет факта ее агрессивной политики в предшествующий период. В 1938 году Польша захватила Тешинскую область Чехословакии, действуя ровно такими же методами, в которых обвиняет сегодня Сталина. Затем она присоединила к себе еще и часть словацкой территории — Яворину на Ораве. Уинстон Черчилль имел все основания уподобить Польшу «гиене», которая «с жадностью приняла участие в разграблении и уничтожении чехословацкого государства»[203].
В 1938–1939 годах активно велись польско-германские переговоры о совместном выступлении против СССР. В докладе 2-го (разведывательного) отдела главного штаба Войска Польского в декабре 1938 года указывалось: «Расчленение России лежит в основе польской политики на Востоке… Задача состоит в том, чтобы заблаговременно хорошо подготовиться физически и духовно… Главная цель — ослабление и разгром России». Министр иностранных дел Польши Юзеф Бек во время переговоров с Риббентропом прямо заявил: «Польша претендует на Советскую Украину и на выход к Черному морю».[204] Очевидно, Уинстон Черчилль имел все основания назвать предвоенную Польшу «гиеной».
Историческим парадоксом назвал испанский исследователь феноменологии периферийного европейского фашизма К. Кабальеро то, что «предав демократическую и масонскую Чехословакию» в 1938 году, западные демократии в 1939 году заступились за «фашистскую» Польшу и объявили войну Германии[205] . Фашизм не был для них чем-то принципиально идеологически неприемлемым.
Был, впрочем, и фланг ультраправых. Его представлял, в частности, Роман Дмовский, оказавший принципиальное влияние на всплеск расового антисемитизма в Польше. Им была создана националистическая группировка «Лагерь Великой Польши», отстаивавшая идеологему воссоздания польского государства от моря до моря — от Балтики до Черноморья — и полонизацию национальных меньшинств. Расистские взгляды не мешали Дмовскому являться почетным доктором Кембриджского университета.
Реконструкция польского контекста приводит к подтверждению положения, что национализм порождает национализм. И далее по принципу снежного кома — до геноцида, взаимного истребления друг друга.
Организация украинских националистов[207] преподносится в настоящее время как общество исторических героев Украины. Имена оуновцев сакрализуются (рис. 27). При этом решается принципиально сложная задача соединения легитимизации ОУН[208] для внутреннего и внешнего пользования. С одной стороны, следует сохранить привлекательность для украинских правых — своих, с другой — сделать оуновцев приемлемыми для так называемого «международного сообщества». «Международное сообщество», впрочем, хорошо понимает, чем являлась ОУН[209], но ему нужна объяснительная версия, оправдывающая поддержку им украинских националистов против России. В решении этой задачи от современных последователей ОУН[210] требуется купировать неудобные факты участия оуновцев в практике геноцида, прежде всего в Холокосте, приверженность нацистской идеологии, сотрудничество с нацистской Германией.
Рис. 27. Организация украинских националистов — нацистская идеология (ОУН —
Организация украинских националистов[211] являлась идеологически фашистской партией, представляя один из вариантов фашизма, который существовал в 1920-е — 1940-е годы фактически в каждой стране Европы. Родство с фашизмом идеологии ОУН[212] признавал и сам Степан Бандера. «Эти новые националистические движения, — пояснял он место ОУН[213] в современном идеологическом спектре, — носят разное название в разных странах: в Италии — фашизм, в Германии — гитлеризм, у нас — украинский национализм»[214].
Сообразно с циркуляцией идей того времени в пространстве фашистской идеологии, оуновские теоретики опирались на идеи мистического и организменного понимания нации, воли к жизни и власти, антропологического превосходства и неравенства. Они являлись нациецентристами, полагая нацию высшей (интегрально) ценностью. Члены нации, полагали они, соединены между собой не только политически, но и мистически, а также биологически, как представители единого организма. Рациональное мышление они ставили ниже иррационализма как воли нации к жизни, включая волю к власти[215].
Особое место в идеологии ОУН[216] занимали образы национального вождя и национальной элиты как выразителей воли нации. В проекте оуновской конституции с ним связывались функции олицетворения единства и суверенитета Нации[217]. На роль вождя в ОУН (б)[218] оказался выдвинут Степан Бандера. Андрей Мельник, стоявший во главе ОУН (м)[219], такой вождистской харизмой не обладал и был более прагматичен, что стало одним из факторов утраты его сторонниками популярности в националистическом лагере в сравнении с бандеровцами. Нация, указывали оуновские идеологи, должна вести борьбу за существование с другими нациями. Отсюда принципиальное значение отводилось идее национальной борьбы и образу врага. Главными историческими врагами украинской нации определялись русские, поляки и евреи.
Имели популярность среди оуновцев и идеи корпоративизма, связываемые с влиянием теории «корпоративного государства» Муссолини. Корпоративистские идеи развивал в своих трудах прежде всего один из руководителей ОУН[220] мельниковского крыла Николай Сциборский. Еще в 1935 году он выпустил работу «Нациократия», выражавшую самим своим названием оуновский идеал — власть Нации. Диктатура Нации должна быть первокон-стантой существования государства. Сциборский даже критиковал европейских фашистов, считавших диктатуру временным средством[221].
В принятой на II Большом соборе программе ОУН[222] нациократия трактовалась как «власть нации в государстве, опирающаяся на организованное и солидарное сотрудничество всех социальных слоев, объединенных — в соответствии с их общественными функциями — в представительных органах государственного управления». Оуновцы выступали как сторонники «третьего пути», что предполагало одновременное отрицание идей либерализма и коммунизма. В Программе ОУН[223] 1939 года провозглашалось, что «экономическое устройство Украинского государства как отрицание капитализма и марксизма — положит в свою основу солидарное сотрудничество всех социально-производительных слоев, которое будет урегулировано государством в общих интересах нации».
По поручению Андрея Мельника Сциборским осенью 1939 года был написан проект Конституции (Основных законов) Украинского государства. В первой статье Конституции сущность украинской государственности раскрывалась следующим образом: «суверенное, авторитарное, тоталитарное, профессионально-сословное государство». Авторитаризм, тоталитаризм и сословность — все то, что считается неприемлемым в демократической традиции, бралось оуновцами за основу[224].
Популярны в оуновской среде были расистские идеи, опиравшиеся, в частности, на труды Степана Рудницкого и немецкого расолога Ханса Гюнтера. К ярким представителям этого направления мысли в ОУН[225] относился поэт и антрополог Р. Ендик. Украинцев в типологии рас идеологи ОУН[226] относили к динарскому расовому типу. Русских они считали принадлежащими к палеоазиатскому расовому типу. Угроза виделась отдельными оуовскими теоретиками в распространении на Украине чужих рас (например, евреев) и расовом смешении. Положение о необходимости евгеники было внесено даже в Программу ОУН[227].
С самых первых шагов формирования ОУН[228] первостепенное внимание было уделено формированию этического кодекса оуновца (рис. 28). Уже в 1929 году (год создания ОУН[229]) один из лидеров движения Степан Ленкавский составил «Десять заповедей украинского националиста»[230]. Через 30 лет после смерти Степана Бандеры именно он возглавит ОУН[231].
Текст оуновского Декалиона выглядел следующим образом:
«Я — дух предвечной стихии, что сохранил Тебя от татарского потопа и поставил на грань двух миров создавать новую жизнь:
1. Добудешь Украинское государство или погибнешь в борьбе за него.
2. Не разрешишь никому запятнать ни славы, ни чести Твоей Нации.
3. Помни о великих днях нашей Освободительной борьбы.
Рис. 28. Украинский нацистский катехизис
4. Будь горд тем, что Ты являешься наследником борьбы за славу Владимирова Трезубца.
5. Отомстишь за смерть Великих Рыцарей.
6.0 деле говори не с кем можно, а с тем, с кем надо.
7. Без колебаний выполнишь опаснейшее задание, если этого потребует доброе дело.
8. Ненавистью и беззаветной борьбой будешь воспринимать врагов Твоей Нации с ненавистью и бескомпромиссной борьбой.
9. Ни просьбы, ни угрозы, ни пытка, ни смерть не заставят Тебя выдать тайну.
10. Будешь бороться за распространение силы, славы, богатства и пространства Украинского государства даже путем порабощения чужаков».
Слова «даже путем порабощения чужаков» в более поздних редакциях Заповеди были купированы.
По тексту с очевидностью прослеживается попытка создания ОУН[232] как некого ордена. Ключевыми являются мотивы борьбы с врагами и мести. Вводные слова о нахождении Украины на грани двух миров и противостоянии татарскому потопу позволяют понимать, что борьба должна вестись против России. То, что борьба в соответствии с пунктом 10 должна была вестись за расширение пространства Украины, показывает экспансионистские установки ОУН[233]. Положение же о порабощении других наций само по себе ставит организацию в один ряд с НСДАП.
Чуть позже, в начале 1930-х годов, были составлены «44 жизненных правила украинского националиста»[234]. Согласно оуновской легенде, эти правила были написаны кровью на стене польской тюрьмы, куда поместили украинских националистов. По одной версии, автором правил стал националистический идеолог Дмитрий Мирон, заключенный поляками в тюрьму за участие в беспорядках 1932 года. По другой версии, их автором являлся Зенон Коссак, занимавший руководящие посты в Украинской Войсковой Организации. Он погиб (был расстрелян) в марте 1939 года, защищая непризнанное украинское государство Карпатскую Украину от венгерской армии. Дмитрий Мирон был арестован гестапо в Киеве и убит при попытке бегства. Таким образом, оба предполагаемых автора «44 правил» пали не от рук «москалей».
«44 жизненных правила украинского националиста» развивали содержание Десяти заповедей, внося свою лепту в националистическую мифологию:
«Бессмертная властная воля Украинской Нации, которая двигала Твоих предков завоевывать мир, водила их под стены Царьграда, за Каспий и Вислу, воздвигла могущественное Украинское Государство, мечом и плугом обозначала границы своей власти, в борьбе против орд выполняла историческую миссию Украины, проявляющуюся в государственных действиях и творческих намерениях Великих Гетманов и Гениев, поднявшихся из руин к новому революционному движению и государственному строительству, которое посягает теперь властно на новую жизнь и создает могущественную эпоху Украинского Национализма и приказывает Тебе: Встань и борись! Слушай и верь, приобретай и побеждай, чтобы Украина была снова могущественна, как когда-то, и создавала новую жизнь по собственному разумению и по собственной воле.
1. Принимай жизнь как героический подвиг и непременный фактор несокрушимой воли и творческой идеи.
2. Высочайший Твой закон и Твое желание — воля и идея Нации.
3. Будь достойным исполнителем завещаний великих сыновей Твоей Нации и борись, и трудись для великого будущего.
4. Твоим величайшим добром и твоей честью является сила, мощь и величие Твоей Нации.
5. Железная дисциплина, подчиненная Идее и Проводу, и обязанность работать являются Твоей добродетелью.
6. Помни, что Украина призвана к созданию новой жизни, и потому работай для ее могущества и развития.
7. Лелей дух воли и творчества, неси повсюду идею Правды Украины и укрепляй в жизни ее историческую миссию.
8. Твоей величайшей любовью является Украинская Нация, а Твоими братьями — все члены украинского национального сообщества.
9. Будь верен идее Нации на жизнь и смерть и не сдавайся, даже если против Тебя весь мир.
10. Красоту и радость жизни усматривай в беспрерывном стремлении на вершины духа, идей и действия.
11. Могущественный Бог княгини Ольги и Владимира Великого требует от Тебя не слез, не милосердия или пассивного размышления, но мужества и активной жизни.
12. Знай, что оказать Богу почести лучше всего с помощью Нации и во имя Нации действенной любовью к Украине, суровой моралью борца и творца свободной государственной жизни.
13. Приобретай знания, которые помогут Тебе овладеть миром и жизнью, превознести Украину и победить врагов.
14. Сознавай, что Ты ответственен за судьбу всей Нации.
15. Помни, что величайшим преступлением является нанесение вреда своей Нации.
16. Твоими врагами являются только враги Твоей Нации.
17. С врагами поступай так, как этого требует добро и величие Твоей Нации.
18. Знай, что самым лучшим признаком украинца является мужественный характер и воинская честь, а охраной — меч.
19. Постоянно познавай, совершенствуй себя и получишь жизнь и мир.
20. Знай, что мир и жизнь — это борьба, а в борьбе побеждает тот, у кого сила.
21. Настоящим человеком ты становишься только тогда, когда одерживаешь победы, постоянно стремишься к вершинам.
22. Знай, что в борьбе побеждает тот, кого не могут сломить неудачи, и тот, у кого хватает отваги подняться и упорно добиваться цели.
23. Для победы необходима выносливость и постоянное усилие в действии и борьбе.
24. Ежечасно будь готов к великому деянию, но при этом не оставляй ежедневной работы.
25. Будь первым в борьбе и победах жизни, чтобы получить для Нации венец победы.
26. Живи риском, опасностями и постоянной борьбой, пренебрегай всякой выгодой и спокойной жизнью фи-листра.
27. Радостно и без сетований выполняй возложенные на Тебя обязанности, чтобы собственной работой и качествами получить право быть проводником.
28. Помни, что для того, чтобы быть проводником, необходим постоянный труд и большие усилия.
29. Будь сильным и несокрушимым даже перед лицом смерти и любых трудностей.
30. Подставляй гордо чело опасностям, а на удары жизни отвечай ростом усилий, направленных на труд и борьбу.
31. Помни, что милостыню принимает только немощный попрошайка, который не может собственной работой и собственными качествами получить право на жизнь.
32. Не полагайся ни на кого. Будь сам творцом своей жизни.
33. Будь скромным и благородным, но знай, что значит слабость и покорность.
34. Сочувствуя великанам духа, Ты поднимешься, а сочувствуя подлым и бесхарактерным людям, Ты станешь слабее. Подай братскую руку тем, кто, как и Ты, идет к вершинам.
35. Не завидуй никому. Принимай то, что получишь собственной работой и усилием.
36. Будь дружелюбен. Завязывай побратимство по духу, идее и оружию в жизни, работе и борьбе.
Поделиться книгой: