Небо для крылатых (СИ)

Заглянул в гнездышко, птенец с любопытством глянул в ответ.

— Ты в порядке, Пип?

— Чики.

— Отлично.

Я перевел дух, а голос-то, голос! Глаз на затылке у меня нет, змею я не слышал, но что-то подсказало мне, что Пип в беде. Пип? А почему бы и нет, в конце концов, он сам так назвался.

Этот день тянулся бесконечно долго, и я начал по-настоящему переживать о том, что мне уготована долгая жизнь в полном одиночестве. Это никуда не годится!

Маме вон не скучно, она на охоту летает, большой мир видит. А я? Да я пока вырасту, сто раз со скуки помру!

Происшествие со змеей заставило меня понервничать, и я страшно устал, поэтому, послонявшись по гнезду, я решил лечь спать. Благо, что во сне время течет быстрее.

Странно, но после того, как голос предупредил об опасности, он замолчал, больше я не слышал его. А время да, побежало, потекло. Я спал, ждал маму с охоты, разговаривал с Пипом, ел и рос. Ел я то, что приносила мама с охоты — разные животные; у меня появился вполне понятный интерес разглядывать мамину добычу, так я узнавал хотя бы, кто живет на свете. А жило на свете немало: олени, горные козы и бараны, один раз мама принесла половину быка, его мясо оказалось самым нежным. Потом еще один бык, теленок, снова бык… А однажды мама принесла коня, при этом она было страшно довольна собой, мурлыкала и сыто рыгала. Ну что сказать, конина тоже оказалась нежной…

«Как и все мясо домашних животных».

Ой! Голос вернулся… А при чем тут домашние животные?

«А ты разве не понял? Твоя мама ворует домашний скот. И кое-кому это не нравится».

Мне бы призадуматься, но, как все дети, я был беспечен и беззаботен и продолжал пожирать мамину добычу. Я рос и постоянно хотел есть. Как и маленький Пип… Воробушек оперился и скоро он покинет гнездышко, скоро он научится летать. Так и случилось! И я с восторгом следил за первым полетом моего маленького друга. Пип весело порхал вокруг меня, задорно чирикая и свистя. Как же я радовался за него.

Я, как всегда, ждал маму, она обычно возвращалась на рассвете с какой-нибудь добычей. Вот уже рассвело, вот уже полдень, а мамы все нет и нет. Почему-то она задерживается…

Вот и вечер на подходе, я к тому времени перегрыз-пересосал все кости, какие смог найти, в животе было пусто, очень хотелось есть. Где же мама?

Ночь я кое-как проспал, стараясь не обращать внимания на голодное бурчание своего желудка. Утро следующего дня не принесло ничего нового, еще один голодный день. Меня уже давно грыз страх, который я тщательно давил — с мамой все в порядке, она скоро вернется!

Прилетел Пип и положил перед моим носом… червячка.

Страх обрушился на меня лавиной. Шел пятый день бесполезного ожидания. Я от голода совсем ослабел, а этот червячок стал последней каплей моих сомнений, и вместе с тем пришло понимание. Мама больше не вернется.

Вспомнился конь, в тот день мама была счастлива и очень довольна, и в тот же день вернулся голос, который что-то сказал… Что он сказал, о чем предупредил?

«Мама ворует домашний скот, и это кое-кому может не понравиться…»

Кому?..

«Может быть, хозяину коня?»

Что мне делать?

«Спасаться. Попробуй спуститься в долину».

Я подошел к краю плато и посмотрел вниз. Отвесная круча… Отсюда можно спуститься только на крыльях. Я посмотрел вверх, вдоль стены — еще круче.

«Ничего странного, гора называется Лонглейдер, а утес, на котором ты сидишь, Орлиная высота».

Это поможет мне спуститься?

«Хм, нет, прости…»

Я снова посмотрел вниз, невольно заныли лапы, будто уже заранее готовые сломаться. Остается только одно, прыгать.

«Кстати, внизу река, если тебя это утешит».

Ты издеваешься? Какая река? Там тоненький ручеек.

«Это обман зрения, то, что кажется ручейком с такой высоты, на самом деле полноводная река».

Я проследил все изгибы ручейка, ммм, может, и правда река? Я посмотрел в небо, там, за облаками, ночью светят звезды, узнаю ли я когда-нибудь эту тайну, а Джесси так и не прилетел, а ведь он обещал, а говядина самая нежная, а Пип принес червячка… Я зажмурился и шагнул в бездну.

Стремительное падение, удар. В рот, нос и уши хлынула вода, сильное течение подхватило меня. Я вынырнул, кашляя и задыхаясь, стал бороться с течением, меня очень сильно, со всего маху швыряло о камни.

А потом я услышал зловещий гул. Глянул вперед, там вода кончалась, там была… было небо. Меня влекло прямо в водопад, это что, опять обман зрения и хитрости ландшафта? Ведь сверху я никакого водопада не видел…

«Зато ты их видел на склонах других гор».

Это была последняя моя мысль.

Новый дом

Кажется, я жив, потому что чувствую боль. Хочется открыть глаза и посмотреть, что вокруг происходит и куда я попал, но голова чугунная, веки тяжелые, во всем теле дикая слабость. И боль, повсюду боль, все болит… Кажется, я плачу, потому что кто-то проводит чем-то по моей морде, вытирая слезы. Потом этот кто-то поднимает мою голову, разжимает челюсти и в мой рот вливается теплая жидкость, глотаю, давлюсь, кашляю. Меня тормошат, хлопают по спине, я рыдаю в голос — больно, очень больно, пустите, оставьте меня.

Тепло, темнота, боль. Тепло, темнота, боль…

И кошмары. Полет, звезды, бездна. Водопад из ниоткуда. И почему-то перья. Перья съеденного воробья. Мама, конь, съеденный мамой… Кричу. И просыпаюсь.

Где я? Что это за место? Я с удивлением осмотрелся по сторонам.

Что-то вроде пещеры, здесь уютный зеленый полумрак. Присматриваюсь — пещерка образована кронами толстых деревьев, я нахожусь в теплой нише на грубой плетеной рогоже, бока и правая передняя лапа перевязаны чем-то вроде холстины. Пытаюсь понять, как я тут оказался. Бесполезно, не помню. Наверное, меня кто-то сюда принес, другого объяснения не вижу. Послышались шаги, и в пещерку, нагнувшись, зашло престранное существо. Я заморгал, потряс головой, замер, ошарашенно взирая на… него. Он подошел, согнул передние ноги, взял меня за морду, поднял, посмотрел в глаза, хмыкнул и сказал:

— Да дыши уже!.. Кентавров никогда не видел, что ли?

Я опомнился и тут же захлопнул пасть, задышал, понимая — это его руки меня поили-тормошили-перевязывали. Это он заботился обо мне, лечил меня, спасал.

Переполненный благодарностью, я жадно разглядывал своего спасителя: у кентавра приятное лицо, крупный с горбинкой нос, карие глаза, каштановые вьющиеся волосы, поджарое человечье тело плавно и естественно перетекает в тело лошадиное, серой в яблоках масти, с черными ногами и каштановым хвостом. Ему неловко от моего взгляда, он смущается, а я буквально ем его глазами. Спаситель мой, да я же… Да я за тебя…

Кентавр вышел, но вскоре вернулся обратно с мисками в руках. Подошел, подогнул сперва передние, потом задние ноги, улегся рядом, поставил миски и сказал:

— Попробуем покушать, открой рот.

Я открыл, он вложил кусок мяса, и я проглотил. Так, кусочек за кусочком, он меня накормил, потом напоил водой из второй миски.

Поднялся, накрыл меня стеганым покрывалом и вышел. Я сыто вздохнул, прикрыл глаза и заснул. Не знаю, как долго я спал, но спал я сладко, крепко и без кошмаров.

Разбудили меня голоса.

— …Спрашивал, не разрешает, говорит, дракон опасен.

— Да он слабый, как моронёнок.

— Сейчас да, слабый, но он выздоровеет, Калеб, и станет опасен.

— И что же приказали его… Старейшество?

— Избавиться от него.

— И как?

— Что «как»?

— Как избавиться? Интересно, как он себе это представляет?

— Ну не знаю я, Калеб, ну хочешь, отнеси его обратно, туда, где ты там его нашел.

— Я его никуда не отнесу.

— Слушай, ну дракон же, ну зачем он тебе?

— На цепь посажу, буду на врагов спускать.

— Это… шутка?

Я поднялся, прошел поближе ко входу. Интересно, это кентавра зовут Калеб? Вышел и с любопытством уставился на спорщиков, один — знакомый мне кентавр, второй — невысокий и сутулый, на козлиных ногах. Оба они тут же смолкли и так же молча уставились на меня. Дальше мы молча таращились друг на друга какое-то время.

И тут сверху раздалось чириканье. Мы подняли головы, над нами порхал крохотный воробей. Я поднял лапу (правую, забинтованную) и оттопырил палец, воробей тут же спикировал на него.

— Эй, Пип, ты нашел меня!

— Чивик!

— Я тоже рад тебя видеть.

— Чвик!

Тут раздался еще один непонятный звук. Я посмотрел в сторону звука — это хохотал козлоногий, он свалился в траву и уже просто рыдал от смеха.

— Ой не могу-у-уууу! — хохотал он, размазывая по щекам слезы. — Все, Калеб, ты меня уел, ты еще скажи, что твой дракон траву кушает, тогда я сам всем скажу, что он безопасен.

Тут он внезапно замолчал, потому что я стряхнул с пальца воробья, нагнулся, сорвал ближайший пучок желтеньких одуванчиков и флегматично принялся жевать (вкуса я не чувствовал, так что и не морщился даже).

Конечно, козлоногий ушел весьма впечатленный. Докладывать всем и вся о том, что видел. Кентавр подошел ко мне, нагнулся, погладил и тихо сказал:

— Благодарю за поддержку, как тебя зовут?

— Мама звала меня Скайнессом, один мой… знакомый грифон звал меня Несси. А ты Калеб, да?

— Да, я Калеб Колеман, а где твоя мама, Несси?

— Я не знаю… Она коня убила. Ее, наверное, хозяин коня… убил.

— Ох, прости меня, малыш, мне так жаль.

— Дядя Калеб, а где я? Как называется это место? Последнее, что я помню, это прыжок с утеса Орлиная высота и падение в водопад.

— Ничего себе ты пережил! Бедняжка. А место называется Тихий дол, здесь мой дом. А нашел я тебя в заливе Эрла, как раз в том месте, где в залив впадает река Зейн, а это значит, что ты упал в водопад Зейна… Страшное место, мало кто выживает после падения в него.

Я только вздохнул. Не знал я об этом, совсем не знал, но не помирать же мне от голода!

— Когда я нашел тебя, то сперва решил, что ты умер, но одна маленькая птичка утверждала обратное, она настойчиво порхала над тобой и требовательно чирикала. Кстати, именно благодаря ее чириканью я и нашел тебя, Несси, так что благодари своего друга-воробья, это он спас тебе жизнь. А что касается меня, то я позвал соседей и мы все вместе перенесли тебя сюда, ты был очень плох, порой я даже боялся, что не смогу тебе помочь. А теперь, Несси, позволь мне тебя кое с кем познакомить. Лиза! Иди сюда, ты ведь хотела увидеть дракона? Несси, это моя дочь, Лиза Колеман.

И я увидел девочку-кентавра.

Какая маленькая! Она застенчиво подошла и едва слышно прошептала:

— Здрасти…

Я глупо заулыбался, протянул ей правую лапу, забыв о бинтах, она смущенно пожала ее и прошептала еще тише:

— Ты такой большой…

Ага, а ты такая славная! Прелесть просто, пухленькая синеглазая, с льняными волосиками малышка на тоненьком пегом жеребячьем теле.

Тихий дол… Что сказать о нем? По сути, это долина, испещренная бесчисленными речками и ручейками, те, в свою очередь, растекались в озера и прудики, по берегам которых раскинулись рощицы и смешанные лесочки (лощины). По всей длине долины, с севера на юг, тянулась извилистая, широкая лента реки. А там, далеко на севере, виднелась неровная цепочка гор Драконьего лога, именно оттуда принесла меня река.

И, конечно, долина была обитаема. Повсюду виднелись стада травоядных животных, то тут, то там, в основном на берегах прудов и небольших озерцев, стояли приземистые домики с палисадничками и огородами, на небольшом отдалении от них стояли мельницы — ветряные и водяные, также были хлебные и хлопковые поля.

Как выглядит дом кентавра? Плотно стоящие деревья со сросшимися кронами образуют собой естественную нишу-пещерку, вот и укрытие от дождя и ветра, возле домов стоят столы и верстаки, некоторые под навесом и со стенками, на них — полочки для инструментов. Самое важное место каждого дома — просторная мощеная площадка с круглым очагом посередине, сложенным из крупных камней, это кухня, здесь же полукругом невысокая стена с кухонным инвентарем.

Все это я осмотрел во всех подробностях, тем более, что Калеб и Лиза повсюду водили меня и с гордостью все показывали, они явно очень хотели, чтобы я остался, и изо всех сил старались мне понравиться.

Могли бы и не стараться, я и так собирался остаться, тем более, что мне некуда было идти, да и незачем.

Знакомства

После осмотра дома и прилегающей к нему территории кентавры повели меня в сад. Сперва мы прошли по берегу обширного пруда и вышли к скале, густо заросшей ивой и ракитником. Калеб подошел к стене, раздвинул зеленую живую занавесь, и я увидел довольно-таки просторную пещеру-грот, на дне её был песок.

— Несси, здесь ты будешь жить, надеюсь, тебе понравится.

Я был обрадован. Конечно, мне здесь нравится! Чудесная пещера, а сама скала! Пологая, с широкой плоской вершиной, ну просто идеальное место для солнечных ванн. Как раз для меня.

Я тут же забрался наверх, на скалу, повертелся, покрутился и улегся со всем возможным комфортом. И с восторгом воззрился на окружающую меня красоту. Скала все-таки была приличной высоты и с её вершины было очень далеко видно. И видно было немало, все то, что я описал ранее. Прекрасную холмистую долину.

А к Калебу зачастили гости, всем было интересно посмотреть на ручного дракона.