Попаданка. Мама – служанка (СИ)

– Делать за тебя твою мужскую работу, Велес. Спасать и возвращать себе моего сына. Но не бойся. Больше ты нас не увидишь. Никогда.

Я вышла за калитку и воровато спрятала нож под юбку, затянув на бедре атласную ленту, как заправская разбойница. Мне очень не хватало карманов в этом наряде! Прямо сильно не хватало! Я огляделась, ведь видела деревню впервые. И решила для начала расспросить про князя Ратмира. Может, соседи чего скажут? Только вот ночь на дворе. Завидев неподалеку повозку, на которую накладывали свежие овощи, я неслышно прокралась ближе. Чтобы послушать разговоры парней, работающих над наполнением повозки. И кажется, как раз услышала имя Ратмира в их разговоре…

– Давай быстрее, Антонио! А то спать охота. А утром грузить не успеем. Нам точно всыпят, если снова опоздаем, и покупать больше ничего не будут! Обещали же князю с утра свежие овощи привезти!

– Я бегу, бегу, Микаль, – отвечал второй, парень с акцентом, явно неместный. – Сам видишь, рук не хватает, не успеваю я. А так бы рад помочь, осталось совсем немного!

Мои глаза загорелись. А вот и мой шанс! Повозка эта явно едет прямо во двор к Ратмиру. Это быстрый и легкий способ добраться прямиком до его дома и отыскать там мальчика! Я притихла, как мышка, и дождалась момента, пока повозку нагрузят полностью, и парни отойдут в сторону. А потом залезла прямо туда, свернувшись клубочком в углу повозки. Еще и листы какой-то чудо-травы на себя набросала, чтобы в глаза не бросаться. И сама не заметила, как задремала там до самого утра.

– Поехали! – услышала я заветные слова, проснувшись.

Повозка подпрыгнула на кочках, а потом выровнялась. Я прикрыла глаза и мысленно неумело попросила божеств этого мира: «Пожалуйста… помогите мне добраться до дома Ратмира и спасти Дарена! Мой мальчик нуждается во мне…»

Ехали мы не слишком долго. Судя по звукам, доносящимся из-за повозки, мы миновали деревенскую дорогу и поле с пшеницей. И добрались до города. Я выглянула в щелочку между грубо сбитыми бревнами, из которых была сделана повозка. И увидела разные сооружения вокруг. Мы проезжали и мимо просторных домов, украшенных деревянной резьбой, некоторые даже были двухэтажными, с собственными небольшими садиками. Я напрягла память и вспомнила, что в этом мире это были боярские усадьбы и княжеские дворцы, уступавшие, конечно, по красоте и богатству постройки дворцу самого короля. Правда, Злата никогда не бывала в городе, так что я понятия не имела, куда мы едем. Я проехала мимо большого храма, увидела возле него толпу людей и покачала головой. Явно Ратмир жил не здесь!

Мы остановились возле настоящего княжеского дворца. Я тихо ахнула от великолепия, что окружало меня, но затаила дыхание. Не время для восторгов! Мне нужно выждать время, когда мальчики отойдут договариваться про продажу овощей и вылезти так из повозки, чтобы меня не схватили. Но мне снова повезло. Дворня отошла от повозки, и я осторожно выбралась наружу. А потом увидела приоткрытую дверь черного хода! Вот удача! Я смогу беспрепятственно войти в дом и найти Дарена.

Я прошмыгнула в дверь, и вовремя. За моей спиной раздались голоса Микаля и Антонио. А потом повозка быстро выехала на дорогу. Я перевела дыхание и медленно, оглядываясь по сторонам, направилась вперед по коридору, готовая в любой момент юркнуть в уголок, чтобы затаиться. Сердце стучало, как бешеное. Что же делать? Как искать Дарена? Где мой мальчик сейчас находится?

– Эй ты! Кто такая? Бродяжка, что ли, прокралась в княжеский дворец? – раздался строгий женский голос, и я вздрогнула.

Заметили. Черт. Что же делать?

– Какая я тебе бродяжка? – вздернула я нос гордо, поворачиваясь к пожилой женщине в строгой темной одежде и белом фартуке.

Ну, мне эта одежда напомнила фартук. Может, это экономка или кухарка?

– Я служанка новая. Наниматься к князю Ратмиру пришла. По рекомендации от князя Ленского.

Экономка подвисла, хлопая глазами. Естественно, она никогда не слышала про князя Ленского. Потому что я только что его выдумала, припомнив уроки литературы. Но мое уверенное лицо убедило ее, что не стоит со мной ссориться. А то вдруг прилетит.

– Так ты это… Что делать-то умеешь? – неуверенно спросила женщина. – Меня Руфина зовут. А тебя?

– Меня Злата. А умею я все, что хочешь! И убирать, и готовить, и за скотиной ходить. И с детьми заниматься. Нянькой была в прошлом доме, так дети меня обожали и слушались. Еще и танцевать красиво умею, взоры господские услаждать! – в отчаянии принялась я перебирать свои сомнительные достоинства, вспомнив, как ходила еще и на танцы живота в те дни, когда у меня не было фехтования. Да, хобби у меня было много!

– Ого! – глаза у Руфины округлились, но голос стал строже. – Так не выгнали ли тебя, как развратную девку, из прошлого дома, за то, что танцевала перед князем?

– Нет, ну, как можно?! – возмутилась я, замахав руками. – Я сама ушла. Князь Ратмир мне больше платить обещал, чем Владимир Ленский. Да и дети подросли у него…

– Ладно, ладно, господское дело – проверять, а я тебе поверю на слово, – кивнула Руфина и втолкнула меня в какую-то небольшую комнату.

Ее глаза подозрительно заблестели, когда мы присели на мешки с сушеными яблоками.

– Привез сегодня ночью князь с собой дитя! – проговорила Руфина с ужасом, перекрестилась даже. – Молчит дитя то, мальчик, ни с кем из слуг не разговаривает, только плачет тихо! Князь по делам уехал, нам доверил, пообещал голову снять с плеч всем, если не развеселим. Но ни у кого пока не получается. Дичится мальчик, как звереныш. Жалко его. Синяки на теле…

Руфина вздохнула и умолкла, пряча намокшие ресницы. Она была, наверное, очень жалостливой женщиной. А у меня все сжалось внутри, когда я услышала ее рассказ. Но в то же время у меня в душе затеплилась надежда. Может, у меня получится увидеть Дарена раньше, чем я думала?

Глава 2

Воровато оглядываясь, чтобы князь не вернулся раньше времени и не наказал за то, что пустила в дом незнакомку, не согласовавшись, Руфина провела меня по темным коридорам княжеского дворца. Я не запоминала повороты, лишь отчаянно надеялась увидеть Дарена.

– А вот и покои княжеские. Ратмир отчего-то не захотел мальчика в другие покои селить. Сказал, что нужно в самые лучшие. В свои то есть. Мы говорили ему, вдруг сворует что-то, да князь так разозлился… – немного растерянно пробормотала Руфина и покосилась на меня.

Я стиснула кулаки и тоже злобно зыркнула на нее, в кои-то веки поддерживая князя.

– Не стал бы мальчик воровать! – с вызовом бросила я. – Ежели сам Ратмир ему доверился, то он не предаст доверие князя!

– Да маленький мальчик совсем… еще и бедный, может, бродяжка. Ох, где ж его подобрал Ратмир, хоть бы с ума не сошел! – запричитала Руфина, качая головой.

Мне хотелось вызвериться на нее, но я мужественно держалась. И промолчала.

– А вот и покои князя. Только ты не думай натворить чего и сбежать! – грозно помотала головой Руфина. – Стража подле покоев этих стоит. Берегут Дарена, чтобы и волос с его головы не упал!

– Я не наврежу ребенку. Клянусь, – тихо ответила я, чувствуя, как запылали щеки.

А ведь я, грешным делом, и хотела поговорить с Дареном, чтобы по-тихому улизнуть вместе с ним из княжеского дворца. Но кажется, это невозможно. Ладно, тогда хотя бы просто увидеть Дарена.

– К тебе гости, малыш. Твоя нянька новая, – ласково пробормотала Руфина, открывая дверь покоев и впуская меня туда.

Я любила историю там, на Земле, но больше увлекалась историей Франции, так что ожидала увидеть резную мебель, позолоту и прочие заморочки, которые богатый человек мог себе позволить. Но кажется, я слегка промахнулась. В этом мире все было гораздо проще. На полу лежал расписной пушистый ковер, по центру которого сидел маленький мальчик и горько плакал. За его спиной стоял массивный деревянный шкаф, неразобранная кровать с балдахином, а возле Дарена лежали всякие лакомства на серебряном подносе, которые ему натащили слуги с кухни.

У меня защемило сердце, когда я вспомнила, что Дарен вечно недоедал, а сладкого и вовсе не видел почти, разве что по большим праздникам или кто из соседей сунет изредка. И как же ему было горько и плохо без меня, мамы, в непривычном окружении, если он даже не попробовал те лакомства, что ему принесли.

– Мама! – Дарен поднял голову и увидел меня.

Его личико просияло от счастья, и он бросился мне на шею, бегом, босиком по всей комнате. Я подхватила его на руки, но незаметно прижала палец к губам, призывая молчать. А сама обернулась к Руфине, которая с нескрываемым удивлением наблюдала за трогательным единением меня и Дарена.

– Ой, меня все мамой зовут, у кого не служу! – затарахтела я, пытаясь не казаться подозрительной личностью и не выдать свой секрет. – Князь Ленский говаривал, что внешность у меня такая… располагающая для детей.

– А тебя как зовут? – Дарен быстро включился в мою «игру».

Он улыбнулся и спрыгнул с моих рук, нарочно побежал к Руфине и спрятался за ее спиной, поблескивая глазенками. Я выдохнула. Сейчас точно обманем Руфину!

– А может, мальчик заскучал тут, затосковал, вот и тебе, видишь, обрадовался! – продолжила частить я, и Дарен послушно обхватил необъятную талию Руфины своими тонкими ручонками.

Я закусила губу, когда увидела очередной синяк на запястье Дарена. И пожалела, что не всадила нож, который принесла из дома, прямо в черное сердце Велеса!

– Меня Злата зовут, малыш. Ну, что? Будем играть с тобой в… прятки?

Дарен закивал. Руфина выдохнула и расслабилась. Кажется, я уже не вызывала у нее подозрений. Хотя если присмотреться, Дарен все равно был напряжен. А на ресницах его поблескивали слезы.

– И ты с нами будешь играть? – спросил он уже чуть тише Руфину, будто запал погас и Дарен снова вот-вот сорвется в слезы.

Я не хотела, чтобы в этот момент она была рядом. Но к счастью, дел у экономки было полно. И она замотала головой, заторопилась к выходу. Строго-настрого приказав мне выполнять любой каприз мальчика.

– А там, как князь приедет, я тебя представлю да при Дарене оставлю, раз ты так малышу понравилась. Ратмир будет счастлив, он же сходит с ума по этому ребенку! – проговорила Руфина.

Я прищурилась, думая о том, что надо оттянуть этот «светлый» момент знакомства с князем. А то Ратмир меня узнает и мигом выкинет прочь из дворца. А я не смогу без Дарена жить!

– Да я… и сама с Ратмиром поговорю. Потанцую ему… Знаешь ли, долгими вечерами князья часто развлекаются танцами прислуги. А я это умею, – я неуверенно покрутила бедрами и повела плечами, демонстрируя базовые движения танца живота.

У Руфины снова глаза округлились да стали, как у нас говорят, по пять копеек.

– Что ж ты за чудо такое заморское, а не девка? – проговорила она изумленно. – Что и плясать умеешь, и с детьми управляешься так складно… Как же от такой прислуги отказаться можно? Не то что-то с тобой!

Я неопределенно пожала плечами и уставилась на дверь. Руфина намек поняла и отправилась восвояси. Как только мы остались одни, Дарен снова кинулся мне на шею, да так, что едва не задушил. Мальчик повалил меня на пол, на пушистый ковер, и принялся осыпать мои руки горячими поцелуями, отчего я снова чуть не разрыдалась.

– Мама, мамочка, ты пришла, пришла! – горячо шептал Дарин.

Глядя на его серьезное, испуганное лицо, я вдруг почувствовала его не младше, а старше своих лет.

– Конечно, как же я могла не прийти? Ты же мой мальчик! – я обняла Дарена и попыталась встать с ковра, но он мне не дал.

Все-таки мальчик уже был большой и тяжелый, чтобы запросто на руках таскать.

– Папа, когда ругал меня, иногда говорил так зло, что если я буду себя плохо вести, то придет чужой дядька, заберет меня от тебя и от него! Вот так и случи-илось! – вдруг зарыдал так горько Дарен снова. – Это из-за того, что я миску разби-ил, правда?

– Ну, что ты, маленький мой, иди сюда! – я все-таки схватила Дарена на руки и потащила усаживаться на кровать, чтобы посадить его на свои колени и крепко обнять. – Тарелка тут ни при чем. Ты очень хороший мальчик. И я никогда никуда от тебя не денусь, – принялась криво и неумело утешать Дарена я, сама едва не рыдая от наплыва материнских чувств. – А то, что дядя забрал от папки, так может, это неплохо, а? Не будет тебя больше никто обижать! Здорово ведь?

Я тормошила Дарена. Но тот наежился, как маленький птенчик, и искоса посмотрел на меня, как взрослый.

– Папа говорит, где ты родился, там и пригодился! И что никому я не нужен такой, слабый, хилый, больной вечно! Еще и на поле работать не умею! Меня точно убьет этот чужой дядька, убьет! Он же князь тут! Выше его только король, государь наш!

Я покачала головой и принялась вспоминать все самые страшные пытки, про которые только читала на уроках истории. Например, дыба и Велес… смотрелись бы неплохо, очень неплохо!

– Обещаю, никто тебя не тронет и не убьет. Даже Ратмир. Да я тебя и у короля бы отвоевала!

– Правда? – Дарен недоверчиво посмотрел на меня и шмыгнул носом. – Какая ты у меня стал хорошая, мама. Не уходи больше никуда, ладно? Не становись такой… как всегда.

– Что?

У меня все похолодело внутри. Откуда Дарен мог знать, что я не его мама? Или не знать, но догадываться, все чувствовать?

– А ты после того, как папа тебя головой ударил, другой стала. Заботливой и хорошей. А не такой, как раньше… что все равно тебе было, что с тобой будет, что со мной. Ты ж говорила мне, что все так на деревне живут. И что папа мой не самый плохой, есть и хуже намного. Просто нужно быть тихим, послушным и почитать его, что бы папа ни делал с нами.

Я выматерила Злату мысленно так, что моему красноречию позавидовали бы портовые грузчики. И тяжело вздохнула.

– Вот ты правильно сказал, Дарен. Меня папа головой ударил, и мозги на место встали. Забудь всю ту ерунду, что я говорила тебе до сих пор. Может, Велес и впрямь не отец тебе. Поэтому не надо его почитать. И если вдруг когда-то увидишь Велеса, а меня рядом не будет, кричи громко-громко и убегай. Боюсь я за тебя, чтобы не навредил он тебе.

– Хорошо, мама, – серьезно кивнул Дарен и затих, приникнув ко мне.

Его хрупкое тельце дрожало, и я прижала его к себе так, что он слышал заполошное биение моего сердца.

– Может, уложить тебя отдохнуть немного? – спросила я, переживая за сына.

Дарен покачал головой и шепотом попросил:

– Нет, мама. Можно ты просто вот так подержишь меня на коленях? Я так давно мечтал об этом, но ты уставала за работой в поле и за скотиной. А когда я помогать тебе начал, то папа сказал, что я взрослый уже, чтобы на коленях у тебя сидеть. Вот и не довелось…

Мне захотелось завыть от беспросветной тоски, которая звучала в голосе моего сына. Нет, нет, что это за мир такой ненавистный, злой, жестокий?! Куда я попала, нет! Нельзя, так нельзя, чтобы… с детьми и со взрослыми… так обращались. Но я сдержала эмоции, чтобы не напугать Дарена. И тихо кивнула, погладив его по голове, удивляясь тому, какой он местами закрытый, молчаливый и сдержанный мальчик. А какой иногда… вот такой открытый и ранимый. Будто вся душа его маленькая нараспашку. А в душе у него уже не одна рана, незажившая. Может… мне под силу будет излечить его, этого мальчика? А может… не только мне суждено это сделать, но и Ратмиру? Не зря же судьба повернулась так, что он забрал Дарена у Велеса.

– Сиди, Дарен, конечно. Сколько захочешь, сиди. А потом, если спать захочется, я тебя уложу и рядом останусь. Сон твой стеречь.

Меня слегка подташнивало от волнения. Все эти объятия с сыном прекрасны. Но что делать с Ратмиром? Князь вот-вот вернется. И вышвырнет меня вон. И отнимет меня снова у Дарена. Видя, насколько этот мальчик хрупок душевно, я боялась, что во второй раз разлуки со мной он не переживет, попросту умрет с горя или умом тронется. Нет, нет, я должна что-то придумать, чтобы не разлучаться с сыном. Должна!

Глава 3

Но ничего не придумалось. Мысли метались перепуганными бабочками в голове. Обжигаясь об одно-единственное имя: «Ратмир». Отчего-то перед глазами вставал князь. Высокий, статный, темноволосый, с проницательным взглядом, глядящим в самую душу. Тренированное тело так и кричало о том, что его хозяин хорошо управляется с клинком. И что Ратмир… наверняка, хорош в постели? О небо, о чем я только думаю? Мои щеки вспыхнули румянцем. А я крепче прижала к себе Дарена, да так, что мальчик пискнул, завозившись на моих руках. О ребенке думать нужно, а не об его отце чертовом, которого я видела впервые в жизни и который так сильно впечатлил меня.

– Дарен? Это я, Ратмир! – услышала я громовой голос из коридора и дернулась всем телом.

Дарен испуганно уставился на меня, сморщив носик и приготовившись плакать.

– Тс-с, малыш, нельзя сейчас плакать, – прошептала я сыну на ухо. – Я сейчас спрячусь. А ты не говори, что видел меня!

Дарен даже ничего не ответил, только закивал часто-часто. Я ссадила его с колен и юркнула под стол, укрытый длинной скатертью с кисточками. К счастью, она была до пола и закрывала меня под столом полностью.

Ратмир вошел и уставился на Дарена, как на икону. Разве что на колени не упал и молиться не начал. Я прочитала это в позе, во взгляде, в бессильно шевельнувшихся губах, не вымолвивших ни слова.

Мое сердце снова будто сжалось в тиски. Какой бы ни была правда, этот мужчина полюбил Дарена заочно. И принял сразу, без тени сомнений, как своего сына. И сейчас хотел излить на него всю любовь, накопленную годами, да только… не знал как. И боялся, боялся ребенка. С которым не знал, как правильно обращаться.

Дарен в свою очередь поднял голову и сжался. Посмотрел таким умоляющим взглядом, от которого разрыдаться впору было. Сжался и сам Ратмир от этого взгляда. Если бы не угроза того, что меня вышвырнут, я точно сейчас выскочила бы из-под стола и помогла этим двоим наладить общение! Но вместо этого я затаилась и сидела тихо, как мышка.

– Прости, мне пришлось уехать ненадолго. Меня сам король вызвал, – неловко начал разговор Ратмир.

Дарен кивнул, опустив глаза.

– Ага.

Снова воцарилось напряженное молчание. Ратмир усиленно водил глазами по комнате в попытках начать беседу. Дарен зажался и никак не помогал ему. Тут взгляд Ратмира упал на поднос со сладостями.

– О, тебя слуги угостили, как приказано им было? – обрадовался Ратмир. – Что ты любишь из сладкого, я не успел спросить у тебя перед отъездом? Что из угощений тебе понравилось больше всего?

– Я… я ничего не ел, – тихо выдохнул Дарен, недоуменно хлопая ресницами. – Как я мог, князь? Ты первый должен… а я уже после тебя. То, что останется.

Дарен не играл. Его голос прозвучал искренне. Мне снова захотелось дать в морду Велесу за идиотское «воспитание» ребенка. Похоже, это желание обуяло не только меня. Ратмир стиснул челюсти и сжал кулаки, явно подумав о Велесе. Но как назло, Дарен воспринял этот угрожающий жест на свой счет и инстинктивно отшатнулся от князя. Да так, что сильно ударился спиной и затылком о деревянный столбик кровати. Его дыхание сделалось таким хриплым и прерывистым, что я испугалась за малыша. Вдруг у него на нервной почве приступы грудной болезни или еще чего-то? Кажется, так называлась астма на нервной почве на Руси в те прошлые времена. Если Дарену станет совсем плохо, я вылезу, и будь, что будет. Но в беде я его не оставлю!

Ратмир понял сам, что накосячил. Он поднял руки вверх и мягко, как со зверьком, заговорил с Дареном.

– Эй, прости, прости, малыш. Я не хотел тебя напугать. Там… на короля разбойники напали. И я очень разозлился на них! И вспомнил, и случайно сжал кулаки, я не хотел тебя пугать!

История Ратмира, слепленная на скорую руку, явно была шита белыми нитками и пахла враньем. Но я понимала, почему князь не сказал правду. Он не хотел упоминать Велеса лишний раз, чтобы не травмировать мальчика еще больше.

Дарен покосился на стол и, наверное, вспомнил свою роль в нашем с ним спектакле. Он титаническими усилиями переборол панику, отразившуюся на его детском лице, и сделал пару шажков вперед, к Ратмиру.

– Ого… Так ты короля от разбойников защищал?

– Ага! – радостно воскликнул Ратмир, и вдруг его лицо стало до боли похожим на лицо Дарена, оно осветилось улыбкой. – Хочешь, расскажу эту историю?