Без пощады 3

Поздно… едва с губ Майка сорвалось имя «ЛИндрес», тело киборга прошил нервный импульс и он, несмотря на обездвиженные протезы, начал садиться, скребя парализованной рукой по пластику и слепо ворочая головой. Из прорезов в культях хлынул гной вперемешку с кровью, игла капельницы выскочила и… Вертинский медленно опустился и обмяк, снова затихнув на мокром склизком мате. С шумом выдохнувшая Дана убрала палец от подающей транквилизатор пиктограммы на экране планшета и укоризненно взглянула на парня. Тот, потрясенный, убирая руку от игольника на поясе, виновато пробубнил:

- Да кто ж знал… Дай я снова вставлю иглу.

- Я сама – ответила уже склонившаяся над окровавленным телом девушка – Вот черт… во мне все обмерло. А ведь мы куда старше его, Майк. Тут в крови лежит подросток… его ровесники в более благополучных секторах только что закончили домашнее задание и весело гуляют по паркам или режутся в игры…

- А этот людей ржавым тесаком на куски режет – хмыкнул успокоившийся Майк – Фух… Но ты видела, как он отреагировал на имя…

- Эй!

- Да не собирался я его называть. Но ты видела его лицо в момент, когда он пытался встать?

- Видела – глухо обронила девушка и нервно передернула плечами – Маска смерти… Думаешь тот полицейский причастен к случившемуся с его… ну ты понимаешь, о чем я.

- Почти наверняка – уверенно ответил Майк – Как же все запутанно… и интересно. Хотел бы я узнать подробности. Стой! А ведь он нападал не только на копов. Он еще прикончил того свяще…

- Не надо! – прервала его Дана и хотела добавить еще что-то, но ее в свою очередь прервал писк пришедшего на небольшой браском сообщения и последовавший за ним условный стук в небольшую железную дверь с засовом. Майк снова уронил руку на рукоять игольника.

Прочтя сообщение, она успокаивающе кивнула, и парень шагнул к двери. Лязгнул засов, и железная створка бесшумно открылась. Внутрь вошли двое – средних лет чернокожий мужчина с копной курчавых волос и вооруженная игольной винтовкой женщина с суровым жестким лицом, в черном приталенном комбинезоне, серой бейсболке и того же цвета тяжелых рабочих ботинках. Следом за ними вкатился старый колесный АКДУ и, подчиняясь приказу с браскома мужчины, занял позицию неподалеку от переносного туалета.

- Как наши дела? – потирая ладони, поинтересовался широко улыбающийся мужчина, в то время как женщина заперла дверь на засов и заняла позицию рядом с ней, скрестив руки на груди. Трудно было не заметить, что ее левая рука искорежена мутацией и выглядит раздвоенной культей, обмотанной серым бинтом – Пациент стабилен?

- Насколько это возможно в данных условиях, мистер Рэнд – вежливо ответила Дана – Но дела становятся все лучше. Если не случится рецидива, то…

- Понятно. Благодарю! Вы с Майком можете возвращаться.

- Идите третьим маршрутом – обронила мрачна женщина.

- Да, мэм – Майк тоже был сама вежливость.

– И следите за тем, чтобы все переборки закрывались полностью. Нам только очередного нашествия крыс не хватало.

- Да, мэм.

- Идите – мужчина махнул рукой – Сегодня у нас на ужин яблочный пирог! Проследите, что и нам с Марго досталось по большому куску!

- Обязательно проследим, мистер Рэнд! – пообещала вставшая Дана.

Бросив последний долгий взгляд на неподвижно лежащего киборга, она поочередно кивнула старшим и первой вышла из убежища. За ней последовал Майк, доставший из кобуры игольник и включивший на нем подствольный фонарик.

Когда дверь снова лязгнула запертым засовом, Рэнд потер ладони и перевел взгляд на молчаливую Марго:

- Ну что-с? Давай устроим этому бедолаге приятный сюрприз?

- Глупому мстительному мальчишке просто надо дать умереть – произнесла Марго и ее раздвоенная культя нервно сжалась – Я могу ему помочь.

- Нет уж – не согласился с ее кровожадными планами Рэнд – Нам велено совсем другое. И взамен обещаны щедрые дары… настолько щедрые, что мы сможем убраться отсюда на пару декад раньше. Как по мне – обмен очень неплохой. Приступаем, Марго. И для начала займемся внутренними имплантами.

- Если он вообще перенесет такое вмешательство.

Посмотрев на злое лицо киборга, мужчина задумчиво хмыкнул:

- Что-то мне подсказывает, что Вертинский справится и с этим…

Щелкнувшие крышки АКДУ разъехались, а из контейнера поднялся выходящий в рабочий режим портативный медицинский блок, уже начавший выводить из своего чрева тонкие манипуляторы…

18.

Мятежный двенадцатый сектор начал медленно «остывать».

С момента последней самой жесткой и массовой перестрелки между паствой Мики Дозы, карателями «нулей» и явившимся всех их усмирять копов прошло больше суток. За это время случилось еще несколько вспышек массовой агрессии и произошло не менее двадцати отдельных убийств, где сводили застарелые счеты. Помимо этого, было убито трое насильников – убито вернувшимися в родные кварталы ЖилМодов протрезвевшими и опомнившимися мужиками, вдруг увидевшими как в их двери ломятся орущие чужаки, а кто-то уже тащит за волосы кричащую женщину. Это все то, что было зафиксировано уцелевшими камерами наблюдения и патрулирующими сектор пауками дознавателей. Информация была упорядочена, проанализирована и каталогизирована, после чего осела в базы данные. Результаты анализа дали небольшой и достаточно удивительный результат – во все еще очень опасном секторе почти полностью прекратилось насилие над женщинами, а судя по подслушанным разговорам приходящих в себя трудяг, это чудо напрямую связывалось в блуждающим по улицам сектора киборгом Нортисом Вертинским, который якобы уже многих насильников вживую нарезал на куски своим страшным тесаком. Киборг продолжает искать еще живых ублюдков насильников и вскоре их предсмертные вопли огласят эти коридоры…

Несмотря на все упомянутые рецидивы, сектор продолжал медленно «остывать».

Из стенных динамиков и с редких экранов полился словесный лживый мед полицейских, предлагающих всем бунтующим прекратить беспорядки и обещая никого не наказывать. Еще обещали всех выслушать и обязательно исправить все упущения городской администрации. Следом состоялось выступление губернатора, который впервые обратил личный взор на «внешний» городской сектор. Сидя за своим полированным рабочим столом, лучезарно улыбаясь, он сообщил, что уже жестоко покарал многих виновных, а всех отвечавших за управление двенадцатым сектором уже снял со своих должностей, назначив вместо них людей активных, деятельных и чутких. Они уже принялись за дело! А пока примите как должное увеличенный приток свежего воздуха – и действительно по коридорам загулял прохладный ветерок, немного разогнавший дым и вонь.

Хотите бесплатной питьевой водой? Отлично! Подвоз бутилированной питьевой воды и мобильных душевых кабинок уже состояла – всех желающих ждут рядом с внутренними шлюзами, каждый может забрать до десяти литров в одни руки. Абсолютно бесплатно!

Продовольствие? Оно там же! И тоже бесплатно!

Вооруженные полицейские отряды выведены из сектора, большая часть аварийных переборок снова поднята и проходы разблокированы. Все пожары потушены, основные коридоры прямо сейчас освобождаются от баррикад и завалов там, где рабочие не встречают сопротивления местных жителей. Никто не действует силой! Об этом же просят и всех жителей двенадцатого сектора!

После этого со своей речью поочередно выступили главы профсоюзов, радостно рассказавших о грядущих повышениях зарплат, об увеличении числа рабочих мест и о планирующемся восстановлении гражданской доковой инфраструктуры, что увеличит число парковочных мест для малых кораблей, даст еще больше рабочих мест и оживит торговлю.

Но и это еще не все! Корпорация НЭПР крайне озабочена случившимся! Ее уполномоченный представитель уже в пути! Корпорация НЭПР заботится о всех жителях города Астероид-Сити и считает своей главной задачей обеспечить их гражданские правы. Сразу по прибытии представителя НЭПР ожидается большое общее собрание, где будут рассмотрены все давно назревшие проблемы.

Астероид-Сити на пороге больших перемен к лучшему!

Слушающие сахарную бурду люди, озлобленные невыносимой жизнью, понимающие, что им детям придется еще хуже, не торопились верить. Но и воевать они тоже уже не торопились. Но из-за нежелания. Нет. Просто исчезли способные быстро зажечь эту бурлящую массу катализаторы.

Мика Доза, он же отец Микаил, бесследно пропал после последней перестрелки, а вместе с ним и все его наиболее фанатичные приближенные. Они не выходили на связь и не показывались уже больше суток.

Банда «нулей», громогласно пообещавшая покарать всех мятежников, тоже будто испарилась. Ни следа этой нечисти на покрытых мусором улицах. А с исчезновением главного врага – с кем воевать?

Огромную порцию успокоения и стабильность в сектор привнесли национальные кластеры. Многие из этих монолитных общин охотно укрыли у себя спасающиеся от мятежа семьи, и они же своими решительными жесткими действиями дали четко понять всем сомневающимся, что к ним лучше не соваться. Этот кровавый посыл был понят правильно, что привело к мертвому спокойствию не только на территориях самих общин, но и в прилегающих к ним территориям.

Те же, кто еще не утихомирился и жаждал буйства, находили себе подобных и небольшими группками выплескивались на узкие улицы-коридоры… где на первом же большом перекрестке вдруг натыкались взглядами на висящую под потолком многоногую стальную тварь с нарочито зажженными глазами, внимательно наблюдающими за происходящими. На каждом из таких пауков имелась эмблема страшной службы федеральных дознавателей и всего этого хватало, чтобы бунтующие сначала замедлялись, затем останавливались и наконец разворачивались, уходя присмиревшими и впервые задумавшимися о последствиях.

Что-то действительно беспредельное, кровавое и жесткое продолжало случаться лишь на самых окраинах – рядом с внешней стеной городского купола. Там, где обитали калеки и мутанты, чья судьба была безразлична всем, кроме всегда голодных крыс.

Деловито гудящие грузовые платформы вывозили груды обугленного мусора из освободившихся от мятежников коридоров. Отдельная техника свозила к специальным местам мертвые тела, различное оружие и редких раненых – причем последним тут же на месте оказывалась срочная медицинская помощь, после чего они не увозились куда-то в неизвестность, а размещались здесь же в специальных лагерях. Все могли видеть – никого не допрашивают и не избивают.

Час уходил за часом. Сектор продолжал медленно «остывать».

На интерактивной и расцвеченной разноцветными огнями карте «внешнего» сектора целые сектора один за другим теряли красноту и окрашивались в желтый или даже в зеленый. «Обод» больше не был единым раскаленным кругом и процесс урегулирования медленно продолжался.

Но все причастные понимали – до успокоения двенадцатого сектора еще далеко.

Кровь еще прольется…

В этом почти никто не сомневался.

19.

- Открывайте – властный, но какой-то безликий, словно винтик в могущественной государственной машине дознаватель был спокоен, но встретивший его у входа сонный старый патологоанатом сразу понял, что спорить бесполезно.

Для проформы уточнив имеются ли соответствующие документы и тут же получив возможность ознакомиться с оными на протянутом планшете, старик развернулся и, устало шаркая, придерживая рукой барахлящий спинной экзоскелет, позволяющий ему держаться хоть сколько-то прямо, направился к терминалу. Введя шестизначный код, он дождался открытия двери и пропустил группу дознавателей. Входить сам он не стал, оставшись на пороге – его об этом не просили, но благодаря своему огромному опыту, старик еще не умершим чутьем понял, что в ближайшее время он там не понадобится.

Дверь медленно закрылась, отсекая волну холода и характерный букет ароматов секционного помещения. Она же скрыла главное – десятки и десятки лежащих на полу тел в трупных мешках и тряпичных свертках. Сюда уже сутки поступают тела, до этого заполнив другой более вместительный и современный морг.

Обычно здесь имели дело лишь с мрачными результатами бытовых разборок, перепоев, передозов, мутаций или с найденными в помойках младенцами, если с телами еще не успевали разобраться крысы. В таком случае оставалось лишь взять образец ДНК и отправить жалкие остатки на утилизацию – определить причину смерти обычно уже не удавалось.

Но в этот раз все было куда серьезней и страшнее. Такого количества смертей не было с прошлого мятежа, но в тот раз его быстро локализовали в одной области внешнего сектора, а немалое число тел погибших бесследно исчезла, не поступив ни в один из моргов. В этот раз что-то скрыть было попросту невозможно, и прямо сейчас споро работающие дознаватели еще сильнее усугубляли проблему, умело фотографируя и сканируя каждое тело, фиксируя раны и отличительные признаки. Информация сразу уходила в базы данных, где личности погибших опознавались, пополняя собой список официальных жертв разрушительного мятежа Астероид-Сити. Счет уже перевалил за три сотни, а список продолжал расти. Что хуже всего – в списке полным-полно женщин и детей, а еще там завались сколько всяких уродов с врожденными мутациями.

Мутанты – проблема. Большая проблема.

Порой это хуже, чем погибшие дети, ведь если в их смерти можно обвинить мятежников, а самим покаяться в нерасторопности и пообещать исправиться, то мутанты это прямой сигнал о непригодности как минимум нескольких областей купольного города для обитания людей. А прямой обязанностью даже не городского правления, а корпорации НЭПР, является обеспечение достаточной защиты всех своих работников и их семей от радиационного излучения и всех прочих четко прописанных опасностей космоса. Есть какой-то минимально допустимый процент мутаций и за его границу заступать нельзя. Правительство Федерации за подобное наказывало очень жестко – вплоть до смертных казней кого-нибудь из высшего менеджмента корпорации.

Помимо мутантов в морге могли отыскаться и несколько заочно приговоренных к казни смертников, что сбежали в окраинные сектора и сумели затаиться, оставшись незамеченными для здешней полиции. Ладно один или пара смертников… а если их больше?

Все эти переполненные морги сейчас представляли собой самые настоящие бомбы, готовые взорваться в любой момент и нанести колоссальный вред Астероид-Сити и корпорации НЭПР. И с каждым новым снимком и образцом ДНК, с каждым новым именем в растущем списке, угроза возрастала…

Старый работник морга не знал этого. Да и не думал об этом. Из его крови улетучивались остатки самогона и ему стало настолько плохо, что он едва сумел отправить рапорт вышестоящему руководству и прислонился лбом к автомату с кофе, ожидая, когда нальется его суррогатный напиток. А дознаватели продолжали работать, осторожно разворачивая свертки и открывая трупные мешки, вытаскивая на свет все новые и новые мрачные тайны Астероид-Сити.

20.

Глава 4

20.

Мика Доза, опутанный трубками и проводами, с головой в венце помигивающих жгутов-датчиков, выглядел торжественно и жалко одновременно. Полностью обнаженный, но с прикрытым белоснежным полотенцем пахом, он выглядел подобно сыну божьему из древней святой книги, чьи копия лежала под его безжизненной правой ладонью. Он выглядел так, будто закончил все свои мирские дела и готовился вознестись в безграничный космос.

- Как Иисус – всхлипнула уже седая, но еще крепкая женщина того неопределенного возраста, что бывает только у тяжко работавших всю свою жизнь людей – Вот-вот исчезнет… лишит нас света…

Ее слова утонули в висящем в замершей операционной молчании. Собравшиеся вокруг стола грязные оборванцы уже получили свою толику непривычно качественной медицинской помощи. Из их тел достали иглы, раны зашили, каждому вкололи щедрую порцию витаминов и всего того прочего, что обычно даже не снится никчемным оборванцам вроде них. Некоторым были установлены дешевые, но вполне действенные протезы, заменившие утраченные конечности. Другие получили переливание универсальной искусственной крови и изрядно взбодрились. Это для них расстарался уже изрядно пьяный медбрат, вместе с исчезнувшей трезвостью потерявший остатки здравомыслия и вместе с тем понявший, что ему так и так конец. Как минимум уволят – и это в лучшем случае, хотя, зная своего мерзкого занудного босса, он был уверен, что простым увольнением дело не обойдется. Вот он и обрушил поток оздоровления на эту стаю загнанных в угол доходяг – и глядя на их мрачные щетинистые лица, он с трудом верил, что именно эти люди причастны к созданию мятежного пожара, в считанные часы охвативший весь двенадцатый сектор…

Сбившиеся в стаю бродяги не знали о его мыслях. Да и знай они – им было бы плевать. Вся эта свалившаяся на них бесплатная благодать никак не помешала им продолжать напиваться, вливая в себя отраву одновременно с лекарствами и витаминами. На робкие увещевания медбрата внимания никто не обращал – эти много чего повидавшие люди понимали, что еще ничего не закончилось и самое страшное ждет впереди.

Около получаса назад частично заработала внутренняя инфо-сеть сектора, куда тут же неведомым образом начали просачиваться различные новости извне. Не всему можно было верить, но опять же некий крысиный инстинкт подсказывал на что следует обратить внимание. И вскоре в комнату вошел пьяный, но твердо держащийся на ногах громила. Набычившись, он шагнул к группке самых фанатичных, следящих за тем, чтобы эта искра не угасла и в остальных. Не особо понижая голос, он постучал пальцем по потрескавшемуся экрану своего браскома и проворчал:

- Короче дело плохо. Они идут.

- Кто? – чуть громче и визгливее чем нужно осведомилась седая женщина – «Нули»? Эти твари идут за нами?!

- Нет – буркнул громила – Копы.

- Так ведь переговоры! – выдохнул тощий и кривой как кусок ржавой арматуры доходяга, слишком уж высокий для своего телосложения – Динамики гудят! Стрельбе конец – давайте мол договариваться!

- Вранье! – отрезал мускулистый – Короче новости такие – всем выдают одеяла и жратву, наливают горячее питье, баб с детишками отправляют по домам, раненных лечат на месте или кладут на койку в лагере. Самых легких тоже отправляют в свои кварталы. Сверху выдают трехдневные пайки жратвы и воды. Велят сидеть по норам и в коридоры не соваться. Напрямую не угрожают, но и так все всем понятно.

- Так я и говорю – переговоры! – настала очередь высокого и тощего сорваться на тонкий визг – Всё путем? Космос чист – можно в родные доки?

- Уткнись, Дилрой! – рявкнул громила, сжимая кулак – Хвост поджимать поздно! Наши рожи на каждую камеру попали и нас по домам не разгонят! Сюда слушайте! В сети говорят, что по окраинным коридорам двинулись по двое-трое перевязанных работяг в грязных комбезах. Но они не из наших! Копы! Лица измазали, бинтами умотались, а под комбезами у них игольники и ручные сканеры! Как только засекут кого из наших самых сильно себя показавших – тут же на месте и валят наглухо! Говорят, у них приказ всех зачинщиков на утилизацию отправить.

- И где они сейчас? – мутант с черной курчавой бородой наклонил свою изуродованную деформированную голову, чтобы лучше слышать – Нам получится отсидеться?

- Куда там! Заглядывают в каждую щель! Не знаю устоит ли эта дверь…

- Если у них полицейский аварийный ключ – куда там! – робко вставил медбрат, усевшись у стены и баюкающий в руке кофейную чашку с разбавленным водой спиртом – Войдут как себе в ЖилМод – растворенный в крови алкоголь добавил ему смелости, и он решился попросить – Свяжите меня, а? Я ведь ничего не сделал – за что меня вместе с вами валить наглухо?

Ему никто не ответил – столпившиеся вокруг лидера люди напряженно ждали решения проблемы, а они, те, кто взвалил на свои усталые плечи чужие судьбы, старались придумать хоть что-то, понимая при этом, что деваться им некуда. Отсюда выход только один – обратно в коридоры пустого и страшного сейчас «внешнего» сектора, где бродят группы ликвидаторов.

- Прорваться бы в тоннели старых шахт – тоскливо протянул изможденный старик, глядя, как сжимаются и разжимаются стальные пальцы его недавно установленного протеза левой руки.

- Чем там дышать?

- Все оборудование так там и осталось – возразил старик – Я знаю! Мой отец был шахтным инженером! Да и у меня хватит мозгов, чтобы все запустить. Нагрести где-нибудь жратвы и воды – и туда на пару недель.

- А священная война?! – вскрикнула седая женщина и сердито ударила кулаком о стену – Мы должны истребить всех поганых «нулей»! Так велел святой отец Микаил!

- Истребить – проворчал старик, куда быстрее остальных пришедший в себя и уже понявший, насколько плохо обстоят их дела – Как бы нас не истребили. Отец Мика не жив, не мертв… Мы сами едва на ногах стоим. Нам надо где-то укрыться. Форд… малой… ты ведь не хуже меня эти коридоры знаешь. Сможешь довести до одного их бывших шахтных шлюзов? Из тех, что закрываются без автоматики.

- Довести смогу – оживший громила почесал саднящий после последней заварушки затылок и признался – Двоих… может троих провести смогу. Но нас вон сколько… а еще отец Микаил – его как? На руках?

Медбрат опять подал голос:

- Умрет сразу! Спятили? Его вообще двигать с места нельзя. Разве что только на платформе грузовой – и вместе с резервным медицинским модулем. У нас есть такой. Я даже запустить его смогу. Но этот модуль весит больше ста килограмм и он ни черта не мобильный.

- А платформа есть?

Медбрат Виктор мотнул головой:

- Своих не держим. Тут есть пара автоматических доков с платформами неотложки. Но их либо диспетчера вызывают, либо аккредитованные в системе доктора. А я… я просто медбрат с нищенским окладом. Что вы от меня хотите? Я никто! – допив спирт, он подставил кружку под горлышко бутылки сидящего рядом мужчины и пьяно повторил – Я никто! С-сука… просто никто!

- Как и все мы – тихо произнесла одна из женщин – А может просто подождем здесь и все обойдется? Зачем копам заглядывать в закрытую клинику?

В помещении снова повисло тяжелое молчание, прерываемое лишь стонами и вскриками спящих мятежников.

- Надо уходить в шахты – едва слышно повторил старик – Иначе не спастись…

21.

- Удар по Раккатару! Пираты напали на колонию Раккатар! – это страшное известие выплюнул из себя подплывающий к огромному астероиду потрепанный корабль – Говорят там просто бойня! Все каналы связи блокированы! Пиратов тьмы и они вырезают всех подчистую! Кстати – салют всем! Купец Григориан на связи! Мы живы и здоровы! И… мать вашу… это же крейсер федералов…

На этом общий эфир горланящего судна прервался ненадолго, а когда капитан снова вышел на связь, общался он куда менее развязно и громок. Но главная новость осталась неизменной – атака пиратов на Раккатар.

Но никого это известие не потрясло – куда уж сильнее?

На фоне собственных страшных новостей, утопая в крови и задыхаясь в дыму внутренних пожаров, город Астероид-Сити почти не заметил пришедшей вместе с очередным торговым кораблем новости о пиратском нападении на планетарную колонию Раккатар, находящуюся в том же условном окраинном секторе космоса. Еще одна схожесть состояла в том, что на Раккатаре тоже добывали знаменитейший и загадочный артианит – редчайший и невероятно дорогой.