Академия Клейто

— Че-его? Ты совсем рехнулась? — бедняга весь затрясся, присоски на щупальцах начали то сжиматься, то распускаться, а бедные зенки просто не способны были вылезти еще сильнее.

— Я все-все поняла! Я проиграла спор, когда не догнала брата. А значит, должна тебя поцеловать! Я поцелую, а ты меня отпустишь! — безумно улыбаясь, пояснила я, пока осьминога всего передернуло от отвращения.

— Не смей меня целовать! Ты же противная! Губы во-о, — и еще так демонстративно развел щупальцами и булькнул, — Нос торчит, руки всего две, и от тебя рыбой пахнет. — а затем он снова поднял голову к потолку, вскинул туда же два щупальца и завизжал, — Посейдон, умоляю, прости! Прости грешного! Забери ее!

— Да, прости его, Посейдон! — согласилась я, поглядывая на вымышленное небо. Все-таки мы точно в аду… — Забери меня наверх. На Землю мою родную, поставь на ножки мои любимые!

С минуту мы помолчали, вглядываясь в каменный потолок нашей пещеры и вслушиваясь в размеренную камель откуда-то сбоку.

— Молчишь?! — пискнул он так обреченно, что мне даже захотелось его обнять, а потом я опустила глаза на его присоски и передумала.

— Молчит? — переспросила я. Эх… не видать мне ног.

— Молчит…

— Что делать будем?

— Значит так, — хлопнул он щупальцем по воде, забрызгав меня ею, — Собирайся. Я тебя спас? — он окинул меня скептическим взглядом, — Спас. Долг свой выполнил, а следовательно, с чистой совестью могу перекинуть тебя с больной головы на здоровую, кхэ-кхэ, то есть Кайнерису. Пусть он разбирается. А я умываю щупальца. Не для того меня мама растила, чтобы с умалишенными возиться. — и нырнул в воду, напоследок красиво растопырив свои ноги и скрутив их кончики завитушками.

Я же осталась сидеть, поджав хвост и хлопая глазками. Бросил, значит.

Тут из воды вылезла большая голова с двумя рыжими глазищами и булькнула:

— Ну и чего ты расселась? Плыви давай!

— Но я не умею! Я ходить-то не могу! — взвыла я, отчаянно себя жалея.

Ноги отняли, в ад запихнули, с братом вообще непонятно что.

— Плыви, говорю!

Сид резко вытащил один щупалец из воды, обвил им мою руку, заставив от неожиданности завизжать, и скинул в воду.

— Так-то лучше! Уши от тебя болят. — выдохнул осьминог, опускаясь под воду.

А я же крепко вцепилась за выступ пещеры, боясь утонуть, а затем попыталась вылезти из воды. Но все мои попытки были пресечены моментально. Мою руку вновь обвили щупальца и силком поволокли, полностью погружая в воду. Хорошо хоть дыхание успела задержать!

Пока меня тащили, словно мешок с картошкой, я искренне изумлялась такой резвости от осьминога. Он будто ледокол разрезал пространство, не испытывая ни малейшего неудобства от нелегкой ноши в виде меня.

Но воздух, что я успела задержать, стремительно заканчивался.

— Дыши, глупая, дыши! — выдувая множество крупных пузырьков, прокричал Сид.

— Да как дышать-то?! — рявкнула я, открыв рот. Вода начала стремительно заполнять глотку, а я каким-то чудом смогла вздохнуть, ощущая на своей шее настоящие жаберные щели. Я настолько удивилась, что вырвала руку из крепкого захвата и, сильно замахнувшись хвостом, поплыла вперед, существенно обгоняя осьминога.

— Божечки, я ведь и правда русалка! — воскликнула я, выделывая удивительные пируэты под водой.

— Подожди-и, чешуйчатая, подожди-и! Ты меня забы-ыла! — пыхтел где-то сзади осьминог, усиленно пытаясь меня догнать.

Я, развернувшись, сделала в воде сальто и резко остановилась, хмуро поглядывая на Сида. Бедняга не предусмотрел неожиданной остановки, поэтому, увидев меня, развернулся сам и, раскрыв свои щупальца типа лучиков солнышка, начал тормозить, пугающе разевая то, что у него под головой.

— И почему ты все время обзываешься?! — крикнула я, всматриваясь в его жуткий рот. — Я ведь тоже могу, яйцеголовый!

Осьминог перевернулся, опустил свои щупальца и вылупил глаза.

— А вот это обидно. — буркнул он, понуро опуская голову.

— И мне обидно! Я не глупая! Просто не понимаю, что со мной происходит, да и где мы вообще находимся? — спросила я, начиная озираться по сторонам, где увиденное еще больше повергло меня в шок.

Глава 3. Добро пожаловать на Атлантиду

Катя

Перед нами распростерся самый настоящий подводный мир, который потряс меня настолько, что я, раскрыв рот и замерев на месте, смотрела, не отрываясь.

За свою жизнь не счесть сколько раз я ныряла с аквалангом. Я спускалась на большую глубину, видела, как мне казалось, самые красивые рифы, самых красивых рыб, плавала в самых красивых водах, которые имели насыщенный лазурный или даже бирюзовый цвет.

Но как же я ошибалась! До этой минуты я не видела ничего.

Вода здесь была идеально прозрачной. Такой, что можно забыть, что ты находишься в океане. Но от каждого движения она оживала, переливалась и поднималась наверх круглыми радужными пузырьками, очень похожими на те, что дети надувают из мыльного раствора.

А цвет ее был синий. Тот самый настоящий синий, а не его братья-оттенки типа ультрамаринового, джинсового, морской волны и прочих. А СИНИЙ. Если вы забьете в поисковике названия оттенков синего, то поймете, о чем я.

А еще она светилась. Хотя не так. Светилось все вокруг, словно я окунулась в мир “Аватара”. Я подняла голову наверх, чтобы понять, на какой глубине мы находимся, и могу сказать, что очень глубоко, так глубоко, что неба и солнца не видно, а над нашими головами точно такая же синева, как и вокруг.

Но почему тут не темно? Каждый раз спускаясь на глубину, я окуналась в темноту и нередко использовала фонарик, чтобы иметь возможность все разглядеть. А здесь я могу в мельчайших деталях рассмотреть щупальца кораллов, чешуйки проплывающих рыб и даже песчинки, которыми усыпано морское дно.

Но и не это самое удивительное. Как я уже сказала в начале, здесь под огромной толщей морской воды скрывается подводный город. Тот самый, который издревле пыталось отыскать человечество, но так и не смогло.

— Что это за место, Сид? Как называется? — дрожащим голосом спросила я.

— Атлантида, — спокойно ответил осьминог, не предаваясь такому же трепету и восхищению, как я.

— Атлантида… — едва слышно повторила я, смакуя это слово. Сейчас мне уже не казалось, что я в аду. В аду Атлантиды точно бы не было. Но тогда где же я? Разве я могу попасть в мифическое затонувшее государство? Разве что во сне или бреду.

Я жадно разглядывала высокие белые башни, от которых лучами расходились длинные коридоры. Сами башни взвивались ввысь, точно кораллы или водоросли, они имели тягучие, плавные формы, но при этом чем-то напоминали скелет, как если посмотреть на грудную клетку с множеством ребер и соединенных между собой позвонков.

Все башни имели абсолютно разную высоту, но где-то вдалеке виднелось самое высокое строение, которое свечой возвышалось над всем городом.

От коридоров уходили вниз площади-ступени, по которым бежали ручейки воды, точно каскадный водопад. И это водопад под водой! Удивительно!

А еще на площадях стояли гигантские шатры-медузы, которые, по всей видимости, служили отдельными помещениями, а может, и целыми домами. Эти медузы своими щупальцами обвивали ступени, украшая их причудливыми проходами и арками.

Освещением здесь служили удивительной красоты колонны. Они были расставлены повсюду: на ступенях, вдоль длинных коридоров, в тени густой подводной растительности. Эти колонны представляли собой толстые трубки, вылезающие со дна. Они изнутри светились ярким желтым цветом, как живой огонь, а по стволу этой колонны стелились, сплетаясь в красивые узоры, какие-то водоросли, напоминающие плющ.

Крыши коридоров, по всей видимости, использовались как прогулочные зоны. Они были достаточно широкие и поросшие буйной растительностью и кораллами. А их ограждения были выложены перламутровыми ракушками.

Подводные растения тоже имели удивительное свечение, которое то разгоралось ярче при случайном соприкосновении с ними, то становилось тише, когда их никто не тревожит. Кораллы были всех возможных цветов и оттенков, ярких и блеклых, водоросли в основном преобладали зеленых оттенков, но имелись и красные, оранжевые и коричневые.

А еще меня удивило то, что морское дно было испещрено дорожками и тропинками, выложенными какими-то белыми камнями с цветными вкраплениями. Казалось бы, если ты под водой, то зачем тебе ходить? Но через пару мгновений все прояснилось, когда я увидела парочку подводных обитателей, прогуливающихся за ручку на своих двоих.

Эти жители имели синий цвет кожи, на руках и ногах были короткие плавнички, сами же ступни были похожи на ласты, а между пальцами на руках имелись перепонки. Уши больше напоминали плавники, они высоко торчали на голове и расходились веером. Вот лиц разглядеть не удалось, потому что они находились ко мне спиной.

Еще я начала прислушиваться к звукам, потому что всегда знала, что под водой все совершенно иначе воспринимается, более приглушенно. Но здесь я слышала не хуже, чем на поверхности, просто эти звуки отличались от привычных. Вместо шума ветра — плеск волн, вместо пения птиц — побулькивание и какое-то урчание рыб, вместо шума транспорта — шум движения водорослей, проплывающих медуз и прочей морской живности. Также я отчетливо слышала голоса разговаривающих водных жителей, только не могла их разобрать.

Тут неожиданно воздух затрясся, косяки рыб хаотично заметались, чуть ли не сталкиваясь друг с другом, и начал подниматься странный гул, который постепенно усиливал мощь и громкость. Я испугалась, стала озираться по сторонам, чтобы понять, что это на нас надвигается. Пока не увидела стремительно приближающийся поезд.

Он начал понемногу сбавлять скорость, пока и вовсе не остановился где-то в 100 метрах от нас. И я только сейчас поняла, что этот самый шатер-медуза является своеобразным вокзалом.

Из поезда, больше напоминающего стеклянные колбы каплевидной формы, то есть локомотив каплевидный, а вот его состав имел множество вагонов более овальной формы, повалил народ. Кого там только не было: русалки, тритоны, водные демоны, амфибии, медузы горгоны, водные генази, морские эльфы, нереиды, сесаэлии, гипполюды и еще бог знает кто.

Мне одновременно было страшно и любопытно. Это зрелище захватывало, восхищало. Настоящая страшная красота. Ведь я понимала, что эти жители были опасны, кто-то имел длинные и очень острые когти, кто-то был наделен несколькими хвостами, точно осьминог, у кого-то на голове вились и шипели змеи, кто-то напоминал ящеров, а другие — змей, у одних клыки, у других вообще непонятно, что за ужас скрывается, раскрой они свою огромную пасть.

Но каждый имел свою дикую и первобытную красоту. Необычные лица, поджарые тела, мощные руки, разнообразный окрас, яркие наряды, красивые волосы и многое другое.

Мой взгляд метался, потому что абсолютно каждая деталь казалась интересной, ведь ничего из этого нигде и никогда не встретишь на Земле. Поезд под водой? Подводные расы? Целые города с развитой инфраструктурой? Мне такое даже в снах не снилось, и тем более я и подумать не могла, что когда-нибудь доведется что-то подобное увидеть.

Остается узнать лишь одно. Почему я это вижу? Что со мной случилось на самом деле?

Но прервал меня голос:

— Нам пора, детка. Если не застанем Кайнериса в Академии, то придется тащиться к нему домой, а он этого не любит. — осторожно касаясь моего плеча своим щупальцем, сказал Сид.

— Хорошо. А как ты меня спас? — спросила я, плывя рядом с Сидом в гущу застройки подводного города.

— От разведки поступила информация о неожиданном вторжении в наши воды. Такого не случалось много сотен лет. И меня отправили разобраться. Но нашел я там тебя, русалку. Ты была сильно ранена, весь твой бок был изрезан так, словно тебя дакувака погрыз. Я уже решил, что тебя не спасти, так как ты потеряла слишком много крови. Но тебе повезло, ведь я обладаю довольно сильным даром исцеления, а ты — сильным желанием жить.

Что-то я все равно ничего не понимаю. Если он нашел меня уже будучи русалкой, то как я ей стала??? И почему я смогла заплыть на Атлантиду, и где мой брат? Ведь он отправился в тот тоннель до меня, значит, тоже должен был попасть на Атлантиду…

— Сид, а больше ты никого не нашел? Тритона, например? — осторожно спросила я, не понимая, могу ли ему рассказать всю правду.

— Нет, не встречал. Ты была одна. Ты про брата своего интересуешься, да? — осьминог бросил на меня сочувствующий взгляд.

— Да. Мы с ним плавали, заплыли в какой-то тоннель. Он плыл впереди меня, но я его потеряла. — ответила я.

— Ты, видно, и головой сильно стукнулась, раз все позабыла. — заключил Сид, сворачивая в небольшой переулок.

— Похоже на то… — и ведь не соврала. Наверняка стукнулась и не один раз. Такое здоровому человеку не померещится.

Глава 4. Убедительно просим вас убрать хвост

Катя

Насколько же удивительно не ходить, а плыть. Обычному человеку будет непонятно, ведь, находясь на суше, мы испытываем притяжение и давление, к которым уже привыкли и порой даже и не замечаем, если не проводим на ногах слишком много времени. И, наоборот, испытываем неудобства, когда теряем эту самую землю под ногами.

Понять меня сейчас могут, наверное, только космонавты, которые проводят достаточно времени в невесомости.

Я уже успела соскучиться по твердой поверхности и еще больше по своим ногам. Плыть оказалось достаточно утомительно. Хотя вполне вероятно, что я испытываю трудности лишь потому, что мое тело не привыкло к подобным нагрузкам.

У меня начала болеть спина и ноги, точнее то, что когда-то ими было, а теперь является хвостом, а еще шея оттого, что большую часть времени ее приходится вытягивать, чтобы иметь возможность смотреть туда, куда плывешь.

Но, к счастью, мои мучения не продлились долго, и уже через 15–20 минут мы остановились перед огромными воротами, надпись на которых красиво светилась названием “Академия Клейто”.

Ворота были сделаны из кораллов, а может это сами кораллы их сделали. Они складывались в сложные узоры, на которых красиво разрастались актинии самых разных цветов, а столбы ворот, вероятнее всего, изготовлены из перламутра, ведь он является самым прочным природным материалом, да и блестят соответственно.

К нам подошел сторож, который оказался амфибией и имел достаточно пугающую внешность, по крайней мере для меня. Голова у него была в классическом представлении “зеленых человечков” — большие глаза, вместо носа дырки и маленький рот. Зеленый цвет кожи, а вместо волос как будто водоросли. На предплечьях плавники. Одет он был в зеленую форму, состоящую из все тех же водорослей, которые скрутились на нем в виде майки и брюк. Честно, я еле сдержала визг и желание зажмурить глаза.

Сторож подозрительно осмотрел сначала меня, а потом и моего спутника.

— Она со мной, Улгрир. Нас к Кайнерису Посейдон отправил, — ответил Сид.

Амфибия что-то булькнул, но открыл ворота, пропуская нас на территорию академии.

— А кто такой Кайнерис? И почему ты меня к нему ведешь? — решила я спросить, припоминая, как этот осьминог собирался спихнуть меня на его здоровую голову.

— Это магистр нашей Академии Клейто, которая является главной на Атлантиде. Посейдон, когда меня к тебе отправил, то намекнул, если возникнут трудности, надо отвести тебя к Кайнерису, мол, он со всем разберется.

— Странно, ведь я его не знаю. Откуда он может знать меня? — удивилась я.

— А вот это мне и самому интересно. — всплеснул двумя щупальцами осьминог, активно перебирая всеми остальными. — И странная забота самого Посейдона к тебе. Ведь это он меня отправил в то место, где я тебя нашел. И когда я увидел, что там не какой-то опасный нарушитель нашей границы, а всего лишь ты, я очень удивился. Ты не обижайся, но ты обычная русалка. С чего вдруг тобой заинтересовался Посейдон, я не понимаю. Ведь его не волнуют простые смертные, да и в принципе дела, которые их так или иначе касаются. Он, кажется, и не помнит, что они вообще существуют. Если раньше ты могла бы его заинтересовать только в качестве любовницы, ты красивая для русалки, то теперь ему и это недоступно, ведь он дух. Но беда в том, что Посейдон не будет объяснять своих действий и поступков, так что будем надеяться, что хотя бы Кайнерис сумеет что-то прояснить. — закончил Сид, проплывая мимо фонтана, где изо рта дельфинов били струи воды, совсем как у нас.

Осьминог быстро плыл по выложенной перламутром тропинке вдоль красиво высаженных коралловых рифов, так если бы это была аллея с деревьями и кустами. Он сворачивал то на одну тропинку, то на другую, и удивляло меня то, что мы же плывем, поднимись он в воде выше, то смог бы срезать дорогу, но нет, он предпочитал “идти” по дорожкам.

И спустя некоторое время мы подплыли к небольшому белому домику, построенному в уже ставшей привычной стилистике “скелета”. Увидев постройку ближе, я поняла, что это все тот же перламутр, но тут имелись и проемы, заделанные чем-то прозрачным, похожим на стекло. Но, честно, искренне сомневаюсь, что под водой может быть стекло. Может, пузырь какой?

Пока я разглядывала окна, Сид подошел к перламутровой двери, на которой висела табличка: “Убедительно просим вас убрать хвост”. Чего? Это что-то из разряда: “Просим надевать бахилы” или “В верхней одежде нельзя”?

— А-а, да, он терпеть не может, когда кто-то вползает в кабинет. — пояснил Сид, видимо, заметив мою реакцию на эту табличку.

— А ты тогда как пойдешь? — спросила я, поглядывая на его восемь щупалец.

— А вот так!

Осьминог вытянулся на щупальцах, согнув их концы по типу ступней, и зашагал на восьми ногах, даже сгибая “колени”.

Сид нажал какую-то кнопку сбоку от двери, и та уехала в стену. И когда мы зашли вовнутрь, дверь тут же закрылась, оставляя нас в маленьком замкнутом помещении. Воздух загудел, вода забурлила, и ее уровень начал заметно опускаться, пока вода не исчезла полностью.

Вот это да! Это же самый настоящий шлюз.

На противоположной стороне от входа открылась другая дверь, в которую вошел Сид вальяжной походкой, активно “виляя” своей головой. Была бы попа, точно вилял бы ею. А я осталась лежать на полу шлюза, грустно поглядывая на свой хвост.

— Ну и чего ты замерла-то? Хвост прячь! Секретарь тебя не пропустит в таком виде. — обернувшись в мою сторону, произнес осьминог и ткнул одним щупальцем в меня, прилипшую к полу.

— Я не знаю как… — осторожно подняла на него глаза, боясь, что его смутит мое незнание, и он заподозрит, что я вовсе не русалка и действительно вторглась на их территорию.

Сид тем самым щупальцем, что тыкал в меня, хлопнул себя по лбу, а затем прошелся им по лицу сверху вниз, оттягивая свои глаза, и сказал:

— Бедная моя умная голова! Будто в няньки нанялся! — застонал он писклявым голосом, — Так, рыбка, соберись! Ты должна знать, как это делать! Заметь, у меня хвоста не имеется, я помочь не могу!