Помоги проекту - поделись книгой:
— Давай присядем. — я потянул девушку за руку и усадил рядом с собой на диван.
— Что-то мне уже не нравится то, что ты хочешь мне сказать. — прошептала она, убирая свою руку и опуская ее на колени.
— Я буду откровенен, Катерина. Глядя на тебя и на ту ситуацию, в которой ты оказалась, я думаю, ты вряд ли сможешь когда-нибудь вернуться домой.
— Но…
— Подожди, дай договорить, — прервал я ее, — Ты стала русалкой, а значит, ты не протянешь на суше дольше нескольких дней. Твое тело не выживет без воды. Ты почему-то привлекла внимание Посейдона, и, зная его, он сам не отпустит тебя.
— Но как же так? — глаза девушки начали стремительно наполняться слезами, что я не выдержал и стер с ее щеки горячую дорожку. — Почему я? У меня там жизнь, родители, брат, друзья. Здесь я чужая… Я надеялась, что после разрыва нашей с тобой магической привязки я вернусь домой.
— Я понимаю, Катя. Но по какой-то неведомой мне причине твое тело изменилось, и назад человеческое ты не вернешь.
— Почему ты так уверен? — прошептала она.
— Потому что, как я уже объяснял ранее, человек слабее нас. И, получив вторую ипостась, ты не сможешь снова стать слабой. Только если стать еще сильнее и обрести магию.
— Значит, я тут навсегда застряла? — дрожащим голосом спросила она, а мне так захотелось ее прижать и утешить, что сам удивился такому порыву. Обычно мне бесят женские слезы.
— Получается, что так. — неожиданно ответил Сид, — Да ты не расстраивайся, детка, мы тебе поможем освоиться, и, глядишь, тебе даже понравится жить на Атлантиде. Перед тобой будет много новых возможностей и интересных открытий. — закончил осьминог и положил свой щупалец на ее коленку. Я же еле сдержался, чтобы не врезать по его выпученным глазищам. Будет он еще тут щупальцами разбрасываться и класть куда попало. Но девушка его “руку” не убрала, а, наоборот, скромно улыбнулась.
— Ты хочешь стать моим фамильяром? Ведь я не могу тебя насильно привязать к себе. И если ты не хочешь, то не бойся нарушить приказ Посейдона. Если надо, я сама ему все объясню и защищу тебя. — спросила девушка, вглядываясь в взволнованное лицо Сида, который обалдел не меньше меня.
— Знаешь, в самом начале я и правда совсем не хотел. Но теперь я думаю, что это хорошая идея. Только если ты сама не против. — булькая, ответил он.
— За все время, что я здесь нахожусь, еще никто не спросил, чего я хочу… — уныло начала девушка, а от этих слов у меня неприятно кольнуло сердце. — Но мне кажется, что ты хороший. И я даже прощаю тебе все обзывательства, — девушка так очаровательно улыбнулась, что Сид был готов растечься перед ней лужицей, а я, кажется, даже зарычал на него, — Если эта связь приравнивается к дружбе и сотрудничеству, то я согласна стать твоим другом.
— Отлично, тогда давайте уже покончим с этим. — вскочил я, не желая и дальше выслушивать их милую беседу. — Встаньте в круг.
Сид и Катя послушно встали на пентаграмму, а я начал читать длинное заклинание. По мере моего чтения вокруг этих двоих начала искриться магия, окутывая их общим коконом. Было видно, что девушку это немного пугает, но она смирно стояла, наблюдая за происходящим.
— А теперь протяните свои руки, — произнес я, закончив чтение.
Катя протянула правую руку, а осьминог — свой правый щупалец. Я острым ритуальным ножом сделал небольшие надрезы, сцедив немного крови в чашу. Катя скривилась от увиденного, а осьминог того и гляди грозился грохнуться в обморок, но сдержался. Красная и синяя кровь смешались, и чаша вспыхнула ярким фиолетовым светом, оглашая окончание ритуала.
Магический кокон развеялся, а Катя с Сидом вздохнули с облегчением.
— И что дальше? — поинтересовалась девушка, присаживаясь на диван и стирая кровь со своей ладони.
Я прошел к ней, заключил ее руку в своих ладонях и применил исцеляющую магию, наблюдая, как порез стремительно заживает, покрываясь сначала красной коркой, а затем и вовсе здоровой и чистой кожей.
— Ух ты! — радостно воскликнула она, трогая пальчиком место бывшего пореза. — А Сиду поможешь?
— Я уже и сам справился, — булькнул осьминог. — А теперь, Катя, нам просто надо много проводить времени вместе и узнать друг друга получше.
— И все? — с облегчением выдохнула она.
— И все. — ответил я. — А сейчас, думаю, нам не мешает всем хорошенько подкрепиться. Этот ритуал отнимает достаточно сил.
— О-о, — счастливо всплеснув щупальцами, произнес осьминог, — Это я всегда за! Тем более что в этой академии отменно готовят! Я даже пытался уговорить вашу повариху перейти к нам в Отдел Тайн, но она ни в какую не соглашается. Утверждает, что ей с детками работать нравится, а наши таинственные личности ее пугают.
— Ее не ваши личности пугают, а твой неуемный аппетит. Вот увидишь, когда она узнает, что ты теперь тут обитать будешь, сбежит в ваш Отдел Тайн. — хмыкнул я, уже представляя вытянутое лицо Дории.
— А как ты будешь всем объяснять вашу связь с Катей? — булькнул осьминог, выходя из моих апартаментов.
— Есть одна идея…
“И она девушке ой как не понравится”, — почему-то радостно подумал я, лукаво улыбаясь.
Глава 14. Даже одной побыть не дают…
Мы выплыли из жилого корпуса, обошли его по дуге и свернули на широкую аллею, идущую к самому красивому и огромному зданию. Мне оно напомнило настоящий замок с донжоном, башнями, крепостными стенами и даже со рвом.
Мы подплыли к мостику, который был перекинут через этот ров, наполненный изумрудной водой, в которой плавали золотые рыбки.
— А как вы делаете водоемы под водой? — изумленно спросила я.
— Магия… — загадочно ответил тритон.
— Пф-ф… — фыркнул Сид, важно раздувая свои отростки на голове, — Тоже мне магия. Это, Катя, самый простой аквариум. Чтобы вода в нем не смешивалась с океанической, поставили обычные прозрачные стенки. Никакой функции, кроме услады глаз, они не несут.
Кайнерис закатил глаза, а Сид похлопал его щупальцем по голому плечу.
Мы переплыли мост и нырнули в проход, разрезающий здание в форме октагона, из которого открывалась большая площадь с разнообразными зонами отдыха, в том числе и сухими, накрытыми специальными пузырями и снабженными водными шлюзами. Здесь же имелась большая открытая площадка, закрытая по периметру прозрачными стенами с многочисленными рядами трибун. Она, по всей видимости, была стадионом для спортивных игр.
— Как здесь удивительно! — восхитилась я. — В наших школах и институтах такого не встретишь.
— Это Главный корпус академии. Если ты обратишь внимание, то он имеет цветовое разделение. Каждый цвет соответствует назначению конкретной зоны. Например: белый — лекарская зона, черный — полигоны и спортивные залы, желтый — лаборатории и научно-исследовательский центр, красный — журналистика и местная газета, синий — библиотека с залами для самостоятельной работы, коричневый — администрация, зеленый — учебная часть, фиолетовый — столовая и развлекательная зона с актовыми залами и театром.
Мы поплыли по извилистой тропинке, выложенной мелкими ракушками, вдоль которой росла разнообразная водная растительность.
— Здравствуйте, магистр Мурроу! Вы сегодня решили посетить академическую столовую? — неожиданно из беседки вылез водный демон с некрасивым болотным хвостом, зелеными волосами, худощавой фигурой и абсолютно невзрачной внешностью. У нас бы такого назвали “серой мышкой”.
— Добрый вечер, фейр Вултон. Да, давненько я не посещал ее. Вот решил исправить это недоразумение. — нехотя ответил Кайнерис.
— А кто это с вами? — полюбопытствовал Нилл, не отрывая взгляда с наших рук, связанных красной светящейся нитью.
— Моя невеста. Мы спешим, фейр. Хорошего вечера. — бросил мужчина, хватая меня за руку.
Осьминог, кажется, подавился, потому что неожиданно пискнул и начал тихо булькать. Или это он так смеется?
— И вам хорошего вечера! И вашей невесте! — крикнул вдогонку демон.
Я вырвала руку и вложила в свой взгляд все негодование, на которое только способна. Сид в очередной раз булькнул и резко замолчал, с опаской поглядывая на меня и пуча глазища.
— Ты зачем сказал, что я твоя невеста???
— А что мне еще сказать? Помимо того, что ты человек и имеешь протекцию бога Посейдона? Невеста — это единственное разумное объяснение нашей с тобой привязки. Ее не скрыть от посторонних глаз, ее не разорвать. А не объяснить я не могу! Я декан этой академии! С чего еще я могу взять на боевой факультет адептку, не прошедшую ни одного вступительного испытания? А так ты — моя невеста, которая пожелала учиться. Я уступил, предоставляя тебе эту возможность. Но, зная, сколько на боевом факультете мужчин, желающих развлечься с хорошенькой русалочкой, сделал магическую привязку. Что она на крови, можно упустить. — как ни в чем не бывало молвил он, даже не взглянув на мой грозный вид, который я так усиленно делаю. А осьминог активно тыкал своим щупальцем в Кайнериса, чтобы тот лучше помолчал, а не усугублял ситуацию.
— Да так тоже звучит не лучше!!!
— Ну уж прости, я не виноват, что связан с тобой.
— Так и я не виновата!
— Поэтому будем страдать вместе!
— За что тебя так сильно наказали, что я свалилась на твою голову? — возмущалась я, уже не зная, может ли меня сегодня еще хоть что-то удивить.
— А ты сущее наказание? — мужчина наконец посмотрел на меня, выгнув свои брови.
— О-о, можешь в этом не сомневаться! — так хотелось топнуть ногой, но я в хвосте. Поэтому гордо вздернула подбородок и уплыла восвояси.
Только удалось мне проплыть не более 15 метров, как нить натянулась и откинула меня назад, поближе к гаденько улыбающемуся мужчине.
— Чего скалишься? — рявкнула я, все еще усиленно обижаясь.
— Видом наслаждаюсь. — сверкая смеющимися глазами, ответил Кайнерис.
— Даже одной побыть не дают…
Осьминог молча плыл рядышком, делая вид, что он не при делах и ничего не замечает. Кайнерис пытался проделывать тоже самое, только я периодически ловила на себе его задумчивый взгляд. А я же плыла и разглядывала площадь внутри Главного корпуса.
Когда мы подплыли к фиолетовой части корпуса, то я заметила, что входная группа здесь была намного больше, чем обычный шлюз, и была разделена на несколько секций. И насколько успела понять, каждая такая секция была независимым шлюзом, чтобы регулировать постоянный поток адептов.
Стоило нам подойти, как двери сами раскрылись, а когда мы заплыли внутрь, также самостоятельно закрылись. И вода здесь выкачивалась намного быстрее. Похоже, что все было учтено для нетерпеливых и оголодавших студентов.
Здесь же имелись раздевалки, а я тут же представила, как на крючках были бы развешаны хвосты и плавники. Еще по-настоящему величественный лестничный холл, где две белоснежные с прозрачными ступенями, украшенные кораллами и актиниями, лестницы расходились в разные стороны.
Мужчина и осьминог повели меня налево по широкому коридору, который завершался гигантских размеров академической столовой, как в самых лучших гостиничных ресторациях по типу “все включено”.
Зал был разделен на три зоны: первая — раздаточная, где на нескольких рядах столов красовались самые разнообразные блюда, десерты и напитки, вторая — обеденная зона для адептов, третья — для преподавателей.
— Если студенты еще не заселились в академию, то зачем такое количество еды? — разглядывая ломящиеся от яств столы, поинтересовалась я.
— Это немного, — начал Сид, который уже успел набрать целый поднос еды и примерялся ко второму. — Когда учеба начнется, будет куда больше. И это при условии, что потоки адептов будут разделены по определенному графику, чтобы не создавать сильной толкучки. А еще помимо основной столовой в академии есть несколько кафе и небольших закусочных.
— А сколько здесь учится студентов?
— Около 50 тысяч. Это общее число семи ступеней обучения и 16 факультетов. — гордо ответил Кайнерис. Было видно, что он любит академию и наслаждается временем, проведенным в ее стенах.
— Как много! Не представляю, как можно координировать учебный процесс такого количества людей и вообще сдерживать их в нужных рамках, чтобы они не разнесли тут все по кирпичикам.
И мне сразу же вспомнился, как преподаватель этих самых студентов совсем недавно разрушил храм. Я скосила глаза в его сторону и хихикнула. Он тоже вспомнил!
— Хватит болтать! Я есть хочу! — булькнул осьминог, переминаясь с щупальца на щупальце.
Честно, мне было крайне сложно определиться с выбором, потому что вся еда кардинально отличалась от привычной: и внешне и по запаху. И спросить было не у кого, ведь очевидно, что они также не пробовали человеческую пищу и не могли мне дать подсказок, на что все это похоже. Поэтому я доверилась интуиции и глазам. Выбрала что-то напоминающее пюре и мясо. А чем это окажется на самом деле, скоро узнаю.
— Дория, вы сегодня восхитительно выглядите! Какой у вас передничек роскошный! А прическа! А улыбка! Глаз не оторвать! — неожиданно начал распинаться Сид, увидев хрупкую сесаэлию.
По взгляду чувствовалось, что женщина уже достаточно взрослая. Хотя ее лицо по-прежнему было красивым, нежным и молодым. Волосы, по всей видимости, очень длинные и угольно-черного цвета. Женщина собрала их в сложный пучок и украсила жемчугом, что не скрывала даже поварская шапочка. Услышав слова осьминога, она испуганно вздрогнула и медленно повернулась, расплываясь в вымученной улыбке.
— Шаммие Сиднериус, рада… рада вас видеть. Какими судьбами в стенах нашей академии? — расправляя несуществующие складки своего передника, поинтересовалась она.
— Вы представляете, какая радость?! Я теперь буду жить здесь. Я стал фамильяром этой прекрасной русалочки, — тут он махнул щупальцем в мою сторону, — И всегда буду рядом! Каждый день буду к вам приходить, прекрасная Дория!
Женщина вытаращила глаза и осторожно косила то на меня, то на Кайнериса, видимо, надеясь, что мы опровергнем сей факт.
— Как здорово… — пискнула она и засуетилась, — Но у меня сейчас дела, я тороплюсь… А вы идите… идите, шаммие.
Женщины и след простыл. Чтобы так быстро бегали, я еще не видела.
Глава 15. Какая еще невеста?!
Ковентина неустанно любуется своей удивительной красотой и по праву занимает место самой красивой русалки всей Атлантиды.
И сейчас она сидит напротив большого зеркала и расчесывает свои длинные алые волосы. Каждый вечер она не меньше сотни раз проводит пушистой щеткой по локонам, добиваясь того, чтобы они блестели точно звезды в яркой рубиновой оправе. А чтобы сохранить этот редкий и присущий только ей цвет, она ежедневно вымывает их в растворе из красных морских лилий. Сколько несчастных животных пало от ее рук, даже ей самой неизвестно.
Чтобы синие глаза сияли еще ярче, она каждый день капает специальный раствор, который делает блеклый цвет насыщенным и глубоким.
Чтобы ресницы ее покоряли длиной и блеском, она чернит их чернилами каракатицы, а после посыпает их мерцающей пылью, которая так красиво переливается на свету.
Чтобы губы завораживали своей пухлостью и алым цветом, она обкалывает их иглами морских ежей.
А чтобы ее прозрачный хвост таким и оставался, а не вернул свой грязно-серый оттенок, она по два часа проводит в едких кислотах, которые так больно, но действенно обесцвечивают все чешуйки. Это же помогает и ее коже оставаться тонкой и потрясающе светлой.
И вот сейчас ее прервали от такого важного ежевечернего ритуала! А уже завтра она должна сиять и покорять все взгляды, которые, несомненно, будут устремлены на нее.
Вместо своего прекрасного отражения она увидела абсолютно невзрачного водного демона, который взъерошил свои болотные и сильно спутанные волосы и уставился на нее такими же некрасивыми, но безумно восхищенными глазами. Хоть какая-то услада для глаз Ковентины.
— Чего тебе? — недовольно фыркнула она, брезгливо поджимая губы и морща свой аккуратненький и немного вздернутый носик.
— Как же ты прекрасна, Ковентина! — выдохнул демон, жадно поедая взглядом ее точеную фигурку. А русалка даже не удосужилась прикрыть свою наготу. Ей это было ни к чему, ведь она хотела, чтобы все знали, что красивей ее нет никого в подводном мире.
— Знаю-знаю. Так что ты хотел? Зачем отвлек меня от столь важных дел? — она нагло выгнула свою алую бровь и даже на мгновение прервала свое занятие, но, немного подумав, вновь вернулась к нему.
— Я тут раздобыл для тебя одну интересную новость, прекрасная.
— Ну? Чего медлишь? Выкладывай или проваливай! — рявкнула она.
Русалке хоть и было любопытно, что такого узнал Нилл. Ведь он всегда доставал ей самую пикантную информацию, он умел быть незаметным. Но она не терпела, когда кто-то отвлекает ее по пустякам и тратит ее такое бесценное время.
Поделиться книгой: