Попаданка. Мама – служанка (СИ)

– Хочу, – неуверенно помялся Дарен и сел на ковер.

Ратмир осторожно опустился рядом с ним. Но Дарен нахмурился и отодвинулся в сторону к двери, явно показывая, что не доверяет и в любой момент может сорваться и сбежать. Ратмир вздохнул, но остался на месте. Настаивать не стал.

Я по-прежнему сидела в неудобной позе на ковре, подогнув под себя ноги, и наблюдала из-за складочек скатерти за этими двумя. А еще я поражалась Ратмиру. Любой другой мужчина, даже, будем честны, в моем современном мире, начал бы давить на ребенка. Уговаривать, что не обидит, заставлять поверить с первых минут знакомства. Но Ратмир чувствовал, что так нельзя. С Дареном этот трюк не пройдет. Только оттолкнет еще больше.

– И поехали мы в лес… – голос у Ратмира оказался глубоким и чистым.

Ему бы с таким голосом да располагающей, хоть и строгой, внешностью священником быть. Петь под звуки органа, носить черную строгую накидку, прощать людей за грехи… но по лицу Ратмира было видно: такой, как он, не смог бы отрешиться от всего мирского во имя неба. Он был подвержен страстям. Я видела это в разрезе глаз, в изгибе губ и плавных, хищных движениях тела.

Рассказчиком Ратмир точно был неплохим. Дарен заслушался. Сел, невольно имитируя мою позу, подогнул под себя ноги и даже расслабился настолько, что принял из рук Ратмира парочку засахаренных фруктов, которые сунул себе в рот, прежде чем шугнулся от него.

– Может, еще рассказать историю? – предложил Ратмир, цепляясь за слова, льющиеся у него из уст, как утопающий за соломинку.

Но Дарен покачал головой и встал на ноги.

– Нет, я… я очень устал. Можно я пойду?

– Куда пойдешь? – наконец-то в голосе Ратмира прорезалась строгость.

«Аллилуйя!» – хотелось вскричать мне. А со стороны казалось, что ничто от Дарена не сможет его разозлить.

– Ну, сеновал какой-то поищу. Или в хлеву прилягу. Там тепло, наверное… я спать очень хочу. Устал я. Пусти меня, князь, – Дарен снова шмыгнул носом.

Я порылась в воспоминаниях Златы и подумала, что мальчик не был плаксой. Просто происходящее выбило его из колеи.

– У меня никто не спит в хлеву или на сеновале. У всех, даже у прислуги, есть свое место во дворце, – мягко проговорил Ратмир. – Давай я пришлю служанок, они помогут тебе с одеждой и уложат тебя. А я посплю в другом месте. Ну, или если тебе тут не нравится, то давай руку, пойдем выберем тебе покои, которые по нраву придутся.

Ратмир протянул руку Дарену, но не сдвинулся с места. Тот упрямо сдвинул губы и нерешительно посмотрел на стол, под которым пряталась я, а потом на руку Ратмира. Но страх пересилил. Руку Дарен не дал.

Я заметила, что мальчик, вообще, избегал всяких касаний, кроме моих. И от Руфины шарахался. Может, из-за того, что избит был часто? Чертов Ратмир, мог бы и заняться мальчиком, лекаря там позвать, вместо того, чтобы тащиться к королю своему обожаемому! Вечно для мужиков работа на первом месте, что на Земле, что в этом мире!

– Пойдем, – наконец тихо и погасшим голосом проговорил Дарен, решившись на жертву ради меня.

Он хотел увести Ратмира из покоев, чтобы я смогла спокойно выбраться из под стола и спрятаться где-то в другом месте во дворце.

Ратмир обрадовался и такой малости. Это было видно. И пошел к Дарену, который уже в этот момент вышел из покоев. Я выдохнула с облегчением и вылезла из-под стола, оглядевшись. Никого не было поблизости, поэтому я смогла прокрасться из покоев в коридор. Кажется, угроза миновала?

Не успела я выйти в коридор и обрадоваться свободе, как меня поймала Руфина.

– Тебя-то мне и надо! – завопила она и потащила за собой в какие-то господские покои.

– Где мы? – завертела я головой.

Руфина гордо начала рассказывать:

– Комнаты эти покойной жены Ратмира. Тоскует он по ней. Грустит вечерами. Развлечь его нужно. Потанцевать для Ратмира, как ты умеешь… Может, платье жены его подойдет какое-то? Вы одного роста с ней, да цвет волос… похожие очень. Вот здорово будет, ежели обманется?

– Ой, бр-р, – поежилась я, разглядывая большие темные покои.

Дорогой ковер лежал под ногами, огромный дубовый шкаф ломился от одежды да платьев нарядных. Кровать была тоже очень большой, со столбиками резными, и у меня почему-то возникли пошлые ассоциации с шестом, возле которого на Земле танцуют девушки в барах. Но я усилием воли откинула развратные картинки, где Ратмир раскинулся на кровати и наблюдает разнеженно, как я медленно раздеваюсь, кружась у шеста-столбика, и трусь о него всем телом.

– Не надо платье чужое брать. Князь разгневается. Кто я ему? Девка незнакомая. А платье жены его испортить могу.

– И то правда, – кивнула Руфина и опечалилась. – Но как же так? Сюрприз я хотела князю сделать. А в чем тебе танцевать? Не в платье ж холщовом.

– Есть у меня идеи… – медленно проговорила я, понимая, что откараскаться от танца для князя не получится, но при этом нельзя, чтобы он меня узнал. – Выйди, Руфина. Я пороюсь в вещах, может, найду что-то.

Руфина улыбнулась и обняла меня за плечи, радостная, что я не отказалась. И вышла ненадолго из покоев. Я долго перебирала вещи и нашла просто потрясающий вариант для танца. Платье-кокон, похожее на старорусский наряд, которое такое большое и жесткое, с множеством юбок, что на другую одежду надевают. И маску кукольную, фарфоровую. Точно не узнает!

– Но вдруг Ратмир все-таки раскроет меня, разгадает. Нужно иметь козыри в рукаве!

Я с новыми силами забралась в шкаф и вытащила кучку золотистых цепочек с монетками. А еще несколько прозрачных шарфиков.

– Ого, можно соорудить настоящий костюм для танца живота! – обрадовалась я.

Было стыдно, но я разделась догола. И оставшись обнаженной, подошла к зеркалу. Дело пяти минут было закрепить на себе золотистые цепочки и надеть на грудь да на бедра шарфики. А потом, поверх всего этого безобразия, я натянула платье, что стояло колом на полу. Я взяла маску, прижав ее к лицу, и позвала Руфину. Та поморщилась, когда вошла.

– У нас в таких платьях для смеху парни танцуют на весенние праздники. Наряжаются да по площади бродят, деньги с зевак сшибают, а из-под платья, глядишь, и штаны торчат с сапогами. Я думала, у тебя особые танцы, а ты…

– Да что ты меня все сватаешь Ратмиру? – со смехом перебила я Руфину. – Он, хоть и не женат, но на простую девку и не глянет.

– Да кто ж его знает, глянет или не глянет? Красивая ты. И с мальчиком поладила. А мальчику женская рука нужна, – замахала на меня Руфина, едва не помолившись в процессе.

Я сдержала улыбку.

– Веди к князю тогда. Танцевать ему буду.

В этот момент я пожалела, что вместе со мной не переместился в другой мир мой любимый мобильный телефон. Вот там сотни треков были. И для танца живота в том числе!

Глава 4

И снова передо мной предстали длинные коридоры. Руфина расстаралась, расставила наготове неподалеку возле покоев князя нескольких музыкантов со странными инструментами, на земные непохожими. И строго-настрого приказала петь и играть после моего сигнала.

Я попыталась на пальцах объяснить парням, что от них желаю. Но они не слишком меня поняли. Руфина тем временем вошла в покои к Ратмиру, чтобы подготовить князя к сюрпризу. Я нервничала и вжимала маску в лицо так, словно она могла срастись со мной. Я очень сильно боялась разоблачения. И того, что меня выгонят из княжеского дворца.

– Ну, заходи, чудо ты заморское, – раздался наконец ленивый голос Ратмира.

Махнув дрожащей рукой музыкантам, я вплыла в покои, словно птица-лебедь по воде. Руфина хорошо придумала. Музыка не оглушала, а лишь создавала фон. И отвлекала внимание от меня.

– Сказала мне Руфина, что не найти мне никого краше тебя, – усмехнулся Ратмир, пока не догадываясь о моем секрете. – Сказала, что танцевать умеешь так, что кости в теле мужчины в масло превращаются. А зачем костюм такой плотный? И маска на лице… красы ж твоей не увижу.

– Так и задумано, князь, – пискнула я измененным голосом. – Так тебе потанцую…

Сложно мне было. Смотрела я прежде разные фильмы на Земле про Русь. Но там подобных танцев было очень мало. Да и платье имело жесткое основание и не давало слишком уж двигаться. Но я нашла выход и покрутила бедрами. А потом принялась переступать с ноги на ногу. Ратмир зевнул. Кажется, я разочаровала его? Ох, в фильмах старинных мужиков обычно и такой танец возбуждал. А тут, гляди-ка, балованный какой. Не понравилось?

– Ну, я пойду, князь. Не слишком по нраву тебе мои танцы, я вижу. Но это не беда. Других ценителей найду, – поспешно выпалила я, отступая бочком к двери.

Ратмир оказался проворнее. И махнул сразу, вскочив со стула, замерев между мной и дверью.

– Выпусти меня! – вспыхнула я и за ручку дернула.

Ратмир довольно осклабился и покачал головой.

– Только за то, что ты снимешь маску свою, красотка. И тряпки свои, – он резко дернул за платье, а я рванулась в другую сторону, как перепуганная мышка.

Что он себе позволял, этот князь?! Ратмир мой испуг расценил по-своему. Поспешил успокоить:

– Не боись, насильничать не стану. Сами девки ко мне в постель приходят. Нравлюсь я им. И тебе понравлюсь. Когда маску-то кукольную с лица сниму.

– Нет! – вскричала я и завертелась в странном хороводе пышных юбок неудобного платья.

Перед глазами в свете свечей мелькали алые и золотые всполохи от ткани. Ратмир в игру эту втянулся, за мной бросился, да не успел чуть. Всласть побегала я от него, пока он не зажал меня в углу да маску не сдернул. Я поспешно отвернулась и повыше натянула на лицо шарфик полупрозрачный. И оттолкнула Ратмира.

– Победил ты меня, князь. Получишь сейчас свою награду. Другой танец совсем будет… – искушающе промурлыкала я, пытаясь справиться с дрожью тела.

Главное, не выдать себя! Оркестр за дверью, как назло, начал играть что-то медленное и тягучее. Как раз на танец живота подходящее. Ратмир купился и отступил на пару шагов, скрестил руки на груди, наблюдая, как медленно через голову начала я снимать платье. Оставшись всего лишь в полупрозрачных шарфиках. Его глаза изумленно округлились.

– Не ожидал я такого, девонька… – выдохнул горячо Ратмир, как хищник подходя ближе. – Думал, играешься со мной, дразнишь ты меня… вон оно как на деле вышло. Не видел я еще таких… срамных нарядов. А ты красивая. Красивая, чертовка.

– Танец смотри да руки не распускай! – с волнением огрызнулась я и попыталась вспомнить движения, которые нужно делать для мало-мальски нормального танца живота.

В ушах звучал голос тренера: «Делаем движения грудной клеткой, потом бедрами, круговые, и…»

Я плавно качнула бедрами и подплыла к Ратмиру, предусмотрительно встав к нему спиной. Изогнулась в спине, потершись телом о его крепкие бедра. И ощутила… ой! Кажется, он уже завелся. И кажется, эти движения уже не из танца живота. Вот всегда, когда я нервничала, вспоминала некстати стрип-пластику!

– Да что ж ты творишь, чертовка? – хрипло выдохнул Ратмир. – Заводишь же…

– Силой не возьмешь, благородный князь… – промурлыкала я, скрывая страх в голосе. – А танец свой я продолжу.

Я сумела-таки взять себя в руки и отошла от Ратмира, который застыл недвижим передо мной. Танец живота продолжился. Я даже вспомнила элементы, погрузилась в процесс танца, кружась рядом с князем. Щеки мои горели с непривычки. Первое выступление, как-никак.

«Хотя больше похоже на приват-танец», – вякнул мой внутренний голос некстати.

Я видела, как все сложнее становится держаться Ратмиру. И понимала, что после танца с меня совершенно точно сорвут хотя бы один шарфик. Как минимум с лица. А как максимум все три шарфика. И оставят обнаженной, разложат на ковре и возьмут… очень сладко и жарко. Не то, чтобы я была против – не девственница была уже давно, ни в этом мире, ни в том. Но я прекрасно осознавала, что Ратмир узнает меня без шарфа на лице, даже в полутьме. И выбросит прочь из дома, где теперь живет его сын… поэтому я медленно, но уверенно продвигалась к приоткрытой двери, из-за которой раздавалась музыка. Шаг, еще шаг, и я сбегу, и спрячусь в кладовых, и поминай меня, как звали… А завтра увижусь с Дареном. И что-нибудь придумаем.

– Стой. Куда пошла?

Я не успела буквально на секунду. Моя ладонь накрыла дверную ручку, а на запястье легли чужие пальцы, крепко сжимая его. Не давая сдвинуться с места.

– Кто ты?

– Пусти! – я дернулась, но зря.

Ратмир резко сорвал с меня шарфик с лица и выдохнул изумленно:

– Ты?! Ты, воровка, в мой дом пробралась?! Чтобы сыну навредить?! Да я тебя…

Я зажмурилась и оцепенела на мгновение. Внутри все покрылось льдом. Что же это такое? История в этом мире повторялась. Снова и снова. Там, в деревне, Велес руку поднимал. Едва не убил. А тут… в княжеском дворце сам князь сейчас изобьет? Что за мир это такой, где мужчины сильны и жестоки, где никому нельзя верить?

– Отпусти! Я никому не врежу! Я к Дарену пришла! Ему плохо без меня! Помогите!

Мой голос звонко разнесся эхом по всему дворцу. Музыка смолкла. Но конечно… никто не ответил. Не отозвался. Ни один слуга, ни Руфина – никто.

Ратмир грубо швырнул меня на центр комнаты, его глаза горели огнем. Гневом, желанием, отвращением, презрением, похотью… А я, не удержав равновесия, упала на ковер и, запрокинув голову, рассмеялась хрипло. Громко. Истерично. Даже не пытаясь сопротивляться.

– Ну, что? – почти выплюнула ему в лицо, когда Ратмир подошел, с не меньшим презрением откинув голову, обнажая шею. – Что сделаешь, князь, за то, что мать за дитем пошла? Убьешь? Убивай, не первый такой будешь! Подставляю тебе шею, сопротивляться не буду, устала я… сражаться с вами, мужчинами! С миром со всем вашим! Раз нет в тебе ни чести, ни совести, ни благородства ни на грош, раз бить и обижать слабого горазд! Чем лучше Велеса, которого винил во всех смертных грехах? Выхвати кинжал да покончим с этим! Но я не уйду отсюда, из этого дворца, не уйду от Дарена по доброй воле!

Ратмир нехорошо сверкнул глазами и впрямь выхватил дорогой кинжал из ножен. Но только не задрожала я. Не шевельнулась даже, глаз от его потемневшего лица не отвела. А он провел ласково почти кинжалом по шее, не раня.

– Нарочно дразнишь, воровка? Боишься ты меня, признайся? – голос Ритмира звучал уже не угрожающе, а почти искушающее, будто не убить меня он тут собрался, а взять.

Я выдохнула так же горячо:

– Не боюсь! Ничего не боюсь от тебя!

– Совсем ничего? – снова эта усмешка порочная изогнула губы Ратмира.

Он вдруг опустился кинжалом ниже и взмахнул им. Я ойкнула, когда полупрозрачная ткань шарфика, надежно обматывающая грудь, поползла вниз. И тело окаменело. Неужели насильничать станет все-таки перед тем, как убить? Но не успела я испугаться этой перспективы, как в полуоткрытую дверь ворвался маленьким ураганом Дарен. И с криками бросился бесстрашно на Ратмира. Тот побледнел, как смерть, взглянув коротко, испуганно на меня. Я поняла с полуслова и закричала не своим голосом:

– Осторожно, Дарен, кинжал!

Дарен несся, не разбирая дороги, прямо на кинжал. Я рванулась, тоже не глядя, между ним и острием как раз в тот момент, когда Ратмир резко его развернул в другую сторону. И оцарапал мне запястье. Слегка. Тонкая алая ниточка протянулась по коже, и я поморщилась. Дарен не заметил. А Ратмир увидел и нахмурился. Но в то же время в его глазах засветилось уважение ко мне. Уважение за то, что я даже в таком переживала за Дарена.

– Не трогай маму!

Кинжал отправился в ножны, а я перехватила Дарена за теплое брыкающееся тельце. Но он начал вырываться из рук, извиваться и пытаться достать Ратмира своими маленькими кулачками и ногами. Даже пинался! Ратмир растерялся и только хлопал глазами.

– Ты плохой! – вопил Дарен, а в глазах стояли слезы. – Ты злой! Ты маму обижаешь!

– Э-э, никто твою маму не обижает, – попытался урезонить Дарена Ратмир.

Но сын замахал головой, как безумный баньши, и продолжил верещать:

– Я видел кинжал! Ты хотел сделать ей больно!

– Мы просто… играли! – покраснела, как рак, я и в доказательство подняла разрезанный шарфик, который раньше скрывал мое лицо. – Это почти как в прятки! Только… лицо пряталось под шарфом.

Дарен, к сожалению, был не так мал, чтобы скушать и не подавиться подобной сказкой. Он угрюмо покосился на меня, потом на Ратмира. И с подозрением протянул:

– Игра-али? Ну, ладно. А ты ее не бил?

– И не собирался, крест даю! – громко подтвердил Ратмир.

На этот раз на него недоверчиво покосилась уже я. Я как раз готова была поклясться, что если бы не Дарен, то мне бы прилетело. Или… не прилетело. А было бы очень жарко и сладко. В горизонтальном положении. Уже на ковре. Я покраснела еще больше. Пока прекращать мне все эти мысли дурацкие, я слишком влипла в Ратмира. Который меня ненавидит и, вообще, выкинуть из дворца хочет!

– А чего это вы так кричали, если игрались просто? Ты злился на маму, я же вижу.

Блюститель порядка сдул со лба волосы, и я поставила его на ноги. Вроде как лезть драться Дарен больше не собирался. Только хмурил черные брови и был до ужаса похож на отца.