Им«ПеРец»

— Аскеза, так надо говорить. — поправил я бойца. — Только не вздумайте сравнивать паладинов Его и шаманов. За такое говорящие с духами и проклясть могут.

— Ох! — сержант повторно осенил себя знамением. — Вот чего точно лучше избегать. Помню, когда я ещё был рядовым, у нас один боец подшутил над шаманом, подсыпал ему в чай илийского дурмана. Так призыватель проклял его. После шутник целую неделю не мог вовремя по нужде сходить. Мы ему потом кличку дали — Хмурая прачка.

— Ха, у меня тоже была история. — отсмеявшись, начал рассказывать рядовой. Ну а я, улыбаясь, откинулся на спинку сиденья и скосил глаза в окно. Как же спокойно среди воинов граничья. Простые, чуть наивные, но зато искренние и мужественные. Такие никогда не ударят в спину. Вот он, настоящий цвет империи, а не там, в больших городах.

* * *

Когда до второй оборонительной линии осталось треть пути, атмосфера в салоне кареты изменилась. Веселье отошло на второй план, а все мы перестроились в боевой режим. Сержант выбрался наружу, согнав сидевшего рядом с кучером бойца, а еще один рядовой перебрался на открытый багажник, чтобы мгновенно использовать арбалет, установленный на крыше. Мы тоже полностью убрали шторы, чтобы ничто не мешало нам наблюдать. Твари бывают всякие, иные бегают и ползают, но попадаются и летающие. Именно последние чаще всего умудряются прорываться через линии обороны.

Так и добрались до самой стены, настороже, и готовые ко всему. Расслабиться смогли, лишь когда карета въехала во двор крепости, как раз вместе с заходящим в серые тучи солнцем. Да, еще одна особенность пограничья — здесь световой день короче на два часа. Всему виной никогда не исчезающий над разломом грозовой фронт. Словно бы сама природа таким образом пытается бороться с чуждым образованием на теле материка.

— Вот, держи. В знак благодарности за спокойную дорогу. — похвалил я кучера, вручив ему пару медных монет поверх стандартной платы, которую он получал в министерстве. Вот кто действительно рискует, совершая сюда поездки. Обычный крестьянин, он даже от самой слабой твари не сможет защититься. Вся надежда на пассажиров.

Кучер рассыпался в любезностях, но я уже не слушал его, начав подниматься по каменным ступеням. Путь вверх можно было проделать несколькими путями. С помощью подъёмника — самым быстрым способом, если не учитывать, что порой приходится долго ждать, пока корзину спустят вниз. Несколько деревянных и верёвочных лестниц, ведущих наверх — мой любимый способ, но не сейчас, когда тело ещё не восстановилось полностью. И третий способ — каменные ступени, расположенные на каждом ярусе башни или крепости, по которым можно взобраться на самый верх.

Корзины подъёмника внизу не было, и я выбрал подъём по каменным ступеням.

Десятки магических светильников, расположенных на стенах, покачивались и бликовали от ступеней, оживляя их. Словно подражая им, голоса дозорных, стоящих на посту, отражались от стен, гуляя эхом по двору. Пахло кожей, потом, каким-то варевом, и дымом от кухонного очага. Эх, как же я соскучился по всему этому…

— Господин капитан, вы к нам на должность заместителя? — ко мне навстречу спускался сержант. Похоже командир крепости заметил меня, и послал встречающего.

— Нет, проездом, — ответил я, прикоснувшись рукой к знаку различия — ромбу на левой стороне груди, внутри которого располагались цифры «9/20». У офицеров второй линии там присутствовали треугольники, различающиеся величиной — в зависимости от должности.

— Первая линия. — кивнул сержант.

— Она самая. — улыбнулся я. — Так что мне нужна свободная лошадь

— Найдется, господин капитан. — ответил сержант, и по его голосу я понял, что он расстроен. — Эх, а мы уж обрадовались. Пятый день ждем заместителя, командир совсем забыл, что такое сон.

— Бывает. — философски подметил я. — Сержант, ты тогда отдай распоряжение, чтобы коня подготовили. Я как раз поднимусь, как оседлают.

— Воды, вяленого мяса с собой? — предложил боец.

— Все своё имеется. — отмахнулся я. — разве что от девицы бы не отказался.

— Так они на ночь все уехали в соседнюю крепость. — поддержал мою шутку сержант, и улыбнулся. Уж кого, а девиц в крепостях отродясь не было. Разве что магессы, но это уже боевые товарищи, а не девки из красного дома.

— Лошадь мигом подготовим, господин капитан. — козырнул боец, и бегом припустил вверх.

Через несколько минут я уже усаживался в седло. Поправил клинки, чтобы не мешали при скачке, и тронул поводья.

— Чистого неба! — крикнул мне в спину сержант.

— Чистого неба! — ответил я, подняв над головой правый кулак. Доброе пожелание на границе. А все потому, что когда из разлома выбирается большое количество тварей, за ними тут же начинает тянуться серый туман, превращающийся со временем в тучи.

Километр по прямой широкой дороге, пролегающей по верху стены — для лошади это семь-восемь минут рысью. Но я решил не спешить, и мы двигались шагом, чтобы животному было максимально комфортно.

Мне таким образом предстояло преодолеть несколько крепостей, пока не доберусь до двадцатого километра. А уж оттуда, в сопровождении отряда воинов, можно будет добраться до точки назначения. Увы, но от второй линии обороны к первой не так-то просто попасть, даже командиру сторожевой башни. Следовало сначала добраться до нужного километра, преодолев все крепости, и уже после выдвинуться в составе отряда к месту назначения.

Так бы и не торопился, неспешно двигаясь вперёд и наслаждаясь видом полной луны, проглядывающей сквозь облака, если бы впереди не вспыхнуло пламя. Непростое, магическое, в форме знамени Единого. Это могло означать лишь одно — в крепости шёл бой, и судя по всему защитникам приходилось туго, раз запросили помощь.

— Хай-йа! — выкрикнул я, ударив лошадь пятками по бокам. — Пошла, родимая!

Душу переполнило жаждой битвы. Как же я соскучился по этому чувству!

— Хай-йа! Империя едина!

— И-го-го! — не поддержала боевой настрой лошадь.

Глава 3

Долг жизни

Когда до крепости оставалось метров тридцать, я натянул поводья. Всё, дальше сам, незачем подвергать животное опасности. Судя по характерным утробным звукам, раздающимся изнутри крепости, там орудовала весьма крупная и опасная тварь — скалоточец. Самая неприятная из подземников — прогрызает каменный фундамент, на котором стоят защитные сооружения, а затем пытается сожрать всё живое.

Как порождение разлома умудрилось угодить именно в крепость? Все просто. У тварей была одна слабость — жажда убивать разумных. Именно поэтому они атаковали крепости, а не перебирались за стены и уходили в глубину империи — попросту не могли пересилить желание разорвать очередного двуногого. Правда, некоторые виды могли временно игнорировать эту жажду, но надолго их не хватало. Как раз до второй линии.

Вот и скалоточец, миновав под землёй первую линию, добрался до второй, где почувствовал людей, и всё-таки сорвался — атаковал крепость.

Раздававшиеся впереди крики людей и характерный клокочущий рык червя заставили меня поторопиться. Скалоточец — страшный противник, способный своими многочисленными челюстями перемалывать даже гранитные блоки. Против него только магия и заговорённая сталь поможет.

Спешившись, потянул из ножен длинный меч, и тут же начал формировать плетение второго круга — «воздушная секира». Более слабые заклинания не справятся с бронированной шкурой скалоточца.

По лезвию клинка мягко засветились напитанные силой руны — верный признак, что рядом порождение разлома. Двумя секундами позже и в левой руке засияло голубым плетение воздушной стихии. Вот теперь я готов присоединиться к веселью.

Быстрым шагом преодолев оставшиеся до крепости метры, нырнул в проход, ведущий внутрь защитного сооружения. Тут же свернул вправо, чтобы выйти на площадку подъёмника, нависающую над крепостным двором. И уже отсюда посмотрел вниз.

— Хрена себе, скалоточец! — вырвалось у меня. Вместо ожидаемого червя, восьми метров длинной и около одного в диаметре, в стенах крепости резвился настоящий гигант. Раза в полтора толще, и длиннее на треть, тварь стояла столбом внутри крепости, возвышаясь на добрые семь метров. При этом отродье разлома билось о стены, словно собиралось развалить крепость. Ну это зря, только бока себе отобьёт.

Увидел я и защитников — полсотни рядовых, сейчас находящихся на самом верхнем ярусе, и трёх магов, расположившихся несколькими метрами ниже, и пытающихся пробить шкуру твари. Получалось у них это слабо — похоже скалоточец обладал не только гигантским ростом, но и более прочной бронёй, не поддающейся заклинаниям третьего круга. Во всяком случае я не видел серьёзных повреждений на его туше.

По хорошему, сейчас положение мог спасти сильный шаман, но увы — затесавшийся среди солдат паренёк с маленьким полуметровым бубном в руке не тянул даже на младшего призывателя. Что ж, придется рассчитывать на свои силы.

Меч пришлось вонзить в деревянный столб, подпирающий навес над подъёмником — заговоренная сталь если и пригодится, то позже. А вот «воздушную секиру» я метнул прямо в раззявленую пасть скалоточца.

Есть! Заклинание угодило точно в глотку, и похоже что-то повредило внутри твари. Потому как гигантский червь разом затих, прекратив издавать утробный рык. Да и метаться в разные стороны почти перестал.

— Живо вверх! — заорал я на магов. — Нам не пробить шкуру скалоточца по одиночке! Шаман, призывай духа огня! Шевелись!

Меня послушали. Видимо я оказался единственным, кто смог причинить вред твари. Маги тут же рванули по винтовой лестнице, так как другого способа подняться уже не было. Шаман, взбодрившись, тоже перестал мяться, завыл на разные лады, закрутился волчком, всё быстрее колотя рукой в бубен.

Ну а я начал формировать «рассечение ледяного ветра» самое мощное рубящее плетение из доступных мне. Если удастся попасть в глотку твари, мы сильно попортим ему внутренности. Не убьём, но соображать порождение разлома перестанет окончательно, и тогда у нас появится одна, а может и две спокойные минуты. За это время можно будет создать магический круг — объединить силы присутствующих в крепости магов.

— Одаренные, потревожьте чем-нибудь шкуру твари! — крикнул я, почти закончив создавать плетение. — Отвлеките червя!

— Хай-йя! — внезапно заорал шаман, и сделал рывок к краю яруса. Уж не знаю, что он хотел сделать — таким действием привлечь духа, или напугать червя, но всё пошло явно не по плану. Призыватель сорвался.

— Капец лысому. — прозвучал в резко наступившей тишине голос одного из воинов.

Я успел. Буквально на миг опередил орущего от страха шамана, падающего прямо в распахнутую пасть скалоточцу.

«Рассечение ледяного ветра» просвистело в нескольких сантиметрах от орущего призывателя, и вошло в пасть червя, предвкушающего столь лакомый кусок вопящей плоти.

— Жри, тварь! — не сдержался я.

Скалоточцу угощение пришлось не по вкусу. Он резко повёл пастью в сторону, и шаман, уже попрощавшийся с жизнью, удачно приземлился на бронированную шкуру твари. По ней призыватель и заскользил вниз, как с горки. При этом он продолжал орать, чем, похоже, окончательно вывел червя из себя.

Порождение разлома мотнулось сначала в одну сторону, врезавшись в стену, а затем со всей дури шарахнуло в противоположную. Даже я, наблюдающий за тварью со стороны, невольно зажмурился, словно это меня только что приложили о твёрдое.

Пока тварь утробно булькала своими повреждёнными внутренностями, четыре мага поднялись на верхнюю площадку и рассредоточились. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять — я тут самый опытный. Три лейтенанта, у всех второй круг, и капитан с третьим, совсем еще молодой, видимо недавно получил повышение. Черт, неужели командир крепости погиб?

— Создаём и замыкаем круг на меня! — прозвучал мой голос, и офицеры тут же засуетились, выполняя мой приказ. Ну, хотя бы не желторотые юнцы, быстро соображают. Главное, чтобы у них осталась мана — магическая энергия, с помощью которой маги записывают плетения.

Быстрыми движениями создал перед собой «сферу накопления», и с удовольствием отметил, как она почти сразу стала наполнятся. Отлично. Жаль только, что во время создания круга маг не может использовать заклинания выше своего круга, только сырую силу. Точнее может, но последствия для всех будут ужасны. В лучшем случае все участники сойдут с ума. Вообще само использование «сферы накопления» — опасная вещь, но сейчас нет иного выхода.

Поэтому я приготовился нанести один мощный удар. Да, эффективность от него будет ниже, но воздействие всё равно окажется гораздо сильнее, чем от моего «рассечение ледяного ветра».

Два лейтенанта, расположившиеся напротив, вдруг начали заваливаться на спину. Черт, они что, отдали всю ману, до последней капли? Чему их только учили в академии? Хорошо, что солдаты вовремя подхватили их, не дав полететь вниз, вслед за шаманом.

— Достаточно! — пришлось рявкнуть мне, чтобы остальные маги не отрубились. А то я тоже грохнусь после удара, и кто тогда станет защищать крепость?

— Всем закрыть глаза и уши! — крикнул капитан. Это он правильно сделал.

Сосредоточившись на начавшем приходить в себя скалоточце, я направил сферу в корпус твари, примерно на полтора метра ниже пасти. Собранная с пяти магов энергия тут же ринулась на указанную цель. Один миг, и внутренний двор крепости озарила ярчайшая вспышка. Грохнуло так, что у меня напрочь заложило уши и ослепило глаза, хоть был готов к подобному.

Проморгавшись, глянул вниз. Есть результат! Верхняя часть туши червя вся разворочена. Пасть фактически оторвана и свесилась вниз, удерживаясь на куске бронированной кожи. Само туловище трясется — похоже на предсмертные судороги. Всё, бой окончен.

— Шамана ищите! — крикнул я, привлекая к себе внимание. И тут же добавил: — Кто командир крепости⁈

— Отсутствует. — отозвался капитан. — Я заместитель.

— Так какого хрена ты булки мнёшь⁈ — разозлился я. — Действуй!

Приняв от простого воина флягу, я сделал несколько глотков холодного ягодного морса, поблагодарил бойца, выдернул из деревянного столба меч, и покинул навес подъёмника. Все, хватит с меня сегодня приключений.

Лошадь так и стояла там, где её оставил. Бросив взгляд в направлении соседней крепости, увидел приближающихся всадников. Поздно уже, всё кончено. Но молодцы, быстро среагировали. Главное, мне свалить отсюда побыстрее, пусть заместитель командира крепости отчитывается.

Подобрав рюкзак, я отряхнул его от пыли, и забросил на спину. Нужно двигаться дальше. Если путь вдоль стены продолжит развлекать меня скалоточцами и прочим, то до следующего вечера к месту приписки не доберусь.

* * *

Оставшуюся часть пути вдоль стены происшествий не было, а потому без труда добрался до нужной мне крепости. Остановившись от её верхнего яруса в десятке метров, посмотрел на ночное небо. Судя по звёздам, шел третий час ночи. Что ж, до утра все равно никто не согласится сопровождать меня к первой линии, так что я могу не только утолить голод, но и выспаться.

Передав встретившему меня воину поводья, я предупредил его, к какой крепости приписана лошадь, и начал спускаться по винтовой лестнице.

— Господин капитан, вы к нам, или проездом? — поинтересовался сержант, поприветствовавший меня на четвертом ярусе. Вот кто действительно знает, что происходит внутри крепостей и башен. Пока офицеры контролируют охранные артефакты, младший командный состав следит за солдатами. И если командир крепости не наладит с ними доверительные отношения, все может закончиться очень плохо.

Здесь, на границе с разломом, даже у самых твёрдых духом воинов происходят моральные срывы, из-за которых порой случаются неприятности.

— Проводи меня к командиру. — приказал я.

— Господин майор спит. Могу позвать его заместителя, капитана Раджа. Он как раз сейчас завершает ночной обход.

— Заместитель меня тоже устроит. И перекусить чего-нибудь сообрази, а то я голодный.

Пока ожидал в столовой, расположенной на третьем ярусе, услышал, как капитан Радж, не скупясь в выражениях, отчитывает какого-то бойца.

— Лупня, ты… Жертва пьяного зачатия! Я что сказал тебе сделать? — кричал офицер. — Обрезать перетёртые верёвки, и на их место повязать новые! А что сделал ты⁈ Нахрена четыре верёвочные лестницы связал в одну? А, они так прочнее… Понятно. И как я сам не догадался. Да тебя, похоже, при родах повитуха головой об пол уронила. Что? Откуда знаю про твоё падение при рождении, спрашиваешь? Твою же мать, как такого идиота вообще в пограничники взяли?

— Господин капитан, с ужина остались только ягодный кисель, и пшеничная каша с салом. — сообщил дежуривший на кухне солдат.

— Неси всё. — велел я, а сам продолжил слушать возмущения офицера.

— Подойдёшь к сержанту, и попросишь, чтобы он придумал для тебя наказание. Потому что мои уже иссякли за тот месяц, пока ты находишься здесь. Всё, пошёл отсюда.

Капитан появился в столовой через две минуты. Уставший, он прошагал к моему столу, и опустился напротив. Протянул мне руку, и представился:

— Капитан Радж. Какими судьбами к нам?

— Капитан Варда. — ответил я, пожимая протянутую руку. Затем чуть повернулся, чтобы заместитель крепости увидел мой командирский ромб. — От вас ближе всех к моей башне. Вчера днем получил назначение.

— Это за какие заслуги тебя на двадцатый километр закинули? — помрачнел офицер, у которого на правой стороне груди красовались аж четыре круга. — Вроде туда проштрафившихся кидают.

— Даже так? — теперь пришла моя очередь хмуриться. — Знающие люди предупредили, что меня ждет не лучшее место, но про штрафников впервые слышу, хотя вроде у нас тут не принято секретничать.

— А ты и не мог слышать. — капитан взял со стола свободную кружку, и налил себе из кувшина морс. Утолив жажду, он со стуком поставил пустую емкость на столешницу, и разъяснил: — Мы сами можно сказать случайно обратили на это внимание. В общем, если за каким-то бойцом числится весомый проступок, его переправляют на двадцатый километр.

— А что говорят те, кто оттуда возвращается? — Мне все меньше нравилась атмосфера таинственности, окружающая участок стены, на котором мне предстоит нести службу.

— А нет тех, кто возвращается. — развёл руками Радж. — Разве что через соседнюю крепость проходят, но это сомнительно. Да ты ж ничего не знаешь, верно?

— О чём?

— То, что за последние две недели твари из разлома стали появляться гораздо чаще. И ещё стали попадаться новые существа. Некоторые владеют сильной ментальной магией. Такие вот дела.

— Пограничники, люди простые. Куда нам приказали идти, туда мы и захотели. Даже не стану задумываться, кто меня сюда направил. — усмехнулся я. — Так что завтра отправлюсь к первой линии. От вас потребуется сопровождение.

— Организуем. — кивнул Радж. — Как раз утром придёт продуктовый обоз для первой линии, с ним и отправишься. Заодно командира нашего подменишь. Так-то он должен был сопровождать.

— Договорились. — кивнул я, принимая условия. Обычная практика — заменять одного мага другим, равным ему по силе. Нас, одарённых не так уж и много, чтобы мы толпами выполняли простые поручения.

Капитан пожелал мне спокойного сна, и удалился продолжать обход, а я неспешно проковылял на четвертый ярус, где мне выделили офицерскую комнату. Сбросив на лавку рюкзак, и прислонив к стене у изголовья оба меча, не раздеваясь осторожно опустился на нары, и почти тут же вырубился. Последней моей мыслью было: «хорошо, что карлик пока-что меня не преследует».

* * *

Из сна меня выдернул стук в дверь.

— Господин капитан, проснитесь!

Открыв глаза, бросил взгляд в небольшое окошко. Темно. И тревожных криков не слышно, как и ударов в гонг. Что-то рановато меня разбудить решили.