Мой опасный ректор академии космодесанта (СИ)

Рихт не стал медлить. Он явно знал, что делать с обрушившимся на нас потоком похоти.

Глава 3. Кабинет ректора

Да-да, поток похоти обрушился не только на меня, но и на него, а ведь был же спокойным. Ни следа гона. Почему его сорвало? И что, распылить всю нашу звёздную систему, мой организм сейчас творит со мной?!

Ректор рванул меня за хвост к себе, развернув спиной, сдавив одной рукой мою промежность, а другой схватив за грудь.

— Курсант Ролис, — громыхнул над головой его свирепый голос, заставляя меня испуганно сжаться и стиснуть бёдра. — Когда было твое последнее дежурство в медицинском секторе?

— Я не… — пролепетала я. Вопрос так контрастировал с его действиями, что я сперва растерялась.

Могучая рука ректора в этот момент властно наглаживала меня между ног, вторая рука мяла грудь, что не мешало ректору продолжать допрос.

— Часто там дежуришь? — сжав сосок через ткань и проведя шершавым языком по моей шее, спросил он.

— Не дежурю, — простонала я.

Собрав остатки разума, я рванулась прочь. Ага, под перегрузкой в двадцать джи я была бы проворнее — ректор держал прочнее, чем десантный экзокостюм до расстыковки.

С перепугу я провела тот самый приём, что никогда у меня не получался, но в этот раз был выполнен идеально — но итогом моего блестящего манёвра оказался лишь отбитый локоть о стальной пресс, не помогли даже защитные накладки на учебной форме.

Впрочем, меня это не смутило, наоборот: чем больше я его хотела, тем страшнее становилось. Я приготовилась драться, чтобы сохранить остатки адекватности.

— Неплохо, курсант, — усмехнулся ректор, сдавливая своим боевым хвостом моё белое недоразумение с кисточкой. — Ещё немного, и я поверю в ваши шансы сдать экзамен.

— Не подходите, — прохрипела я, борясь с желанием распластаться тут же, сдавшись его воле. — Вы не в себе. Ваш чип вышел из строя или вы забыли его обновить. Я напишу на вас раппорт!

Его руки тем временем продолжили свои развратные действия: деловито расстегнули мою форму, небрежно разорвали майку и снова до боли сжали грудь. Из груди рихта вырвалось довольное урчание пополам с рыком.

— У меня нет гона, — закручивая соски и вырывая из меня стон, вкрадчиво сказал ректор, — И чип на месте. Вы не ответили на вопрос, курсант.

— Какой?.. — я снова рванулась, и снова безуспешно.

— О дежурстве, — болезненный укус в шею, — в медсекторе.

— Я не дежурю там!

— Тогда кто тебе дал порошковую форму эйра-восемь-пятнадцать-два?

Что он несет? Какая еще форма?

— Первый раз про такую слышу, — прохрипела я, понимая, что проигрываю эту схватку с собой.

Ещё одна попытка вырваться не удалась. Зато теперь я смотрела прямо в его безумные… безумно красивые ночные глаза. Мой следующий приём достиг цели: я освободила руки, но теперь лишь для того, чтобы рвануть на нём китель. Декоративные пуговицы брызнули во все стороны.

О да! Теперь, цан ректор, могу и я тебя лизнуть. Мне открылся шикарный плацдарм для действий.

Но облизать вожделенное тело не удалось, ректор схватил мои запястья, приблизил свои губы к моим. Я рванулась к нему за поцелуем, но вместо этого наткнулась на мрачный вопрос:

— Эйра. Растение с Цинтии восемь. Редчайшее. Пакет порошка стоит, как звездная яхта, — быстрый укус за нижнюю губу. — Ты знаешь, раз принесла сюда.

— Не приносила!

Почему мне упорно не дают осуществить желаемое? Надоели эти разговоры! Хочу его…

Сквозь пелену вожделения пробился отблеск здравой мысли.

— Может, коробка? Цветочный запах… — я застонала от его нового непотребства: многоопытный хвост ректора активно совращал мой невинный хвостик, поглаживал, сжимал и снова отпускал. — Коробка… у вас в руках. Эта ваша эйра… может фруктами пахнуть?

Ответа не дождалась. Рихт медленно отстранился и уставился мне в лицо. Точно сканером по нему прошел. И молчал… Хвост свой он тоже опустил.

Я взъярилась от его медлительности и непонятливости, вырвалась и влепила ему пощёчину. Бездна в его глазах сузилась до лазерного прицела, а я рявкнула:

— Да трахни же меня, наконец!

Я прижала пальцы к губам — меня накрыл ужас от сделанного и сказанного. Это точно не я говорила. Проклятая кровь рихтов! Тело пылало, в голове одни пошлости пополам с какими-то бредовыми фантазиями. Эх, пропала я! Теперь точно обрушила все мосты за собой…

Ректор дёрнул щекой, шумно вздохнул и рывком притянул меня к себе снова. Он сжал мои ягодицы, поднимая — я обхватила его торс ногами. Нетерпеливо подтянулась за могучие плечи.

Его хвост обвил мой покорный и готовый на все хвостик, вытянул его в струну и алчно вонзил свои шипы, впрыскивая что-то едкое мне под кожу. Я выгнулась и застонала — внутрь моей белой кисточки тоже впилось черное жало.

Эффект не заставил себя долго ждать. Жидкий огонь побежал по венам. Я медленно погружалась в кипящую лаву разврата.

Стало невероятно жарко и непонятно от чего больше: от лютого страха, жгучего стыда за свои желания или от волнующей близости вожделенного мужского тела.

Ректор замер, уставившись на меня. Жадно втянул воздух и хищно облизнулся. Могу поспорить он давно чуял, как всё быстро увлажнялось у меня между ног. Сейчас же там образовался настоящий потоп.

Его хвост отпустил, наконец, мой дрожащий отросток, втянул шипы и смачно прошелся по промежности поверх штанов. Я услышала свой громкий протяжный стон. Рихтов хвост продолжил свое порочное дело. Гладил, скользил, терся между моих раздвинутых ног. Внутри я давно сгорела от стыда, а в реальности — развратно прогибалась вслед за ним, поскуливала от желания и текла все сильнее и сильнее.

Резкий треск ткани напугал. Я вздрогнула и распахнула ресницы, чтобы заметить короткий торжествующий блеск в глазах своего совратителя. А потом я почувствовала, как он касается меня там не через ткань, раздвигает набухшие складки пальцами, собирает там влагу и подносит к своему лицу. Я смотрела не в силах отвести взгляда: как он жадно обнюхивает пальцы, затем пробует кончиком языка и, наконец, быстро облизывает их.

Поднял на меня глаза, и я окунулась в настоящую бездну. Черную, без дна. Она неумолимо засасывала меня. Не вырваться и не сбежать. Я провалилась с головой, и меня накрыла эта порочная тьма. Жадная и горячая. Последние крохи сопротивления сгорели в ней.

Ректор глухо зарычал. Его хвост обвил мои запястья, он рывком бросил меня животом на стол. Навалился сзади. Ягодицами я ощутила всю степень его готовности. Твердой, бескомпромиссной. И азартно подбодрила его, активно потираясь своим задом об его бугрящееся орудие. Разочарованно всхлипнула, когда он отстранился и тут же замерла в предвкушении, услышав резкий звук застежки.

Его пальцы еще раз властно провели вдоль половых губ, растерли мои женские соки по всей промежности. Безошибочно нашли клитор и резко обвели по кругу. Я чуть не зарыдала от накрывшего меня удовольствия.

Рихт перехватил опять мои запястья одной рукой. Хвост тут же скользнул между складок и погрузился внутрь. Задвигался там, быстро, еще быстрее, ныряя все глубже и глубже, растягивая меня и подготавливая под его внушительный размер.

Мои громкие стоны, порочные хлюпающие шлепки его хвоста распаляли все сильнее. Я не заметила, как он раздел меня полностью, а вернее стащил с меня остатки моей разорванной формы, и прижал мощным обнаженным телом к столешнице.

Одно короткое резкое движение, и он заполнил меня собой. До конца, полностью. Остановился. Обхватил второй рукой мой хвостик у самого основания. Провел вдоль него, затем надавил большим пальцем в одну чувствительную точку в основании, и я забилась, заскулила под ним от поглотившего меня оргазма.

Все боги космоса! Да никакие симуляторы и дорогие секс-игрушки не сравнятся с этим. И в половину мне не было так хорошо, когда я стонала под томным брутальным красавчиком в очередной виртуальной игре.

Сколько же мне еще предстоит узнать! Я думала у меня солидный опыт, но он ограничивался только не живыми партнерами. Даже девственность свою я торжественно потеряла, заказав для этого кибер инструктора на первую же свою стипендию два года назад.

Заводить нормальные отношения я пока не собиралась. Пугало и сдерживало от этого шага возможная реакция моего партнера на это недоразумение в виде хвоста. Люди держались от рихтов подальше. Рихты не терпели полукровок. А я оказалась как обычно между двух огней.

Меня немного отпустило, но первый голод еще не был до конца утолен. Я жаждала продолжения.

Но это и было только началом. Теперь зверь пробудился полностью. Его пальцы снова больно сжали мой нежный хвост, он намотал его на свою ладонь, зажал в кулак и сделал первый сильный толчок бедрами. Властный и неумолимый, как он сам. Его член вышел почти полностью и снова вошел в меня до упора. Еще и еще.

Темп нарастал, удары стали резче, яростнее. Стол из тонкого нитроволокна жалобно скрипел, но держался. Ножки с противным скрипом царапали пол, звонко цокали, стучали. Эти звуки заглушались мной. Я уже не стонала, а буквально визжала от непередаваемой смеси сладких вспышек болезненного удовольствия и ярких ощущений на самой грани.

— Еще! Еще! — кричала я, уже не сдерживая себя. Так же яростно подмахивала ему бедрами и рычала, закусывая освободившийся кулак.

Рихт громко зарычал, сильно натянул мой хвост, приподнимая ягодицы над столом. Прижался теснее, а затем впился зубами мне в холку. Его член судорожно сокращался у меня внутри, выплескивая горячую волну семени.

— Отчислю, — прорычал он.

Глава 4. Разговоры

— Валяйте, — сыто откликнулась я, устало сползая со стола вниз.

— Так отчислить или ещё повалять? — усмехнулся он.

— У вас тут мягкий ковёр… — деловито изучая обстановку, сообщила я.

Потянув на себя свой хвост, отменно измятый ректором, я вздрогнула: моя кисточка вдруг оказалась в его широких ладонях.

— Да и на том диване я бы тоже повалялась… Под вами, — дерзко заявила я и застонала от нажима большого пальца рихта в чувствительном месте между мягкими недо-шипами. Прогнулась в спине, и мой пушистый белый гребень показался во всей красе. Рихт одобрительно хмыкнул и продолжил свой разврат.

Возможно, дело было в том веществе, что впрыснул жалом в мой хвост ректор, но я чувствовала странную свободу. Хотелось прижиматься к могучему самцу, подставляться под его пальцы всеми частями тела и насаживаться на здоровенный член. Не останавливаясь. Долго. Резко. Сильно. И так сладко…

Прикрыла глаза, отпуская свою фантазию и позволяя себе увидеть всю эту сцену в красках. Ммм… Да я дикая развратница! И ведь не стыдно ни капельки…

И я точно не испытывала никакого смущения, прильнув голой грудью к мужскому бедру и провокационно потеревшись об него. Смелости добавляли голодные огни все еще вспыхивающие в его черных глазах. Призывно облизнулась, посмотрев на него снизу вверх. Его мужское достоинство покачивалось в опасной близости от моего лица. Огромное, горячее и уже готовое на новые подвиги.

Нет, не в опасной, а очень даже соблазнительной… близости. Так и тянуло лизнуть… Я приоткрыла губы, не отрывая глаз от налившейся кровью головки, на которой уже выступила блестящая капля. Она сверкала и гипнотизировала своей идеальностью.

Рихт правильно понял мой намек. Оставил мой хвостик в покое и запустил обе пятерни в мои спутанные волосы. Форменный обязательный хвост на голове давно развязался. Белые пряди рассыпались по спине. Ректор сжал пальцы, оттягивая их назад, заставляя откинуть голову и еще раз посмотреть на него. Глаза в глаза. Застонала и качнулась к нему. Кайф…

В его взгляде светился такой лютый голод, что я невольно потекла опять. По телу пробежала предательская дрожь. Мой белый гребень встопоршился еще больше, хвост предвкушающе хлестнул по полу. Рихт тяжело задышал, прикрыл глаза и властно потянул мою голову к своему каменному стволу.

Мои губы сомкнулись на нем, я медленно слизнула терпкую на вкус каплю и услышала глухой мужской стон. Завелась от него еще сильнее… Соски затвердели, внизу снова потяжелело. Мне бы хотелось поизучать агрегат ректора более вдумчиво, но он явно не собирался терпеть так долго. Хватка на волосах стала жестче, он двинул бедрами и принялся резко нанизывать мой рот на свой член. Довольно зарычал и ускорил темп. Я захлебывалась от его напора, сознание мутилось и одновременно улетало от этого грубого порочного акта. Каждое его движение распаляло меня еще сильнее.

Последний резкий рывок. Его руки жестко фиксируют мою голову, не давая отстраниться. Торжествующий мужской рык и мне в горло хлынула новая горячая порция его семени. Какой вкусный мужчина… Я облизнулась, точно съела шикарный десерт. Его черные глаза одобрительно следили за моим подбородком, по которому стекали белесые капли. Я провела языком и слизнула еще и их.

Взгляд ректора заинтересованно загорелся и спустился ниже. Почти ощутила его касания на сладко ноющей груди, сосках, животе и на блестящих от смазки половых губах. Его кадык дернулся. Он протянул руку и одним движением уложил меня на лопатки. Накрыл своим телом. О дааа…

— Так что ты говорила про цветочный запах? — его член медленно скользнул вдоль моего лона, не входя внутрь.

Нееет! Так не честно! Я прогнулась за такой желанной добычей, но между ног внезапно скользнул упругий хвост и дразнящим движением шлепнул по клитору. Вскрикнула и выгнулась от острой вспышки удовольствия.

— Гон у меня должен был начаться только в конце этого витка, — задумчиво проговорил он, продолжая мучить меня. — Это явная провокация против меня лично и против тех мер, что я сейчас предпринимаю… Что думаешь?

Это он меня спрашивает? Что я думаю? Нашёл, кого спрашивать. Я ничего не соображала в данный момент. Ни одной связной мысли, только ощущения и инстинкты.

Ректор тяжело вздохнул и ворвался в меня одним слитным движением, а я взвыла от накатившей волны экстаза.

— Кому-то. Здесь. Не нравятся. Новые. Порядки! — на каждое слово новый сильный толчок.

Я крутилась под ним, впивалась ногтями в спину и восторженно вскрикивала, приветствуя все новые и новые проникновения.

— Меня. Явно. Хотят. Сместить. — прорычал он.

— Я вас. Хочу, — выдохнула я, — сместить.

— Куда? — хмыкнул он.

— Вниз, — простонала, когда он с силой всосал мой сосок в рот, — верхом сесть хочу!

— Нет, мелкая, — усмехнулся он. — Не доросла ещё.

Он усилил напор. О, как же хорошо-о-о… Пружину сорвало, и я вылетела с орбиты. Закатила глаза в очередном блаженном удовлетворении.

Рихт стремительно закинул мои ноги себе на плечи, вцепился в бедра и перешел просто на бешенный темп. Не было бы во мне их проклятой крови, не выдержала бы его напора. А так я просто растекалась под рихтом счастливой лужицей и принимала, принимала и принимала его в себя.

Взрыв сверхновой! Я кричу, долго сотрясаясь от затмившего разум удовольствия. Разочарованно подумала, что на этом все, но нет. Теперь рихт продолжил процесс более вдумчиво, медленно и обстоятельно. Его тягучие движения задевали какую-то восхитительно волшебную точку внутри меня, отчего все тело скручивало сладостными спазмами.

А он между тем продолжил рассуждать вслух.

— Лаборантка явно, что-то знала. Странно вела себя. Не заметила? Эйру ведь необычная штука. Так просто им не воспользуешься. Нужно знать пропорции. И с чем его смешивать для такого эффекта — уверенно лаская хвостом клитор, отрывисто проговорил он, не забывая расслабленно в меня погружаться.

— Странно, ах… что вы вообще… взяли коробку, — почему-то заинтересовалась я.

А может из вежливости решила принять участие в диалоге. Ректор-то со мной ведёт беседу. Странную, конечно, учитывая нашу позу и действия, но явно осмысленную.

— Ещё страннее другое, — резко развернув меня к себе задом и ставя на четвереньки, сказал он.

Его пальцы при этом творили что-то невообразимое с моим гребнем, отчего он топорщился, подрагивал, и в целом вёл себя даже непристойнее моего хвоста.

Впрочем, зрелище более непристойное, чем наша предававшаяся разврату парочка — в классической рихтовской позе случки, в разорванной одежде на ковре посреди просторного ректорского кабинета — представить себе было сложно.

Ректор снова что-то тронул в основании моего хвоста, отправляя меня в очередной раз в глубокий космос. Сколько уже раз за этот час я побывала там? Теперь и вылететь будет не жалко — из академии, естественно — мелькнула мысль на границе сознания. Будет о чем вспомнить.

За секунду до моего нового полёта в невообразимые галактические дали раздался требовательный стук в дверь.

— Да что вы стучите, говорю вам, цан ректор в опасности! — визгливый голос лаборантки противно ввинтился в уши. — Ломайте дверь!

Глава 5. Причины и следствия

Я утверждаю, что чистокровные рихты способны развивать сверхсветовую скорость.

Если бы парочку таких, как ректор, сто лет назад додумались запихнуть в межгалактические крейсеры — вместо двигателей, естественно — наша цивилизация уже топтала бы отдалённые галактики.

Когда дверь взломали, я, сжимая обрывки формы — и своей, и ректорской — у голой груди, поджав истерзанный довольный хвост, стояла в шкафу — между боевым экзокостюмом и парадным кителем, где висела запасная форма ректора до того, как её место заняла я.