Помоги проекту - поделись книгой:
Мифы и легенды
Боги и герои Древней Греции
© Насл. Петникова Г. Н., 2012
© Состав. «Стрекоза», 2012
© «Стрекоза», 2012
Боги и герои
Прометей
В далекие первобытные времена, по сказаниям древних эллинов, из хаоса возникла богиня Земля — Ге́я, и миром правил в то время ее сын, бог Неба — Ура́н. Но был он свергнут могучими, дикими титанами, детьми Геи и Урана, и после долгой борьбы власть над миром захватил один из титанов — Кро́нос, что значит «Свершитель». По предсказаниям его родителей, ему предстояло быть тоже низвергнутым. Когда жена Кроноса Рея родила ему младшего сына Зевса, он решил его проглотить, как и остальных своих детей — Посейдо́на, Аи́да, Ге́стию, Деме́тру и Ге́ру, хранимых им в своем желудке, но хитроумная мать решила спасти своего сына, и подала она Кроносу вместо Зевса завернутый в пеленки камень, похожий на ребенка, и Кронос его проглотил.
А маленький Зевс был тайно от отца унесен на остров Крит, в Идайскую пещеру, и был там заботливо воспитан добрыми нимфами, которые ухаживали за ним, кормили его медом и молоком козы Амалфеи.
Когда Зевс вырос и возмужал, он решил восстать против власти своего отца, и, соединясь для этого со своими сестрами и братьями, спасенными благодаря волшебному напитку, принесенному Рее дочерью Океана, он отнял у старого Кроноса власть над миром, поселился вместе с братьями и сестрами в жилище богов на вершине горы Олимп и отдал своему брату Посейдону владычество над морем, Аиду — власть над подземным царством, а сам стал править небом и землею.
Титаны были этим недовольны, они восстали против Зевса, и началась длительная, жестокая десятилетняя война против нового властителя — война сыновей Урана с сыновьями Кроноса, называемая войной титанов.
Тогда один из титанов, Прометей, стал советовать титанам покориться Зевсу, далеко превосходящему их мудростью, но дикие титаны, полагаясь на свою силу, отвергли совет Прометея и вступили в борьбу против Зевса. Прометей вместе со своей матерью Фемидой перешел на сторону Зевса, зная, что победа будет на той стороне, где вместе с силой будет и мудрость.
После долгой, упорной борьбы Зевс, благодаря Прометею и помощи сторуких гекатонхейров, одержал победу над дикими титанами и низверг их в глубины Земли, в мрачный подземный Та́ртар.
Но их мать-Земля — Гея — была этим недовольна, она восстановила против Зевса своих детей — великанов-гигантов, и они стали громоздить горы на горы, скалы на скалы, угрожая добраться до самого неба. Напрасно Зевс поражал их своей молнией с вершины Олимпа, только при помощи героя Геракла они были сброшены в бездну и завалены камнями.
Расправившись с враждебными ему дикими титанами и гигантами, новый властитель земли и неба Зевс-громовержец отстранил от себя даже тех титанов, что помогали ему в борьбе. И был удален Океан на самый край Земли. Ненавидел Зевс также и Прометея, как последнего из рода титанов, несмотря на то что Прометей помогал ему. И должны были погибнуть все люди, жившие во времена Кроноса, и уступить место новому поколению людей.
Узнав об этом, титан Прометей спустился однажды на землю к людям. А были они тогда еще слабые и жалкие, без мыслей и надежды. Имея глаза, они не умели разобраться в том, что видели, слушая, ничего не слышали, и жили они на земле, не понимая того, что происходило вокруг; не умели строить жилища, обтесывать камень, обжигать глину и делать из нее утварь. Как муравьи, жили они в глубоких и темных пещерах, не зная, когда наступает зима и лето.
Но благородный Прометей любил людей горячей любовью, и решил он им помочь. Отправился Прометей на остров Ле́мнос, на огнедышащую гору Мосихл, где находилась кузница хромоногого бога огня, его друга Гефе́ста. Взял Прометей из горна искру божественного огня, и принес ее в тлеющей тростинке, и дал ее людям. Показал им, как надо строить жилища, научил их считать, уяснил им восход и заход солнца и небесных светил, научил их писать, дал им память; обучил, как надо впрягать в ярмо диких быков, строить лодки и переплывать в них моря и реки, объяснил, как надо ставить парус, чтобы было легче плавать.
По совету Прометея научились люди находить в недрах земли и добывать железные руды, серебро и золото. Он научил их приготовлять лекарства, делать целебные мази, от которых проходили болезни. Научил Прометей людей понимать гармонию звуков, разуметь полет птиц; освободил он людей от мучительного страха смерти и вселил в них слепую надежду, чтобы они забыли думать о смерти.
Научились люди искусствам и из дикого состояния перешли к более радостной, счастливой жизни.
Смотрели боги на новых обитателей земли с любопытством и стали им иногда помогать, но за это потребовали от них, чтобы они поклонялись им и приносили жертвы, убивая людей и животных, и воздавали им всяческие почести.
Зевс разгневался на Прометея за то, что он дал людям огонь.
Однажды, желая определить права и обязанности людей, боги созвали совет, на котором должны были присутствовать и простые смертные — люди. Явился туда и титан Прометей, опасаясь, что боги возложат на людей слишком много тяжелого труда, научат их войнам и дадут им в жизни слишком мало радостей. Весь свой ум и всю свою хитрость употребил осторожный Прометей для того, чтобы оградить людей от посягательств богов.
Вот собрались в город Микены боги и люди на совет; и был представителем людей титан Прометей. Он задумал перехитрить Зевса, самого могучего и умного из богов. Убил Прометей большого быка, разрубил его на части и предложил Зевсу выбрать ту из его частей, какую он пожелает, а части убитого быка были сложены им в две равные кучи. В одной поместил он куски мяса и покрытые жиром внутренности и прикрыл их бычьей шкурой, а в другую кучу он сложил одни только кости, положил сверху желудок и все накрыл белым блестящим жиром. Но Зевс понял обман и молвил, смеясь, Прометею:
— Сын Иапе́та и верный мой друг, как ты, однако, неравно распределяешь части!
— Зевс! — ответил ему Прометей. — А ты выбери себе ту часть, какая тебе больше понравится.
Разгневанный Зевс выбрал нарочно худшую часть, чтоб иметь случай причинить зло людям и заодно отомстить Прометею, которого он не любил. Снял Зевс блестящий жир и увидел одни только кости, и, разгневанный, крикнул он Прометею:
— Сын Иапета, я вижу, что ты обманывать не разучился!
И в наказанье за это отнял Зевс у людей огонь, но Прометей хитростью снова похитил его с вершины Олимпа и принес его людям в тростинке в виде тлеющей искры. Увидал Зевс у людей лучезарный огонь и разгневался пуще прежнего; оставил он людям огонь, но придумал страшную кару для людей и защитника их Прометея.
По повелению Зевса вылепил искусный Гефест из глины и воды прекрасную деву, подобную людям. Наделила ее Афроди́та красотой, а Гермес дал ей дар хитроумного слова. Назвали ее Пандо́рой, что значит «Всем одаренная». Вручил ей Зевс золотой сосуд, наполненный всяческими несчастьями и болезнями, и послал ее на землю к людям.
Спустилась Пандора на землю и пришла в дом юного Эпимете́я, и он женился на ней. Часто предостерегал Прометей своего младшего брата Эпиметея, чтоб не принимал от коварных богов никаких подарков, но он забыл об этом совете и принял роковой дар. Увидев золотой блестящий сосуд, Эпиметей попросил Пандору позволить ему открыть его, она разрешила, — и разные болезни и беды распространились тогда по всей земле между людьми. И только одна Надежда, согревающая людские сердца в час печали, осталась на дне золотого сосуда, но Пандора по воле Зевса быстро закрыла его, не дав вылететь ей на землю. С той поры бесчисленные бедствия, болезни, несчастья наполнили землю. Не дал им Зевс голоса, и они безмолвно и тихо подступают ночью и днем к человеку.
С глубокой печалью смотрел Прометей на людские несчастья, и его гордое, непокорное сердце замышляло новые планы отмщенья богам.
Тогда повелел Зевс схватить непокорного Прометея и отвести на самый край земли. По воле Зевса Гефест должен был приковать его крепкими цепями к вершине кавказской скалы. Взялся Гефест за это дело с большой неохотой: ведь с давних пор он дружил с Прометеем. Исполненный сострадания Гефест вынужден был сковать своего друга и вбить ему в грудь алмазный клин. Насмехаться стали над смелым титаном грубые спутники Гефеста, укоряя титана за преступную гордость, но Прометей гордо и упрямо молчал. Затем, одинокий, он начал громко стонать от боли и скорбеть о том, что терпит мучения за доброе дело. Пришла к нему его мать Фемида с советом смириться перед могучим Зевсом, но гордый титан отверг ее предложение. Прилетели к нему прекрасные океаниды, уговаривали его уступить Зевсу. Пришел и сам Океан увещевать Прометея, чтоб он покорился Зевсу, но Прометей остался непоколебим.
Пришла к нему наконец несчастная царевна Ио́, обращенная Герой в корову, терзаемую оводом, не находящая себе нигде покоя. Прометей указал ей путь к освобождению. Прометей знал, что явится однажды мужественный герой Геракл, который освободит его от мучений, и тогда Зевс захочет сам с ним примириться. Знал он, что Зевсу грозит та же самая участь, что постигла его отца Кроноса, если Зевс заключит брак, о котором он помышляет.
Обо всем этом знает лишь один Прометей, но никакие пытки не заставят Прометея открыть эту тайну Зевсу. Один только Прометей знает, что у Зевса может родиться некогда сын, который будет сильнее отца, лишит его власти над миром и свергнет с Олимпа.
Услышал Зевс угрозы смелого титана и, решив ему отомстить, наслал на него новую казнь. Медленно спустился с неба огромный орел громовержца Зевса к скале Прометея и стал разрывать когтями его тело, клевать печень.
Долгие годы прикованный цепями Прометей томился у скал Кавказа, и клевал ему печень орел, но сердце его было непоколебимо. Каждый третий день спускался к нему медленно с неба огромный орел и вонзал когти в его печень, но она отрастала снова. И текла кровь из ран Прометея долгие века и каплями падала на каменистую пустынную землю; и громкие стоны титана неслись над землей. Являлись к Прометею титаны, примирившиеся за это время с Зевсом, и советовали ему покориться. Приходила мать Прометея Фемида и открыла ему, что скоро Зевс станет просить у него совета и примирения.
И Зевс, зная о грозящей ему опасности, решил наконец помириться с Прометеем. Пришел тогда к кавказской скале великий герой Геракл и убил меткой стрелой орла, клевавшего печень титана, разбил цепи, которыми был прикован к скале Прометей.
И был Прометей освобожден, и радовались олимпийцы примирению с благородным могучим титаном.
Персей
Однажды царю А́ргоса Акри́сию было предсказано, что у его дочери Дана́и родится сын, от руки которого ему суждено погибнуть. Чтобы избежать исполнения предсказания, запер тогда царь Акрисий свою дочь в медно-каменное подземелье, но Зевс полюбил Данаю, проник туда в образе золотого дождя, и родился после того у Данаи сын Персе́й.
Услыхав крик ребенка, царь велел вывести оттуда Данаю и ее младенца, заключить их обоих в бочку и бросить в море. Долго носили Данаю с ребенком бушующие волны, но ее оберегал Зевс. Наконец она была выброшена на берег острова Сериф. В это время рыбак, по имени Диктис, ловил на морском берегу рыбу. Он заметил бочку и вытащил ее на берег. Освободив Данаю и ее маленького сына из бочки, он привел их к своему брату, царю острова Полиде́кту. Тот принял их радушно, оставил жить в своем царском доме и стал воспитывать Персея. Персей вырос и сделался красивым юношей. Когда Полидект решил жениться на Данае, то Персей всячески препятствовал этому браку. За это невзлюбил его царь Полидект и решил от него избавиться. Он поручил Персею совершить опасный подвиг — отправиться в дальнюю страну и отрубить там голову ужасной Медузе, одной из трех страшных чудовищ, называемых Горгонами. Было их три, и звали одну из них Сфено, другую — Эвриала, а третью Медуза, и только эта из трех была смертна. Эти крылатые змееволосые девы обитали на крайнем Западе, в области Ночи и Смерти.
Был у них такой страшный вид и такой жуткий взгляд, что всякий, кто видел их, от одного их взгляда обращался в камень.
Царь Полидект надеялся, что если юный Персей встретит в той далекой стране Медузу, то никогда не вернется назад.
Вот отправился смелый Персей в путь на поиски этих чудовищ и после долгих странствий пришел наконец в область Ночи и Смерти, где царствовал отец страшных горгон, по имени Форкис. Встретил Персей на пути к горгонам трех старух, которых звали граями. Они родились с седыми волосами, у всех трех был единственный глаз и один только зуб, которыми они делились поочередно. Эти граи стерегли сестер горгон. А по пути к ним жили добрые нимфы. Пришел к нимфам Персей, и они дали ему крылатые сандалии, которые могли легко поддерживать его в воздухе. Они подарили ему, кроме того, мешок и шлем Аида, сшитый из собачьей шкуры, делающий человека невидимкой. Вручил ему хитроумный Гермес свой меч, а Афина — металлический, гладкий, как зеркало, щит. Вооруженный ими, взлетел Персей на своих крылатых сандалиях, перелетел через океан и явился к сестрам горгонам. Когда он приблизился к ним, страшные сестры в это время спали; и отрубил Персей своим острым мечом голову Медузе и бросил ее в мешок, подаренный ему нимфами. Персей все это сделал, не глядя на Медузу, — он знал, что ее взор мог обратить его в камень, и держал перед собой зеркально-гладкий щит. Но только успел Персей отрубить голову Медузе, как тотчас возник из ее туловища крылатый конь Пегас и вырос великан Хрисаор.
Проснулись в это время сестры Медузы. Но Персей надел свой шлем-невидимку и в крылатых сандалиях полетел в обратный путь, и не могли нагнать его страшные сестры горгоны.
Ветер поднял его высоко в воздух, и, когда он пролетал над песчаной Ливийской пустыней, упали на землю капли крови Медузы и выросли из ее крови ядовитые змеи, которых так много водится в Ливии.
Поднялись могучие ветры и стали носить Персея по воздуху в разные стороны; но к вечеру ему удалось достигнуть крайнего Запада, и юный Персей попал в царство исполина Атланта. Опасаясь лететь ночью, Персей опустился на землю.
А был исполин Атлант богатым царем той страны, и владел он многими стадами и огромными садами; в одном из них росло дерево с золотыми ветвями, и листья и плоды были тоже все золотые.
Было Атланту предсказано, что явится однажды сын Зевса и сорвет с дерева золотые плоды. Тогда высокой стеной окружил свой сад Атлант и поручил юным гесперидам и страшному дракону охранять золотые яблоки и не подпускать к ним никого.
Явился Персей к Атланту и, назвавшись Зевсовым сыном, стал просить, чтобы он принял его у себя. Но вспомнил Атлант древнее предсказание и отказал в приюте Персею и хотел его прогнать. Тогда достал Персей из мешка голову Медузы и показал ее Атланту. Не устоял исполин перед страшной силой Медузы и от ужаса окаменел. Стала его голова вершиной горы, а плечи и руки ее отрогами, обратились его борода и волосы в дремучие леса. Поднялась остроконечная гора, разрослась до огромных размеров. Она достигла самого неба, и оно легло со всеми своими звездами на плечи Атланту, и вот с той поры держит исполин эту тяжелую ношу.
Так отомстив Атланту, на другое утро поднялся Персей снова на своих крылатых сандалиях в воздух, и долго летел он, пока наконец не прибыл к берегам Эфиопии, где царствовал Кефе́й.
Увидел Персей на пустынном берегу юную прекрасную Андроме́ду, прикованную к скале. Она должна была искупить вину своей матери Кассиопеи, которая однажды, хвалясь своей красотой перед нимфами, сказала, что она всех прекрасней. Разгневавшись, нимфы пожаловались Посейдону и просили ее наказать. И наслал Посейдон на Эфиопию потоп и страшное морское чудовище, поглощавшее людей и скот. Оракул предсказал, что Кефей должен отдать свою дочь Андромеду этому страшному чудовищу на съедение; и вот ее приковали к морской скале.
Увидал Персей прикованную к скале прекрасную Андромеду. Она стояла неподвижная, и не шевелил ветер ее волос, и если бы не было у нее на глазах слез, то можно было бы принять ее за мраморное изваяние.
Взглянул на нее изумленный Персей, спустился к ней, стал расспрашивать плачущую девушку, как ее зовут, откуда она родом и за что прикована к пустынной скале. Не сразу, но рассказала наконец девушка Персею, кто она и за что прикована цепями к этой скале.
Вдруг зашумели морские волны и выплыло из глубины моря чудовище. Разинув свою страшную пасть, оно кинулось к Андромеде. Вскрикнула в ужасе девушка, на крик ее прибежали царь Кефей и Кассиопея, но не могли они спасти свою дочь и стали горько ее оплакивать. Тогда Персей крикнул им с высоты:
— Я — Персей, сын Данаи и Зевса, отрубивший голову страшной Медузе. Обещайте мне отдать вашу дочь в жены, если я ее спасу.
Кефей и Кассиопея согласились на это и обещали ему отдать не только дочь, но и все свое царство в придачу.
Подплыло в это время чудовище, рассекая волны, точно корабль, ближе и ближе, и вот оно почти уже у самой скалы. Поднялся тогда юный Персей высоко в воздух, держа в руке свой блестящий щит. Увидало чудовище отражение Персея в воде и в ярости бросилось на него. Как орел, который набрасывается на змею, так налетел Персей на чудовище и вонзил глубоко в него острый свой меч. Высоко взлетело на воздух раненое чудовище, затем кинулось вниз на Персея, как дикий вепрь, преследуемый собаками. Но юноша в своих крылатых сандалиях увернулся от чудовища и стал наносить ему мечом удар за ударом, и вот хлынула черная кровь из пасти чудовища. Во время боя намокли крылья Персея, с трудом долетел он до берега и, заметив поднимающуюся из моря скалу, спасся на ней. Держась левой рукой за камень, он правой нанес чудовищу еще несколько ран, и чудовище, истекая кровью, опустилось на дно морское.
Бросился юноша к Андромеде и освободил ее от цепей.
Обрадованные Кефей и Кассиопея радостно встретили юного героя и повели невесту и жениха в свой дом. Вскоре устроен был свадебный пир, и были на свадьбе у них Эро́т и Гиме́ней с факелами в руках, играли на флейтах и лирах, пели веселые песни; слушали свадебные гости рассказ о подвигах героя Персея.
Но вдруг в дом Кефея явилась толпа во главе с братом царя Фине́ем, который сватался прежде за Андромеду, но во время беды покинул ее.
И вот Финей потребовал отдать ему Андромеду. Он поднял копье на Персея, но Кефей заслонил его. Тогда разъяренный Финей изо всех сил бросил копье в юношу, но не попал. Персей схватил это же самое копье, и если бы Финей не спрятался за жертвенником, оно пронзило бы ему грудь, но копье попало в одного из воинов Финея, который замертво упал наземь. И началась тогда на веселом пиру кровавая битва. Как лев, сражался Персей против многочисленных врагов; юного героя окружила большая толпа врагов во главе с Финеем. Прислонившись к высокой колонне, он с трудом отбивался от нападающих на него воинов, но наконец увидел, что не победить ему превосходящих силой врагов. Тогда он достал из мешка голову Медузы, и один за другим при виде ее обратились в камень враги. Вот уже последний воин стоит, точно каменное изваяние с поднятым в руке копьем. В ужасе увидел Финей, что воины его окаменели. Он узнал их в каменных изваяниях, стал звать их и, не веря своим глазам, дотрагиваться до каждого из них — но под рукой у него лишь холодный камень.
В ужасе протянул Финей руки к Персею и попросил его пощадить. Смеясь, ответил ему Персей: «Тебя не коснется мое копье, но я поставлю тебя каменным памятником в доме моего тестя». И он поднял над Финеем голову страшной Медузы. Глянул на нее Финей и тотчас обратился в каменное изваяние, выражающее трусость и унижение.
Персей женился на прекрасной Андромеде и отправился с молодой женой на остров Сериф, там он спас свою мать, обратив в камень царя Полидекта, который принуждал ее к замужеству, и отдал Персей власть над островом другу своему Диктису. Возвратил Персей крылатые сандалии Гермесу, а шлем-невидимку Аиду; голову же Медузы получила в дар Афина Паллада и прикрепила ее к своему щиту.
Потом отправился Персей с юной женой Андромедой и матерью в Аргос, а затем в город Ларису, где принял участие в играх и состязаниях. На этих играх присутствовал и дед Персея, переселившийся в страну пеласгов. Здесь и исполнилось наконец предсказание оракула.
Бросая диск, Персей случайно попал им в своего деда и нанес ему смертельную рану. В глубокой скорби узнал Персей, кто был этот старик, и похоронил его с великими почестями. Потом он отдал власть над Аргосом своему родственнику Мегапенту, а сам стал править Тири́нфом.
Долгие годы прожил Персей счастливо с Андромедой, и она родила ему прекрасных сыновей.
Фаэтон
Фаэто́н, что значит «Блистательный», был красивым юношей, сыном бога Солнца — Ге́лиоса — и океаниды Климе́ны.
Однажды, гордясь своим происхождением от бога Солнца, Фаэтон стал спорить со своим ровесником Эпафом, таким же гордецом, как и он, сыном Зевса, и стал похваляться своей силой. Но Эпаф поднял его на смех, сомневаясь в его божественном происхождении. Тогда разгневанный Фаэтон поспешил к своей матери Климене и стал жаловаться на обиду.
— Люди не верят мне, что я сын лучезарного Гелиоса. Дай мне верный знак доказательства, что он и вправду мой отец.
Подняла к небу руки Климена и, глянув на яркое солнце, сказала:
— Пусть эти всевидящие лучи докажут, что ты сын Гелиоса. Если я лгу, пусть глаза мои видят в последний раз свет солнца! Близко от нашей земли находится дом твоего отца. Если хочешь, ступай к нему и сам узнаешь тогда о своем происхождении.
Обрадованный Фаэтон отправился тотчас туда, где восходит солнце.
Там на высоких горах стоял дворец бога солнца, окруженный высокими колоннами, и весь он сиял пламенем, золотом и блестящими самоцветными камнями. Крыша дворца была из слоновой кости, а ворота его из чистого серебра. Они были украшены прекрасной резьбой, которую выполнил искусный мастер Гефест, изобразив землю, море и небо.
В море видны были разные боги морские, а на земле — люди и города, леса, населенные зверями, реки и нимфы; стояли на небе блестящие звезды — шесть созвездий на правой части ворот и шесть созвездий на левой.
По черной крутой тропе поднялся туда юноша Фаэтон и вошел через ворота во дворец своего отца Гелиоса. Юноша был не в силах вынести яркого солнечного света, он стал в отдалении и увидел впервые бога солнца.
Гелиос сидел на украшенном изумрудами троне в пурпурной одежде, по обеим его сторонам стояли День и Месяц, Год и Столетие, а веселые оры окружали его. Поодаль стояли увенчанная цветами Весна и обнаженное Лето — в венке из спелых колосьев, держа в руке сноп, и вся обрызганная виноградным соком Осень, а рядом с нею — ледяная Зима, с инеем на седых волосах.
Увидел Гелиос юношу, с удивлением смотревшего на все вокруг, и спросил:
— Зачем ты явился сюда, Фаэтон? Что ищешь ты, сын мой, в чертогах отца?
Ответил ему юноша:
— Мой светлый отец, люди не верят, что я — твой сын, и вот я пришел просить у тебя знак доказательства, что ты и вправду отец мне.
Снял тогда Гелиос с головы свой лучезарный ослепительный венец, подозвал к себе сына, обнял его и сказал:
— Ты — сын мой, и я никогда не отрекусь от тебя. Проси у меня чего хочешь, я исполню твое желание.
Обрадовался Фаэтон, услышав такие слова, и стал просить, чтоб отец позволил ему один день править крылатой солнечной колесницей.
Ужаснулся Гелиос, услыхав эту просьбу, покачал блистающей головой и молвил:
— Ты заставил меня вымолвить слишком отважное слово. Твое желание сопряжено с большой опасностью: ты ведь не в силах управлять огромной солнечной колесницей, только я один могу стоять твердо на оси огненной колесницы. Даже Зевс, владыка Олимпа, потрясающий молниями, и тот не в силах управлять ею. Дорога, по которой мчится моя колесница, сначала крута, ее едва могут одолеть ранним утром отдохнувшие за ночь кони. Среди неба она достигает страшных высот; я и то не без страха гляжу вниз на землю и море. А к вечеру колесница несется по покатой дороге к морю, и если б я не правил твердой рукой — ей не удержаться на небе. Да и небо со звездами тоже движется постоянно, и мне приходится править навстречу этому вечному круговороту. Сын мой, это будет тебе не по силам. Может быть, думаешь ты, что встретишь там цветущие рощи, храмы, города и богов? Нет! Там обитают страшные звери, там Бык угрожает своими рогами, Стрелец грозит натянутым луком, Лев — своей пастью, а Скорпион и огромный Рак — клешнями. Сын мой, откажись от своего желания, лучше придумай другое.
Напрасно увещевал Гелиос юного Фаэтона; но, поклявшись, он должен был выполнить его просьбу.
Вот он подвел его к высокой солнечной крылатой колеснице, которую сделал ему искусный мастер Гефест. Оси были у нее золотые, из серебра кованы спицы, на сбруе блистали хризолиты и другие самоцветные камни.
С удивлением глядел Фаэтон на прекрасную колесницу. И вот открыла на раннем рассвете утренняя заря Э́ос огненно-красные ворота востока. Померкли звезды, и последняя ушла с небесной стражи утренняя звезда. Слегка порозовели уже земля и небо, и тогда Гелиос приказал орам впрячь коней в колесницу. Оры проворно вывели огнедышащих, выкормленных амброзией коней из конюшни, надели на них звенящую сбрую.
Тем временем Гелиос намазал лицо сыну душистым маслом, чтоб яркое пламя солнца не обожгло его. С глубоким вздохом надел он ему на голову лучезарный венец, точно предчувствуя близкое горе.
— Сын мой, — сказал он ему, — не гони быстро коней, крепче держи поводья, кони и так бегут слишком быстро, и стоит большого труда сдерживать их во время бега. Дорога идет по кривой, а на юге она пересекает три пояса неба. Ты ясно сможешь увидеть следы от ее колеи. Держись по этим колеям, не спускайся ниже — не то зажжешь ты землю, не подымайся и слишком высоко, так как может загореться небо. Вот уж кончается ночь, просыпается золотая Эос. Возьми в руки поводья, но еще не поздно — послушай моего совета, дай мне самому править крылатой колесницей.
Но не послушался сын отца, быстро вскочил он на огненную колесницу. Заржали четыре крылатых коня, стали подковами бить в ворота, и вот открыла их наконец Эос — и расстелились перед ними просторы бескрайнего неба. Двинулись кони, пробивая путь сквозь плотный туман, и быстро понеслись вперед. Но слишком теперь оказалась легка для коней колесница, лишенная привычной для них ноши. Покачиваясь, неслась она по лазурному небу. Это заметили кони и свернули с торной дороги.
Юноша, не умея править конями, глянул вниз с высоты на землю и — ужаснулся. Закружилась у него голова, и желал бы он лучше не знать никогда о своем происхождении, не трогать коней Солнца; захотел он их окликнуть, но забыл их имена.
Увидел он по пути страшных небесных зверей, в страхе уронил вожжи, — и еще стремительней ринулись кони по небу. Свернув с колеи, они то поднимались высоко в эфир, то мчались почти над самой землей.
Дымом покрылись опаленные жаром облака, зажглись вершины гор, покрылась трещинами высохшая от зноя земля, пожелтела и высохла трава, запылали поля и деревья, загорелись склоны гор, покрытые дремучими лесами, и погибли в пламени целые города.
Среди пара и горячего пепла, во мраке, все дальше и дальше мчали кони огненную колесницу. Стала Эфиопия песчаной пустыней, и опалило солнце кожу эфиопов, и она сделалась навсегда черной. Высохли озера и реки, громко зарыдали от горя нимфы. И там, где было когда-то глубокое море — легла знойная песчаная пустыня, отступили назад берега морей.
Трижды пытался сам Посейдон поднять из волн руку, но томительный жар заставлял его снова погрузиться в глубины морские. В ужасе смотрел Фаэтон на горящую землю, а кони, никем не управляемые, мчались все дальше вперед. Поднялась тогда опаленная зноем богиня Земля и попросила Зевса прийти ей на помощь.
Поделиться книгой: