Согрей моё сердце

– До этого обычно не доходит. Мы тщательно отбираем кандидатов в муж… в советники, – отвечает «дедуля».

– Ваше Величество, – отвлекает Алькор, – вы должны согласиться на отбор женихов. Нужно укрепить позиции, иначе вас быстро сместят. Или, что хуже, убьют! У ваших отцов огромное влияние, но не на Ахернаре. Вы должны понимать, что, если вмешаете во внутреннюю политику нашего королевства чужую планету, это плохо скажется на всех. Не идите против системы, Ведана. Сохраните мирное небо над головой Ахернара!

– Я тебя услышала, Кор, – цежу, злясь на синекожего. Нет, я прекрасно понимаю Алькора. Он прав. Если начнут вмешиваться рурки, ахернарцы взбунтуются и полетят головы. Моя в первую очередь.

Прикрываю глаза и дышу. Стараюсь унять злость от безвыходной ситуации. Убеждаю себя, что так нужно для всеобщего будущего. Вдох-выдох. Вдох-выдох.

– Не дыши, как пегас, ешь скорее. У нас дел много, – прерывает моё дыхательное упражнение Сириус.

Сжимаю кулаки до побелевших костяшек и, распахнув веки, смотрю на раздражителя. Не доживёт он до дома, если не научится держать язык за зубами. Лично пристрелю. Более ничего не спрашиваю, и завтрак проходит в тишине.

После завтрака мы с Алькором вновь бежим. Теперь уже до тронного зала. Его уже починили, все дыры залатали, а мусор убрали. Вот что значит высокие технологии! Прямо в центре помещения установлен пьедестал, на нём хрустальный гроб с телом бабушки. В течение трёх дней двери дворца будут открыты для всех желающих проститься с королевой. Придворные уже находились в зале и жались к стенам да колоннам. Ждали моего прихода.

Как только я захожу, они опускают головы, выражая почтение. Подхожу к гробу, следом семенят мужья-советники, Алькор и Сириус. С минуту разглядываю бабушку, сжимаю холодные пальцы.

В шикарном синем платье она будто просто прилегла отдохнуть. Уродливые дырки от бластера замазаны, и длинные платиновые волосы завиты в причудливую причёску. Она красивая и ещё молодая. Её не коснулись морщины. Она бы ещё не один десяток лет правила бы. Если бы не я. Поцеловав в лоб родную кровь, выпрямляюсь и иду к трону. За мной следует Сириус, а советники прощаются со своей женой.

Как только я сажусь на трон, королевские гвардейцы выстраиваются в длинную шеренгу с двух сторон, создавая коридор от меня до гроба, и замирают. Мой личный страж останавливается за спиной, нависая незыблемой горой.

К хрустальному гробу подходят все высокопоставленные лица Ахернара. Строго поочерёдно, в какой-то своей иерархии, которую мне ещё следует изучить. Простившись с бывшей королевой, они направляются ко мне. Представляются, выражают почтение и всячески льстят.

Эта церемония продолжается до самого обеда. Сидеть в одной и той же позе с тяжёлой короной, давящей на виски, – та ещё задачка. Но бабушка бы мной гордилась. Ни единой эмоции не выдала. Смотрела с холодной отрешённостью, слушала вполуха. И единственное – сожалела, что теряю драгоценное время. Хотя могла бы учиться с Алькором, подтянуть недостающие знания.

В полдень, наконец, за мной заходит Алькор, приподнимает губы в подобии улыбки и предлагает пообедать и позаниматься. Гвардейцы перемещаются и полностью закрывают проход к трону, окружая только гроб. Радостно подскакиваю, вручаю Алькору корону и под громкий смех одного сеатца выбегаю через вторые двери.

После сытного обеда в одиночестве и небольшого отдыха. Захожу в кабинет бабули. Тот, который малый. Алькор предложил позаниматься именно там, плюс решить вопросы по государственным делам можно, не отрываясь от урока. Так вот, забегаю в кабинет и сразу же беру длинную указку с приплюснутым концом.

– Срочно учить законы Ахернара, Кор! Всё, что я должна знать! Все подводные камни. И никаких поблажек. Зазеваюсь – бей! – приказываю, вручая палку-указку бабули. Сириус опять хохочет и падает на белоснежный диван.

– Ты теперь всё время будешь ходить за мной? – рявкаю. Достал уже!

– Привыкай, Твоё Величество. Я твоя Тень! – спокойно заявляет наглец и закидывает ноги на журнальный столик.

– Тень должна быть молчалива и не попадаться на глаза, а ты… – замолкаю и, проходя мимо, спихиваю его ноги со столика. Сириус заинтересованно ждёт, выгибает бровь, – Варвар!

– Очень тонкое наблюдение, – раскатисто смеётся сеатец.

– Пристрелить тебя, что ли, пока никто не видит? – задумчиво бормочу, садясь в кресло и кивая Алькору. – Скажу всем, что ты защищал меня и пал смертью храбрых.

Глава 8

Весь день я изучаю законы и внутреннее устройство планеты. Алькор умело объясняет и разъясняет. Стараюсь всё запомнить, записываю в планшет возникающие вопросы, и мы их детальнее прорабатываем. Иногда усталость накатывает, и я впадаю в лёгкую дрёму. Особенно когда тема очень нудная и неинтересная. Тогда Алькор бьёт палкой по столу. Правда, уже без огонька. Совершенно не впечатляет. Боится, бедолага, что уволю.

Сириус заниматься не мешает, он просто спит на диване и временами смешно похрапывает. В такие моменты швыряю в него канцелярией со стола. А что б не спал на рабочем месте! Он злобно вскидывается и грозит кулаком. Один раз, когда Одхан принёс тарелку с фруктами, кинула яблоком и попала в лоб. Ох, как сильно полыхнул Сириус. В прямом смысле. Под смуглой кожей потекла лава, подсвечивая вены. И мужчина пообещал отшлёпать. Кто ж ему позволит королеву бить? Вон даже Алькор боится по столу перед моим носом ударить.

Отвлеклась. Так вот, самое главное, – выяснилось, что мне нужно выбрать двенадцать советников. Двенадцать!!! Когда Алькор озвучил эту цифру, планшет из рук выпал. А Сириус заржал, натурально так, как пегас. Естественно, я спросила, где же эти двенадцать старых советников? Ведь я познакомилась только с пятерыми, включая самого Алькора. На что синекожий учитель отвечает, что не видела я их, потому что больше половины советников были убиты во время нападения. Они доблестно защищали меня и бабушку. Так что сейчас планетой управляют всего пять советников. Поэтому меня торопят и просят провести отбор.

– Подожди, но я не видела их тел? – продолжаю возмущаться, перебивая Алькора.

– Ты дальше своего носа ничего не видишь, – усмехается Сириус и, поднявшись, разминает затёкшую от долгого лежания спину.

Разозлённо швыряю в него небольшой колбой, в которой стоят цветочки. Мужчина уворачивается и широко улыбается. Гад!

– Вас просто потрясла смерть бабушки, – спокойно отвечает Алькор, совершенно не реагируя на наши с Сириусом контры.

– Ну ладно, потрясла, наверное. Продолжай, пожалуйста, – вздыхаю, закатив глаза. И мы меняем тему.

Следующая важная деталь, на которой я останавливаюсь, – у предыдущих королев, кроме мужей, были ещё наложники!

– У бабушки тоже? – выгибаю бровь, выразительно смотря на Сириуса. Просто знаю, сейчас же ляпнет что-то. Но нет, мужчина благоразумно молчит.

– Да, – невозмутимо кивает ахернарец. – Они живут в левом крыле. Двадцать четыре наложника.

– Любвеобильная бабулька, – присвистывает наёмник, похабно ухмыляясь.

– Сириус! – рявкаю, ломая в руках стилус.

– Молчу-молчу.

Сеатец проводит пальцами по губам, будто молнию застёгивает. Закатываю глаза. Невыносимый мужчина!

– Ладно, – со вздохом возвращаюсь к теме. – Имею право разогнать наложников?

– Нет. Просто так выгонять наложников нельзя. Нужно пристроить на работу, выделить жильё. Либо передать другим женщинам. Лучше всего устроить небольшой раут и созвать аристократок. Подайте идею главе Совета Женщин, она быстро устроит их судьбу, – отвечает Алькор, будто мы тут о домашних питомцах говорим.

– Подробнее о рауте расскажи.

– Если женщина хочет избавиться от наложников, она устраивает светское мероприятие и приглашает подруг, соседок и так далее. Мужчина либо соглашается переехать в другой гарем, либо уходит в свободное плавание и живёт своей жизнью, – буднично сообщает Алькор.

Мы углубляемся в эту тему с гаремами и наложниками. Выясняется следующее: в Ахернаре численные перевес у мужчин. Женщин очень мало. Я бы сказала – катастрофически. И даже те, что есть, стараются перебраться на другие планеты. Мужчины же, наоборот, очень редко бросают свои земли и куда-то переезжают. Никакого принуждения нет, всё обоюдно и по соглашению. Ахернарцы не торопятся жениться. Будучи наложником, мужчина может спокойно заниматься своими делами и работать, но живёт у женщины и служит ей постельной грелкой. В случае женитьбы ахернарцы, как и рурки, передают всё своё имущество жене, берут её имя рода. И, соответственно, любые доходы утекают к жене. Поэтому, собственно, никто не торопится узаконить отношения. А в наложники идут потому, что только во время брачных игр ахернарцы испытывают хоть какие-то эмоции. Королевские наложники – отдельная тема. Эти товарищи нигде не работают и сидят на шее у королевы, чтобы быть всегда доступны для разврата. В общем, любят они совокупляться. И законы выдумали, чтобы никто им не препятствовал этим непотребством заниматься. А у женщин вообще полный доступ к мужскому телу. Мужья надоели, выбирай наложников.

Можно ли как-то изменить эти законы про наложников? Как оказалось, практически нереально. Отдельно от королевы и её правительства есть Совет Женщин. Как у рурков. Двенадцать ахернариек восседают в своём Доме Советов и решают вопросы, касающиеся прав женщин. Прежняя королева с ними не воевала и всячески поддерживала. Так как сама была одной из двенадцати заседающих и принимающих решения.

В общем, на повестке дня: разогнать к чертовой матери наложников и тех, кто ночью у моих покоев устраивал брачные игры. Перебраться на этаж королевы. Устроить генеральную уборку с антисептиком и сменить всю мебель! Жить в обители разврата не намерена. Меня аж передёргивает.

Я, конечно, спокойно отношусь к межличностным отношениям между мужчиной и женщиной. Но меня растили в тепличных условиях. Мои родители не изменяли друг другу и очень трепетно относились. И нас воспитали, что в первую очередь должна быть любовь. Особенно мама всегда говорила, что постель стоит разделить только с любимым мужчиной. Сёстры, конечно, мамины слова прослушали и устраивали свидания. Но не я. Даже ни с кем не целовалась! Один раз сын маминой подруги хотел поцеловать меня. Я тогда такой визг подняла. Сбежались все домочадцы. Вспоминаю, как два слюнявых пирожка надвигаются к моему лицу, и опять вздрагиваю. Бр-р! Рядом опять усмехается Сириус. Достал!

– Значит так, запиши и передай по инстанциям. После похорон устроим пикник в зимнем саду. Поговори с наложниками, узнай: кто что хочет. Если хотят уйти – пусть идут. На пикник пригласи аристократок и этот Совет.

– Будет исполнено, – кивает Алькор.

– И провести генеральную уборку дворца! Отдраить все комнаты, заменить старую мебель. Восстановить хранилище. Кто живёт на моём этаже? – продолжаю я.

– Глава женского Совета. Ваши нынешние советники, посол Тало и учитель танцев Вир Сантини, – рапортует синекожий мужчина.

Интересно, кто из них развратничал? Ладно, не будем выяснять. Сириус опять посмеивается. Кажется, понял, к чему я спрашиваю.

– Теперь: левое крыло для гостей и остальных аристократов, – рычу: – Переселить всех!

– А ваши наложники? – перебивает совершенно спокойно Алькор.

– У меня не будет наложников!

– Ты так не горячись, – встревает Сириус. – Вдруг передумаешь.

– Не передумаю! – развернувшись, с вызовом смотрю на мужчину. Он не спорит, пожимает плечами и загадочно улыбается.

– Как только закончите уборку и поменяете всю мебель на этаже королевы, я перееду. На мой этаж никого не селить! – возвращаюсь к теме, переводя взгляд на Алькора. Не хочу больше слышать стоны и шлепки. Моя нежная психика ещё не готова к такому.

Алькор кивает, передаёт через коммуникатор все указания королевы, и мы продолжаем учиться. Изучаем законы и подводные камни, которые обязательно будут меня поджидать. До самого вечера занимаемся, пропуская этикет и другие предметы. Иногда нас прерывают, чтобы срочно что-то подписать и выслушать доклады от остальных советников и подчинённых. Временами и Алькор срочно куда-то отлучается, получая сообщения. В эти редкие минуты отдыха я разминаю плечи и размышляю о свалившейся ноше. Сириус особо не мешает, просто наблюдает за мной из-под опущенных ресниц. Алькор – замечательный учитель. С ледяным спокойствием разжёвывает каждый пункт, кладёт в рот. Мне остаётся лишь проглотить. Жаль, конечно, что он не может принять участие в отборе. Я бы его не убирала с должности. По нему видно, как он предан делу, любит свою родину и ратует за народ.

– Хватит на сегодня, – грубо прерывает нас Сириус, – вы уже по второму кругу начинаете. Хочешь свалиться от перенапряжения?

– Действительно, уже поздно. Не стоит перетруждаться, время у нас есть, – соглашается Алькор и выключает свой планшет.

Приходится признать, что мужчины правы. Разминаю спину и шею и, стараясь не кряхтеть, поднимаюсь. В приёмной нас встречает таллиец. Одхан как раз шёл, чтобы спасти меня. А теперь с радостью провожает в столовую. На пороге оба учителя прощаются и желают приятного аппетита.

– У вас появились дела? – удивляюсь я.

– Королева предпочитала есть в одиночестве, – отвечает Алькор.

– Так, новое правило. Королева предпочитает ужинать в кругу друзей. В данный момент вы единственные, кого я считаю друзьями. И если у вас нет никаких дел, составьте мне компанию.

– С удовольствием, моя королева, – широко улыбается Одхан и заходит в столовую.

– Как прикажете, Ваше Величество, – соглашается Алькор совершенно безэмоционально.

К нашему приходу слуги сервируют стол и, замечая меня, замирают. Отступив, ждут распоряжений. Просто киваю, и они возвращаются к работе.

– Ваше Величество, – ко мне подходит дворецкий, – я не стал беспокоить вас по пустякам, и на ужин стандартные национальные блюда Ахернара. Как будет время, составим меню по вашим кулинарным предпочтениям. Я передам поварам.

– Менять ничего не нужно. Меня всё устраивает. И передай благодарности поварам. Все блюда, что я пробовала за эти дни, очень вкусные. В вопросах меню полностью полагаюсь на поваров и тебя, – с улыбкой отвечаю и оборачиваюсь на звук упавшего прибора.

Слуги оглушённо замирают и, удивлённо выпучив глаза, таращатся на меня. Смотрю на Алькора и Поллукса. Мужчины тоже в шоке. Хмурюсь. Что не так-то? Перевожу взгляд на Сириуса.

– Их никто не хвалил и не благодарил, – хмыкает наёмник, засовывая в рот горсть ягод из вазы. Никаких правил приличия.

Мужчины, наконец, отмирают. Делают вид, что всё нормально, и продолжают заниматься своими делами. Дворецкий кланяется чуть ли не до пола. Обещает всё передать и, пожелав приятного аппетита, ретируется.

– Вы тоже можете идти. Мы справимся, – отправляю слуг, как только они выстраиваются в ряд за моей спиной. Будем шокировать всех и дальше. Теперь-то меня палкой никто не будет лупить.

Ужин проходит в дружеской обстановке. Все, кроме Алькора, развлекают меня рассказами. Особенно Одхан старается. У него этих историй вагон и маленькая тележка. Сириус же просто комментирует таллийца и нервирует меня едкими замечаниями. Алькор ест и хмурится весь вечер. Похоже, ему не очень уютно в такой атмосфере трапезничать.

После сытного ужина Сириус провожает меня в комнату. Проверив покои, он желает приятных снов и удаляется. Спать ложусь рано. Устала очень. И голова гудит от огромного количества информации.

Глава 9

Последующий день проходит точно так же. Я весь день занимаюсь, ругаюсь с Сириусом и, практически не поднимая головы, изучаю тонкости правления. Знакомлюсь с «важными» ахернарцами и главой Тайной канцелярией. С последним мы почти два часа общаемся за закрытыми дверями, выставив даже Сириуса из кабинета. Очень интересный мужчина, скрытный, жёсткий, суровый. И самое главное – не бесчувственная ледышка. Поручаю ему проверить бабушкиных советников, так как некоторым я не доверяю. Мужчина коротко обозначает сроки и обещает явиться с полным отчётом через два дня.

После трудового дня, кряхтя и разминая спину, выхожу из кабинета. Жалуюсь Алькору на неудобное кресло. Хотя дело не в кресле. А в том, что мы так усердно занимаемся. Ужинаю я совершенно одна у себя в покоях. И наслаждаюсь тишиной. Завтра похороны бабушки. И завтра приедут мои родители. С нетерпением жду их и строю планы. Меня отвлекает стук в дверь.

– Войдите, – приподнявшись на локтях, кричу я.

В комнату заходит статный синекожий молодой мужчина. Удивлённо выгибаю бровь и рассматриваю его. Незнакомец одет в чёрную майку и шорты. Всё бы хорошо. Но во дворце так не ходят. Как его Сириус пропустил? Взгляд скользит по накаченным рукам с выпуклыми венами. Красивый ахернарец, ничего не скажешь. Только кто он?

– Я Сарин. Третий советник сказал, что Вам нужен целебный массаж, – отвечает на мой мысленный вопрос мужчина и заносит массажный столик.

– Хорошо, – соглашаюсь, спина просто умирает. Завтра нужно поблагодарить Алькора. Всё-таки, несмотря на то что он бесчувственный, заботится обо мне.

Мужчина устанавливает свой стол, поправляет матрас и стелет простынь. Закончив с подготовкой, скрещивает громадные руки на груди, натягивая и без того натянутые мышцы. Со вздохом поднимаюсь, Сарин помогает взобраться на столик, закрывает полотенцем и отворачивается, чтобы разложить баночки с маслом и выключить верхний свет. Пока он занят, скидываю пижамную майку,закинув руки под голову, ложусь на живот.

Сарин погружает комнату в полумрак, зажигает свечи с терпким, чуть сладковатым запахом и начинает массаж с головы. Он так приятно массирует черепушку, тянет несильно волосы, поворачивает голову в разные стороны. Я наслаждаюсь его умелыми руками, постанываю от удовольствия и впадаю в некую дрёму. Чувствую, к концу массажа засну прямо так.

Мужчина плавно спускается ниже, к шее и плечам. Разминает затёкшие мышцы, мне немного больно. Мычу и дёргаю плечами.

– Потерпите, моя королева, нужно снять тонус мышц, – склонившись к уху, шепчет Сарин, сильнее проминая болезненную зону.

– Продолжай, – хриплю, сжимая зубы. Сейчас будет больно, а завтра совсем хорошо.

Постепенно он спускается ниже, хрустит позвонками. И я снова кайфую. Его волшебные руки творят чудеса. Кажется, даже голова кружится от приятной процедуры. Сарин массирует поясницу, надавливает на копчик и мнёт ягодицы. Там тоже всё очень затекло и ноет. Я и вправду почти засыпаю.

Сарин разводит ноги, переходит к бёдрам. И в какой-то момент его рука ныряет между ног. Он начинает гладить не там, где надо! Стараюсь выплыть из дрёмы и прервать его и чувствую чужое дыхание возле уха.

Массажист прижимается губами к шее и надавливает на какую-то точку между моих ног. Я, охнув, дёргаюсь. Дыхание и сердцебиение учащается.

– Что ты делаешь?! – возмущённо шиплю, пытаясь скинуть мужчину с себя.

– Целебный массаж, – выдыхает он, прикусывая хрящик и запуская язык в ухо. При этом его пальцы продолжают надавливать на промежность и растирать через шорты непонятные точки, от которых всё нутро сжимается.

– Прекрати немедленно! – рявкаю, сползая со столика. Ноги немного дрожат и пить хочется. Неловко ловлю сползающее полотенце и возмущённо таращусь на мерзавца.

– Что не так, Ваше Величество? – удивляется Сарин.

– Убирайся! – ору. Громко, яростно и топнув ногой.

Дверь за спиной громко бьётся об стену, и в комнату влетает Сириус. Он останавливается в двух шагах от нас и хмуро осматривает массажиста. Увидев сеатца, всё нутро скручивается сильнее. От тяжёлого дыхания ноющая грудь неприятно трётся об жёсткое полотенце, принося дискомфорт. Между ног тоже непонятное тянущее ощущение. Облизываю губы, очень пить хочется. В глазах Сириуса полыхают молнии, он пристально смотрит на меня, шумно вдыхает и сжимает челюсть до желваков. Массажист непонимающе косится на нас и медленно собирает свои бутылочки.

– Ваше Величество, я прошу простить… – пытается извиниться или оправдаться ахернарец.

– Оставьте меня все! – перебиваю его и отворачиваюсь от мужчин к окну. Нужно просто успокоиться. Дыши, Ведана. Вдох-выдох.

Дверь тихо щёлкает. Расслабленно выдыхаю. Но не тут-то было. Горячие руки ложатся на плечи. Сириус прижимает к своей груди и со свистом выпускает горячий воздух в макушку. Пространство окутывает его запах. Мне нравится, как он пахнет. Чем-то родным. Тёплым. Будто солнцем.

Мужчина зарывается носом в волосы и губами прижимается к затылку. Томление ниже живота усиливается, а кожа покрывается мелкими пупырышками. Напрягаюсь. Мужчина уверенно пробирается под полотенце и гладит шершавыми пальцами живот, большим пальцем задевая грудь.

– Что ты делаешь? – хриплю, стараюсь не вдыхать его запах.

– Помогаю тебе, – шепчет он и, развернув, прижимает к груди теснее. Заглядывает в глаза и склоняется, чтобы поцеловать.