— Говорит Нильс Свенссон. Джонни пошутил. Сейчас ему наложат жгут, и мы пойдём дальше...
[ грохот ]
[ помехи ]
[ тишина ]
— Говорит Лео Рурк. Нильс и все ребята попали под выстрел какого-то защитного робота. Ребятам кранты, роботу тоже. Мы спускаемся вниз, на четвёртый уровень... что? Спутник уходит, спутник уходит! Следите за нашими передачами, господа! Только через спутники «Глобал Интер»! Мы выйдем на связь через полтора часа. Спутник уходит, всё! До связи. До связи.
[ тишина ]
— ... над нами, спутник над нами. Раз, раз, раз! Говорит Фронт Освобождения Земли. Говорит Фронт Освобождения Земли. Новости? Какие, к свиньям, новости? Чёрт, посмотри, я туда говорю или не туда? А пошли они все в жопу... Смотри, чего это они? Это белый флаг? Нет, это, кажется...
[ хрип, кашель ]
[ сильные помехи ]
— Говорит Фронт Освобождения Земли.. Это опять Нильс Свенссон. Я жив. У меня есть проблемы со здоровьем, но я пока жив. Сколько это ещё будет продолжаться, пока не знаю. Мы подверглись воздействию неизвестного газа... [ хрип ] Сейчас наша группа войдёт на VIP-территорию. Мы просим всех присутствующих в VIP-области вести себя благоразумно, слышите — благоразумно! Вы находитесь под... [ хрип ] ...нашей охраной и защитой. Пока будете вести себя благоразумно, мы... [ хрип, кашель ] Извините. Кажется, я всё-таки схожу с дистанции. Спокойной ночи всем.
[ тишина ]
— Говорит Аги Бьфойя. Спок ночи, Нильс, ты был самой лучшей белой жопой на свете. Мы входим внутрь, мы входим внутрь. Группа Йена впереди. Как всегда, белые геройствуют. Вперёд, белые герои! Мы вас не забудем!
[ тишина ]
— Раз, раз, раз. Есть связь. Говорит Фронт Освобождения Земли. Передачу ведёт Йен Огиви. Мы дошли до низа VIP-зоны, мы дошли до низа VIP-зоны. Под нашими ногами — всё Мировое Правительство в полном составе. Вся та мразь, которая держит человечество в рабстве. Мы можем покончить с ними прямо сейчас, и, клянусь Богом, мы это сделаем. Нас ничто не остановит... о мой Бог, я, кажется, накаркал...
[ крики ]
[ сильные помехи ]
— Я Лао Чун. Лао Чун из группы Йена, да... Тут было что-то. Как в такой маленькой печке... не умею назвать. Очень, очень больно. Горячо. Все мёртвые. Все пахнут как жареное мясо. Очень больно. Половина меня тоже как это мясо, да. Мне очень больно, очень. Я не могу долго жить. Очень больно. Пожалуйста, делайте взрыв, да. Пожалуйста, скоро делайте, скоро, да, да.
— Лао Чун, ты нас слышишь? Живые есть?
— Нет. Очень, очень больно... Делайте взрыв крыши, да. Скоро, сейчас.
— Это Изя. Что там за фигня?
— Кажется, микроволновая защита. Жуткая штука. Их там заживо зажарило. Взрываем.
— Да, да, быстро... Очень плохо. Быстро, сейчас, да.
— Да, Лао... Сейчас.
— Стоп! Стоп! Группа Аги там, внизу!
[ грохот ]
— Раз, раз, раз! Говорит Изя Кацман. Сообщаем всему цивилизованному миру: мы взяли всех!
[ пауза ]
— Ну что, хорошие парни всей земли, мы сейчас устроим смешную штуку. Давайте возьмём интервью в прямом эфире у какой-нибудь жирной свиньи. Ой-вэй, я вот даже не знаю, с кого начать. Ха! Кажется, есть одна свинья в мундире. У меня особые чувства к мундирам, ребята. Поэтому извиняйте, если что не так, но я начну с него...
[ небольшие помехи ]
— Ну-ка, представься публике, свинья! И открывай пасть пошире, когда с тобой говорит угнетённый народ. Пошире, я сказал!
— Генерал Ральф Кензо, Верховный Главнокомандующий Объединёнными Вооружёнными Силами Мирового Правительства. Если вы и дальше будете тушить окурки о мою шею, я стану несколько менее разговорчив. Я не одобряю грубого обращения с официальными лицами.
— А ты, я вижу, умник. Ты хоть понимаешь, что я сейчас могу достать зажигалку и поджарить на ней твой вонючий хазерский поц?
— Нечто подобное со мной однажды проделали в Заире, когда моё подразделение взбунтовалось... Это очень больно, но всё же выносимо. К счастью, моя мошонка была анестезирована. Когда я стал генералом, я подписал приказ об обязательном полном анестезировании высшего офицерского состава, — и, разумеется, выполнил его тоже. Нет никакого смысла тушить об меня окурки. Разумеется, мои внутренние органы не лишены чувствительности. Но пока вы будете вырезать мою печень, я умру. У вас есть другие вопросы?
— Да, свинья, у меня есть целый чемодан всяких вопросов. Особенно меня интересует, почему вы, суки, устроили африканскую войну? Говори сюда, свинья, вот сюда говори...
— Если вы выбьете мне зубы, моя речь станет менее разборчивой. Вас ещё интересует ответ на ваш вопрос?
— Говори, свинья, говори громче...
— Это была ошибка. Либо её ошибка, либо наша. Я так и не пришёл к окончательному выводу...
— Твою мать! Ты можешь говорить по-человечески, засранец?
— Не стоит бранить мою мать, она была хорошей женщиной...
— Изя, голубчик, дай-ка мне этого дедулю в лапки...
— Давай, Наоми. Ты у нас очаровашка...
— Да... интересная женщина... и камуфляж вам очень идёт... Кстати, вы служили? Мне представляется — да. Скорее всего, Шестой Африканский корпус. Очень характерная татуировка.
— Сраный кот! Я сказала...
— А-а, ну конечно, «сраный кот». Действительно, Шестой корпус. Вы когда из части дезертировали?
[ шум, хрип ]
— Это Наоми. Извините, ребята, я его зарезала. У меня, между прочим, месячные, я в такие дни становлюсь немножко нервной... Ребята, что вы там делаете? Да, да, вот этого! Вот этого тащите сюда. С японской мордой. О как хорошо. Давайте его сюда. Представься, красавчик. Мама Наоми тебе ничего не сделает.
— Моё имя Харуки Икэдзава. Я председатель Комитета по военному планированию. Я штатский. Уберите сигарету, мне больно.
— Этот старый поц не ответил нам, зачем вы устроили африканскую войну.
— Он не ответил, потому что вы его убили... Уберите свой огонь. Если вы сделаете мне очень больно, я, может быть, буду кричать. Но это ничего не изменит.
— Я спрашиваю последний раз — зачем вам была нужна эта грёбаная война? Слушай, япона мать! Я там была, понимаешь? Я там была! Там, в этом проклятом Конго! Они не хотели воевать, эти негры. Они не хотели ни с кем воевать, понимаешь? Они просто жили, спокойно жили, доили своих коз, у них были такие тощие чёрные козы... Сраный кот, мы выносили деревню за деревней. Сержант брал на спину огнемёт, GJ4000, ещё он брал меня, чтобы я несла канистры с этой дрянью для огнемёта. Ты знаешь, что такое GJ4000 в действии? Это когда вокруг не остаётся даже костей. Мы ставили огнемёт на высотку, и сжигали очередную деревню. Вместе со всеми, кто там был. Потом мы с ним трахались, чтобы снять стресс, и шли обратно в лагерь. На следующий день — новая деревня. Потом мне за это дали две нашивки. И это война? Я тебя спрашиваю, это война? Это — война?! Я солдат, но я не знаю, что это за война. Я хочу это знать. Сейчас.
— Хорошо, я объясню, если вы разрешите мне встать. Теперь всё это уже не имеет значения.
— Вставай.
— Благодарю. У меня болят колени... Это были превентивные действия, рекомендованные Оболочкой.
— Что значит превентивные? Говори сюда, быстро!
— А, вы тут все с микрофонами... Можете не трудиться. Всё равно вас никто не слышит.
— Ребята, проверяем. Изя, есть сигнал от спутника? Что? Изя, я тебя спрашиваю, есть сигнал от спутника? Да? Значит, ты соврал, Харуки. Ты соврал маме Наоми. Сейчас я тебя за это накажу...
[ шум, хрипы ]
[ звук выстрела ]
— Это опять Изя. Тут был небольшой инцидент. Мама Наоми хотела отрезать ухо этому желтому хазерюге, но чуть-чуть отвлеклась. А у свиньи в рукаве был ножичек. И я не знаю, какой он там был штатский, но обращаться с ним он умел... Прости-прощай, мама Наоми, ты была очень классной бабой. Жёлтого я, кстати, застрелил, некогда было возиться. Ничего, сейчас мы займёмся кем-нибудь посимпатичнее, их тут много. А, кстати, кажется, я вижу своего соплеменничка. Ты! Ну-ка, суй своё рыло сюда, и представься.
— Я Соломон Пельц, председатель Бюджетной комиссии Мирового Правительства. И я не хотел бы видеть лицо вашей аидише мамы, молодой человек, когда она узнает, что её сын...
[ шум ]
— Хочешь ещё? И не блей так жалобно, тебя слушает вся планета...
— Нас никто не слышит, молодой человек...
— Опять то же самое? Мы уже проверяли сигнал.
— Да боже ж мой! Передача-то идёт. Блокированы приёмники, шлимазл.
— То есть как? Что значит «блокированы приёмники»?
— Сигнал со спутника закодирован. А все декодеры блокируются программно, вы это понимаете?
— Ах вот как вы устроились. И что мне тебе отрезать, чтобы вы включили декодеры, э?
— Как мы можем это сделать? Любая передача отсюда блокируется...
— Кем блокируется, хазерюга?
— Я же сказал — блокируется программно, Оболочкой. Может быть, вы меня всё-таки выслушаете, молодой придурок?
— Мы грубим революционным массам?
[ шум, стон ]
— Извините, дорогие слушатели, если нас кто-нибудь слышит. Я чуть-чуть перестарался, и господин Пельц, кажется, в обмороке. Ничего страшного, сейчас он очухается, и мы продолжим наши...
[ неразборчивый яростный крик ]
[ автоматная очередь ]
[ шум ]
[ выстрел ]
[ тишина ]
— Раз, раз, раз. Это Володя Котов. Извините, что по-русски. Английский у меня хреновый, честно. У нас тут... даже не знаю как сказать... В общем, один наш чёрный товарищ, Аги как-его-там... контузило его маленько... мы его тут положили... а он вроде как чуток оклемался, а с головой у него что-то нехорошее сделалось. Вот он и, как бы, не туда стрелять начал... ну и порешил тут кое-кого. Ну и самого его пришлось... Жаль, что так всё по-дурацки вышло. Что делать, все на нервах... Извини, Изя. Хороший ты был парень, хоть и жид. Всё, ладушки, теперь передаю слово товарищу Дулебу, или как его там, не выговоришь, блин, но он тоже хороший парень.
— Говорит Ндулембу Агасси. Уважаемые слушатели! Будучи темнокожим, я хочу публично побеседовать с кем-либо из тех, кто начал эту бессмысленную войну на Африканском континенте. Я не намерен без крайней необходимости прибегать к насилию. Несмотря на мой цвет кожи, я прошёл обучение в Кембридже, и защитил диссертацию по биоэтике. Я противник насилия как метода достижения целей. Я присоединился к этим людям, лишь поскольку, будучи темнокожим, я...
— Хватит, Дуля! Извините, это опять Вова. Дуля, ну ты там найди кого-нибудь, и мотай ему душу своей хернёй...
[ шум ]
— Это Ндулембу Агасси. Я беседую с господином... Представьтесь, пожалуйста.
— Да убери ты свою игрушку! Нет никакой передачи, понимаешь, нет. Что надо? Давай, только быстрее. Не думал я, что это будет вот такое тягомотное говно.
— Сначала представьтесь. Потом поясните свои слова.
— Господи, какие идиоты... Руди Курц, технический председатель Комиссии по контролю Оболочки. Чего тебе надо?
— Будучи темнокожим...
— Да будь ты хоть голубым, пидор проклятый... Надо-то что?
— Воздержитесь от оскорблений... Я буду краток. Зачем вам понадобилось уничтожать мирное африканское население?
— Превентивная война. Оболочка выдала, что надо очистить эту территорию.
— Что вы хотите этим сказать?
— Что — что? Оболочка выдала — территорию очистить. Мы, конечно, прокрутили свои прогнозные программки — вроде бы на этом месте в ближайшее время ничего не намечается, кроме парочки эпидемий... Но, в общем, ей виднее...
— О ком вы говорите?
— О чём. О сетевом модуле, блин. Ты хотел что-то такое про Африку? Ну вот тебе Африка. Говорю тебе, оболочка просчитала, что там надо всё выжечь. И что нам оставалось делать? Ссать против ветра?
— Что такое «Оболочка», о которой вы говорите?
— Сетевой модуль, я ж тебе сказал.
— Это какая-то программная система?
— Ладно, давай начнём с начала. Ты знаешь, что такое распределённые вычисления, черножопик?
— Я цивилизованный человек, но если вы ещё раз позволите себе расистские высказывания в чей бы то ни было адрес...
Поделиться книгой: