Аристократ по праву сильного

— Кхм… да, спасибо, — костеря судьбу за несправедливость, ответил я.

— Вам что-то еще нужно? — девушка призывно улыбнулась. Да так, что я чуть не забыл, о чем хотел спросить.

— Нужно! — сглотнув ком ответил я, пытаясь переключиться. — Игорь Петрович сказал, тут мне помогут отправить письмо в Командование армии.

— Письмо?.. — окончательно разочаровавшись во мне, уточнила девушка. — Ну, раз Игорь Петрович сказал… — она указала на стол в дальнем углу шатра. — На столе бумага и чернила, в ящике конверты.

— Да, действительно, — хмыкнул я посмотрев в указанную сторону. — Ну, тогда я для начала напишу письмо.

— Голубя мы отправляем пока еще светло.

Я посмотрел на нее, вроде не шутит.

— Вы отправляете письма голубями?

— Да, магическими. Дань традиции, — хмыкнула девушка. — Голубь мгновенно найдёт адресата. Это быстрее чем телеграф.

— А не потеряется? — с сомнением в голосе спросил я.

— Уж письмо-то точно теряться не станет, — хмыкнула она, и маняще вильнув бедрами, удалилась.

В общем, правильно расставив приоритеты я решил действительно первым делом заняться письмом.

“В Командование Армии

Генералу Громову

от рядового Василия Сибирского.”

Я, Василий Сибирский, при продвижении близ линии фронта, 28 мая, повстречался с господином Игорем Петровичем Саламандровым. Господин маг на основании Закона о военном времени отдал приказ, согласно которому я поступил в его распоряжение до дальнейших указаний.”

Я подписал письмо. На войне писать надо так, чтобы не выдать лишней информации. В этом есть свои плюсы. Здесь не нужно уточнять, где он был, почему оказался там, один был или не один, в каких обстоятельствах встретил мага. А все потому, что неизвестно, к кому оно может попасть в руки.

Зато, учитывая специфику нашей подпольной организации, простое, на первый взгляд письмо, приобретает совсем иной характер. Зато учитывая специфику нашей подпольной организации, простое, на первый взгляд письмо, приобретает совсем иной характер.

Главное, чтобы руководство не смутилось, получив послание от голубя.

Ну, теперь, когда дело сделано, можно и помыться. Эх, всё же эта рыженькая…

Будто по заказу, полог откинулся, и в шатер вошли двое мужчин с ванной и еще двое — с ведрами воды.

Знакомая мне рыжеволосая прелестница в красном платье несла кувшин и бокал.

— Игорь Петрович просил передать, что ждет вас на обед через полчаса.

Эх, раз уж у меня всё всё сделано по уставу, почему бы и не расслабиться. Опять же, у меня появилась возможность, изучить как живёт Саламандров изнутри, так сказать. А почему бы и не пожить так пару дней.

— А ты знаешь, — поглядел я на рыжую девушку, что уже собралась уходить. — Всё же я не против чтобы ты меня помыла.

Девушка призывно вздёрнула бровь.

— Тогда, почему вы всё ещё в одежде, мой господин?

Глава 6. Планирование

На обед я не опоздал. Однако и торопиться не стал. Увидел как передо мной, в шатёр порывисто вошёл мужчина в красном камзоле. Я подождал с минуту и осторожно пошёл следом. Стоило мне приблизиться к нужному помещению, как услышал разговор.

— Мой господин, выходит, вы нашли брата? — я инстинктивно затормозил и сделал шаг за растущую в горшке пальму. Что-то подсказывало мне, что этот разговор стоило послушать.

— Лучше… — раздался веселый смех аристократа, — я нашел бастарда.

В ответ была долгая тишина.

— Бастарда? — наконец переспросил голос.

— Да. По крайней мере мне стало отчасти понятно почему артефакт барахлит.

— Теперь понятно, зачем вам эта книжица. Это конечно звучит, как чудо.

— Да, сам до сих пор не верю, — хохотнул Саламандров.

— Но как объяснить другие стрелки? Неужто на этом фронте собрались все бастарды вашего рода, — голос уважительный но не без иронии. Видимо это какой-то друг или приближённый. Учитывая раболепие слуг, вряд ли кто-то из них решился бы говорить с господином в таком тоне.

— Сам не знаю. Но артефакт явно не просто барахлит показывает непонятно что. Как выяснилось, этому есть логическое объяснение. Скоро выдвинусь в путь и все проясню.

— Игорь Петрович, я не сомневаюсь в ваших способностях. Но там все чаще стреляют. Здесь становится опасно. Позвольте я всё же отправлюсь с вами. Я ведь два дня не спал, переживал за вас.

— Нет, мой дорогой Камиль. Будь моим тылом. Нам, возможно, придется убегать быстро. Я-то смогу спастись, а если с тобой что случится, где я еще найду такого доброго друга… Я возьму с собой бастарда.

Я услышал, как хлопнула тяжелая ткань вышитого золотом шатра. Звякнула посуда. К нам кто-то шел. Увы, больше нельзя было медлить. Я отошел на несколько шагов назад, и, громко топая, вошел в столовую. Аристократ в этот момент убирал себе за пазуху тонкую книжицу.

Ну и нихрена себе моченого!

На столе был натуральный натюрморт. Молочный поросенок, какая-то здоровая птица размером в человеческие три головы, головки сыра.

Запах мяса ударил мне в голову. У нас на столе в деревне мясо было редкостью. А после смерти отца, мать и вовсе долго не могла работать. Жили впроголодь. Первый месяц мать сильно болела и не вставала с кровати. Потом она пришла в себя, но перестала говорить и больше года не произнесла ни слова. Всё хозяйство было на мне, справлялся я плохо, но хоть как-то. А когда мать умерла, я и отправился на войну.

Что и говорить, в первый раз как следует поел я в армии. За что премного ей благодарен.

Я так и застыл, таращась на блюда. Из оцепенения вышел, когда услышал смех Саламандрова.

— Ты что, три года не ел? — хохотал он, затем повернулся к сухонькому мужичку с живыми чёрными глазами и отполированной до блеска лысиной. — А вот и Василий, тот самый бастард. Вася, давай-ка, проходи и клади себе еду, — аристократ не скрывал усмешки. — Небось, раньше такого стола и не видывал.

Я отвёл взгляд от еды, и посмотрел на аристократа в упор. Тот явно веселился от души.

Я хмуро кивнул Саламандрову и перевел взгляд на его собеседника. Камиль, так ведь его назвал маг?

— Друг мой, познакомься с Василием, моим новым адъютантом.

Мужчина вперил в меня свои цепкие глазки. Он был одет в темно-красный сюртук, и на шее и лацканах ослепительно сверкали белые кружева. Наряд был почти таким же богатым, как у аристократа. И в красных тонах. К слову, рыжая принесла мне такую же красную одежду, разве что менее украшенную. Но надевать такое на линии фронта — сделать себя удобной мишенью для всех. Сменной одежды другого цвета не было, поэтому я натянул на себя старую форму.

Оценивающий взгляд лысого мне не понравился. Судя по одежде, он хоть и приближенный, но всё же слуга. И судя по всему, самомнение у него очень высокое. Вот и смотрит на меня как на кусок грязи. Выискивает небось слабые стороны чтобы под себя подмять. Знаю я таких субчиков. Их и в деревне хватает, и в армии. Вот только я ни под кого еще не подстраивался. Может, я и не самый удобный солдат и не самый покорный, но дело своё знаю.

— А это что, слуга? — спросил у Саламандрова, кивнув на лысого.

Камиля тут же перекосило. Надменная улыбка сползла с лица, а в глазах полыхнул недобрый огонёк. Ну ничего, пускай пыжится сколько хочет. И не таких обламывали.

— Это мой камердинер, — пояснил Саламандров, — он меня с колыбели растил.

— Ясно, — невозмутимо пожал я плечами, и уселся за стол. Манерам нас обучали, хоть я и не знаю зачем, но показывать это Саламандрову нельзя. Он ведь понимает, что я деревенский. Показывать хорошие манеры не стоит, чтобы не вызывать лишних подозрений. — Так а чего вы не едите? — спросил я, схватив рукой здоровенный кусок мяса.

Не дожидаясь ответа, впился зубами в молочного поросенка. Да уж, давно я не ел нормальной горячей пищи. А о таком мясе и мечтать не смел. Поросёнок был таким мягким, что таял во рту.

— Не стесняйся нас, мы уже поели, — с чуть покровительственной улыбкой заметил аристократ.

У него в руках я только сейчас заметил кубок с вином.

— Мы как раз говорили с Камилем, что артефакт барахлит, но все же довольно уверенно показывает на юго-запад.

Я согласно хмыкнул и откусил приличный кусок мяса. Это что-то невероятное. Судьба храни этого повара. На тарелке лежали маленькие картофелины, запеченные с большим количеством масла и какой-то травой. Никогда не думал, что простая картошка может быть такой вкусной.

Я незаметно вытер пальцы о скатерть и отломил у здоровенной птицы ножку.

Только было откусил кусок, как застыл на месте, едва не выронив. За спиной аристократа стояла моя лисичка. Она спряталась среди густых зарослей каких-то декоративных растений, которыми были отгорожены комнаты в шатре. С одной стороны, я давно заметил её особенность. Если она не хотела, посторонние не могли её видеть. Но то простые люди, или, как я, модифицированные. А сможет ли её увидеть аристократ?

Я хмуро посмотрел на рыжую — ноль реакции. Лишь приподняла нос, будто принюхиваясь к чему-то. Может, она есть хочет? Раньше не просила, а все лакомства напрочь игнорировала. Так что сейчас изменилось? Вот уж нашла время и место. Я попробовал незаметно махнуть рукой. Она то ли не поняла, то ли сделала вид, что не поняла. Облизнулась.

Похоже, без угощения она отсюда не уберется. А это что-то новенькое. Может попробовать покормить. Надо только сделать это осторожно, чтобы не вызывать лишних вопросов у присутствующих.

— Аа… А сейчас артефакт показывает тоже, что и в лесу? — задал я вопрос, чтобы, на всякий случай, отвлечь Саламандрова с его слугой.

— А и правда, надо проверить! Молодец, Василий! Знаешь, у меня было одно наблюдение, что люди в основном, либо в голову едят, или говорят из головы глупости. А ты вот меня удивляешь. Не отключается у тебя голова, когда ешь, — аристократ достал из-под камзола цепочку с артефактом, снял ее и нажал на его грани. Он положил кристалл на стол, а Камиль достал из кармана карту и разложил на столе, прямо под артефактом, и маг со своим помощников склонились над ними.

Я тем временем взял эту дурацкую ножку и обогнул стол, пытаясь привлечь внимание лисицы. Нарочно встал так, чтобы её не было видно, если рыжая хищница бросится на мясо.

— Ты чего засуетился, живот скрутило? — нахмурив брови спросил Камиль.

— Да, отойти надо, — покивал я, цепляясь за правдоподобную версию. Благо никто не обратил внимания, что отправиться в туалет я решил в компании с индюшачьей ножкой. — Отойду в уборную и вернусь. Пусть еду пока не уносят?

Внимания на меня, так никто и не обратил.

Лиса, то и дело принюхиваясь, последовала за мной. Я быстро миновал выход из барского шатра и в пару шагов оказался у входа в выделенную мне палатку.

— Ну ты сестрица даешь! Что же ты нас подставляешь, а? — пожурил я лисицу и бросил ей мясо. Рыжуля в прыжке поймала лакомый кусочек. Лишь хитро глянула на меня. Ну, ответа я и не ожидал, хотя… Мне давно мерещится, что у нас с ней есть какая-то связь. Будто я понимаю, о чём она думает, ну или нарочно хочет мне что-то сказать. А порой мне даже кажется, что моя огненная подруга поумнее некоторых боевых товарищей. Того же Петрушина, например.

А еще, хоть она и не покорилась мне, да при любом случае спешила показать норов, но я точно знал, что теперь она всегда будет где-то рядом. Она как-то связана с огнем, который я поглощаю. Но, как оказалось, питается не только им, не брезгует и мясом.

Интересно, а у Игоря Саламандрова и других членов рода с даром огня тоже есть свои лисы? Видят ли их остальные люди?

Как бы то ни было, свою подругу я им показывать не собирался. Что-то мне подсказывало, что это лишнее. Нечто личное, что должно принадлежать только мне.

— Поела? Ну, теперь дуй отсюда. Нечего глаза аристократне мозолить, — только я закончил фразу, лисичка сыто облизнулась, взмахнула хвостом, и прямо-таки растаяла в воздухе. И как она это делает?

Когда я вернулся в шатер к магу, в картине мало что изменилось.

— Да, юго-запад представляется более перспективным, Игорь Петрович. И все же тут видимо километров двадцать пять идти, не хотите ли идти с подкреплением на случай чего? Да и транспорт бы взять. — Камиль провел пальцем по карте по направлению, куда показывал кристалл.

Саламандров лишь покачал головой.

— Транспорт привлечёт лишнее внимание. Большая группа тоже.

Хм, хорошо, конечно, что мы пойдем дальше от церкви, где собрались такие же как я охотники на аристократов. Однако судя по обстрелу и сегодняшнему бою с западниками, по какой-то причине противник совершает дерзкие вылазки на нашу территорию. Им здесь что-то нужно. И на пути, который показывал артефакт, нам вероятнее всего еще предстоит встретиться с вражеской разведкой.

За рекой примерно в той стороне находился завод с лабораторией, где мы сначала базировались. А когда воздушные удары от западников участились, Медведев нас переправил в здание бывшей школы. И вот сейчас, выходит, нам предстоит вернуться.

Я поглядел на карту, затем на компас в руках Саламандрова.

— А как вы поняли, что это двадцать пять километров? — я задал простой, в сущности, вопрос, но по взгляду Камиля понял, что поторопился.

Н-да, стоило подождать, когда мы останемся с аристократом одни, и только тогда спрашивать. Не нравлюсь я ему, очевидно. А ведь прав он, не с добром я к его шефу пожаловал. Ох, не с добром.

— Тебя это не касается. Твое дело — прикрывать Игоря Петровича и не задавать лишних вопросов, — бросил он сурово.

Эх, я все же воин, а не дипломат.

Удивительно, что все так просто восприняли мою роль нового адъютанта. Я ведь взялся из ниоткуда, и единственный кого это не беспокоит — Игорь Саламандров. Да и Камиль не переживает что я могу прирезать его господина, а лишь пытается указать мне моё место. И, к слову, почему? Я чего-то не учёл? Не может же аристократ быть таким беззаботным. Или я просто отвык от простой жизни? Ведь аристократы до сих пор не осознают, что главный враг их будущего, находится у них под боком и выполняет приказы.

Но сдаваться я не собирался. Всё же мне лучше направить Саламандрова в нужное мне направление.

— Ну и глупо, — я пожал плечами и закинул в рот еще пару мелких картофелин. — Идет война, а мы будем двигаться в сторону линии фронта, даже, скорее всего, за нее. А вы говорите, не мое дело.

Искоса взглянул на Камиля. Как тебе такой аргумент, а?

— Ладно, Камиль, он прав, — аристократ положил конец нашей дуэли взглядов, — посмотри, мы судим о расстоянии по длине светящегося луча… Ради Бога, Василий, не пачкай карту, вымой руки.

Саламандров кивнул в сторону таза с водой и полотенца. Я и не заметил их на столе.

— Понял, принял, — покорно улыбнулся, едва удержавшись чтобы не скривить лицо. Подожди немного, доберусь до твоего отца, и тебя потом тоже умою. Я всю вашу семейку отмою…

Аристократ отодвинул кружевную манжету и посмотрел на часы.

— Тогда на сегодня все, ты свободен. Иди и выспись как следует. Завтра выдвигаемся рано утром, — говорит, а голос у него такой покровительственный. Аж злость берёт.