Помоги проекту - поделись книгой:
Жемчужина приграничья 4. Сердце генерала
Глава 1
Серж думал, что испытал в этой жизни все оттенки эмоций, отвечающих за гнев, страх и ненависть, но оказался не прав. Сейчас в нем бушевал дикий микс этих эмоций. И то, что он уже ничего не мог изменить выворачивало его душу наизнанку.
После их ссоры с Эммой он решил дать ей немного времени все обдумать и прийти в себя. Она умная девочка, должна была все понять и сделать правильные выводы. Но когда пробила полночь, а она все еще не появилась в их покоях, генерал не на шутку забеспокоился. Вызвал служанку и потребовал найти его жену. Он допускал, что она могла быть у Мартины или так обиделась, что впервые за всю их семейную жизнь решила лечь спать в другой комнате, но на сердце отчего-то было тяжело и неспокойно.
Он не хотел ее обидеть. Видел, как важна ей эта ее школа. Но слухи, усиленное распускаемые его врагами, сейчас были совершенно ни к чему. К тому же, он чувствовал, что нарыв, зревший в приграничье уже не один день вот-вот рванет и хотел, чтобы в этот момент его Эмма оказалась под защитой каменных стен Когтя.
Но Эмму не нашли.
Ее искали по всему замку, облазили все темные углы, но не нашли. Никто ее не видел, ворота не открывались и даже через калитку для прислуги никто не проходил. Казалось, его жена просто исчезла, будто ее и не было никогда. Отчего-то от этой мысли его мороз пробрал по коже, и он с силой потер лицо. Бессонная ночь давала о себе знать, и в голову лезли дикие мысли.
- Серж, можно? – после стука в его кабинет заглянул Матео, и генерал обернулся к нему от окна, у которого остановился во время своих раздумий.
Ему хотелось куда-то бежать, что-то делать, но куда бежать?! Ему нужно было хотя бы направление.
- Что-то удалось узнать?
Вместо ответа друг вошел и почему-то замялся, а потом положил ему на стол чуть смятый треугольник письма. Серж подошел к столу взял его в руку. Повертел.
- Что там?
- Требование сидеть в Когте и не мешать. Взамен Эмма останется жива и ее вернут обратно.
У Сержа, к его собственному удивлению, внезапно отлегло от сердца. Сейчас он по крайней мере знал, что Эмма жива. Ее каким-то образом похитили и где-то держат. А то в голову начали лезть совсем уж дикие мысли. Сейчас в них прояснилось. Он развернул письмо, прочел краткий текст, суть которого передал Матео, и отбросил лист на стол. Хотелось рвать и метать, но он лишь сильнее сжал челюсти. Но, как оказалось, это было не все, и Матео, чуть помедлив, положил сверху на брошенное письмо перевязанный ленточкой локон светлых волос.
- Вот, это лежало в письме.
Серж взял локон, пропустил его между пальцами, ощутил мягкость волос Эммы. Перед глазами встали картинки их с женой близости, когда ее длинные мягкие волосы обнимали плечи, щекотали, будоражили. Вспомнилось, как по утрам, подняв руки, Эмма закалывала их в небрежную прическу, как они сверкали золотом и невозможно было не залюбоваться его красавицей-женой, как он закладывал ей за розовое ушко такой вот непокорный локон. И теперь оказалось, что кто-то посмел отнять у него Эмму – в то, что ее потом вернут, генерал не поверил ни на секунду - и требует отойти в сторону и отдать приграничье на милость Кахета. Да они в конец охамели и, похоже, не имеют представления с кем связались!
Серж сжал локон в кулаке и похолодевшим от ярости голосом проговорил:
- Поднимай всю нашу агентуру. Начинаем действовать.
Глава 2
Глава 2
Привал и в самом деле случился совсем скоро. Когда с меня сгребли сено и вытащили со дна телеги, я огляделась и поняла, что остановились мы далеко не в чистом поле, а на заднем дворе какого-то загородного имения. Если рабов свозили именно сюда, то неудивительно, что стража никого не могла найти. Кто их пустит в имение важного аристократа?
Меня усадили тут же около телеги на пожухлую траву, ослабили путы, но привязали за ногу к колесу. Сунули в руки флягу с водой. Я с нетерпением к ней припала, но руки слушались плохо, и я сильно облилась. Но это было даже хорошо, можно сказать, сразу и умылась. Что-то мне подсказывало, что более человеческого отношения ждать не стоило. Немного обтерла лицо и внезапно увидела наблюдавшего за мной из-за колеса большеглазого испуганного мальчика, на чей зов я пошла в замке.
— Привет. Тебя тоже похитили?
Мальчик с опаской кивнул и покосился на пробежавшего мимо мужчину, который тащил на себе какую-то бочку. Двор перед сараями после нашего прибытия наполнялся куда-то спешившими людьми, гомоном и шумом.
— Иди сюда, у меня еще есть немного воды. Не бойся. Я не держу на тебя зла.
А в чем я могла его обвинить? Обвинять нужно тех, кто его похитил и заставлял выполнять свои указания.
Но мальчик не двинулся с места.
— Ешьте, — рядом внезапно появился заросший по самые глаза черной бородой невысокий жилистый мужчина и протянул мне завернутый в тряпицу хлеб и сыр. — Советую хорошо подкрепиться, — и ушел, сверкнув в мою сторону суровым взглядом.
Кажется, это он недавно говорил своему господину, что не стоит общаться с пленниками. Я проводила его взглядом, взяла кусочек сыра, отломила хлеб и протянула ребенку.
— Иди сюда, держи. Ты, наверное, голоден.
Тот немного поколебался, но на этот раз все же решился подползти ближе и быстро выхватил у меня бутерброд. После чего тут же в него вгрызся и проглотил, почти не жуя. Я только головой покачала, но на улице свои законы: кто успел — тот и съел. И учить его жевать пищу не время и не место.
— Как тебя зовут? — спросила я.
— Тео, — глядя то на меня, то на оставшийся в моих руках хлеб и сыр, ответил он.
Я вздохнула, отломила ему еще хлеба и принялась жевать свой бутерброд. Что-то мне подсказывало, что следующий прием пищи будет еще очень нескоро.
— Тео, ты знаешь, где мы и как далеко от Когтя?
— Знаю, — парнишка заметно расслабился и ответил с готовностью. — Я видел — сидел на козлах вместе с возницей. Это загородное поместье нашего губернатора.
— Замечательно… — протянула я, мысленно ужасаясь. — А ты бежать не пробовал?
Мальчик отвел глаза.
— Они сказали, что тогда меня убьют. А если я буду слушаться, то отдадут одному богатому купцу, который очень любит детей и заботится о них.
Я даже жевать перестала:
— И ты поверил?
— Господин Сокол никогда не врет, — шмыгнул парнишка носом. — Все это знают. Говорят, он когда-то был благородным.
Надо же, все о нем знают, но никто не спешит делиться сведениями. Интересно, Серж в курсе?
— Ага… И что, все благородные прямо всегда говорят правду?
— Нет, конечно.
— А почему тогда ты так уверен в правдивости Сокола?
— Ну… Это же Сокол.
— Понятно… А он не уточнил, в каком смысле купец любит детей?
Мальчишка сначала меня не понял, но улица некоторым вещам учит очень быстро и без прикрас демонстрирует и взрослым, и детям самые разные стороны человеческих пороков. Тео широко раскрыл глаза. И прошептал:
— Вы думаете…
— Не знаю, но почему-то мне кажется, что богатый купец не будет просто так заботиться о маленьких мальчиках.
— Но вы же заботитесь… — все еще не желая верить, что его надежды пошли прахом, произнес Тео.
— Но я никого и не похищаю, чтобы облагодетельствовать. — Резонно возразила я. — А за тебя еще, небось, и деньги немалые заплатят.
Мальчик тут же затравленно заозирался, будто собрался вот прямо сейчас дать стрекача.
— Тео, подожди. Сейчас мы как на ладони. Тебе не убежать. Нужно выбрать походящий момент. Тебя ведь не связывают?
Мальчик покачал головой.
— Я сказал, что с радостью поеду к этому купцу, и они не стали.
— Понятно, — вздохнула я. — Знать бы еще, куда нас везут.
Тео быстро огляделся и прошептал:
— Я слышал, они везут нас в какую-то бухту, чтобы погрузить на корабль и отправить в Кахет. А еще говорят, что к вечеру мы уже будем на месте.
— К вечеру... Быстро они.
Глава 3
Глава 3
Очередной привал случился в небольшой роще уже ближе к двум часам дня. В этом путешествии хорошо было только одно – меня больше не укладывали в телегу и не засыпали сеном. Судя по тому, что рабов вели вполне открыто, эта часть перехода плотно контролировалась губернатором и мятежниками.
Сокол – я так и не узнала, как на самом деле зовут наследника рода эн Геверт – и в самом деле оказался молодым парнем не многим старше меня самой в этом теле. Он со мной не заговаривал, но иногда поглядывал очень странно. Его телохранитель или кем там у него был тот бородатый мужик, смотрел на меня не менее странно и почему-то зло. Ему-то я где успела пятки оттоптать? Хорошо хоть мне не пришлось преодолевать весь путь пешком. Как почетную пленницу, меня усадили в телегу рядом с провиантом.
Рабов в общей сложности было чуть больше двадцати и все они выглядели помятыми и подавленными. Тео старался держаться подальше от меня и не заговаривать. Я сама его об этом попросила. Ненужно чтобы кому-то пришло в голову, что я могу его на что-то подбить. Пока мальчишку не связывали и использовали в дороге как связного, если нужно было что-то передать в конец обоза. Он мухой летал то вперед, то назад немаленькой колонны и отдыхал, сидя на козлах одной из телег.
Людей на привале никто кормить не собирался. Мне в этом плане повезло. Как элитной рабыне, мне выделили лепешку и яблоко. Вот только кусок не лез в горло.
- Я прошу прошения за скудный обед, - глядя на меня с крупа своей лошади с еле заметной иронией проговорил подъехавший к моей телеге Сокол. – Сейчас в приграничье не очень хорошо с провиантом.
- Не по вашей ли милости?
- Сложные времена требуют непростых решений, - пожал он плечами.
- И часто вы повторяете эту фразу? – поинтересовалась я. Уж очень легко она слетала с его губ.
Парень глянул на меня и усмехнулся:
- В последнее время часто.
- Значит, сделки со своей совестью у вас уже вошли в привычку.
Парень стиснул зубы, сузил глаза и процедил:
- Когда ты молчишь, то кажешься гораздо привлекательней.
- Правда она такая, часто глаза колет, - не смогла смолчать я.
На щеках Сокола вспыхнули неровные пятна румянца, и он неожиданно замахнулся на меня нагайкой, которую сжимал в руках. Наверное, я бы не успела уклониться от гибкой плети – не ожидала я, что парень такой псих - и он точно попала бы мне по лицу, но тут рядом с ним возник тот самый бородатый мужик, перехватил его руку и тихо проговорил:
- Ненужно, хозяин, принц Исмаил разгневается, если увидит на лице или теле своей наложницы такие следы.
Сокол перевел на мужчину злой дикий взгляд, рванул из его хватки свою руку, и, отчетливо скрипнув зубами, стеганул плеткой круп лошади и ускакал куда-то вперед по дороге.
- С-спасибо, - выдавила я, глядя вслед парню.
- Не стоит, - ответил мне бородатый и, ожегши таким же злым взглядом, как и его хозяин, поскакал вслед за ним.
Н-да, чем дальше в лес, тем страшнее становится. Нужно срочно бежать от этого сумасшедшего, потому что, если меня-таки довезут до гарема принца, сбежать оттуда будет вообще невозможно. Есть у меня такое стойкое убеждение. Да и куда мне будет потом бежать? И тут вопрос даже не в том, примет ли меня Серж обратно, а в том, как добраться до него из Кахета. Одинокая молодая женщина вряд ли далеко уйдет от ближайшего рынка рабов. Вот только и сейчас сбежать вряд ли получится. Пешему не скрыться от конного, особенно если за ним пристально наблюдают. Я крутила возможный план побега и так, и эдак, но выходило, что до вечера сбежать мне никак не удастся. А вечером по словам Тео мы уже будем в бухте, откуда прямая дорога на корабль и в Кахет. Что же делать?!
Из-за края телеги выглянула макушка Тео, а потом и его блестящие темные глаза, и меня в который раз посетила мысль, что если у меня сбежать нет никаких шансов, то вот у Тэо... К тому же, не обязательно корабль со мной на борту должен выйти в море уже завтра утром. Возможно, он задержится в бухте и тогда у меня появится шанс.
- Держи, - я протянула мальчику яблоко и половину своей лепешки и зашептала: – Тео, сейчас самое время бежать. Ты без труда затеряешься в ближайших кустах и о тебе вспомнят нескоро. Ты целый день крутился то здесь, то там, никто и не поймет, что тебя уже нет в караване. Беги к нам в замок, или в город к купцу Жуйсену, расскажи, как все было и куда меня везут, и будь уверен - генерал тебя наградит и оставит в замке. Ты только обязательно до него доберись! Слышишь! – я с отчаянием вглядывалась в глаза мальчишки. – Если ты мне не поможешь, то никто больше этого не сможет!
Мальчик несколько секунд глядел на меня своими большими темными глазами, а потом кивнул, засунул лепешку и яблоко за пазуху и скрылся из глаз.
- Торопись… - прошептала я уже одними губами и прикрыла глаза, стараясь успокоиться и унять бешено бьющееся сердце.
Глава 4
Приграничье кипело уже давно, и было только делом времени, когда этот котел рванет. Серж это отлично понимал. Он сам отсюда родом, и у него были здесь свои люди. Когда его назначили на пост наместника этих земель, он сразу знал, что легко не будет.
Еще находясь в Эверете через верных людей Серж начал изучать обстановку. Постепенно узнал, что султан сопредельного государства планирует переворот с захватом власти и передачей приграничья Кахету. Причем очень хитро. Кахетцы не пошли в лоб, а нашли наследника бывшего наместника приграничья и сделали его символом некоего сопротивления. Конечно, тут же нашлись и недовольные своим положением в королевстве аристократы, которые с радостью поддержали мальчишку.
Но этого было мало. Где шантажом, где подкупом, а где обещаниями люди почти на всех ключевых должностях в городах постепенно были завербованы Кахетом.
Но мало занять верхушку власти. Нужно еще на ней удержаться и подготовить народ. Именно для этого приграничье наводнили разбойники, которых прикрывали на самом верху. За это время Кахет хорошо «наелся» невольниками из Лантара.
Поделиться книгой: