Помоги проекту - поделись книгой:
В начале 90-х тут произошла интересная и немного непонятная история: объявился человек, называющий себя потомком князей Мещерских.
Евгений Мещерский приехал в Алабино из украинского города Николаева в 1996 году. Сказал, что он князь и потомок последних владельцев усадьбы, поэтому теперь будет жить в одном из свободных флигелей. В другом в то время жил Леонид Алексеевич Рыбаков, простой рабочий, которому жилье выделила еще советская власть. Именно у него возник конфликт с «князем». Кто прав, а кто виноват, там не очень понятно. Естественно, герои истории обвиняли друг друга, поэтому я ограничусь тем, что приведу факты.
Евгений начал потихоньку обустраиваться во флигеле, но в 1997 году случился пожар. Мещерский говорил, что это был поджог. Как бы то ни было, после пожара Рыбаков почему-то пропал на три года. А «князь» из сгоревшего флигеля переместился в соседний и начал обустраивать свое «имение». Перевез жену и детей (однако некоторые говорят, что он встретил женщину уже в Алабино), расчистил старый родник в парке, сделал косметический ремонт во флигеле, убрал мусор, выкорчевал кусты и деревья с руин усадьбы. Несколько раз он даже устраивал волонтерские мероприятия. Пытался работать с зарубежными благотворительными фондами и говорил, что вот-вот появится крупная сумма на восстановительные работы. По его задумке, в усадьбе должны были появиться гостиница и музей 1812 года, а на руинах планировалось обустроить театр для представлений под открытым небом.
Евгений Мещерский был очень своеобразным человеком. Верил в духов и оккультизм и даже написал книгу «Тайны Алабинского дворца», в которой рассказано, где находится родник с живой водой и что на самом деле происходило в усадьбе.
Медленно, но верно, небольшими шагами Евгений двигался к своей цели и даже открыл во флигеле небольшой музей усадебного быта. Только вот там тоже случился пожар. «Князь» снова обвинил в этом завистников и недоброжелателей. А местные склоняются к тому, что все дело в халатности женщины, которую тот пустил к себе жить.
Несколько лет Мещерский пытался через суды добиться, чтобы его признали владельцем усадьбы. Но в начале 2000-х суд объявил, что эти требования незаконны, и постановил выселить «князя».
Что дальше? Пришли приставы вместе с законным владельцем Рыбаковым, прописанным во флигеле. Сначала Евгений отказывался покидать «родовое поместье». Потом у него сгорел старый «москвич». Опять же, «князь» утверждал, что его подожгли враги. Местные жители говорили, что он сделал это сам – в знак протеста.
По сведениям Генпрокуратуры, потомков Мещерских в России – 18 тысяч человек, и официальных подтверждений принадлежности Евгения Алексеевича к дворянскому роду нет. Предлагали сдать кровь на определение родства, но он отказался.
В конце концов «князя» из усадьбы выселили. Поговаривают, что он так и остался жить в Алабино, только сейчас ему приходится снимать квартиру, а «княгине» – работать продавщицей в магазине. А вот во флигеле по-прежнему живет Алексей Рыбаков.
Никаких работ в усадьбе не ведется.
Усадьба Петровское-Алабино: Московская область, Наро-Фоминский городской округ, село Петровское, улица Заводская. 55.532446, 36.996080
Усадьба Чернышевых. Подмосковье
Резиденцию под Волоколамском в небольшом селе Ерополча, или Ярополец, начал строить московский генерал-губернатор Захар Чернышев в 1760 году. Сначала был возведен дворец, а в 1785 году – роскошный и необычный храм напротив. Когда смотришь на этот ансамбль с земли, то кажется, что дворец и храм находятся далеко друг от друга. Но если посмотреть сверху, то уже становится видна задумка архитектора.
Есть очень интересная, но неправдоподобная история о том, что церковь в Яропольце первоначально была не церковью, а театром. Однако краеведы это не подтверждают. Таинственности храму добавляют многочисленные масонские символы. Один из них – всевидящее око, расположенное аккурат над входом. Но оно довольно типично для храмов в стиле барокко и классицизма, так что и с этой точки зрения в архитектурном памятнике нет ничего загадочного.
Однажды сюда приехала Екатерина Великая и заявила, что если бы имение было поближе к Москве, то она бы сделала в нем загородную резиденцию. Современники сравнивали усадьбу с Версалем, ведь все было спроектировано и построено по образу и подобию французского аналога: огромный дворец с крыльями, которые полукругом опоясывают просторный двор, высокие окна, парадные ворота в форме башен, пейзажный парк с лучевыми аллеями. Декор дворца спокойный, классический и довольно строгий. Но это позволяет сосредоточиться на форме самого здания.
В «Атласе Российской империи» конца XVIII века об этой усадьбе пишут: «Красотой и великолепием с наилучшими в Европе увеселительными домами равняться может».
Сейчас от богатого убранства дворца ничего не осталось. После революции и национализации тут разместилась база отдыха, а мебель, картины и скульптуры перевезли в музей Нового Иерусалима. Но во время Великой Отечественной они были утрачены. В само́й же усадьбе с 1940 года размещался склад боеприпасов, а после попадания немецкого снаряда случился пожар. Здание сильно пострадало, но внутренний декор еще был в сохранности. Когда закончилась война, в одной из хозяйственных построек разместился местный фельдшерский пункт, который действует до сих пор, несмотря на аварийное состояние здания.
Время завершило дело. Здание дворца так и не отреставрировали. Были восстановлены только крыша и часть стен. Но сейчас внутри просто голые кирпичи, которые совсем не дают представление о былом великолепии.
Сейчас дворец Чернышевых находится на балансе МАИ. Но, как видите, заниматься реставрацией не спешат. Хотя в том же селе есть усадьба Гончаровых, которой повезло несколько больше. Она была отреставрирована еще в советское время, и там размещается санаторий МАИ.
Усадьба Чернышевых: Московская область, Волоколамский район, село Ярополец, улица Пушкинская. 56.137718, 35.833334
Усадьба фон Гаслера. Тверская область
Владимир Федорович фон Гаслер женился на Софье Павловне, внучке известного генерала Ивана Терентьевича Сназина, в 1883 году. Именно Софья была владелицей роскошного имения в Тверской губернии, куда Гаслер приехал работать управляющим.
Под его руководством губерния активно развивалась, появлялись новые постройки, процветало хозяйство. Работали лесопилка, кирпичный завод, конюшня. Сам же Владимир Федорович постепенно заработал авторитет в тверском губернском обществе. Он даже построил сельскую школу, а чуть позже – училище.
Но через семь лет после женитьбы у Владимира Федоровича появилась молодая любовница. Мария Ефимовна была горничной его жены. При этом Софья относилась к ней как к дочери: покрестила, обучила манерам, чтению, письму, игре на музыкальных инструментах.
Это не был типичный любовный треугольник, ведь Софья прекрасно знала о связи мужа с Марией. Ей также было известно, что Владимир построил для любовницы отдельное двухэтажное имение в соседней деревне, которое называлось «Отрадное».
Почему жена смотрела на это увлечение сквозь пальцы? Историки предполагают, что дело было в затяжной болезни Софьи Павловны и ее неспособности иметь детей. Видимо, она настолько любила мужа, что не захотела лишать его радости отцовства. Да и в любовницы «благословила» самого близкого и проверенного человека – горничную, которую сама и воспитала.
У Владимира Федоровича и Марии Ефимовны было семеро детей, причем большинство из них родились еще при жизни Софьи Павловны. Хозяйка имения относилась к ним очень благосклонно. Потомки вспоминают, что дети называли Софью «белой мамой», по цвету волос, а Мария была для них «черной мамой». Вот такая жизнь втроем.
София Павловна умерла в 1904 году. Перед смертью она благословила мужа на брак с Марией. А красивый замок, который сейчас лежит в руинах, был построен в 1914 году для Марии Ефимовны и детей. Тут они проводили все свободное время, встречали Новый год.
Ну а потом история типичная. Революция 1917 года, Владимир Федорович спешно собирает семью и практически без вещей уезжает из имения в Вышний Волочек, где устраивается работать в контору. Усадьба достается «народу», и тут размещается база отдыха. В ней быстро появляются новые корпуса, но здание приходит в упадок.
Главный дом построен в готическом стиле, а две небольшие башенки придают еще больше сходства с замком. Внутрь ведет полукруглая лестница с почти обвалившимися ступенями, в стрельчатых окнах давным-давно нет стекол. Желтая краска с фасада облупилась и потеряла яркость, но здание все равно смотрится очень впечатляюще. Особенно если отойти подальше – так, чтобы можно целиком окинуть его взглядом и оценить замысел архитектора.
Раньше внутри дома была роскошная оранжерея, куда выходил балкон из главного зала, но сейчас тут царят разруха и запустение, а окна оранжереи заколочены досками.
База отдыха, теперь тоже покинутая, и особняк фон Гаслера принадлежат частному лицу. Никаких признаков реставрации нет. Постепенно усадьба зарастает все сильнее и сильнее…
Усадьба фон Гаслера: Тверская область, Удомельский городской округ, деревня Ивановское. 57.769843, 34.906246
Усадьба Энгельгардта. Смоленская область
Со стороны усадьба Энгельгардта немного напоминает готический замок – но это только с одного фасада. На другом вместо зубчатых башенок – арочные окна и проходы, а также роскошная лестница, разбегающаяся в разные стороны. Только вот ступени уже осыпались, а дорожки заросли бурьяном.
Первоначально имение принадлежало потомкам древнего шотландского рода Реадов. Примечательно, что подполковник Андрей Иванович Реад изобрел способ парового самогоноварения, который стал очень популярным в Смоленской области. Об этом свидетельствует прошение, поступившее в 1805 году в Министерство внутренних дел из Смоленской губернии. В нем Реад, «изобретший и успешно употребивший новый способ винокурения посредством двух паровых баков», просил дать ему разрешение на постройку заводов. Но «по затруднениям, каковые могли бы встретиться в учреждении настоящего наблюдения и исследования подлинности изобретения», в прошении было отказано. Тем не менее, метод самогоноварения прижился и много где использовался. Один из современников после путешествия по Смоленской губернии писал про «помещика Реада, который имеет прекрасные винокуренные заводы». Правда, какая технология использовалась на заводах, не уточняется.
В XIX веке имение перешло к тогдашнему главе Смоленска – Александру Платоновичу Энгельгардту. Село Мачулы он получил в качестве приданого при женитьбе на Софье Яковлевне Реад, правнучке генерала Андрея Ивановича.
Энгельгардт вкладывал довольно много денег и сил в развитие региона. Например, предоставил часть имения для железнодорожной ветки Смоленск – Орел. Сейчас об этом напоминает только станция Энгельгардтовская, где даже электрички не останавливаются.
Эклектичный усадебный дом с готическими мотивами тоже был построен Энгельгардтом. Из-за пристроенного с одной стороны флигеля он выглядит немного асимметричным. В двухэтажном дворце было 16 комнат, 14 изразцовых печей, большая коллекция живописи, хрусталя, мебели, оружия, орденов и монет.
Александр Платонович окружил дом фонтанами, павильонами и беседками, обустроил оранжереи и вел процветающее хозяйство с мельницей, сыроварней, кузницей, конным двором, фермой с крупным рогатым скотом. Он построил домовую церковь и открыл бесплатную народную чайную для всех жителей села. Когда-то из парка к дворцу можно было пройти по липовой аллее с парадной аркой. Сейчас даже тропинка заросла, а парадное крыльцо обвалилось.
После революции усадьба была национализирована. Последним владельцем стал единственный сын Энгельгардтов Александр. Он жил в одном из флигелей, старался добиться сохранения ценных вещей и передачи их в музей Смоленска. Но, к сожалению, его предприятие не увенчалось успехом, и ценности бесследно пропали.
В советское время усадьба Энгельгардтов была передана местному колхозу. Тут располагались дом культуры и кинотеатр. От этих времен остались изображения радостных колхозников и колхозниц на стенах да потолок с золотистой плиткой в кинозале. А об усадебном прошлом напоминают лишь розетки на потолке и остатки печей.
Сейчас в заросшем и частично вырубленном парке с трудом угадываются очертания клумб и фонтанов. Сам дом уже почти превратился в руины. А вот во флигеле продолжают жить люди, хотя внешне он тоже выглядит полузаброшенным.
Усадьба Энгельгардта: Смоленская область, Починковский район, деревня Мачулы. 54.77986, 32.049404
Усадьба Барклая де Толли. Калининградская область
Старинное имение Штилитцен – Жиляйтшен знаменито тем, что именно тут скончался великий полководец Михаил Богданович Барклай де Толли.
После окончания войны с Наполеоном он отправился лечиться на воды в Висбаден. Император Александр I выделил на эту поездку сто рублей и впечатляющий кортеж – четыре кареты для семьи, врача, слуг и адъютанта. Но до Висбадена Барклай де Толли не доехал. По дороге из Тильзита в Инстербург он почувствовал себя неважно и остановился в имении Жиляйтшен.
Вот такая запись есть в тринадцатом томе церковной книги регистрации евангелическо-лютеранской общины Георгенбурга (ныне – поселок Маевка Черняховского района Калининградской области):
«Блестяще проявивший себя в освободительной борьбе Европы русский фельдмаршал князь Барклай де Толли умер по пути в Висбаден 25 мая 1818 года от мочекаменной болезни желчного пузыря и печени на шестидесятом году жизни».
Тело полководца было забальзамировано и отправлено на родину. А вот сердце захоронили на небольшом возвышении рядом с имением. Чуть позже на средства короля Пруссии Фридриха Вильгельма III в этом месте был установлен памятник работы Карла Фридриха Шинкеля.
Почему так странно поступили с сердцем? Согласно самой распространенной версии, великий полководец был иезуитом. Они верили, что сердце должно покоиться в том месте, где человека настигла смерть. А вот с бренным телом можно делать что угодно.
Здание, в котором в 1818 году скончался Барклай де Толли, находится на краю небольшого поселка Нагорное (до 1938 года – Гесветен, до 1946-го – Ландвер) в Черняховском районе Калининградской области. С одной стороны расположена трасса, с другой – железная дорога. И кругом за́росли травы.
После Великой Отечественной войны в этом имении жила семья переселенцев. Но в 1980-х их расселили в новые дома, и здание было заброшено.
Ну а дальше происходили очень интересные события. Усадьба переходила из рук в руки. В какой-то момент конюшню и отведенный под нее участок настойчиво пытался купить кто-то из Германии, но ничего не вышло. Конечно, сначала территория охранялась, но со временем охранникам просто перестали платить, и они исчезли в неизвестном направлении. Здания снова разграбили: побили стекла, вытащили рамы, выдрали проводку, сняли двери, начали спиливать стропила и перекрытия.
На данный момент восстановлена часть конюшни, и этот участок обнесен забором. Остальное здание законсервировано с использованием фанеры. Представители фонда, которому сейчас принадлежит усадьба, отвечают, что работы приостановлены временно. Поживем – увидим, но хочется верить, что у этой запутанной истории будет хороший конец.
Усадьба Барклая де Толли: Калининградская область, Черняховский городской округ, поселок Нагорное. 54.691612, 21.852659
Усадьба Алексино. Смоленская область
Когда петляешь по дорожкам между полузаброшенными селами Смоленской области, совершенно не ожидаешь наткнуться на дворец. Усадебный дом в Алексино настолько большой, что даже сфотографировать его целиком проблематично. В годы расцвета он поражал роскошью и масштабом. Тут гремели приемы и балы, бывали видные государственные деятели. А теперь дворец стоит посреди заросшего парка, а вокруг бегают гуси. Большая часть усадебных построек заброшена. О былом великолепии напоминают кованое крыльцо и остатки лепнины над колоннами. Но штукатурка уже обваливается, и здание постепенно разрушается.
Село Алексино в Смоленской области впервые упоминается в 1610 году. Оно входило в вотчину знатных землевладельцев Салтыковых. А в 1774-м имение купил Иван Сидорович Барышников, занимавшийся поставками продовольствия в армию и торговлей хлебом. Но приобрести деревню на свое имя он не мог – право владеть крепостными было только у дворян. Поэтому покупка была оформлена на имя графа Ивана Григорьевича Орлова, который покровительствовал Барышникову.
Огромную усадьбу в Алексино начал строить сын Ивана Сидоровича – Иван Иванович. Возведение комплекса, в котором было больше 17 разных построек, началось в 1780-х годах и заняло 40 лет. Дворец был завершен в 1818-м. Барышников заказал его проект известнейшему архитектору Жилярди, а на месте стройкой руководил ученик мастера – крепостной архитектор Дмитрий Поляков.
Поделиться книгой: