Ленивая пастораль – 5

— Там, — Тихий Омут махнул рукой в сторону лужи.

— Почему не встаёт? Давайте скорее бросим останки второго старейшины! — она завопила истерически.

— Поздно. Он уже растворился. Эта грязь пожирает мёртвое и восстанавливает живое, — капитан Очевидность в этот раз говорил устами Лисьих Кисточек.

Ей было жалко… хм… пожалуй, подругу, и обе девушки, всё ещё покрытые «мазутом» обнялись.

— Он же меня защищал, — хлюпала носом Губы Черешни, и растирала смесь соплей с грязью по лицу. — В меня летела техника Праха, о он подставился, — опять всхлип.

— Пусть поноют. Пойдём пока трофеи пособираем? — Тихий Омут пригласил Лиса на мародёрку.

— Возможно, кто-то выжил…

— Телохранительница присмотрит.

Песцовая Шкурка кивнула и сделала рукой выпроваживающий жест. Мол, валите, тут женские дела, без вас разберёмся.

Лагерь Тихий Омут решил забрать полностью, но не стал этого делать сразу. Всё-таки сражение было совместным, трофеи решили делить ровными долями. Только инструменты-артефакты по обоюдному согласию уничтожали сразу же, едва натыкались на них.

— И что теперь?

— Не знаю, что ты будешь делать. А я пойду прикончу Королеву тараканов.

— Что? Ты не потянешь!

— Это не ради удовольствия. Это часть эксперимента. Нужно попытаться. Ты разве не понял, что мы все действовали не по своей воле? Да, эти тётки мрази, но не настолько же.

— Постой! Королева! Они мешали ей! Нашими руками она…

— Именно.

— И когда ты это понял?

— Так сразу же, как вошли в Гиблое Место.

— И почему не защитился? Уверен, что мог бы!

— Мог. Но зачем? Эксперимент же.

— О чём ты?

— Я же рассказывал о моём знакомом Звере? Так он, похоже, вовсе не зверь, а насекомое. Это ведь не одно и то же? Я в ваших сортах не разбираюсь.

Лис не знал, что ответить, разумных насекомых в Малом Мире нет, а в книгах об этом не пишут.

— Да, вроде, мы сотворены в одну эпоху, — неуверенно сообщил он. — Родословная из поглощается, хотя они в самом деле немного иные.

— Мне нужно понять, как работает их природная способность. Справлюсь с тем, что устроила слабачка, то пойму как бороться с серьёзным боссом.

— Насколько я понимаю, во Внешнем Мире способность влиять на чужие мысли не такая уж и редкость. Чего ты так завёлся?

— Ты думаешь, нам внушили ненависть к секте Божественной Ноты? Неее! Нам сменили моральные установки. Вот скажи честно, раньше же тебе было бы абсолютно насрать на то, что одни люди замучили пару монстров и других людей ради создания артефакта.

— Ну, они и Зверей ловили…

— Да даже если твоего братца пустили бы на артефакты, ты сказал бы только «ну, ладно!».

Лис почесал за ухом, недолго сравнивая себя прежнего и настоящего. По морде-лицу стало понятно, что он пришёл к тому же выводу, что и Человек, но тему смены жизненной парадигмы продолжать не стал:

— Ещё раз спрошу: а ты потянешь?

— Так вы же мне поможете, — это не вопрос, а утверждение.

— С чего бы?

— Просто вспомните, что валялось в тронном зале.

— Хм…

Оказалось, у женской части компании планы иные. Не только сопли попускать, как в случае Губ Черешни. Они решили остаться в Пустошах и дожидаться конца Испытания. А вот Снежная Гора решился-таки поучаствовать в рейде на «муравейник». Не только из-за сокровищ, но из любопытства: он так и не узнал, что движет Тихим Омутом. Да и по правде говоря, уверовал он в себя после этого сражения. Ну и в напарника, конечно же. Хотя, в себя не меньше.

Едва разделившиеся компании разошлись достаточно далеко, Тихий Омут достал несколько предметов, от которых глаза зверя загорелись алчностью. Сокровища!

Как хотелось завладеть этими косточками! Но боязно. Эх, если бы не явное превосходство в силе, помноженное на скрытность: ничего сверхмощного человек так и не показал, но ведь как-то же он победил старейшину Божественной Ноты?

— Выбери себе технику, — человек протянул Лису несколько костей со звериными техниками. — Твой лёд хорош для остановки, но убойность его так себе. К тому же, насколько я понял, в сухом воздухе пустошей ты слабоват.

— Что-нибудь ледяное есть?

— Боишься конфликтов элементов? Может, и правильно. Вот, глянь эти три кости.

Снежная Гора, как оказалось, мог инстинктивно чувствовать связанные с техникой элементы. Даже читать мог эти надписи, но техника создания подобных «учебных материалов» давно утрачена. По крайней мере Зверями, населяющими Малый Мир. У них в семье есть несколько таких сокровищ, оставшихся с древних времён. Только доступа к ним нет даже у него, принца клана. Старший, наследник, возможно будет допущен к их изучению, а вот младшему, да ещё с репутацией безалаберного балбеса — вряд ли позволят.

Снежной Горе показалось, что человек смотрит на тего с завистью, когда он освоил новый навык запросто, совершенно естественно и быстро, будто выпил чашку чая.

Новая техника внешне не отличалась от тех, которыми владел Снежная Гора. Зато отличалась принципиально: до этого он мог лишь работать с водой, содержащейся в окружающей среде. Собственно, его Лёд был мутацией стихии Воды. А теперь стал настоящим повелителем холода. То есть мог заморозить и сухой камень, и металл — опустить их температуру до абсолютного нуля.

— Это навык очень высокоуровневой твари! — делился он с человеком восторгом. — Это не просто умение, это понимание нового уровня!

— Ну, возможно, тебе это поможет прорваться, — как-то равнодушно отметил Тихий Омут. Лиса его тон даже задел.

— Да я бы сразу и прорвался, если бы не подавление! Раздражённо буркнул он. С таким пониманием и дед мой прорыв бы совершил!

— Что, ваш дед настолько слаб? Не ценишь ты родню…

— Сам ты слаб!.. Кстати, где ты добыл такую технику⁈ Тебе ни за что не одолеть Ледяное Порождение!

— Понятия не имею, что за порождение такое.

— Вот! И я о том же!

— Да нашёл я эти кости. Там, снаружи, полно развалин древних сект, руин времён Большой Войны. Хлам, в основном. До нас всё разграбили. А вот такие косточки мало кто знает, зачем нужны.

— У-у-у-у! — застонал в отчаянии Снежная Гора, представив, сколько сокровищ теряется из-за людской глупости.

Подумав о глупости Людей, он задал вопрос, который более актуален в текущей ситуации:

— Зачем ты отдал Королеве Нити Чистоты, если планировал с ней драться?

— А почему нет? Если применит, мне же проще будет: это же только потенциально полезная вещь, а в краткосрочной перспективе — травма, и довольно серьёзная. Думаешь, скоро оправится?

Оправилась. Ещё как! У всех практиков есть свои секреты, почему бы и Королеве не обладать техниками быстрого восстановления? Или снадобьями. Или филиалом лечебных грязей. А не исключено, что она знает отчего лужи стали целебными — может от одного из видов насекомых? Если жрать их самих или их части, то исцелишься мгновенно.

— Что-то забыли, мальчики? — во внешности Королевы уже практически не было черт насекомого. — Можете ничего не говорить. На своей территории я полновластная хозяйка. Или ты думал, что в мне подчиняются только крупные насекомые-монстры?

Снежный Лис вспомнил, как по пути в «за́мок» Тихий Омут зачем-то убивал мошек и жучков. Он посчитал это придурью или испытанием атакующей техники, а, оказывается, он шпионов убирал! Но, видимо, не всех заметил.

Королева хмыкнула и продолжила:

— Что нужно лисёнку, я понимаю. Жадную до чужого добра натуру не скроешь. А вот зачем ты вернулся, обезьянка?

— Обезьянка? — Снежная Гора удивился вслух, подтвердив тем самым, что остальное сказанное Королевой — верно.

— Ну, не человек — точно. По крайней мере не в том смысле, к которому привыкли в этом мире. Нашем мире.

— Тихий Омут, так ты отчасти Зверь? Но тогда, если родословная не чистая, ты должен быть неразумным.

— О? Так удивился, что забыл, зачем пришёл? А вот твой новый друг, похоже, что-то понял. Правильно, мальчик. Ты посчитал себя самым умным, не показав всех своих козырей в нашем маленьком сражении. Но почему ты решил, что я не поступлю так же?

— Омут, о чём это она?

— Сила, Гора. Тут всё пропитано её силой. Мы не потянем. Тех старейшин Божественной Ноты она убила бы одним щелчком.

— Слушай приятеля, лисёнок. Спасибо, что помогли мне с незваными гостями. Но возвращаться не стоило.

Тела обоих мужчин сковала неведомая сила и подняла в воздух. Сжимало не сильно, но нельзя было пошевелить и пальцем.

— А у тебя неплохая Родословная, лисёнок. Думаю, что даже несмотря на такой маленький уровень, мне он будет полезна, — Королева встала со своего трона, и подошла к подвешенным телам.

Когтистый палец ткнул в низ живота Снежной Горы. Туда, где располагалось ядро. Прежде у хозяйки Гиблого Места были настоящие острые когти, которые теперь, после очистки родословной, стали ногтями. Но остроты от этого они не утратили: волшебная одежда разошлась от одного касания, обнажив тело.

— Хм… А у тебя тут что-то странное, — следующим движением она вскрыла упаковку со второго угощения.

Глаза женщины испускали свет, проникающий в тело Тихого Омута, от чего его тело конвульсивно сжималось. Пошевелиться сильно он не мог, но мышцы напрягались, видимо, от испытываемой боли. Тем не менее, лицо его сохраняло бесстрастную маску.

— Открой разум, я хочу посмотреть, откуда ты такой взялся. Вон, твоему другу это тоже очень любопытно, — закончив осмотр, Королева ткнула жертву пальцем в лоб.

Видимо, это какая-то форма пытки, потому что в этот раз лицо Тихого Омута не смогло остаться бесстрастным и исказилось от страданий.

— Хм… Интересно. Что же ты такое пережил, что научился противостоять такому? — Королева сделала два шага назад и вновь осмотрела жертву. — Ничего. Пусть не сразу, но я всё узнаю.

Взгляд переместился на ядро Лиса:

— А вот к тебе у меня вопросов нет. Пока, лисёнок. Спасибо за угощение, — ногти на руке превратились в когти и рука полетела в направлении живота, чтобы вырвать сосредоточение жизненной силы и родословной.

…и перемололась до самого локтя. Она одновременно и замёрзла, став хрупкой, и влетела в пространственное искажение. Вряд ли бы атака этими детскими шалостями прошла, если бы нападали на неё — слишком медленные её оппоненты. А вот сама она вляпалась в статичную ловушку запросто. Подлецы использовали её же невообразимую скорость. Она просто не смогла вовремя ни остановиться, ни защититься, поскольку удар наносила от всей души.

Визг заполнил своды подземного дворца. От этого крика у мужчин пошла кровь из ушей. Да, твари было больно, но это не главное: она злилась на себя, это был вопль возмущения: сама же только что говорила о скрытых козырях и попалась в такую глупую ловушку!

К тому же, рука отросла практически мгновенно, а вместе с тем на довольно красивом человеческом лице появились мандибулы.

— Глупо в вашем положении злить меня! — жвалы ходили при каждом слове, хоть и непонятно, как они задействованы в произнесении звуков.

— И что, будет хуже? — скривил рот в ухмылке Тихий Омут.

— Вы могли бы умереть легко, а теперь вас ждёт целая вечность страданий! — завизжало полунасекомое. Скорее всего, её родословная имеет отношение к чему-то похожему на богомолов: тело всё больше и больше искажалось, по непонятной причине. Обычно звериный облик даёт больше сил, но ей-то это сейчас зачем? Перед ней же букашки по силе.

— Глупая старуха, — захохотал Тихий Омут. — Ты забыла, как мы сюда попали?

И, словно напоминая, тела обоих пленников начали светиться неестественным голубым сиянием, становиться прозрачными, а потом осыпались мириадами светящейся точек, улетевших в неизвестном направлении прямо сквозь стены «за́мка».

— Нееет! — завизжала Королева. — Я выберусь отсюда и достану вас! Даже перерождение не спасёт вас от возмездия!

В этот раз крик был ещё страшнее, чем когда она потеряла руку. Головы монстров-придворных лопались от этого визга, наполненного силой. Со стен осыпалась пыль, даже трон и некоторые не особо высокоуровневые сокровища разрушились.

Только виновники двойного унижения уже ничего этого не видели и не слышали, они появились каждый перед своими вратами на большой площадке вне барьера, ограждающего место Испытания.

Человек и Зверь переглянулись, оскалились и… Тихому Омуту пришлось уворачиваться от запущенной в него техники не то яда, не то праха: каменный пол в месте попадания исчез. Судя по всему, секта Божественной Ноты не слишком рада его видеть.

— Остановись! — взревел Дракон-распорядитель, и кисть его будто сжалась в кулак. Одновременно с этим в стороне, где находились представители секты Божественной Ноты, сначала раздался хруст костей, а потом тяжёлый вздох.

— Тише-тише, — ласковый женский голос заставил распорядителя упасть на одно колено. Звучал он тихо, но нельзя было его не услышать, ведь это не было звуком, а, скорее, мыслью, появившейся сразу у всех в головах.

— Фея Одинокий Цветок! — рыкнул Дракон. — Эта женщина нарушает правила испытаний!

— Тише-тише, — голос вновь прозвенел, но на этот раз в него было вложено что-то успокаивающее. — Я сама приму решение о наказании виновных. Всех виновных.

Наваждение пропало так же неожиданно как и появилось, но уже никто не посмел быть агрессивным, понимая, что сами Демиурги наблюдают. Быть дерзкими в их присутствии — большая глупость.

Тем не менее, воздух едва ли не звенел от напряжения, так что впервые за много лет распорядитель решил не проводить формальную церемонию завершения Испытания. Он быстро огласил результаты, подвёл итоги.

Из секты Духовных корней выжили пятеро: Тихий Омут, Губы Черешни и трое из тех самых практиков с Пика Печатей, с которыми случился конфликт в самом начале испытания. Они волками смотрели на своих товарищей по секте, едва ли не делая дыры в соучениках.

— Ещё раз напоминаю: никаких конфликтов! — рука Дракона покрылась огнём, хотя по логике, он должен был им дыхнуть. Нет? — Старшие, не позорьте себя, нападая на младших.

Почему-то многим показалось, что в голосе Дракона прозвучало презрение. Если и так, то на кого оно было направлено, догадаться нетрудно.

— Вечером состоится пир, где любой сможет обменяться опытом со своими бывшими соперниками, в в скором времени — единственными союзниками при выходе во Внешний Мир, — продолжил Дракон наставительно. — До того момента младшие могут отдохнуть в резиденциях старших. Думаю, вам есть что обсудить.