Помоги проекту - поделись книгой:
Ол Ван
Дар. Золото. Часть 4
***
Тут это… Тут такая ситуация.
Файл скачан программой телеграмм канала @books_fine (https://t.me/books_fine). Узнать о программе вы можете на канале
Пролог
Здрасте.
Тут это… Тут такая ситуация.
Барон Тишан Райен на данный момент вне досягаемости, поэтому начинать, вернее продолжать, повествование о Даре и золоте приходиться без него, на свой страх и риск. Ах, да, забыл представиться. Я тот самый «шибко занятый» толмач, на которого Тишан вечно ссылается и спихивает все читательские претензии. Уж не знаю, насколько я хорошо переводил с вессальского на ваш русский, но деваться некуда, история эта и меня заинтересовала – самому охота знать, что там дальше. В общем, будем знакомы. Я переводчик.
А… Вот еще что. Примите добрый совет, перечитайте первые повествования. Хорошо? Это я к тому, что уж больно не хочется пересказывать по десять раз одно и то же. Ну, да, Тишан был прав: я такой - мне вечно некогда и я вечно тороплюсь. Куда тороплюсь? Жить, куда ж ещё!
Пролог
— Это что же в конце-концов, делается, а?! — причитал пухленький начальник Сурьевского отделения Тайной Стражи, мелкими шажками носясь по кабинету. — Сначала наш распрекрасный лэр Лоран, мой непосредственный патрон, затевает заговор против короля… Нет… Сначала король выгоняет эльфов из страны, и только потом заговор. Потом в Лирии воры обчищают королевскую сокровищницу и спокойно уматывают восвояси. Потом эльфячья лохань поджигает лохань вессальскую, и мне приходит разнарядка о проверке всех корыт в порту Сурьи. Вот делать мне больше нечего! Ладно, это всё я еще могу понять. Но потом! У меня под носом устраиваются побегушки с препятствиями в проклятом лазарете! Но и на это можно плюнуть и жить спокойно, лишь усилить наблюдение за брошенной больничкой. Так ведь нет! С утра! С самого ранья меня будит заполошный Хильте, будь он неладен, и верещит, что у него на квартале убийство! И я его посылаю. Далеко. Но он не уходит! Он орет так, что пирамидка связи подпрыгивает на моей личной тумбочке возле моей личной кровати. И чтобы он от меня отстал, я снаряжаю лучшего своего сыскаря. А теперь мой лучший сыскарь заявляет мне, что это самое убийство действительно наша головная боль. Лен, я тебя умоляю, побойся Хозяйки, скажи что ошибся.
На столе у лэра Жигина был стопроцентный деловой бардак. Сидевший в кресле возле начальничьего стола эльф, поправил косо лежавшую стопку донесений и скупо улыбнулся.
— Лэр, я обязан доложить вам, что на улице Соляной, в общем муниципальном доме под номером сорок, совершено убийство десяти человек, более известных как банда Безногого Тиля. Убиты все его ближайшие подельники, его сыновья и он сам. Дней пять назад. Сами понимаете, пока трупная вонь не начала подниматься на верхний этаж, в этот притон никто и носа не совал.
Лэр Жигин резко остановился. От его наигранного возмущения не осталось и следа.
— Вот как, — высказался он и замолчал. Молчание длилось долго. Жигин рассматривал свои остроносые сапоги задумчиво и серьезно, и Лен не собирался ему в этом занятии мешать. Обычно, подобное поведение начальника предвещало очень… очень много работы. В том числе и не по профилю. — Выкладывай всё, что нарыл.
Эльф не стал обижаться на хамоватый тон руководства, бывало и хуже, и спокойно начал:
— Все убиты в одно время. Девять мужиков и девка. Половина сразу, одним точным ударом. Остальных ранили и следом добили.
— Знаю я их притон. Там комната не маленькая, конечно, но развернуться десятерым сложно. Ты понял, как это все происходило?
— Не совсем, — осторожно ответил эльф, — вы правы, места там маловато, но у меня такое подозрение, что убийца был один.
Жигин недоверчиво наклонил голову ожидая продолжения.
— Да, это звучит бредово, но… Двое получили чем-то острым в глаза. Заточкой, или дротиком, или узким стилетом. Смерть мгновенная. И смею предположить, что заточки метали. У девахи в горле была вилка. Тоже с расстояния, видимо. Остальные убиты собственным оружием. Один задушен тетивой. Точнее, придушен, дорезали уже потом.
— Словом, ты хочешь сказать, что это был мастер.
— Судя по всему.
— Ты не уверен?
Лен поёжился.
— Они ведь все не мальчики сопливые. Были. Тоже кое-что в заплечном ремесле смыслили. А тут… Они просто не успели. Девка даже с дивана не соскочила. Видно, спала и только проснулась. И потом, если это кто-то из другой банды, то почему использовал чужое оружие. Значит, своего не было. Или отобрали.
— Тебя что-то настораживает?
— Скорость, — сразу ответил эльф. — Скорость и точность.
— Почему решил, что это наше дело, а не Службы Порядка?
— Ну… можно, конечно, предположить, что это межклановые бандитские разборки. Но я не знаю в городе ни одного урку, кто бы мог двигаться с такой скоростью. Нет среди них таких.
— А среди кого есть?
Эльф осторожно поерзал в кресле, будто боясь его поломать.
— М… я так думаю… без метаморфа здесь не обошлось.
— Лен, это не серьезно. Их мало. После мора они еле-еле оклемались, и их в городе по пальцам пересчитать. Они не станут так круто палиться. Они же понимают, что сейчас такой откат среди местной братвы пойдет, только держись! Под раздачу попадут и правые, и левые. Кусок-то жирный остался, всем захочется подобрать, — Жигин задумчиво разглядывал подчиненного, и вдруг спросил. — Причину назвать сможешь? С какого рожна эту мясорубку устроили?
Сыщик опять неуверенно помялся.
— Да вот… то-то и оно… Карманы у них, конечно, обчистили… Но. Недалеко от ихней малины лекарская лавка сгорела. Этой же ночью.
— И что с того?
— Лавка лекаря Ланария.
Толстячек Жигин прищурился, отчего стал похож на кота, внезапно увидевшего мышь.
— А не этого ли лекаришку Безногий крышевал? — уставился он на сыщика. Лён кивнул. — Та-ак, это уже кое-что! Значит, наш городочек посетил залетный гастролер и, не зная тутошних порядков, нарвался на Безногого. Или тот на него. Но ты все-таки прав, меня тоже смущает мастерство мелкого воришки, лазающего по ночам в лекарские лавки за дурью. Ни к чему такие воинские умения обычному вору. Не наберёт он такого опыта – неоткуда.
— Вот и я говорю, не вяжется, — Лен помолчал, — делать-то что будем?
Начальник отделения Тайной Стражи города Сурья вдруг весело улыбнулся:
— А ничего.
Брови эльфа взлетели вверх, что еще больше развеселило толстячка.
— Будем ждать. А ты занимайся поисками тех двоих. Из лазарета. Со Службой Порядка я сам как-нибудь разберусь. Формально это не наша епархия, хотя в смекалке Хильте не откажешь – он сразу понял, в какую сторону ветер дует. Ничего, пусть немного побесится. Не мне ж одному слушать высокопарный слог нашего губернатора о никчемности вверенных ему служб.
Глава 1
1
Дракон неторопливо шел по залитой солнцем улице портового городка, и настроение у него было отличным. А как ему не быть отличным, если на поясе висит Ключ, в одном нагрудном кармане сложенный вчетверо документ на имя Алабара Дагона с печатью Сурьевского муниципалитета, в другом кошель с медью. От серебрушек, предложенных Саней, дракон отказался, заявив, что соблазнов в городе много, а реальную цену каждому он не знает. Как бы не оплошать переплатив. Оборотень тут же прицепился с вопросом, о каких соблазнах идет речь, на что парень пожал могучими плечами и улыбнулся:
— Да мало ли… Конфеты там, то сё…
К слову сказать, после памятной ночи, когда оборотень явился в харчевню весь перепачканный чужой кровью, балагурить он стал в разы меньше. Да и вообще, внезапная Машкина серьезность удивляла даже восьмилетнего Ирби, но приставать к оборотню с расспросами никто не спешил. Только дня через два, в мэрии, кошак оживился, разглядывая старинные стены бывшего княжеского дворца, и с ехидным прищуром поинтересовался у встретившего их Тана Сагальски: а кто это висит за его спиной? Имея в виду огромный портрет в полный рост какого-то напыщенного аристократа в военной форме и золотых аксельбантах. И, получив ответ, что не висит, а стоит на картине уважаемый действующий губернатор вольного города Сурья, хмыкнул, заявив, «ну это исправимо», чем заставил ответственного молодого секретаря слегка занервничать. И посмотреть на Машкин белобрысый хвостик, собранный черным шнурком, чересчур внимательно.
Строго говоря, молодой лэр Сагальски при появлении двоих наемников растерялся. Высокий и мощный парень в сопровождении Машала смотрелся в шумной приемной как породистый бульдог среди мелких дворовых шавок, заставив притихнуть как клерков, сидевших за столами, так и посетителей разных мастей. Хотя, вроде бы ничего для этого не сделал - всего лишь вошел. А вот невысокий щуплый Машал в этот раз неожиданно кого-то напомнил, но как ни старался Тан, вспомнить не сумел. И оба – оба наемника! – ментально не читались от слова совсем. У обоих стояли одинаковые блоки, и лэр-секретарь утвердился в догадке, что все-таки есть у них артефакты. Одинаковые! Что удивило, насторожило и восхитило: захотелось посмотреть на подобную вещь. Но попросить показать, означало признаться в ментальном воздействии на человека, а это как бы не совсем законно.
В общем, документ наемнику Алабару, по отцу Дагону, был выдан «взамен утраченного», положенная пошлина в размере двух серебрух получена из рук в руки, наемники ушли, а муниципальный секретарь надолго задумался. Да так, что не сразу заметил, как широкая, во всех местах, торговка сидит перед ним и уже с четверть часа рассказывает о себе, между делом заискивающе клянча разрешения на постройку булочной.
2
Отпускать его на самостоятельную экскурсию по городу, не зря до сего времени носившему титул «вольный», однозначно не хотели. Но, как ни странно, «за» высказались оба Ключа: Черныш и Бача. Конечно, права голоса на общем совете у клинков не было, но Бача вспомнил о драконьем зове, а Черныш заявил, что этот зов он за пару верст уж как-нибудь услышит. И с дракона было взято слово – если какая каверза приключится, он, не стесняясь, зовет на помощь. Потому все со спокойной душой разбрелись. Саня вместе с троицей портовых работных занялся обустройством лекарского кабинета. Дарек и его новоявленные помощники Кара и Михась закрутились на кухне, а Машка повел Ирби в школу - к Марте. Словом, день как день, ничего особенного.
Но ничего особенного это если ты не дракон. А если ты дракон, и основная информация о мире под названием Дар у тебя из книг, то тебе этот день покажется как кораблю первый спуск на воду. Разве можно почувствовать волны под днищем и соленый ветер в парусах, стоя на стапеле? Вот и Алабар «плыл» по уютной городской улице, удивляясь ощущениям собственной свободы, и лишь отголоски древнего страха ментальных магов, вбитого в подсознание, да воспоминание о сородичах в Серых Горах нет-нет и омрачали его лицо.
Как бы то ни было, а через несколько кварталов, почти у самой бухты, откуда неслись запахи свежей рыбы и водорослей, заветная кондитерская лавка внезапно очутилась прямо перед носом. Не заглянуть в нее оказалось выше драконьих сил.
Звякнул колокольчик над дверью, и в прохладном сумраке пахнувшего ванилью помещения раздался хриплый голос:
— Свистать всех навер-р-рх! Кур-риные потр-роха вам в печенку, кар-ракатицы сухопутные!
Алабар остановился, с недоумением выискивая источник такого искреннего возмущения.
— Чё румпелем вер-ртишь, чер-репашка бер-реговая?!
— Кешка! А ну, на место улетел! Быстро! — раздался звонкий девичий голос. — Всех покупателей с утра распугал!
— У-у, явилась… — прогудел кто-то хриплым басом себе под нос, — фур-рия с фор-рштевня…
Ярким пестрым комочком слетела с высокой люстры смешная длиннохвостая птица, шустро нырнула в висевшую у дальней стены клетку, и крючковатым клювом закрыла за собой проволочную дверцу.
— Не обращайте внимание, лэр, — весело обратилась к Алабару девушка лет двадцати. — Кешка у нас безобидный, просто дуркует сегодня. Настроение у него с утра боевое, вот и вспоминает молодость.
В отличие от большинства женщин, встретившихся дракону в городе, она была одета в широкие, мотавшиеся при каждом движении штаны и просторную выбеленную рубаху. Она смотрела на молчавшего Алабара, и несколько напряженно поинтересовалась:
— Э-э… Вы за покупками зашли? Или так, поглазеть?
А дракон, и вправду, глазел, забыв обо всём. Было, кстати на что, вернее, на кого. Внешность, у стоявшей перед ним девушки, отличалась необычностью, и это еще мягко сказать. Густые, темно-русые волосы заплетены в две толстых косы, черные смоляные брови вразлет, на коричневом от загара лице светятся глаза странного сиреневого цвета, остренький подбородок нахально вздернут вверх, и пухлые губки упрямо поджаты. И всю эту красоту уродует косой шрам через правую щеку.
— Я-а… — растерялся дракон. — Да, я за покупками.
— Ну, так чего изволите? — усмехнулась девушка.
— К… конфет — начал заикаться дракон, — к-каких-нибудь.
— Вам подороже или подешевле?
— Мне… в-вкусных.
— А невкусных у нас нету, — довольно резко ответила торговка. — Есть леденцы, есть тянучки, карамельки, желейные, орешки в цветной глазури, мятные, ягодная пастила… Вам каких?
Алабар вытащил тихо звякнувший мешочек и положил на прилавок.
— Вот тут. На разные. На все.
Девушка глянула на кошель и недоверчиво выгнула тонкую бровь.
— Прямо-таки на все?
— Да там… только медные монеты.
Теперь обе брови взлетели вверх.
— Вы приезжий что ли? — спросила она, уже открыто разглядывая парня.
— П-почему?
— Стесняетесь того, что у вас только медь. Не стесняйтесь, у нас тут и за эту медь пахать надо недели две!
— Пахать? — удивился Алабар, — А разве… у вас женщины пашут?
Девушка рассмеялась:
— Я же говорю приезжий! Да, лэр, женщины у нас тут тоже пашут! И еще как!
— Я понял. Вы имеете в виду «работают», — нахмурился Алабар. Его почему-то смущал ее смех. — Так вы продадите мне конфет на эти деньги?
— Да, конечно. Вы не обижайтесь, у нас тут приезжих много бывает, чаще всего с Островов. Иногда даже по вессальски не знают. А может, просто притворяются. Вы откуда?
— Издалека, — туманно ответил Алабар.
Напоминание о доме заставило прийти в себя, и растерянность испарилась. И то правда - надо себя в руки брать, а то вон насмешничают разные двуногие. Хоть и красивые.
Девушка, почувствовав недовольство клиента, молча высыпала медь на прилавок и принялась считать, пальцем отодвигая монетки. Потом одним движением сгребла всё в выдвижной ящичек и в задумчивости развернулась к стеллажам.
— А что вы больше любите? Кислое или сладкое?
Поделиться книгой: