Помоги проекту - поделись книгой:
Елизавета Петровна положила трубку и уставилась в пространство.
— Что случилось? — спросил встревоженный Болконский.
— Галактионов случился, очевидно же.
Её отец вольготно расположился в уголке на диванчике, потягивая из кружки горячий чай.
Сейчас, если бы кто-то его увидел, то не узнал. Пить алкоголь Михаил прекратил сразу по прибытию в столицу. Седые волосы и борода приведены в порядок. Одет он был в чистую неброскую одежду. Хотя его внешний вид всё ещё отличался от привычного вида Императора, который был в России на фотографиях. Но это было неудивительно. Елизавета знала, что, в случае необходимости, её отец чрезвычайно быстро, в течение нескольких недель, либо нарастит, либо убавит массу, и изменит черты лица. Это было маленьким секретом Императорской Семьи.
Елизавета ещё не могла отойти от новости, что он не тот, за кого себя выдавал. Нет, он всё же был её отцом. Но вот то, что он был несколько раз Императором, никто об этом не подозревал. Ну и что возраст его исчисляется сотнями лет. Это была та еще новость.
Даже сестра Императора Михаила, на самом деле, от которой родился герцог Доброхотов, была его пра-пра-пра… много пра-внучкой. По факту, считанные единицы в Роду Императора знали его настоящую тайну. Елизавета в этот круг до недавнего времени не входила. По объяснению Михаила, он так заботился о её интересах. Вот только объяснение было так себе.
Ещё он отказался участвовать в государственных делах, но, тем не менее, присутствовал на всех совещаниях. А уже после них, наедине, комментировал услышанное, что очень сильно помогало.
Единственное, что Елизавета не уставала — задавать вопросы, почему он не сделал этого раньше. И ту мудрость, которую он передавал ей, она должна была получить гораздо раньше. Тогда, возможно, всё сложилось бы по-другому.
Его эти вопросы не смущали. Он каждый раз извинялся, разводил руками, и говорил:
— Такова воля Вселенной!
И это её бесило, сильно бесило.
— Ваше Императорское Величество, что хочет Галактионов? — во второй раз спросил Болконский.
— Доступ к нашей сокровищнице… — растерянно произнесла Императрица.
Несколько пар глаз её верных помощников посмотрели на неё удивлённо. Вот только из угла раздалось задумчивое «Ха!» И через некоторое время «Ха-ха!» А потом Михаил залился смехом.
— Мне нужно на это посмотреть, — он вытер выступившие от смеха слёзы и вскочил на ноги. — Пойдём, дочь моя!
— Но… — начала Императрица.
Император на секунду взглянул на присутствующих здесь людей, посмурнел, кое-что вспоминая, и коротко поклонился.
— Прошу прощения, Ваше Императорское Величество! Ведь вы не откажете в помощи своему верному соратнику?
Если Елизавета не знала, как ещё поступить, но после того, как увидела глаза своего отца, прямо сейчас у неё развеялись все сомнения.
— Да, конечно! Семён Семёнович, — она повернулась к Болконскому, — организуйте.
— Гости прибудут в Портальный зал? — деловито уточнил Болконский.
— Да, — сказала она.
Они быстро вышли из зала совещания. К ним тут же присоединился скучающий Бурбулис, который находился в комнате охранки, и был рад любому кипишу. Все вместе они спустились вниз. Портал открылся, и оттуда вышел Саша с бессознательной Анной на руках.
— Спасибо, что не отказали, — улыбнулся он, и осмотрелся.
Вежливо кивнул Императрице, хмыкнул, оценив артефактную арку портала, с немного испуганным Портальциком, который, похоже, прекрасно знал, куда он открыл портал, и каковы будут последствия.
А затем его взгляд остановился на Бурбулисе и её отце.
— Отлично выглядите, господа! — он похвалил их.
На что, на удивление, её могущественный отец слегка смутился, а Бурбулис даже засмущался.
Александр, не спрашивая дорогу, направился к выходу, что немного озадачило Императрицу.
— Знаешь, куда идти? — уточнила она.
В ответ раздался короткий смешок.
— Примерно. Но лучше проводить.
Их проводили. Несколько постов охраны, несколько огромных дверей, которые напоминали гигантские сейфы, многочисленные отключённые охранные артефакты. И вот они, наконец, в хранилище.
— Хм… — удивился её отец, задумчиво глядя на стеллажи, частично заполненные золотыми слитками. — Похоже, за время моего отсутствия Империя сильно поиздержалась.
— Скажи спасибо, что вообще что-то осталось! — резко и зло ответила ему Елизавета.
Вот только в ответ Михаил абсолютно спокойно и даже ласково сказал:
— Спасибо, дочка.
Серьёзно, и ей стало внезапно стыдно, что она ещё подкалывает его. Поэтому она повернулась к Саше.
— Что… — начала она, планируя уточнить, что он собирается делать.
Но он уже не слушал. Он лишь буркнул:
— Извините, ремонт за мой счёт.
И дёрнул один из гигантских, чрезвычайно крепких металлических стеллажей из непростого металла, на котором лежали тонны золота. Со скрипом стойки вырвались из пола, а золотые слитки, с грохотом, посыпались на землю.
— Что ты… — растерянно начала говорить Императрица.
Её отец успокаивающе положил руку ей на плечо.
— Всё будет нормально.
Саша же не слушал, он шёл вперёд, и точно также сваливал остальные стеллажи. Затем золото зашевелилось, собравшись в огромную кучу прямо посреди зала.
А после этого, осмотревшись и удовлетворившись увиденным, Александр мгновенно переместился на самый верх пирамидальной кучи и положил на золото Анну, не отводя от неё своего взгляда и ласково гладя её по голове.
Императрица прищурилась, пытаясь разглядеть, что там происходит. Она увидела, как, глубоко вздохнув, Анна раскрыла глаза. В её карих глазах сейчас виднелись золотые искринки.
А ещё она внезапно почувствовала, что аура Одарённой, которая у Анны, как она поняла из объяснений Саши, из-за постоянной близости и рождения ребёнка, была и так чрезвычайно могучей, прямо сейчас трансформировалась во что-то невероятное! Золотое сияние ауры в эфирном плане просто потрясало! Похоже, она прямо сейчас сравнялась по силе, не то, что с ней, Императрицей, а как бы не догнала и перегнала её отца.
— Что здесь вообще происходит? — изумленно выдохнула Елизавета.
Анна же широко улыбнулась. И потягиваясь, словно пробуждаясь после долгого сна, с интересом оглянулась.
— Ого! Какая красота! — она повернулась к Александру. — Дорогой, а мы можем это всё оставить себе?
Императрица вдруг вздрогнула от странного громкого звука. Она повернулась назад и увидела, что старого Императора Михаила внезапно одолела сильная икота…
Глава 3
Конечно же, я не разрешил Ане забрать себе золотой запас Российской Империи. Нет, я бы очень хотел, но боюсь, что кое-кто будет против. Я и так немного облажался.
Отлежавшись на золотой куче, Аня была бодра и весела, но немножко не в себе. Но это и неудивительно. Сначала неудавшийся перенос, потом восстановление с помощью золота. Она же не знала, что это для детей Мидаса нормально.
— Спасибо огромное, Ваше Императорское Величество! — серьёзно кивнул я, когда мы с Аней под ручку подошли к задумчивой троице. — Простите за весь этот бардак. Как я сказал, ремонт за мой счёт. И да, — я на секундочку задумался, — с меня ещё десять килограмм и триста сорок три грамма золота.
— В смысле? — удивилась Императрица. — Зачем ты забрал золото из моей сокровищницы?
— Ну, не то, чтобы забрал, — улыбнулся я. — И не совсем я. В общем, долго объяснять.
— Елизавета Петровна, — счастливо щурилась рядом Аня. — Какая у вас красивая сокровищница. Мне так хорошо здесь!
Елизавета сбилась с мысли, и внимательно посмотрела на Аню, в глазах у которой всё ещё продолжала летать золотая пыль. Потом она перевела взгляд на кучу золота, потом снова на Аню, и потом на меня.
— Это так работает? — уточнила она у меня.
Умничка, Императрица быстро дошла до сути!
— Да, это так работает, — подтвердил я.
— Но что это за Дар? Я никогда о нем нём слышала.
— Дар? — внезапно Аня, что безотрывно смотрела на гору золота, и даже разок облизнулась, повернулась к Императрице. — Какой Дар?
— Никакой, милая. Я потом всё тебе объясню, — погладил ласково её по голове и повернулся к Императрице. — А вам не объясню. Считайте это секретом Рода, — я показательно нахмурился и добавил. — Да, и по поводу портала в моё имение. Больше ко мне в гостиную вы не запрыгните.
— Что? — удивилась Императрица. — Но там…
Я бесцеремонно её перебил:
— Я знаю, что там.
Собственно, пока мы спускались вниз, Шнырька поработал с древним механизмом и, так сказать, «сбил настройки». Теперь в моё имение они не попадут.
— Я в состоянии сам позаботиться о себе и своих людях, — сказал ей. — Но если вдруг вы захотите быстро в гости, милости просим! — я дружелюбно улыбнулся. — Только не забудьте с собой захватить купальный костюм.
— Купальный костюм? — удивилась Императрица.
Я загадочно улыбнулся. Ну не стану же я говорить, что теперь окно портала перенесено на мой пляж. Точнее, над гладью озера Байкал. Пусть для неё это будет приятной неожиданностью.
— С вашего позволения, моей супруге нужно отдохнуть.
— Александр, — серьёзно посмотрел на меня Бухич, — есть разговор.
— Всё потом! — ответил ему. — Хочешь, приходи в гости. Или созвонимся. Для тебя мои двери всегда открыты, — я на секундочку замялся и улыбнулся. — Ну, пока что. Если не сотворишь никакую хрень. Так что звони или приходи, и переговорим. Всего доброго! И ещё раз спасибо. За мной должок.
— Не надо, Александр, никакого должка, — покачала головой Елизавета.
— Вы мне прощаете? — улыбнулся я, глядя на Императрицу.
И та, в первый раз за весь вечер улыбнулась.
— Нет, не то, что прощаю. Я просто вычту это из твоей награды, которую ты до конца ещё не выбрал.
— Вот, правильно. Хвалю! Это деловой разговор, — улыбнулся ей и прошёл к порталу.
Вывалился я из него, крепко обняв Анну, прямо над озером. Только купаться у меня не было настроения. Поэтому быстро, через Тень, оказался у нас на берегу.
Как всегда, свято место пусто не бывает. Берег Байкала прямо сейчас использовали гвардейцы для своих тренировок. Один гонял моих «звёздных» детишек. Что-то взрывалось, горело, но гладь озера навевала спокойствие, а закатное солнце располагало к романтике.
— Дорогой, давай немножко посидим на берегу, — попросила Аня. — Чувствую, у меня в голове что-то ещё не прошло.
— С удовольствием, — сказал я.
— Наш-ш-шлаждайтесь! — тут как тут из воздуха появился Шнырька, и ловко, как скатерть-самобранку, расстелил на траве покрывало. Затем сервировал её кружками с горячим какао.
— Спасибо, милый, — кивнула Аня.
— Ш-ш-шпащ-щ-щибо в карман не полош-ш-шишь… — глубокомысленно изрёк Шнырька. И тут же залился смехом: — Ши-ши-ши!
— Херасе, ты меркантильный стал! — восхитился я, но тут же бросил взгляд на Анну, добавив. — Хотя, с кем поведешься.
— Вот молодец! — улыбнулась Аня. — С меня мороженка. Птичка на хвосте насвистела, что у нас в любимое кафе-мороженое в Иркутском парке завезли новый вкус.
— Шш-ш-ерьезно??? — тут же перестал веселиться Шнырька. Я давно знал, что всё, что касается мороженки, для него не было шуткой.
— Ага! — улыбнулась Анна. — Твоё любимое сливочное. Только вот молоко разломное, очень непростое молоко.
— Когда идём? — загорелись все четыре глаза Шнырьки.
— Давай завтра.
— Договорилищ-щ-щь!
Поделиться книгой: