Фальшивая няня для генерала

— Что здесь за толпа?! — произнёс властный голос Олэнтора из дверей. — Луиза, что происходит?!

Я осторожно повернулась с ребёнком на руках. Губы генерала были плотно сжаты, а в глазах клубилась яростная тьма.=

29

— Вы хотели сбежать, Луиза?! — грозно прогрохотал Олэнтор, бросив взгляд на собранную сумку и бульдога на руках у Джеральда. — Сбежать с моими детьми?!!

Из глаз генерала летели искры.

— Нет! — ответила я твёрдо, хотя нутро трепетало от страха. — Я не собиралась убегать!

— Хорошо, — кивнул Олэнтор, обведя меня строгим взглядом. — Что с Кэти?

Мужчина стремительно подошёл и забрал у меня девочку.

— Вы свободны! — приказал он моей маме и Джеральду. — Мальчик, чтобы ноги твоей здесь больше не было! Не беспокой Луизу, это приказ! И никаких переговоров по артефакту, а то изыму, — сказал генерал уже мне.

Мама расширила глаза, изумлённая от “изысканных” выражений генерала. Сквайр побагровел и сжал кулаки. И понятно, почему! Ведь он был одним из лучших молодых магов, входящий в личную гвардию короля Валлирии! Называть Джеральда мальчиком было просто оскорбительно!

Олэнтор сел на кровать, держа Кэти на руках, осторожно убрал прилипшие волосики с её лица и погладил по щёчке. Кэти устало вздохнула, закрыла глаза и доверительно прижалась к груди отца.

Мама и Джеральд всё ещё стояли, с негодованием глядя на генерала и на меня. Я должна была за них заступиться.

— Что вы делаете, генерал?! — прошипела я. — Если будете запрещать мне видеться с семьей или будете их обижать, я уволюсь!

Олэнтор стрельнул в меня яростным взглядом, крылья носа дрогнули, словно ему нанесено серьёзное оскорбление.

— Вы уволитесь только тогда, когда я вам разрешу — не раньше! — прорычал генерал.

Да Олэнтор просто бешеный! Как с цепи сорвался!

— Доложите, что произошло с ребёнком, Луиза!

Сердце бешено заколотилось, я поглядела на маму и Джеральда.

— У Кэти… — начала я.

— С Кэти ничего страшного! — прервала меня мама. — Просто девочка устала, и мы отнесли её в кроватку.

Зачём она лжёт?!

Я вытаращила глаза на маму и покрутила головой. Нет, так нельзя! Генерал должен знать правду о дочери!

— Кэти устала, заснула, а потом нагрянули вы и разбудили своим грохотом, — договорила мама.

Генерал обвёл всех нас взглядом и приказал:

— Всем вон. Кроме вас, Луиза.

Мама и Джеральд вышли, и генерал шумно втянул воздух, уставившись на меня. По позвоночнику сбежала капелька холодного пота, пальцы похолодели и задрожали, но я не решалась заговорить первой.

А он всё смотрел и смотрел на меня в тишине, прижимая к себе дремлющего ребёнка.

Ну, что, генерал, скажите уже, что я разоблачена! А то сердце удар хватит от ожидания приговора! Не заставляйте меня трястись от страха!

— Вы говорили с Альбертом, генерал? — произнесла я наконец, стараясь говорить твёрдо.

— Говорил, — ответил Олэнтор строго. — Вы это хотели обсудить со мной?

Не играйте со мной, Олэнтор. Что вы делаете? Хотите прощупать меня и надавить, чтобы я сама всё выложила? Но ведь я не знаю наверняка, что вы знаете обо мне, а чего нет.

Мне нельзя быть дурой, нельзя сознаваться первой!

Я пожала плечами и закусила губу. Я вся дрожала от напряжения, даже колени тряслись.

— О чём вы хотели поговорить со мной, когда просили приехать, Луиза? — настаивал на ответе генерал. — Что вы сделали такое, за что просите не лишать вас свободы?

Мурашки промаршировали по спине, я обхватила себя руками, чтобы скрыть дрожь. Амулеты на талии раскалились. Возможно, защитный пояс сейчас не выдерживает ментального воздействия тёмного мага, и генерал чувствует мой страх?

Пора признаться и положить конец опасной игре. Будь, что будет. Я устала. Я не железная!

Я рвано вздохнула и приготовилась к чистосердечному признанию…

— Альберт сказал, что вы потеряли детей в саду, — сказал Олэнтор. — Это правда?

— На минутку упустила из вида. Да.

Олэнтор погладил Кэти по голове и поцеловал в лобик.

— Больше не теряйте! — хрипло ответил он.

— Это всё, что сказал Альберт? — сглотнула я.

— А что ещё он должен был сказать? — шепчущим, опасным голосом пророкотал Олэнтор.

Я помотала головой. Кажется, признание делать рановато!

— Лучше следите за детьми, Луиза! — прорычал генерал. — Я плачу вам большие деньги, вы должны находится с детьми круглосуточно! Должны заботиться об их здоровье и безопасности! Вы поняли меня?

— Да, генерал.

— Скажите мне, что случилось с Кэти?

— С ней всё в порядке, — ответила я.

Если расскажу про источник, то признаю, что обладаю магией. Пока нельзя признаваться.

— Вы уверены? — Олэнтор посмотрел на меня пробирающей до костей тьмой.

— Клянусь своей жизнью, что девочка в порядке, — кивнула я.

И это так. После принятия магии Кэти, я связана с ней. Я чувствую её источник, как свой собственный. Я её маг-наставник и буду защищать её, пока генерал не найдёт другого.

Олэнтор поднялся и осторожно передал мне спящую малышку. Наши ладони встретились, и я снова вздрогнула. Его горячее прикосновение подарило ощущение покровительства, которого мне очень не хватало.

— Я схожу за своим мэтром, он осмотрит Кэти. И вызову детского лекаря. Нельзя ничего упускать!

— Я всё-таки должна признаться вам, — сказала я, двинувшись к кровати с ребёнком на руках. — Я чувствую, что у Кэти скоро раскроется магический источник, а знаю я это, потому что обладаю редкой силой восприимчивости к чужой магии.

Я положила Кэти и обернулась к Олэнтору, чтобы принять своё наказание, но его уже не было в спальне.

Проклятье! Ну, и кому я сейчас сделала признание?

Я прождала мэтра несколько минут, сидя у постели Кэти, а потом услышала шум на улице и выглянула в окно. Олэнтор с Джеральдом стояли возле генеральского экипажа с шестёркой чёрных лошадей. Генерал что-то разъяснял сквайру с очень строгим выражением, словно офицер отчитывает солдата, нарушившему устав.

Джеральд слушал с поникшей головой, иногда кивал, а иногда осмеливался спорить. Мне сделалось страшно за моего сквайра, потому что генерал не из тех, кому стоит перечить. Наконец, Джеральд вытянулся по струнке, поклонился Олэнтору и двинулся к чёрному экипажу. В это же время к парадному крыльцу подкатил другой экипаж: белый, лакированный с отличительными знаками Тира — короля Ирсланда и Валлирии.

Грудь словно пронзило копьём. Дыхание перехватило. Неужели сам король Тир пожаловал? Меньше всего я хотела увидеться с мужчиной, за которого меня насильно хотели выдать замуж!

Джеральд застыл, глядя на подъехавшую белоснежную карету, а Олэнтор устало потёр виски под фуражкой.

Королевский экипаж остановился возле генерала, и лакей открыл дверцу, подавая руку своему господину.

30

Вопреки ожиданиям, из экипажа вышел не Тир, а молодая женщина — высокая, черноволосая, в роскошном синем платье, которое подчёркивало фигуру. Шикарную фигуру.

Я узнала её. Это была Элена — принцесса Ирсланда, сестра-близнец короля. Говорят, она убила своего мужа, старого герцога, через неделю после свадьбы и теперь живёт, как свободная женщина.

Джеральд открыл рот, глазея на Её Высочество. Олэнтор расправил плечи, подошёл к принцессе с непроницаемым лицом и поцеловал кисть.

Моё сердце пронзила колющая боль, когда я увидела столь интимный жест. Элена смотрела на Олэнтора гордо, будто свысока. Генерал выпрямился, одёрнул мундир, и они оба застыли, глядя друг на друга.

Общее внимание привлёк чёрный экипаж с шестёркой лошадей, который двинулся к воротам особняка. Наблюдая за принцессой Эленой, я позабыла о Джеральде. Куда он поехал? Почему на экипаже генерала?

Хоть бы со сквайром ничего не случилось!

Генерал молчаливым жестом предложил Элене войти в дом. Она двинулась вперёд, а он — следом, заложив руки за спину. Хмурый, как ночь.

Принцесса подняла взгляд, осматривая фасад особняка, и увидела в окне меня. Её глаза сделались обжигающе ледяными, хищными. Я бросилась от окна со скоростью кошки, прижалась спиной к стене и глубоко вздохнула. Нет, она не может меня узнать, мы никогда лично не встречались. А на тех портретах, которые она могла видеть, я изображена юной утончённой леди в пышных платьях и дорогих украшениях.

Какая неприятная женщина эта Элена! Хотя и красивая.

В дверь постучали, и я поспешила открыть. Это оказался мэтр Батлер. Он подошёл к кровати, где отдыхала Кэти и стал осматривать девочку. Дверь осталась открытой, и я услышала голоса вошедших в дом генерала и его гостьи.

— Кто был этот парень, с которым ты говорил во дворе? — хмыкнула Элена.

Я выглянула на лестницу, не терпелось узнать, зачем приехала принцесса и рассмотреть её получше.

Элена говорила на языке Ирсланда, но я хорошо понимала — учила его в академии три года.

— Ну, кто этот парень, Дерек? — повторила Элиза. — Не молчи! Или, ха-ха, ты что, ревнуешь?

— Родственник моей няни, — ответил генерал, проходя в центр гостинной.

Навстречу генералу подбежала Булочка, облизала хозяину руку и пошла приветствовать гостью.

— Уйди от меня! Уйди! — отмахнулась принцесса. — Убирайся.

— Булочка, иди ко мне, — низко пророкотал Олэнтор. — Не подходи к леди Элене, а то отравишься.

— Очень смешно, Дерек! — Элена отряхнула руки, будто в чём-то запачкалась и кивнула на ковёр, где под присмотром моей мамы и госпожи Рут играла Мэри.

— А-а-а, вот и то, что обсуждает весь свет. Твои бастарды!

— Это Мэри, познакомься, Элена, — сухо произнёс генерал, указав на девочку.

— А второго ребёнка ты уже куда-то пристроил? Слышала, вроде тебе двойню подкинули.

— Я не собираюсь никого никуда пристраивать. Кэти спит наверху, плохо себя чувствует.

Олэнтор кивнул на лестницу, и я отпрыгнула к стене, затаив дыхание.

— Так они правда твои? Кто их мать? Все только об этом и говорят.

— Мои, Элена.

— Почему-то я думала, у тебя первый будет сын. А тебе принесли двух девок, — усмехнулась Элена. — И каково тебе почувствовать себя отцом?

— Я в полном восторге, — язвительно ответил Олэнтор.

— Да, я знаю, ты же никогда не хотел детей.

Принцесса продолжала говорить на языке Ирсланда, полагая, что никто из служащего персонала в особняке её не понимает.

— Ты поболтать приехала? — строго ответил генерал тоже на ирсландском. — Хоть бы предупредила, я бы грязные пелёнки прибрал.

— Я приехала по важному делу, в котором только ты сможешь помочь, Дерек, — ответила Элена, мгновенно став серьёзной.

Принцесса сцепила пальцы замком, взгляд её заговорщицки заблестел, а на губах промелькнула хищная улыбка.

— Я весь во внимании, — генерал положил ладонь на спинку стула.

— Ты должен помешать моей свадьбе! — выпалила она.

31

— Поговорим в кабинете, — произнёс генерал, указав жестом на лестницу, ведущую на второй этаж.