Реанимация солнца

– И я.

Что-то беззвучно шевельнулось за спиной Кесселя. Я покосилась через его плечо, пытаясь поймать в узкий луч света неизвестный объект, но жесткие пальцы, схватившие подбородок, не позволили мне отвернуться.

– Тебе ясно, Солана? – напряженно произнес шейдер. – Ищешь дротик, вопросов не задаешь, ни во что не вмешиваешься, тихо уходишь домой. – Темнота впереди вновь дернулась, заставив вздрогнуть. – Поняла? Или повторить?

А потом…

– Шисс, – прохрипела я, вырываясь из его хватки. – Шисс!

Шей Кессель раздраженно поморщился.

– Солана, ты поняла…

– Нет, это ты не понял! – уже во весь голос заорала я, указывая ему за спину и одновременно шаря в кармане куртки в поисках станнера. – Шисс!

Молниеносным движением Кессель перекатился вбок, закрывая меня от опасности. Толстое щупальце с острыми шипастыми наростами просвистело в считанных сантиметрах от того места, где только что была голова манна. Почти сразу же последовал удар с другой стороны, но шейдер был наготове. Бронированная лапа с отросшими когтями хлестнула по щупальцу, рассекая плоть, точно скальпелем.

Тьма вокруг нас взревела низко и утробно. Шквальный поток воздуха, неизвестно откуда взявшийся в тоннеле коллектора, едва не сбил с ног, а непереносимая вонь пробила даже притупленное шейдом обоняние. Я закашлялась, бессильно повалившись на груду мусора. Впереди маячила напряженная спина Кесселя, высматривавшего новые щупальца.

Темнота, густая и влажная, пугала, а еще больше пугала неестественная тишина. Пропали вездесущие тоннельные грызы, затих гул конвейерной ленты, перемещавшей мусор. И это было… неправильно.

Трясущимися руками я увеличила мощность фонарика – и едва не захлебнулась собственным криком.

Полукруглый тоннель сжался и потемнел, стены покрылись живой влажной слизью. То там, то тут торчали острыми зубцами белые сталактиты. По углам в клубах зловонного пара метались неясные тени. А внизу под грудой мусора…

– Ш-ш-ш… Ш-ш-ш…

Кессель проследил за лучом света, выхватившим из мрака очередной сталактит, и констатировал с убийственным спокойствием.

– Шисс.

Ага, шисс.

Изнутри.

Темнота словно ждала этой команды. Десятки щупалец разом обрушились на нас из углов, норовя обвиться вокруг тела и утащить в голодную пасть. Но шейдер в частичной боевой трансформации был быстрее и ловчее полуразумных отростков шисса. Я едва успевала уследить за его отточенными движениями – вперед, вправо, поворот, перекат, подсечка. Когтистые лапы наносили удар за ударом, и стены тряслись от оглушительного рева шисса, внезапно встретившегося с равным, пусть и уступающим чудовищу в размерах, противником.

Что-то склизкое обвилось вокруг лодыжки, вспарывая плотную ткань джинсов, впиваясь в кожу. Я вскрикнула и ткнула станнером в щупальце шисса, прежде чем оно успело сомкнуться кольцом на моей ноге. Энергетический разряд попал в цель, щупальце обиженно втянулось в темноту.

Я зашарила лучом света по кучам мусора в поисках новой угрозы, когда вдруг заметила в трех шагах тусклый металлический блеск. Внезапная догадка искрой вспыхнула в голове – дротик! Плоская цилиндрическая капсула и три длинных шипа, полускрытые грудой пластика. Перекатившись на бок, я осторожно подцепила дротик пальцами, стараясь не касаться острия игл, и сунула в карман.

С облегчением выдохнула – и вдруг почувствовала на своем плече когтистую хватку.

Разряд станнера ушел в никуда – крепкие пальцы до боли стиснули запястье, не позволив завершить удар.

– Кессель?

Сильные руки рывком вздернули меня на ноги, развернули и толкнули в спину – прочь от темноты, вперед к едва заметному пятну тускло-зеленого света.

– Беги, – только и сказал шейдер.

И я побежала.

Спотыкалась, падала, поднималась – и снова бежала. Скрытые способности позволяли мне не выдохнуться раньше времени, но я не настолько хорошо управляла шейдом, чтобы по собственному желанию трансформировать руки в такие же когтистые лапы, как у Шей Кесселя. Приходилось использовать станнер и отмахиваться им от атакующих со всех сторон щупалец, но несколько ударов мне сдержать не удалось. Порезы нещадно щипало, и я не могла не думать о заразе, попавшей через них в кровь. Секрет, выделяемый шиссом, в больших количествах мог вызвать токсический шок…

Впрочем, сейчас это была меньшая из наших проблем.

Кессель держался позади, мелькая то с одного, то с другого бока. Но мне и не нужно было его видеть. Я знала – на уровне инстинктов, – что он рядом. Что защищал, не позволяя опасным щупальцам приблизиться ко мне, что в любой момент готов был прийти на помощь.

Приятное, однако, чувство.

– Кессель… – Казалось, прошла вечность, а выход оставался так же недосягаем. – Что, вонь чутье отбила? Как ты умудрился не заметить шисса?

– Я заметил, – лаконично ответил он.

– И… – Я чуть не оступилась. – Что? Как?

– Мне нужен был дротик.

– Дротик? – истерично переспросила я. – Шиссов дротик? И ради него ты затащил меня шиссу в пасть?

За спиной раздалось скептическое фырканье.

– Ну, ты же нашла… Вправо!

Шейд внутри среагировал на команду быстрее сознания. Я отпрыгнула в сторону – как раз вовремя, чтобы пропустить налетевшее щупальце. Позади раздался шорох и треск – боевик расправился с очередным отростком шисса.

Новый полустон-полурык заставил своды тоннеля содрогнуться. Освещенный полукруг выхода, манивший спасением и безопасностью, сузился почти вдвое.

– Он…

Осознание накрыло ужасом. Я споткнулась, но Кессель подхватил меня, не давая упасть.

– Вперед! – не терпящим возражения тоном приказал он. – Живо.

Странно, но это помогло. Подступившая было паника притупилась, уступив место сосредоточенности.

Несколько десятков шагов мы пробежали вместе, а потом шейдер выпустил меня из этих почти объятий и ускорился, устремившись к смыкающемуся выходу. Манн остановился у самой границы – замер между двумя пиками острых зубов, уперся ногами и руками в черные своды. Мышцы, покрытые чешуйками шейда, вздулись, на мощной шее проступили жилы.

– Быстрее, – прохрипел он.

Я ускорилась из последних сил. Приметила узкий зазор в рядах искривленных зубов и нырнула туда, выскальзывая из пасти шисса. Миг – и Кессель последовал за мной.

Мы кубарем прокатились по куче мусора. За спиной прогрохотал разочарованный вой. Обернувшись, я увидела в свете фонаря трясущегося шисса – гигантского зубастого червя-переростка, окруженного клубком щупалец, проталкивавших пищу в раскрытую пасть. Страшно было подумать, что еще несколько секунд назад мы сами чуть было не стали обедом этого чудовища.

Долго стоять мне не дали – привычным жестом шейдер схватил меня за руку и утащил в один из тихих боковых коридоров. Подождал, дал мне полминуты отдышаться и прийти в себя, а потом требовательно протянул ладонь.

– Дротик.

В этот момент мне, как никогда, захотелось закончить то, что не удалось шиссу и вчерашним стрелкам, и прикопать самодовольного шейдера в ближайшей мусорной куче.

«Дротик!»

Надо же. Ни тебе извинений, ни слов благодарности. Да если б не я… А он… Затащил шиссу в… а теперь стоит как ни в чем не бывало. Бесит!

Очень хотелось швырнуть этот шиссов дротик прямо в наглую рожу Хавьера Кесселя, но, помня об острых иглах и неизвестном, но без сомнения опасном веществе в капсуле, я с осторожностью извлекла драгоценную находку и положила на широкую ладонь.

– Забирай, – буркнула я. – Надеюсь, ты сдержишь слово. Поможешь Шей Михелю восстановить клинику. И больше… больше никогда не будешь лезть в мою жизнь.

– Разумеется, – спокойно ответил боевик. – Пока ты не попросишь.

Самоуверенность в его голосе задела. Он смотрел так нагло, будто был уверен, что я непременно попрошу его о помощи, обязательно захочу новой встречи. И шейд внутри… заставлял думать, что однажды так и произойдет.

Ну уж нет!

Шейдер сделал шаг назад и развел руки, отпуская меня на все четыре стороны. Я выразительно посмотрела ему в глаза.

– Ближайший утилизатор в тридцати метрах дальше по тоннелю, – любезно подсказал Кессель.

– И куда он ведет?

Сверившись с картой, шейдер назвал адрес. Я поморщилась, отряхивая куртку. Теперь еще через полрайона идти в таком виде… А впрочем, ладно. Все лучше, чем лишние полчаса шастать по коллектору, рискуя нарваться еще на какую-нибудь гнусную голодную тварь. И лучше, чем оставаться с ним… с Кесселем. Я выполнила свою часть сделки. Пусть теперь сам… мается.

Не прощаясь, я развернулась и направилась к темнеющему проему утилизатора, запретив себе оборачиваться. Не вспоминать, не думать – и пусть вольный шейдер останется в прошлом, забудется как страшный сон. Все, наконец, закончилось, и это к лучшему. А с остальным я как-нибудь справлюсь. Да…

Но убедить себя было тяжело.

Шейд внутри заволновался, добавляя беспокойства. Ну да ничего, справлюсь и с этим. Займу денег у Циня, вколю свежий блокиратор. Как бы ни манила меня новообретенная сила, проблем от нее всегда было больше, чем пользы. Шейды дикие и неконтролируемые, а древним инстинктам не место в цивилизованном обществе.

Наверное, Хавьер Кессель, боевик «Механического солнца», посмеялся бы, услышав эти мои мысли. А потом показал бы, на что способен шейдер, находящийся в гармонии со своим шейдом. И заодно напомнил бы, чего стоит моя хваленая цивилизованность и прилагающиеся к ней классовое неравенство, самоуправство полиции и тотальный контроль граждан.

Но я запретила себе думать о Хавьере Кесселе. Раз и навсегда.

На улице, куда я с трудом выбралась по скользким выступам технической лестницы, было непривычно тихо. Редкие нор-ры, низко опустив головы и глядя строго перед собой, спешили по делам, магазины и закусочные скрыли яркие вывески и пестрые неоновые витрины за плотными листами железа. Так в семнадцатом поступали, когда проходил слух о готовящейся стычке противоборствующих групп боевиков, но перестрелки обычно происходили ночью, тогда как сейчас была середина дня. Впрочем, это было к лучшему – чем меньше свидетелей моего феерического появления из запечатанной трубы утилизатора, тем лучше.

Коммуникатор, вернувшийся в зону покрытия сети, незамедлительно завибрировал, сигнализируя о полученном сообщении. Я нахмурилась. Неужели Саулу срочно что-то понадобилось? Или Ли Френнель не понимает прямых отказов? Но оказалось, это было техническое уведомление из Центра.

«В связи с введением режима чрезвычайной ситуации, – высветились на синем голографическом экране ровные белые буквы, – всем жителям семнадцатого района Абисс-сити предписано немедленно вернуться в свои дома и не покидать их до окончания установленного комендантского часа. Несоблюдение данного распоряжения повлечет за собой арест нарушителя и предусмотренное законом наказание вплоть до тюремного заключения. Обо всех изменениях будет сообщено дополнительно».

Что все это значит?..

Секунду спустя тишину квартала прорезал треск громкоговорителя.

«Внимание! По приказу главы полицейского департамента Абисс-сити всем жителям семнадцатого района надлежит незамедлительно вернуться в свои дома. Неисполнение будет расценено как прямая угроза безопасности города, нарушитель понесет наказание. Полиции разрешено применять силу. Внимание, повторяем…»

Я застыла в тени ближайшего магазинчика, дожидаясь, пока полицейский ховер, медленно движущийся по соседней улице, проедет мимо. Нужно было попасть домой, и как можно скорее. Если полицейский патруль поймает меня на улице, да еще и в таком виде, об этом моментально доложат Ли Эбботу. И на этот раз мне точно не дадут отвертеться. А когда я окажусь в полной власти капитана, он перепробует все средства, чтобы получить нужные ему сведения, и никакое обещание защиты от боевика «Механического солнца» мне не поможет. Даже наоборот.

Меня передернуло.

Кое-как отряхнув штаны и куртку, я повыше подняла воротник, ссутулилась и попыталась слиться с редкими группками нор-ров, еще остававшихся на улице. Пять-шесть кварталов – и я на месте. Сообщение отправлено около получаса назад, пеших полицейских патрулей пока не было видно. Если потороплюсь, успею добраться до полного закрытия района.

Сделать это оказалось не так-то просто. Ближайшая дорога была перекрыта – рекламный щит на обочине дороги отражал красно-синие всполохи мигалок полицейского ховера, а обостренный слух уловил отголоски механической речи. Похоже, у прохожих проверяли ид-чипы. Несколько нор-ров из тех, что шли впереди, попытались избежать неприятной встречи, но были перехвачены и остановлены.

Плохо.

Оставшиеся нор-ры беспокойно заметались по улице, взволнованно перешептываясь. Воспользовавшись суматохой, я резко развернулась назад и заскочила в ближайший переулок. Но придумать новый маршрут не успела – услышала над головой приближающийся низкий гул лопастей следящего дрона. Как назло, не иначе.

Ш… нет, в ближайшее время от упоминания этих прекрасных тварей я, пожалуй, воздержусь.

Из груди вырвался тяжелый вздох. Стоило ли выбираться из коллектора, чтобы угодить в тиски полицейской облавы?

– Ну, и что поможет мне из этого выкрутиться? – вполголоса спросила я саму себя без особой надежды на удачное решение сложившейся проблемы.

Нор-ры утихли. Полицейские, кажется, тоже. Надо было выбираться – чем дольше я оставалась на одном месте, тем больше возрастали шансы, что меня найдут. Но стоило только повернуть на опустевшую улицу, как когтистая лапа зажала мне рот и дернула за собой обратно в черноту узкого проулка.

– Тише, – прошипел над ухом знакомый голос.

Глава 7

Я подавилась собственным возмущенным криком. Прекрасно понимая бесплодность попыток вырваться из крепких рук, я все равно дернулась и на чистом упрямстве пнула наугад каблуком ботинка. Клацнула зубами, норовя укусить сжимающую рот ладонь. Хотелось закричать, но мешала рука шейдера и осознание того, что привлекать внимание к нашему ненадежному укрытию сейчас ой как не стоит.

– А ты все-таки горячая штучка, Шей Сола!..

В голосе Кесселя чувствовалась насмешка.

Я фыркнула. Руки разжались. Гневно сверкнув глазами, я отскочила в сторону.

– Что ты здесь…

Шейдер не дал мне закончить. Молниеносным движением он сорвал с моей руки коммуникатор и, прежде чем я успела осознать это и возмутиться, раздавил его ногой. Браслет выбросил в воздух пучок синеватых искр и с печальным треском погас.

Это было уже слишком.

– Что за фокусы? – Я вцепилась в отвороты кожаной куртки манна и развернула его к себе, впившись злым взглядом в самодовольную физиономию. – Ты вообще нормальный? Какого ш… ты творишь?

– Во время полицейских рейдов сигналы отслеживаются, – ровно ответил Кессель. – Как только коммуникатор появился в сети, система определила твое местоположение и передала сведения на ближайший полицейский пост.