Помоги проекту - поделись книгой:
— А корова?
— За коня дали.
— А коня?
— За золотой слиток. Тяжеленный такой был, с голову мою величиной.
— А слиток?
— Слиток? То — плата за семь лет работы.
— Да, удачлив ты, парень, — говорит точильщик. — Из всякого дела с прибылью выходишь! Счастье и удача тебе в руки сами плывут. В сорочке, видать, ты родился! Для полного счастья тебе одного только не хватает: чтоб золото в кармане звенело. Вот тогда ты мог бы себя заправским счастливцем считать.
— А где же золото взять? С чего начать? — спрашивает Ганс.
— Надо стать точильщиком, вроде меня. Для этого ничего, кроме точильного камня, не требуется: все остальное приложится. Есть у меня один точильный камень. Правда, он чуть попорчен, но за него я ничего, кроме твоего гуся, не возьму. Хочешь обменяться? Я тебе точильный камень дам, ты мне — гуся.
— Конечно, хочу! — согласился Ганс. — Да ведь я самым счастливым человеком на свете стану! Коли я всякий раз в кармане деньги найду, так чего мне еще надо? Никаких забот знать не буду.
Протянул Ганс гуся точильщику, а себе камень точильный взял.
— Вот тебе еще один здоровенный камень в придачу, — сказал точильщик и поднял с земли булыжник. — Бери, пригодится.
Поднял Ганс булыжник и вместе с точильным камнем на спину взвалил. Идет и думает: «Счастливый я. Должно быть, в сорочке родился, — чего ни пожелаю, все сбывается. Вот уж везет так везет!»
Меж тем притомился Ганс. Легко ли — с самой зари на ногах! Да и проголодался; ведь он все, что на дорогу припас, зараз съел, на радостях, что так выгодно корову обменял. Идет Ганс, еле ноги волочит, на каждом шагу спотыкается, всякую минуту останавливается. Да еще камни такие тяжелые… И думает Ганс: «Хорошо бы от камней избавиться». Видит — в поле колодец стоит.
Захотелось Гансу отдохнуть и холодной воды попить. Подполз он, точно улитка, к колодцу и бережно так камни на край колодца положил. Потом наклонился, чтобы воды зачерпнуть, камни нечаянно толкнул, они в колодец и плюхнулись.
Как увидел Ганс своими глазами, что оба камня в колодец упали, от радости даже подпрыгнул:
— Вот везет так везет! Коли б я сам от камней избавился, их в колодец сбросил, век бы себе не простил. А уж так они мне мешали!
Пошел Ганс дальше. Идет, сам с собою разговаривает:
— Ну и счастливчик же я! Такого на всем свете белом не сыщешь. Ничего-то на свете у меня нет, никакого добра! Ничто мне теперь не помеха. Развязал руки — и от золота, и от коня с коровой, и от свиньи с гусем, и от камней избавился. Руки-то у меня умелые! Они всякого золота дороже. Захочу, так и дом и скотина — все у меня будет, а уж прокормиться всегда смогу!
Легко у Ганса на сердце, и спине легко, никакая ноша ее не давит, к земле не пригибает. А ноги сами вперед несут. Спешит Ганс в родную деревню, где давно его матушка поджидала.
Начал он дома хозяйничать. За что ни возьмется, всякая работа у него в руках спорится. Трудится с утра до вечера, с песней да с улыбкой. Еще и соседям помогает. А те — не нарадуются. Добрый сосед — всегда удача.
Стали тут девушки на Ганса заглядываться. И женился он на такой же пригожей и умелой, как он сам. Прошло время. Родился у Ганса мальчик. Созвал Ганс соседей к себе на пир и сказал:
— Счастливее меня человека на свете нет. И добрая жена, и дом, и достаток — все у меня есть. А теперь еще и сын родился.
И стали все его звать Ганс-Счастливчик!
Церковь была бы шире…
— Ври, да не завирайся! А то уж все видят, какой ты враль. Нехорошо это!
А лгун ему в ответ:
— Уж так я врать привык, что даже не знаю, когда неправду говорю. Прошу тебя, коли я снова небылицы плести стану, толкни меня в бок.
Вот как-то завернули дружки-ремесленники в дом к одному крестьянину, и завязалась у них беседа — о том, о сем. Крестьянин им и говорит:
— Вы по всему свету бродите, столько видите да слышите, сколько нашему брату вовек не узнать. Так, может, расскажете, что нового да диковинного на свете?
Стал враль рассказывать:
— В Англии новую церковь строят. И будет она сотню шагов высотой.
Тут дружок его толк в бок! Крестьянин же такой новости подивился и спрашивает:
— Какая же ширина у той великанской церкви будет?
А рассказчик ему в ответ:
— Два шага!
Тут крестьянин и впрямь диву дался:
— При такой-то неслыханной высоте такая ширина?! Всего два шага?!
Поглядел тут враль на дружка и отвечает:
— Церковь была бы много шире, кабы он меня в бок не толкнул!
В орлином гнезде
Пока женщина усердно косила, девочка все взад-вперед по лугу бегала. То туда побежит, то сюда; все норовит цветов поярче нарвать. Вдруг, откуда ни возьмись, села на цветок красивая бабочка, а за ней следом еще одна да еще… Погналась девочка за бабочками и заблудилась.
Смотрит — ни бабочек, ни цветов, ни матушки — никого, только голые скалы кругом. Испугалась девочка, горько-горько заплакала.
А тут еще гроза началась: сверкнула молния, ударил гром, полил дождь. Промокла малютка до нитки, забилась под камень и плачет.
Увидал девочку орел, хозяин диких гор, ринулся вниз, схватил ее острыми когтями и снова вверх взмыл. Унес орел девочку высоко-высоко в горы, в свое гнездо.
Только гром грянул, хватилась мать, что дочки на лугу нет, кинулась туда-сюда, а потом увидела: орел девочку несет. Заплакала мать, зарыдала. Да разве орла догонишь! Пошла она в долину, созвала людей. Только как ни искали, не смогли орла отыскать. Решили, что девочки в живых уже нет.
А было так. Девочка ничуть страшной птицы не испугалась. Влезла она орлу на спину, за шею его обняла, перьями забавляется. Пожалел орел человеческое дитя, пощадил девочку, а потом полюбил ее, и стала она ему вместо дочки. Учил ее орел по крутым склонам карабкаться, не падать и ничего на свете не бояться. Не раз он девочке жизнь спасал. Свалилась она как-то в бурную реку и кричит:
— Отец!
Орел в то время высоко над горами парил, добычу высматривал. Услыхал он крик девочки и сразу ее голос узнал: ведь она в его гнезде росла! Ринулся вниз и вытащил девочку на берег.
— Спасибо, отец! — поблагодарила орла девочка. — Вовек не забуду твоей доброты!
Баловал орел названую дочку несказанно: чего только в гнездо ни приносил — и заморских плодов, и дикого меда! Летал орел и по окрестным деревням в долине, таскал оттуда для девочки всякие платьица да белье разное. Повесит какая-нибудь крестьянка дочкину одежку на веревку сушить, орел тут как тут. И одежки как не бывало. Стали в округе поговаривать: видно, живет в горах какая-то девочка, вот для нее орел платьица да белье и таскает. Прозвали девочку Аквила, что значит — Орлица.
Подросла девочка, и захотелось орлу, чтоб носила она красивые платья из парчи, шелка, бархата. Начал тогда орел в замки да дворцы наведываться, у королев, принцесс и у придворных богатые платья да драгоценные уборы таскать, любимую дочку радовать. А потом стал подумывать: начнут люди его искать, чтоб наказать за воровство, и доберутся до его гнезда. Увидят Аквилу и к людям ее уведут. Как ни любил дочку орел, а понимал: нельзя ей всю жизнь в орлином гнезде оставаться.
Он бы сам Аквилу к людям отнес. Но хотелось ему, чтобы молодой, смелый и ловкий парень ее нашел и в жены взял. На горные кручи, где орлиное гнездо было, не всякий взобраться мог, а только самый храбрый, самый сильный.
Так все и случилось. Разгневалась на орла красавица королева. Он у нее больше всего платьев с драгоценностями унес. Просит королева сына:
— Убей птицу!
Не хотел сначала королевич матушку свою слушать. Однако подумал: зачем орел платья да драгоценности в горы таскает? И решил орлиное гнездо отыскать. Много месяцев бродил королевич в горах, никак не мог орла найти. Но на самые высокие кручи взобраться побоялся: как бы не разбиться. Потом надоело ему без толку время терять и отправился он домой.
То же с сыном трактирщика приключилось. Ходил он по горам, вора искал, а как до самых высоких скал добрался, испугался и домой повернул.
Пошел тогда в горы крестьянский сын. Орел давно повадился у них со двора платьица да белье его сестры таскать. И захотелось ему узнать, для кого орел это делает. Правду ли люди говорят, что девушка Аквила в орлином гнезде живет? Поднялся юноша высоко-высоко, и встала пред ним отвесная скала. Недолго он раздумывал, знал, что орлы на таких горных кручах гнезда вьют. Стал юноша на вершину взбираться, руки-ноги в кровь ободрал. Слышит вдруг — на скале кто-то поет, а голос такой звонкий. Собрал юноша последние силы, на руках подтянулся — и вот он уже на вершине. Видит — в огромном орлином гнезде прекрасная девушка сидит, песни распевает.
Понравились они друг другу. Рассказала Аквила про свою жизнь: как в орлиное гнездо попала, как в горной глуши жила.
— Идем к нам в усадьбу, — говорит Аквиле крестьянский сын, — поженимся мы с тобой, а орла я убью!
— Не смей! — закричала девушка. — Как это ты орла убьешь? Ведь он мне вместо отца! Орел меня любит, живу я в его гнезде, никакой нужды не знаю. Хоть и скучно мне без людей!
— Он же тебя от матери унес, от людей! — говорит юноша.
— Это верно, зато любовью да заботой вину свою искупил. Пойду с тобой, если орла пощадишь! Может, и матушку мою найдем, очень я по ней скучаю.
— Ладно! — говорит крестьянский сын.
Спустились юноша с Аквилой в долину и пришли в усадьбу. Рассказал сын родителям про орла, про орлиное гнездо и говорит:
— А вот красавица, которую я там нашел! Это — моя невеста!
Вспомнили тут, что из соседней долины орел много лет тому назад девочку унес. И будто бы матушка ее до сих пор жива, все о дочери горюет. Отправились Аквила с женихом в другую деревню и там отыскали женщину, у которой орел девочку утащил. Увидела женщина Аквилу и тотчас признала свою дочь. То-то радости было!
А вскоре и свадьбу сыграли. На свадьбу и орел прилетел. Порадовался он за названую дочку — добрый молодец ей в мужья достался! Жил он еще долго в своем гнезде, но всегда к Аквиле прилетал, помогал ей советом да делом. И детей ее нянчил, учил ничего не бояться, на самые высокие горные кручи взбираться.
Глухие пастухи
— Братец, не видал ли моих коз?
Махнул тот рукой в сторону и отвечает:
— Деревня вон там, за горушкой. Иди все прямо да прямо, с пути не собьешься.
Побежал пастух и вдруг по другую сторону горушки своих коз увидел. Захотелось ему того, что овец пас, отблагодарить. Выбрал он из своего стада самого хилого, безрогого козленка. «Для подарка сойдет!» — подумал он, взял козленка и побежал к овечьему стаду.
— Вот тебе подарок! — говорит пастуху. — Если б не ты, не найти бы мне коз, я их целых полдня зря искал.
— Что?! — в сердцах закричал тот. — Я козленку твоему рожек не обламывал!
Пустился он от него прочь во всю прыть, а тот за ним следом:
— Возьми подарок! Возьми подарок!
Бегут они чуть ли не наперегонки, а навстречу им пастух, что коней пас, скачет. Надо же такому случиться: и он глухой! А вдобавок еще чужого коня увел и верхом от погони спасался. Подскочил к нему тот пастух, что овец пас, схватил коня под уздцы и говорит:
— Нет, ты только подумай, этот чудак говорит, будто я его козленку рожки обломал.
Пастух, что коз пас, сзади бежит, пыхтит и знай свое кричит:
— Не хочет он мой подарок брать! А если он козленка не возьмет, счастья мне не видать!
Тот, что коней пас, в ответ во все горло кричит:
— Да не видал я ваших лошадей! Отстаньте от меня!
Вырывает он из рук пастуха поводья, хочет ускакать. А тот его не отпускает, свое твердит:
— Нет, прежде скажи — виноват я или нет!
— Ладно, будь по-вашему, — отвечает всадник, — коли этот конь ваш, забирайте его. Нате, подавитесь! Но уж седло ни за что не отдам! Мое седло!
Соскочил он с коня, седло снял и пустился наутек! Бросил тут пастух поводья: заржал конь и к своему стаду помчался. Пастух следом за тем, что коней пас, бежит и кричит:
— Нет, ты мне ответь… Ответь!
Поделиться книгой: