Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Перья сороки

– Я… – Су Е покраснела.

– Здесь больше никого нет. Говори прямо. – Цзян Го встал, держа в руке горящую палку. – Ты живешь одна в долине и смогла в один миг излечить мою сломанную ногу. Ты не можешь быть человеком.

– Братец Цзян Го…

– Ты лиса[24] или призрак? – Цзян Го взмахнул палкой, осветив лицо Су Е красными искрами. Девочка сделала шаг назад, а Тянь Дун уже собирался выйти из-за изгороди, чтобы защитить ее, но она вдруг решила ответить ему. Травнику было любопытно услышать о жизни Су Е, поэтому он спрятался обратно и приготовился слушать.

– Дедушка говорил, что наша семья была хранителем священного дерева на протяжении поколений, вот и все. А что касается твоей раны, то это не мои заслуги, а дерева.

– Даже если я поверю тебе, что ты хочешь от меня и Тянь Дуна?

– А? – Су Е, похоже, не ожидала такого вопроса. – Я не… Я просто хочу с вами дружить.

– Что ты хочешь получить, подружившись с нами?

– Ничего, – запереживала девочка. – Дружба – это просто дружба.

– Дружба? – Цзян Го засмеялся до слез, а потом резко стал серьезным. – Все в этом мире используют друг друга. Как может существовать такая дружба, о которой ты говоришь?

– Разве Тянь Дун не такой друг?

Цзян Го опешил, не ожидая такого вопроса. Тянь Дун навострил уши, желая услышать ответ названного брата.

– Он не такой, как ты. – Юный охотник нетерпеливо бросил палку в огонь. – Если тебе ничего не нужно, тогда возвращайся в долину и больше не беспокой нас.

Су Е задрожала и, прошептав: «Хорошо», повернулась к забору. Тянь Дун увидел в лунном свете, что на ее глазах выступили слезы.

Он не мог не встать, но Су Е вдруг взяла что-то, висевшее у нее на шее, и дунула. Цзян Го запаниковал, услышав резкий свист, перехватил тонкую, как тростник, руку Су Е и громко спросил:

– Чего ты хочешь?!

– Я не… – Су Е колебалась.

– Ты пытаешься собрать своих сообщников, чтобы навредить мне? – Лицо Цзян Го исказилось.

Тянь Дун больше не мог этого терпеть и вышел из-за забора.

– Цзян Го, не надо так.

– Братец Тянь Дун! – воскликнула Су Е, увидев его. – Ты тоже тут.

– Тянь Дун? Ты все это время был здесь? – Цзян Го удивленно посмотрел на него. – Разве ты не говорил, что весь вечер будешь дома, прощаясь с отцом?

– Все так. – Тянь Дун встал между ними и взял Цзян Го за руку, вынуждая того отпустить Су Е. – Когда я увидел, что Су Е внезапно появилась в деревне, я не знал, случилось ли что, поэтому последовал за ней.

– Ты слышал этот звук, верно? – Цзян Го шептал ему на ухо. – Мы не знаем, кто она такая, но боюсь, она причинит нам вред.

– Я верю, что она преодолела путь из долины только для того, чтобы проводить тебя, – громко ответил Тянь Дун, не желая поддерживать перешептывания. – Возможно, она не знает о своем происхождении, но у нее нет никакого желания вредить другим, иначе зачем она обратилась к соку священного дерева, чтобы излечить травму?

– Старейшины в деревне говорили, что духи всегда умели очаровывать. Нам трудно понять ее настоящую цель! – Цзян Го никак не мог поверить.

Су Е не знала, о чем он говорит, но указала рукой в сторону забора. На ее свист прибежала маленькая обезьянка. Она отличалась от других обезьян: ее тело было черным, как тушь, а глаза, вращающиеся без остановки, были похожи на капли росы на листьях лотоса.

Заметив стремительное приближение зверька, Цзян Го, не думая, попытался вытащить нож из-за пояса. Тянь Дун опустил его руку, опасаясь, что друг взмахнет мечом слишком быстро и ранит обезьянку.

Зверек, не боясь людей, ловко запрыгнул на плечо девочки, приблизился к ее щеке и, озорничая, обвил хвостом ее волосы.

– Что это такое? – Цзян Го не мог полностью вытащить нож, потому что Тянь Дун удерживал его руки, и ему оставалось только задать вопрос.

Обезьянка, услышав, что кто-то повышает голос на Су Е, не удержалась и обнажила крохотные белые зубки, посмотрев на обидчика. Су Е быстро схватила ее за лапку, и умный зверек тут же перебрался ей на руку.

– Это домашнее животное моего дедушки, черная обезьянка. После того как его не стало, она осталась со мной. Благодаря ей я не грущу и не чувствую себя одиноко в долине, – ответила Су Е.

– Почему я не видел ее в прошлый раз? – спросил Тянь Дун.

– Хоть у нее и человеческие повадки, она рождена свободной и любит играть. – Су Е погладила обезьянку по голове.

– Зачем ты позвала ее сюда? – Цзян Го отпустил рукоять ножа.

– Я хочу отдать ее тебе… вам. – Су Е опустила голову и посмотрела на зверька. – Я не могу покинуть священное дерево, только указать обезьянке следовать за вами. Путь будет долгим, а она хорошая спутница в дороге.

Цзян Го взглянул на Тянь Дуна. Тот кивнул ему, давая знак не волноваться.

– А что делать, если ей захочется есть или пить? – спросил Цзян Го у Су Е. – Боюсь, я не смогу о ней позаботиться.

– Арахис сам найдет еду. Тебе нужно заботиться о себе. – Су Е не могла сдержать улыбки, когда поняла, что Цзян Го готов принять зверька. – Не переживай о нем.

– Арахис?

– Так его зовут. Когда дедушка был рядом, он часто давал ему несколько орешков, когда сидел, любуясь луной и наслаждаясь вином. Со временем зверек привык к этому имени.

– Арахис… – попробовал позвать Тянь Дун.

Ушки обезьянки шевельнулись. Она одним махом выпрыгнула из объятий Су Е и перепрыгнула на голову травника. Тот неподвижно застыл. Маленькая обезьянка Арахис была довольно игривой, быстро завязала волосы на голове мальчика и потянула его за уши. Тянь Дун медленно поднял руки, чтобы снять ее с головы. Он поставил зверька на землю и присел на корточки перед ним, чтобы рассмотреть поближе. Арахис почесал голову и хотел было броситься к Су Е, но любопытство к мальчику пересилило. Тянь Дун вытянул палец и осторожно погладил хохолок шерсти на его голове. Арахис растерялся и оглянулся на Су Е. Та наклонилась и подняла его с земли, вложив в руки Тянь Дуна. Зверек понял, что Тянь Дун – друг хозяйки, поэтому больше не смущался и начал уверенно играться с одеждой травника.

– Братец Цзян Го, подойди. – Су Е указала ему на Арахиса.

Неожиданно Цзян Го отступил назад.

– Лучше не надо, ни одно животное не захочет приблизиться к охотнику, – пробормотал он себе под нос.

– Необязательно. – Тянь Дун помог Су Е и передал Арахиса в руки Цзян Го.

Кончики пальцев коснулись маленькой лапки Арахиса, и Цзян Го почувствовал себя необъяснимо прекрасно. Ему было трудно выразить это словами. Словно в его сердце открылась дверь и внутрь хлынул теплый свет, освещая каждый уголок, прятавшийся в тени. Это мимолетное тепло заставило его ощущать себя странно. Из-за страха света человек, долгое время живший во тьме, оттолкнул обезьянку. Движение Цзян Го было настолько внезапным, что не только Арахис с визгом упал на землю, но и юный охотник, пошатнувшись, потерял опору.

– Что случилось? – в унисон спросили Су Е и Тянь Дун.

– Ничего, – вернув устойчивость, ответил Цзян Го. – Я немного устал.

Но его беспокойный взгляд его выдавал – на лице была не усталость, а паника. Тянь Дун с Су Е переглянулись, но ничего не сказали. Су Е подняла зверька и передала травнику.

– Братец Тянь Дун, я пойду, позаботьтесь друг о друге, – сказала она, затем неохотно перевела взгляд на Цзян Го, будто хотела сохранить его образ в своем сердце. – Братец Цзян Го, в конце мы встретимся вновь. Я желаю вам счастливого пути.

– Я хорошо позабочусь об Арахисе, – ответил Тянь Дун, смотря, как она уходит, и не мог сдержать грусти. – Обещаем тебе, увидимся через три года и вернем Арахиса в целости и сохранности.

– Мы увидимся? – переспросила девочка, услышав про встречу через три года.

– С Тянь Дунем да, а вот насчет себя я не уверен, – вступил в разговор Цзян Го. – Если я стану генералом, то не смогу вернуться еще какое-то время.

– А, вот как… – Улыбка Су Е, подобная солнечному свету за темными облаками, внезапно исчезла.

– Цзян Го сможет приехать и взять тебя во дворец, – подразнил ее Тянь Дун. – Он отправит за тобой золотой паланкин с тянущим его быком в шелковой накидке, у которого в носу будет серебряное кольцо.

– Золотой паланкин очень тяжелый, каким же должен быть бык, чтобы тянуть его? – улыбнулась Су Е. – Шелк очень тонкий, разве он не порвется, если накинуть его на быка? Тянь Дун, ты опять пытаешься меня рассмешить.

– Да это ерунда! Вот стану генералом, и будет и золотой паланкин, и шелковые накидки, и светящиеся жемчужины в фонарях, чтобы зажигать их по обе стороны долины, и бамбуковые корзины для трав, сплетенные морским народом.

– Мне не нужны светящиеся жемчужины. – Су Е была очарована описываемой картиной, но все же не потерялась в образах, рисуемых Цзян Го. – Мне нужно только, чтобы вы вернулись благополучно.

– И мне не нужна такая бамбуковая корзина, – засмеялся Тянь Дун. – Мне и моя очень нравится.

– Дураки, вы оба, – покачал головой Цзян Го, перестав фантазировать. – Забудьте, однажды вернемся к этому. Не верю, что вам все это не нужно.

Су Е сняла свисток с шеи и вложила его в ладонь Цзян Го.

– Им можно позвать Арахиса. Когда и где бы он ни был, он бросится вам на помощь.

– На помощь нам? – усмехнулся Цзян Го. – Как эта маленькая зверушка сможет нам помочь?

– Арахис хоть и маленький, но обладает чудо-способностями, – ответила Су Е. – Не стоит его недооценивать.

– Хорошо-хорошо, Тянь Дун позаботится об этом. – Цзян Го не поверил ей и помахал рукой на прощание. – Уже очень поздно, тебе следует вернуться домой.

Прохладный ночной ветер продувал тонкую одежду Су Е. Она, постояв немного, ничего не сказала, поклонилась друзьям и направилась обратно.

– Я пойду провожу ее, – вызвался Тянь Дун.

Глава 10. Листва

Они вдвоем подошли к выходу из деревни. Луна здесь казалась большой и яркой, излучающей слабый голубоватый свет.

– Су Е, мне нужно кое о чем тебя попросить, – кашлянул Тянь Дун, нарушая тишину.

Су Е подняла на него взгляд.

– После того как мы с братом уйдем, некому будет заботиться о Хитреце, который сейчас дома у Цзян Го. Я его вылечил, и мы собирались отпустить его на волю. Может, ты заберешь его в горы?

– Хитреце?

– Это олень, которого мы с Цзян Го спасли.

– Предоставь это мне, я хорошо о нем позабочусь.

– И… – Мальчик посмотрел на Су Е.

– Что-то еще?

– Нет-нет, только это. – Тянь Дун проглотил желавшие вырваться слова. – Пойдем, я провожу.

– Нет необходимости, – помахала она рукой. – Поторопись домой, чтобы завтра ты мог присоединиться к Цзян Го.

– А ты не боишься встретить волков?

– Разве братец Цзян Го не говорил, что я монстр? – улыбнулась девочка. – Разве монстры боятся волков?

– Он не это имел в виду, – попытался защитить друга Тянь Дун.

– Монстр или нет, я не причинила вам никакого вреда, – прошептала Су Е.

– Цзян Го с детства сирота, поэтому ему трудно доверять другим, – сказал юный травник. – Не вини его.

– Я не виню его. Он пожертвовал собой, чтобы спасти меня, я не обвиню его ни в чем до самой своей смерти.

Тянь Дун не послушался Су Е и проводил ее до склона горы. Хотел и дальше, но Су Е настояла, чтобы он возвращался.

– Братец Тянь Дун, ты подарил мне шпильку с цветком, так что я тоже сделаю тебе подарок на прощание.

Мальчик не ожидал от нее такого и заволновался. Су Е расстегнула ворот, сняла что-то с шеи и протянула Тянь Дуну. Тот присмотрелся внимательнее. Это оказался синий листик с отверстием, сделанный из лучшей яшмы и без каких-либо изъянов.

– Это слишком ценная вещь, я не могу ее принять. – Он собрался вернуть подарок Су Е.

– Подожди, – сказала она и сжала его руку. – Дедушка оставил его мне. Если ты будешь в опасности, можешь воспользоваться им, чтобы вернуться к священному дереву. Не говори Цзян Го, он начнет сомневаться во мне еще больше, так что бери и сохрани в тайне.

Тянь Дун был поражен, что у Су Е была такая вещь. По его мнению, дерево вполне способно излечить травму ноги потому, что это мощное целебное растение, о котором он не знал. Но сила лепестка была далеко за пределами его воображения.

– Только использовать ты его можешь всего лишь раз, – сказала девочка, не обратив внимания на выражение лица травника. – Потом он станет обычным кулоном, поэтому мне не хотелось им пользоваться.

– Это твой подарок от дедушки, я не могу его принять, – интуитивно отказывался Тянь Дун.

– Я и так каждый день провожу у священного дерева без возможности уйти. Мне не нужна эта вещь.

Теперь, наконец, Тянь Дун поверил словам Цзян Го: Су Е владела необычными способностями, однако то, что она сказала ранее, было правдой – она не причинила им вреда. Более того, она отдала им свою драгоценную обезьянку и такую ценную дружбу…

– Тогда я пока приму это. – Мальчик пришел в себя и улыбнулся ей. – Я сохраню его, постараюсь не использовать и вернуть тебе.