Помоги проекту - поделись книгой:
— Сходила уже. Сам лучше сбегай, братик.
— Н ну ладно…
— Кстати, заодно принеси лимонада из холодильника! — добавила Сугуха, стоило мне слезть на пол. — Лаймового!
— Да-да, — ухмыльнувшись, бросил я и вышел в коридор. Думал было первым делом сходить в туалет, но тут заметил слева от себя летящую пикси. — Э-э, Юи… Мне в туалет надо… - прошептал я.
Девочка недоуменно моргнула, затем опомнилась и торопливо объяснила:
— Ай, прости, папа! Просто я должна кое-что сказать лично тебе…
— Да? Что?
— Посмотри. — Юи открыла в воздухе голографическое окно.
В нём виднелись снятые в реальном времени графики колебаний моих температуры, давления и пульса. Аугма получала эту информацию от датчиков микроимплантата в моей груди.
Его мне посоветовали вживить — разумеется, в специализированной больнице, — когда я подрабатывал тестером STL в Научно-исследовательском институте океана, или, точнее, в «Рэс». Та работа уже осталась позади, и мне никто не мешал избавиться от имплантата, но я нашёл три причины его оставить.
Первая, конечно же, в том, что удалять имплантат больно. Вторая — в том, что он избавляет меня от необходимости надевать пульсометр, когда я езжу на велосипеде в спортивных целях. Наконец, третья — по какой-то причине Асуне очень нравится возможность в любой момент увидеть мои показатели. Пускай мне и было немного стыдно ходить с температурой и пульсом напоказ, я не мог сказать ей «всё, хватит». Поэтому я оставил имплантат в покое. Но зачем Юи понадобились показания датчиков?
— Это данные за прошлую ночь, начиная с двадцати двух часов восемнадцати минут и тридцати пяти секунд, — пояснила она в ответ на мой немой вопрос.
— С десяти вечера?.. — Я покрутил головой.
Наконец меня осенило — именно в это время мы с Арго тайно находились на собрании бывших игроков в ALO на арене амфитеатра в самом центре развалин Стиса. Поборов соблазн угощений, мы как раз собирались улизнуть, как вдруг Мутасина применила со сцены сильнейшее заклинание. Именно в двадцать два часа восемнадцать минут «Удавка» остановила моё дыхание.
Я застыл как вкопанный, а Юи показала на нижний из трёх графиков, который отражал моё сердцебиение.
— К сожалению, датчики в твоём имплантате не фиксируют вдохи и выдохи, поэтому я не могу сказать, действительно ли «Удавка проклятого» остановила твоё дыхание. Однако вот тут твой пульс резко подскочил.
— И правда. Но что тут удивительного? Пульс у меня заметно учащается даже во время битвы с монстрами, а уж от удушья, пусть даже виртуального, сердце тем более начнет колотиться как бешеное.
— Дело не в этом. — Юи замотала головой и серьёзно посмотрела на меня. — Предохранители амусферы срабатывают, если пульс в течение пяти секунд превышает пороговое значение. Это значение задаётся жёстко — двести двадцать минус возраст пользователя. В твоём случае это двести три, папа.
— А со следующей недели — двести два, — полушутливо вставил я.
~ Верно, — хладнокровно согласилась Юи и продолжила: — Теперь посмотри вот на это. В двадцать два часа восемнадцать минут и сорок одну секунду пульс подскочил до двухсот пяти ударов в минуту. Это значение продержалось четыре секунды, затем провалилось до ста девяноста пяти. В сорок восемь секунд оно поднялось до двухсот четырёх и через четыре секунды вновь опустилось. После этого оно держалось на ста девяноста с небольшим, пока в пятьдесят пять секунд не начало снижаться к нормальному уровню.
— Ага…
Юи правильно описала происходящее на графике. Мой пульс и правда дважды выходил за пороговое значение, но оба раза опускался меньше чем за пять секунд, поэтому меня не отключало. Высокие показатели, конечно, удивляли, но система безопасности вроде бы не сбоила.
— И что тут не так?
— В течение двадцати секунд твой пульс два раза поднимался до опасного уровня, но в обоих случаях возвращался в допустимую область спустя четыре секунды. Эти интервалы кажутся мне искусственными.
— Искусственными? А, ты считаешь, что пульс не случайно понижался, как раз когда меня могло отключить? Но это же, наверное, просто совпадение? Данные на этом графике — не амусферы, а датчика у меня в груди. Подделать их невозможно, не говоря уже о том, что амусфера неспособна управлять сердцебиением.
— Совершенно верно. Но… — Юи подтвердила мои слова, однако сохранила напряжённый вид. — Даже если предположить, что твой пульс по чистой случайности оба раза выходил за порог ровно на четыре секунды, то среди сотни попавших под заклинание игроков всё равно нашлись бы некоторые, у кого бы сработали предохранители амусферы. Папа, когда включилась «Удавка проклятого», хотя бы одного человека отключило от игры?
— Э-э… — Я уставился в полумрак коридора, вспоминая прошедшие события.
Когда включилась «Удавка», моё горло будто закупорила какая-то масса. Я отчаянно пытался вытолкнуть её и не смотреть по сторонам, но вроде бы не заметил, как кто-то отключился от игры. По крайней мере, когда удушение миновало, ни один из персонажей не замер, превратившись в пустую куклу.
— Я, конечно, не скажу наверняка… Но вроде бы никто не отключился.
— Понятно… — Юи тихонько закрыла окно и взлетела повыше. — Папа, прости, что помешала твоему походу в туалет. Не торопись.
Было немного неловко выслушивать напутствия от лишённой подобных потребностей Юи, но я не мог стоять истуканом — от перерыва осталось всего четыре минуты.
— Х-хорошо, возвращайся в комнату.
— Да!
Юи улетела, мелодично звеня крыльями, и просочилась сквозь дверь. Я проводил её взглядом, развернулся и помчался в туалет.
Я размышлял о словах Юи и пока мыл руки и лицо, и пока ходил на кухню к холодильнику за лаймовым лимонадом для Сугухи и улуном для себя, и пока возвращался в свою комнату.
Что, если у всей сотни жертв заклинания пульс опускался ниже порога за мгновение до срабатывания предохранителей? Это будет означать, что магия Мутасины знает о заложенном в амусферу пороговом значении пульса и управляет сердцебиением так, чтобы оно не выходило за рамки дольше чем на пять секунд.
Мне не верилось, что это возможно. Порог срабатывания предохранителей — двести двадцать минус возраст, поэтому у каждого игрока он свой. И даже если предположить, что заклинание каким-то образом узнаёт его, частота сердцебиения задаётся не мозгом, а так называемым водителем ритма, который находится в сердце. Микроволновое излучение амусферы не может забраться так далеко.
Скорее всего, я что-то упускаю из виду. Если магия Мутасины и может чем-то управлять, то не сердцебиением… а чем-то, напрямую с ним связанным. Например…
— Братик, где тебя носило?! — прогремел голос, и лишь тогда я осознал, что уже добрался до своей комнаты. Сугуха, до сих пор сидевшая на постели, поманила меня к себе обеими руками. — Осталось всего полторы минуты!
— Да-да, прости. Но даже если мы на одну-две минуты задержимся, нас не…
— Лидер должен подавать пример своей команде!
— Н-но мы ведь пока не утвердили, что лидер — это я! — тщетно возразил я и протянул Сугухе бутылку.
Запасы лимонада у нас дома не переводились никогда, но держались в бутылках с очень тугими крышками. Впрочем, спортсменка из секции кэндо легко победила преграду и жадно влила в себя напиток. Её лицо тут же скривилось, как у ребёнка. Когда лимонад перестал щипать ей язык, она очаровательно выдохнула из себя лишний газ, закрыла бутылку и поставила на стол рядом с собой.
— Быстрее, осталась всего минута! — бросила она, укладываясь на постель.
Я от неожиданности тут же оторвался от своего улуна:
— Эй, ты опять решила погрузиться из моей комнаты?!
— Всё потому, что ты так долго шёл обратно. А ещё: если магия Мутасины всё-таки начнёт тебя душить в реальном мире, я сделаю тебе искусственное дыхание.
Понятия не имею, шутила ли она, но отказаться я не мог.
— Если это случится, обязательна спаси папу, Лифа! — с серьёзным видом обратилась к Сугухе висящая в воздухе Юи.
— Конечно!
Поделиться книгой: