Помоги проекту - поделись книгой:
— Не было никаких «Мы», — жестко припечатал я. — Всё это время тебя волновала только ты сама.
— Но… ты ж-ж-же…
Не став дослушивать собеседницу, я положил ладонь ей на лоб и сотворил еще одно заклятие «Морфея», накачанное энергией до самого предела. На сей раз альбиноска точно отключилась. Её алые глаза закатились, тело обмякло, а из-под закрывающихся век успела показаться пара одиноких слезинок.
Не желая больше терять времени, я поспешил прочь. Откинул шкуры и скользнул в тоннель, ведущий к инкубаторию. Мне приходилось таиться за каждым поворотом, подолгу вслушиваясь в тишину. Красться, словно вору, придерживая музыкальный инструмент, чтобы он не издал непрошенного звука. Эх, зря взял с собой. Но видят боги, как же мне не хочется бросать его здесь! Надеюсь, я не пожалею о своем выборе…
Однако пока что всё складывалось нормально. Трижды я издалека различал костяное клацанье, издаваемое асшатари, и пережидал, пока оно не стихнет. Несколько раз натыкался на сколопендр-чаранов. Но те, если и замечали меня, то не обращали внимания. И такими перебежками я почти добрался до первой точки назначения. Стойкая вонь, исходящая от инкубатория, уже витала в тоннелях. До него оставалось совсем немного…
— Эй-й-й, с-с-слаф-ф! Щ-щ-щто тьи делать с-с-сдесь⁈
От прозвучавшего справа от меня шипящего окрика я вздрогнул и сдавленно чертыхнулся. Замерев, словно кролик под взглядом удава, я следил, как ко мне приближается низкорослый кьерр, едва дотягивающий макушкой до моего подбородка. Вот же дерьмище! А этот тут откуда взялся⁈ Падла бесшумная…
— Я с-с-спрос-с-сить, пощ-щ-щему ты тут слоняш-ш-шься⁈ — потребовал ответа альбинос, подходя практически вплотную.
— Простите, я не хотел побеспокоить вас! — отвесил я унизительный поклон. — Я слаф госпожи Насшафы. Она сегодня вернулась с охоты и приказала мне кое-что принести с нижних уровней.
— Х-х-х-а-а, ты тот ж-ж-желтоглас-с-сый, который с-с-сводить её с ума? Отлич-ч-чно… с-с-следоф-ф-фай за мной…
— Э-э, простите, господин, но у меня приказ… — вяло возразил я.
— Ты не с-с-слышать, щ-щ-щто я гоф-ф-фориль⁈ — взъярился кьерр, больно хватая меня повыше локтя. — Я х-х-хощу раз-з-звлечься с тобой! Мне интерес-с-сно, щ-щ-щто в тебе такого ос-собенного. Поч-ч-чему Насш-ш-шафа так тебя оберегать! Х-х-хотя, наф-ферное, уже понял…
Альбинос шумно втянул воздух и хищно осклабился:
— Ты долж-ж-жно быть ощ-щ-щень вкус-с-сно… Я бы отф-ф-федал тф-фоей с-с-сладкой плоти! Насш-ш-шафа не обидетьс-с-я на моя… хр-р-ры-ы-у-а…
Не став дожидаться, чем окончиться эта нежданная встреча, я выхватил один из ножей и по самую рукоять вонзил его в горло кьерру. Белый дьявол захрипел, ошалело вращая глазами. А тут я еще и провернул клинок в ране. Черная кровь хлынула тугой струёй, орошая меня и пол тоннеля. Абиссалиец разжал пальцы и завалился вперед. Я же отскочил, высвобождая нож, провел короткую подсечку и добавил ему еще несколько ударов под левую лопатку, когда родич моей пленительнцы упал лицом вниз. Пробовать на нем «Холодок» не решился, поскольку, опасался, что чары дадут сбой. Вот и пришлось действовать по старинке.
Ну всё, Сашок, теперь тебя точно в улье не ждет ничего кроме смерти! Поэтому, помчали! Ни шагу назад!!!
Глава 9
Я ворвался в инкубаторий на такой скорости, что полдюжины ближайших тварей-рабочих испуганно шарахнулись от меня. Но опомнились они слишком быстро. Чараны грозно захрипели, поднимая вверх вывернутые руки, и двинулись на меня, семеня десятками тоненьких лапок.
— Ну-ну, подходите ближе, сколопендры, — азартно усмехнулся я, формируя десяток облегченных проекций «Объятий ифрита».
Это была не модернизированная мной версия, которая взрывалась, а стандартная. Потому её относительно безопасно можно использовать в замкнутом пространстве. Главное угарным газом не надышаться.
Зародившиеся на кончиках пальцев огненные капельки я стряхнул, словно брызги. И почти все они попали на отвратительных тварей. Ох, что тут началось! Отродья завертелись волчками, пытаясь сбить пламя. Они налетали друг на друга, опрокидывали сотоварищей и визжали, будто резаные свиньи. Вся орава побежала от меня, как от пожара, сея хаос и во всем остальном инкубатории. А я, чтобы озадачить обитателей улья еще больше, швырял на бегу классические плетения «Объятий» направо и налево. Выцеливал преимущественно коконы со зреющими чудищами, надеясь, что внутри них окажутся тела моих соратников. Они не заслуживают участи стать безропотными рабами белокожих мясников. Пусть покоятся с миром.
От слепящих всполохов огня перед моими глазами заплясали темные пятна. Слух резали вопли чаранов, сливающиеся в бесконечный вой на неимоверно высокой ноте. Вокруг стало как-то уж слишком жарко, и я побоялся, что перестарался с магией. Но, слава богам, кьеррам и всем остальным их созданиям, для жизни тоже требовался воздух. А потому они предусмотрели какую-никакую систему вентиляции в своем улье. Впредь, конечно, я буду осторожнее. Но эту мерзкую обитель я обязан выжечь дотла!
Очередная брошенная мной россыпь «Объятий» прилетела прямиком в емкости с питательным раствором для новых тварей. Зловонная жижа охотно занялась огнем. А я в очередной раз мысленно поблагодарил нашего ильгельда. Спасибо тебе, Кирей нор Вердар. Пригодилась твоя наука.
Я успел пробежать еще пару десятков метров, прежде чем на устроенный мною переполох заявились первые асшатари. По их изуродованным кьеррской магией лицам сложно было понять, о чем они думают. Но я уверен, что увиденное повергло их в шок. Однако, невзирая на бушующее вокруг пламя, отродья безошибочно определили во мне нарушителя и ринулись наперерез.
Ух, мать её перемать! Какие ж они жуткие. Их неестественный бег оказался очередным испытанием для моей психики. Уверен, что в моих ночных кошмарах надолго поселится образ этих горбатых тварей, громыхающих заостренными костяными отростками, которые заменяли им руки. Но да глаза боятся, а свобода даром не даётся! Самое время опробовать мои теоретические наработки.
В ладонях появились проекции новых плетений. А уже через полсекунды они напитались энергией. По сути, это были всё те же «Объятия ифрита», только значительно ускоренные и помещенные в сдерживающую оболочку. В соответствии с моей задумкой, они должны работать как кумулятивный снаряд. И в теории могут даже продавить магическую защиту. По крайней мере, я на это надеюсь.
Огненные росчерки сорвались с моих пальцев, удаляясь с умопомрачительной скоростью. Первого асшатари они прошили навылет, а во втором застряли и разорвались, превращая массивную тушу в груду дымящейся плоти. Ну ни хрена ж себе! Не совсем то, что я прогнозировал, но тоже очень неплохо! Назову эти чары «Пуля». Им вполне подходит.
Отродье, бежавшее первым, на появление в своем теле новых дырок отреагировало неоднозначно. Оно не издохло, но явно подрастеряло былую прыть. Утробно зарычав, чудище захромало на правую половину конечностей. Но всё еще продолжало ковылять ко мне, намереваясь перерубить пополам своими монструозными косами. Но я, естественно, безропотно ждать не собирался.
Сложив пальцы на манер пистолетика, я прицелился прямо в лоб воину улья.
— Пиф-паф! — насмешливо произнес я, спуская заклинание «Пули».
Новый магический снаряд прошиб черепушку твари насквозь и взорвался с громким хлопком, столкнувшись со стеной. Ноги у асшатари заплелись, и он с протяжным «У-у-у-м-м!» распластался на полу. Тело у отродья-солдата мелко тряслось, будто в агонии. Больно живучая падла оказалась. Потому я не рискнул приближаться к нему, а помчал дальше, щедро расшвыривая «Объятия».
Когда я добрался до памятной тройной развилки тоннелей, инкубаторий превратился в один огромный погребальный костер. Жар и угарный газ прикончили всех сколопендр, которые самоотверженно бросались тушить многочисленные очаги воспламенения. Однако потенциал плетений небесконечен. Огонь погаснет, когда исчерпает всю вложенную энергию. Значит, мне следует поторопиться.
Правое ответвление с легким гулом затягивало в себя разогретый воздух, подтверждая мою гипотезу о том, что именно этот ход ведет к поверхности. Поэтому я ломанулся туда, на краткий миг позабыв об опасностях, которые могут меня поджидать. И едва не поплатился, когда из-за первого же поворота выскочила троица асшатари. С их косами мое лицо разминулось буквально на сантиметр. Спасла врожденная реакция Ризанта, доставшаяся от алавийских предков. Я подогнул колени, падая на спину, а потом сразу откатился в сторону. Туда, где секундой ранее находилось мое тело, с глухим стуком воткнулась пара костяных клинков. Ближайшая тварь размахнулась вновь, но я успел всадить ей в живот и морду три «Пули», ненадолго выводя из строя. Но тут из-за спины отродья-воина выпрыгнула остальная парочка.
Заранее приготовленное заклинание «Энергетика» прошлось по нервным окончаниям подобно разряду тока. Противники уже не кажутся такими проворными, и я, перекатившись через голову, играючи ухожу от их атак. Пять «Пуль» быстрой очередью срываются с моей правой руки, но также не задерживаются в тушах асшатари, прошивая их. Чудищам больно. Они ревут и яростно машут заостренными отростками. Но твари всё еще живы и готовы убивать.
Стремясь отрезать себя от преследователей, швыряю классические «Объятия» им под ноги. Огонь разливается оранжевой лужицей, и монстры отшатываются от него.
Фух! Отбился! Импровизируем дальше!
Теперь каждое встречное ответвление я заливал пламенем, чтобы избежать неприятных неожиданностей. А заодно смотрел, в какую сторону вытягиваются огненные языки, и спешил туда. Очередная напряженная ситуация сложилась, когда на меня сверху как долбанный паук свалилась бестия-разведчик. Габаритами она не превосходила человека, но имела длинный хвост, типа скорпионьего. Белые дьяволы называли этих уродцев шаксаторами. И именно в такого хотел обратить меня верховный отец улья.
Тем не менее, застигнутый врасплох, но окончательно не растерявшийся, я успел выхватить нож Насшафы. Порождение кьерров сбило меня с ног, но взамен я хорошенько пырнул его в живот и дернул лезвие вверх. Зловонные теплые потроха вывалились прямо на меня, а тварь оглушительно заревела. Она стеганула хвостом и приложила им по плечу словно палкой. Но, благо, не зацепила при этом своим крючковатым жалом. Схватившись одной рукой за шею противника, я отпихивал от себя его дико клацающую зубами пасть. А в другой в это время сформировал две «Пули». Больше просто не успел.
Однако госпожа удача сегодня мне благоволила! Пущенные чары перешибли позвоночник шаксатора, лишая нижнюю часть тела подвижности. Хвост с костяным стуком опал на пол, а ноги чудища судорожно вытянулись. Теперь сбросить с себя проворное отродье было достаточно просто. Что я и сделал, отблагодарив его за преподанный урок «Объятиями ифрита».
Ох, божечки, спасибо «Энергетику!» Если б не он, даже и не знаю, успел бы я среагировать или нет. Но что-то, чувствую, эффект уже слегка выдохся. Ощущение распирающей мощи заметно притупилось. И обновлять его не особо хотелось. Всё-таки ресурс организма ограничен, и частое применение чар способно довести меня до смертельного истощения. А мне адреналиновая бодрость оч-ч-чень понадобится, когда я выйду на поверхность. Потому что выбраться из улья — это лишь половина беды. Там еще неизвестно сколько по пустошам Абиссалии скитаться.
Следуя новой тактике, вырабатываемой прямо на бегу, я уже не только поливал огнем каждый встречный отнорок, но и держал наготове шесть «Пуль». По маленькой проекции на каждом пальце и одну большую в ладони. И очень скоро эти предосторожности спасли меня от очередного отряда асшатари, ковыляющих в компании двух десятков рабочих.
Орда тварей показалась на дальнем конце тоннеля и без промедлений кинулась в атаку. Причем, мелкие сколопендры не отставали от своих более массивных товарищей. Пришлось сразу же пустить им под ноги самое здоровенное плетение, которое бахнуло почище гранаты. Ох, твою мать! Осколки!
Мелкая каменная крошка, выбитая из скалистого пола, шрапнелью разлетелась по тоннелю, подгоняемая взрывной волной. Я заслонился локтем, прикрывая глаза, и сделал это очень вовремя, потому что несколько особенно крупных частиц больно ужалили предплечье. Досталось заодно моим ногам и животу. Повезло, что я находился на почтительном расстоянии от взрыва, и осколки только засели глубоко под кожей. Правда, кровь всё равно хлынула из меня очень активно. Дурной знак…
Хоть тварей и основательно покосило, но не положило всех. Уцелело как минимум четверо асшатари и кучка чаранов. Потому я ринулся назад, стараясь выгадать лишние мгновения. На бегу сотворил «Божественный перст» и активировал на себя. Полегчало. Кровотечение почти сразу же остановилось, а края мелких ранок стянулись прямо на моих глазах. Фу-ух! Значит, повоюем еще! Затормозив пятками, я помчался обратно, навстречу отряду уродцев. На сей раз у меня для них приготовлено двенадцать проекций «Пуль», две из которых большие. Должно хватить на всю эту братию.
Мелкие чары расстрелял прицельно, метя по асшатари, как наиболее опасным. Одного точно свалил, а двоих сильно замедлил. А потом, нырнув за каменный выступ, бросил в толпу чудищ обе крупные «Пули». Хотя, по чести говоря, это уже полноценные «Снаряды!»
Когда дробь осколков дважды хлестанула по стенам, я выскочил и добил всех вяло трепыхавшихся противников. А затем, обойдя иссечённые тела, еще и закидал их «Объятиями» для верности.
Невзирая на все предосторожности, свой дальнейший маршрут я бы тоже не назвал легким. На меня частенько вылетали различные твари и их хозяева. Судя по всему, в улье начался знатный переполох. И враги стали попадаться мне на каждом повороте. Спустя еще часа полтора скитаний, на моем счету числилось никак не меньше шести десятков убитых асшатари, около полутора сотен сколопендр, пятнадцать разведчиков и восемь белых дьяволов. Это если считать вместе с зарезанным мной в самом начале побега кьерром. Однако что-то не было похоже, что такие большие потери заставили красноглазых прекратить преследование.
И как бы ни была сильна моя тяга к свободе, а резервы-то не вечные. Усталость и утомление постепенно одолевали меня. Внимание притуплялось, каждый новый шаг давался всё трудней. Да и скорость плетения чар заметно упала. Пришлось привести себя в тонус заклинанием «Энергетика», дабы не проморгать какого-нибудь шаксатора, притаившегося под потолком.
Самочувствие ощутимо улучшилось. Прилив бодрости позволил преодолеть еще около километра в подземном лабиринте. Но страх заблудиться и не найти выхода прижал нервишки значительно сильнее. Я не планировал так долго лазать по здешним катакомбам! Где же конец этих проклятых тоннелей⁈
На подрагивающих от волнения и адреналинового выброса ногах я упрямо двигался вперед. Откуда-то сзади доносилось пока еще далекое шуршание. Но воображение уже стойко рисовало картины преследующей меня мерзкой орды. Ну же, Сашок, ты столько всего преодолел! Еще немного! Давай, поднажми!
Совершая очередной акт насилия над организмом, я заставил себя бежать. Да, рискованно. Но пошло оно к дьяволу! Эти стены и глухие своды пещер так сильно давили на мой разум, что я готов был самостоятельно пробивать путь сквозь каменную породу.
Уже наметанным глазом я дважды подмечал притаившихся в засаде шаксаторов. Оба раза снимал их «Пулями» с расстояния в десяток метров. И продолжал идти. Странный звук сзади нарастал, подстегивая почище кнута. И я ускорялся еще сильнее. А потом за очередным поворотом тоннеля я увидел это…
Огромная баррикада, отсыпанная из камней и бревен практически под самый потолок. Похожая на ту, которая отгораживала людское гетто на нижних уровнях улья. Только значительно больше. И охранялась она лучше. Тут меня уже ждали десяток иштассов, толпа тварей-воинов и несметное множество хвостатых разведчиков… А шум позади приближался. Теперь я отчетливо слышал костяной стук сотен кос асшатари и повизгивания шаксаторов.
О, боги, помогите мне! Ваэрис, рассчитываю на тебя!
С этой мыслью я кинул назад четыре полновесных «Объятий ифрита», надеясь огнем задержать преследователей хотя бы ненадолго. А дежурящие у баррикады отродья уже заметили меня. Все они синхронно покачнулись и пришли в движение. Вперед сразу вырвались прыткие разведчики, за ними неслись солдаты. А медлительные тяжеловозы ковыляли самыми последними.
— А-а-а-а, жрите, падлы! — закричал я, пробуждая в разуме злость.
От моей одинокой фигуры отделились первые светящиеся сгустки. Парочка «Снарядов» удачно подорвалась в самой гуще авангарда чудовищного отряда и посекла каменной шрапнелью почти всех шаксаторов. Несколько мелких частичек прилетело и в меня, но я проигнорировал боль от воткнувшихся в тело осколков. Не время стонать! Надо плести чары! Давай, Сашок, еще больше огня!
Следующими я пустил свои модифицированные «Объятия». До этого я старался их не применять, боясь мощной взрывной волны в замкнутом пространстве. Но тут у меня уже не осталось выбора. Синий полыхающий шар, сначала один, а за ним и второй, полетели в тварей. Громыхнуло так, что я моментально оглох на оба уха. А упругая воздушная волна опрокинула меня на спину. Ох-х, ёпрст… Вот это «кайф танкиста!»
Создаю продвинутый «Перст» и помогаю себе встать на ноги. Слегка попустило. Даже слух частично вернулся, чтобы дать мне насладиться многоголосым стоном раненных отродий. Хорошо их приложило! Половину асшатари размазало по стенам, а оставшихся крепко контузило. Но, черти бы задрали тяжеловозов-иштассов! Их взрыв почти не задел. Ладно, попробуем вот так…
Проекции пары «Снарядов» призрачными силуэтами возникли в моих ладонях. Сейчас я швырнул их прицельно, метя в гигантских монстров. Оба раза попал. Одному слонопотаму чары угодили в кривую черепушку, а поскольку тварь передвигалась на четырех ногах, взорвались где-то в районе груди. Брюхо отродья не выдержало и лопнуло, выплевывая килограммы кишок. А второму иштассу оторвало задние конечности.
Ха-ха! Неплохо! Пока эти уроды до меня дойдут, я их как в тире перестреля…
Додумать я не успел, потому что вдруг откуда ни возьмись на меня налетел чертов разведчик кьерров. С-с-сука! Неужели сквозь устроенную мной огненную завесу прорвался⁈ Вот же гадёныш!
Но даже так мне повезло. Ослепленное всполохами близкого пламени порождение улья промахнулось. Загнутое жало пронеслось в двух ладонях от моего плеча. Да и я рефлекторно успел отшатнуться, а потом без лишних экивоков прикончил тварь тремя «Пулями». Но на смену одному шаксатору, прибежал новый…
Пришлось вновь бодриться «Энергетиком» и подкрепиться «Перстом». А потом закрутилась безумная карусель, в которой любая ошибка могла окончиться моей гибелью. Под действиями чар я скакал кузнечиком и крутился ужом. С одной стороны меня щемили разведчики, прыгающие сквозь огонь словно цирковые псы. А с другой поджимали иштассы. И если последние доковыляют, то мне точно кранты. Эти мощные отродья просто задавят своей массой. А пространства для маневров оставалось всё меньше и меньше…
Везение не могло длиться вечно, и одно из хвостатых чудищ таки всадило мне между лопаток зазубренное жало. Видимо, оно оказалось щедро напитано ядом, потому что по всей спине тут же разлилась боль, которая не поддавалась описанию. Пожалуй, ближе всего было бы сравнить её с выливанием на свой горб только что вскипевшего чайника…
Взревев белугой, я ринулся вперед. Отравленное острие с треском выскочило из меня, вырвав кусочек мяса. Но жалеть о нём было некогда. Нужно срочно создавать «Божественный перст!»
Целебное заклинание несколько замедлило распространение яда, но явно не ликвидировало его полностью. Я всё еще чувствовал, как жжет и пульсирует плоть вокруг раны. И теперь меня уже покинула шальная уверенность в успешности моего побега. Похоже, тут-то меня и разорвут… Но черта с два я опущу руки и сдамся! Не сдохну, пока в последний раз не посмотрю на небо!
Резко развернувшись, орошаю порождений кьерров огненными брызгами. В другой ладони, параллельно, создаю модифицированные «Объятия» и кидаю в иштассов. Близко. Очень близко. Но приходится идти на риск, чтобы вырваться.
Взрывная волна расшвыряла всех, даже тяжеловозов. Не знаю, убила ли кого, но меня так воткнуло в стену тоннеля, что в глазах потемнело. Повезло еще, что проход не обвалился. Однако сквозь мутную пелену я увидел
Мое тело сильно пострадало от магического разрыва. Вполне вероятно, что мне переломало несколько костей. И сейчас следовало в первую очередь срочно исцелить себя полудюжиной «Божественных перстов». Но я потратил драгоценные секунды на плетение более сложного и объемного «Энергетика…»
Чудодейственная волна прокатилась по телу, снимая усталость. Слух исчез, заглушенный тонким комариным писком. Но мне хватало и одного зрения. Я вскочил на ноги и помчал вперед, лавируя между неуклюжими иштассами, которые медленно поднимали свои туши. Несколько раз они чуть не приложили меня своими мясистыми копытами, но я ловко увернулся, избегая их прицельных, но не шибко быстрых ударов.
Наконец-то! Я добрался до груды камней, преграждающих проход! Взлетев на самую вершину с проворством обезьяны, я прыгнул в узкую щель между потолком и баррикадой. Приходилось извиваться как червяк, активно работать плечами, а руками отгребать от себя мешающие протиснуться булыжники. Но я сделал это и перевалился на другую сторону!
Чтобы задержать преследователей, я закидал внутренний склон кучи десятком «Объятий», топя его в пламени. А потом без оглядки кинулся вперед. К свободе. Мне показалось, что здесь даже воздух был какой-то другой. Свежее и прохладней. Совсем не такой спертый и затхлый, как в глубинах улья…
По мере возможности я поддерживал себя «Перстами», стремясь исцелить полученные повреждения. Вроде бы даже получалось. Хотя под действием «Энергетика» что-либо понять было сложно. Но тут я увидел свет в конце тоннеля. Вполне реальный, а не метафорический. И силы появились как-то сами собой.
Пробежав остаток пути на предельной скорости, я выскочил из пологого лаза, в которой можно было без проблем въехать хоть на телеге, прямиком под усыпанный звездами небосклон. Где-то на горизонте уже занималась бледная полоса рассвета, даруя мне вожделенную фору. Ведь днем ни кьерры, ни их отродья не высунутся на поверхность.
Неужели я смог? Израненный, изможденный, перемазанный с ног до головы кровью и чужими потрохами. Но свободный! А на воле уже и умереть не жалко…
Глава 10
Невзирая на все полученные травмы, сдаваться я не собирался. Я упрямо плелся на запад, в сторону границ человеческих государств. У меня не было ничего. Ни нормальной одежды, ни походного котелка, ни еды. Весь мой скарб — это один из ножей Насшафы и обломки калимбы, которая не пережила приключений в подземельях. От нее осталась только верхняя часть корпуса и разболтавшиеся язычки. Штук пять где-то потерялось, но из оставшихся двадцати все еще можно было собрать аналогичный инструмент. Если выберусь из Абиссалии, конечно.
Но, помимо этих напастей, само моё тело находилось не в лучшем состоянии. Ноги еле ворочались, ребра простреливало болью при каждом вдохе, спина от яда распухла так сильно, что я ощущал натяжение кожи в районе плеч. Плюс, во мне застряло с полсотни мелких каменных осколков, которые до сей поры не загноились только благодаря регулярному использованию «Божественного перста».
Теперь добавить к уже существующим проблемам отсутствие на поверхности Абиссалии чистой воды. И становится ясно, что мое положение чуточку хуже, чем отчаянное и безнадежное. Если бы не подсмотренные у кьерров плетения, я бы уже загнулся. Но «Энергетик» вкупе с «Перстами» еще кое-как поддерживали функции моего организма. Да вот только надолго ли меня хватит?
Унылая каменистая пустошь, испещренная складками оврагов, тянулась от горизонта и до горизонта. Здесь не на кого было охотиться. Негде отдохнуть. А солнце, тем временем, клонилось к закату. Скоро наступит ночь, и я окончательно выбьюсь из сил. Мне срочно нужно сделать привал…
На морально-волевых я спустился на дно какого-то ущелья. Нашел там маленькую лужицу, не успевшую высохнуть с последнего дождя и, наплевав на все условности, жадно выхлебал её до самого дна. Жажда немного отступила, но особого облегчения мне это не принесло. Забравшись в глубокую трещину, я забылся беспокойным сном, наполненным бредовыми видениями. Твари кьерров преследовали меня даже в беспамятстве. Рычали, скулили и хватали за ноги. А я бежал, путаясь в невидимой вате, и почему-то не мог пользоваться магией.
Пробудился я совсем скоро от пробирающего до костей холода и нарастающей боли в спине. Она набрала такие обороты, что уже мешала дышать. Полдесятка «Перстов» немного облегчили мои муки, но к полному выздоровлению не приблизили. Нет, так заночевать у меня не выйдет. Климат тут, конечно, отнюдь не северный. Но в темное время суток температура едва ли превышает десяток градусов. Плюс холодные камни вытягивают из меня драгоценные крохи тепла. Если останусь здесь, то к утру точно околею. Надо двигаться, иначе смерть. Да и твари белокожих наверняка уже идут по моему следу.
С протяжным стоном выбравшись из жалкого убежища, я наколдовал очередной «Энергетик» и отправился в путь. Стараясь держаться так, чтобы созвездие Северного Дракона оставалось по правую руку, я шел к темнеющим вдали горным хребтам. Совсем низким, скорее даже холмикам. Но утром, когда встанет солнце, с их пологих вершин можно будет осмотреться. Не уверен, правда, что смогу там дотянуть до рассвета. А впотьмах даже острое алавийское зрение не шибко великий помощник. Какие-то общие очертания увижу, но и только.
Пьянящий эффект свежего воздуха поверхности окончательно выветрился. На смену ему пришла отупляющая усталость. Я брел как робот, особо уже ни во что не веря. Да, Абиссалия слишком обширна, чтобы её можно было преодолеть пешком без крошки припасов. Но я себе такой цели и не ставил. Хотелось лечь прямо в пыль и колючую пожухлую траву, наплевав на всё. Но упрямая надежда не желала сдаваться и гнала меня дальше. Не для того я столько пережил, чтоб так безрадостно сгинуть.
Однако утомление брало своё. Мое внимание стало рассеянным. Я фактически спал на ходу. И спасительной пощечиной, отрезвившей меня, стал раздавшийся откуда-то сверху щелчок. Он был похож на стук, который издает падающая на камни кость. И я тотчас же подобрался, напомнив себе, что ночью тут ничуть не безопасней, чем в самих ульях кьерров. Заготовив проекции «Пуль», я утроил бдительность и медленно полез выше. Странный звук повторился еще несколько раз, заставляя меня замирать и чутко вслушиваться в темноту. Но потом я все равно продолжал движение. В таком осторожном темпе мне почти удалось добраться до вершины. Но тут, как назло, из-под моей ступни вывернулся крупный булыжник и поехал вниз, собирая шуршащую лавину из мелких камушков.
Наступила оглушающая тишина, и само сердце будто стало биться реже. Чтобы не приведи господь не привлечь чьего-либо внимания. Однако следующий стук раздался ближе, убивая мою веру в лучшее. Затем еще ближе. И ближе. «Щелк». «Щелк». «Щелк». Некто неизвестный безошибочно определил направление, в котором я залег, и теперь шел ко мне. А я от волнения даже дышать перестал. Магические конструкты тотчас же запульсировали в руках. Одно волевое усилие, и они сорвутся с моих пальцев…
Когда нервы уже звенели от напряжения, над краем склона медленно возникла уродливая черепушка самого обычного шаксатора. Я бы мог сказать, что на его морде проступило легкое удивление. Но скорее всего, мне это почудилось.
Наш взгляды с чудищем встретились, и я без раздумий отпустил одну «Пулю». Тварь подохла раньше, чем успела меня рассмотреть. А светящийся в темноте магический снаряд быстро умчался куда-то в ночное небо, так и не разорвавшись. Фух… пронесло. Я уж боялся встретить тут асшатари. Этих одним выстрелом не свалить. А на грохот взрывов сбежится вся Абиссалия. Надо какое-то бесшумное средство атаки разработать на будущее.
Не ослабляя бдительности, я залез выше. Осмотрелся. Не обнаружив больше никого, бегло изучил приконченное отродье. Заклятье начисто перебило ему шейные позвонки, так что подвоха я от этого жмурика не ждал. Но больше никакой информации труп мне не предоставил. Ну и откуда он тут? Родичи Насшафы послали? Или просто чей-то разведчик местность изучает? Рыскает ли где-то поблизости основной отряд?
Так и не найдя ни одного ответа на свои вопросы, я посмотрел на распростертое тело и шумно сглотнул вязкую слюну. Пришедшая мне в голову идея была одновременно и обнадеживающей, и тошнотворной. Кажется, я нашел, чем можно подкрепиться в этих дьявольских пустошах…
Не веря, что делаю это, я с кряхтением опустился на колени и извлек нож. Отточенная сталь легко вонзилась в измененного монстра и отделила от бедра шмат плоти. Без пищи мне долго не протянуть. Это факт. Поэтому, отчаянно отгоняя мысли, что шаксатор — это бывший человек, я занялся заготовкой провизии. Пластая отродье улья на длинные ломти, я зажаривал их «Горелкой». Мясо быстро чернело и подгорало, на глазах усыхая и уменьшаясь в размерах. Лучше б, конечно, завялить, но времени бы это заняло гораздо больше. А его-то у меня и нет.
Кое-как преодолев рвотные позывы, я судорожно выдохнул и поднес первый кусочек ко рту. Сглотнув слюну, запихнул его и принялся остервенело жевать, максимально отрешаясь от всего. На вкус плоть разведчика кьерров оказалась поистине тошнотворной. Её пропитывал непонятный болотистый душок, переплетенный с тухловатыми нотками. И в любой другой ситуации я ни в коем случае бы не рискнул отведать подобного «лакомства». Но в моем нынешнем состоянии эту гадость мне удалось проглотить без особого труда. И стонущий от голода живот приветствовал ее радостным урчанием.
Ограничившись пока всего одной полоской мяса, я собрался посмотреть, как на нее отреагирует мой желудок. Если брюхо скрутит, то, конечно же, больше питаться такой добычей не стану, и придется выискивать что-то другое. Но ежели мне не поплохеет, то эти изжаренные до состояния подошвы ломти могут стать моим спасением. Не в том я положении, чтобы заниматься морализаторством и самокопанием.
Ну что ж… подкрепился, а теперь вперед! На богов я уже не рассчитываю. Надеюсь только на себя.
Очередные сутки минули без особых происшествий и неожиданностей. Несколько раз я находил умирающие ручейки, пробивающиеся откуда-то из недр почвы, и напивался до отвала. Вода в них журчала вполне чистая. Не чета той луже, из которой я хлебал намедни, как дикий зверь. Но мне остро не хватало какой-нибудь фляги или бурдюка, чтобы не так сильно зависеть от слепого случая. Когда еще подвернется возможность утолить жажду?
Ночью, дабы не замерзнуть, я не рисковал останавливаться надолго. И в темноте дважды натыкался на караваны кьерров. Огромные иштассы топали достаточно шумно, неловко переваливаясь на своих толстых ногах. И благодаря издаваемым звукам я заранее их обнаруживал. У их белокожих хозяев, вышедших на охоту, наверняка можно было отнять и нормальную еду, и воду, и чудодейственные снадобья, типа тех, коими меня пичкала Насшафа. Сейчас я с удовольствием бы сожрал даже опостылевшие грибы, которые красноглазые выращивали в ульях на подземных плантациях. Но я всерьез опасался, что не выдержу еще одной яростной схватки. Меня и простая ходьба выматывала неимоверно, вынуждая плестись на пределе возможностей. Даже «Энергетик» уже не оказывал такого бодрящего эффекта, как в день побега. Поэтому я не рисковал соваться ближе к отрядам абиссалийских демонов.
Кроме того, пострадавшая от жала шаксатора спина вздулась еще сильнее. Она неистово горела, значительно ограничивая мою подвижность. Озноб уже не снимался магическими методами, постепенно переходя в лихорадку. Мне теперь казалось, что если я лягу поспать, то следующего восхода солнца уже не застану. Потому я отталкивал от себя костлявую лапу, услужливо протянутую смертью, и упорно шел. Так мне удалось дожить до нового утра. А уже в слабых лучах занимающегося рассвета я увидел свое спасение. По крайней мере, мне очень хотелось в это верить.
Чахлая лысенькая роща отчаянно боролась за жизнь, зажатая меж двумя холмами. Кьерры активно вырубали леса, используя древесину в своих целях. Но этой больной и кривой порослью побрезговали даже они. Туда-то я и направился, стараясь не думать о том, что я буду делать дальше, если моя ставка не сыграет. Наверное, только умирать. Потому что больше сил не было. Всё. Дно. Ноль. Голяк. Я опустошен до предела и даже сверх этого. Если меня сейчас разыщут кьерры, то…
Поделиться книгой: