Помоги проекту - поделись книгой:
Она кивнула, обернувшись. Я пнула Оникса под столом, его прищуренный взгляд замер на мне. Я замешкалась, но потом выпалила:
— Ты не собираешься сказать «спасибо»?
— Никогда больше не…
Дверь на кухню вдруг распахнулась. Крупный мужчина в абсолютно черном костюме и с грязными светлыми волосами держал на мушке мужчину поменьше ростом. Мужчина поменьше кричал, но я не могла разобрать, что именно. Это был другой язык, а единственный язык, который я знала помимо своего, был испанский, но мужчина говорил не на нем.
Стул Оникса отлетел назад и рухнул на пол, а Эллен Сью подошла ко мне. Она положила руку мне на плечо, возможно, для того чтобы успокоить меня.
— Какого хера? — рявкнул Оникс на здоровяка.
Мужчина в костюме даже не вспотел.
— Поймал этого мудака на периметре поместья. У него с собой были болторезы, и он пытался вскрыть ворота, чтобы проникнуть на территорию.
Оникс посмотрел на мужчину пониже ростом, схватил большой нож для мяса с подставки на столешнице, доказав мне, что в этом доме были все-таки другие цвета помимо белого.
— Держи его руку, — приказал он человеку в костюме, который, естественно, не посмел ослушаться. Затем, прямо здесь, у меня на глазах, Оникс Блейк отрезал все до единого пальцы на руке коротышки.
Его крики были мукой для моих ушей. Ярко-красные брызги алели на фоне совершенно белой столешницы и пола. У меня на глазах жестоко изуродовали человека, и я почувствовала, будто приросла к месту. Я не могла пошевелиться и сделать вдох. Время, казалось, остановилось. Я закрыла глаза в надежде, что жуткая картина передо мной исчезнет, но она не исчезла.
Коротышка, опустив голову, кричал, а мужчина в костюме удерживал его на месте, не давая сдвинуться ни на сантиметр. Окровавленным, острым кончиком ножа, Оникс приподнял подбородок мужчины и посмотрел ему в глаза.
— Кто тебя прислал?
По лицу мужчины текли слезы, он отчаянно мотал головой, зажимая губы между зубами, чтобы не выдать информацию. В ужасе я наблюдала, как Оникс поднял нож высоко над головой. Я снова закрыла глаза и изо всех сил старалась их не открывать, но проиграла эту битву. Будто наблюдала за крушением поезда и не могла отвести взгляд. Я была уверена, что Блейк зарежет мужчину или отрежет ему всю руку. Когда он опустил нож, я в трансе наблюдала, как Оникс перевернул запястье мужчины и опустил рукоятку ножа ему его ладонь, надавив на ее. Хлынуло еще больше крови.
— Кто, мать твою, прислал тебя? Я больше не буду спрашивать! — его рычание было таким глубоким и мощным, что мне захотелось бежать, причем очень быстро, но я словно заледенела.
Мужчина выдавил из себя какое-то слово, затем замолчал. Фраза, которую он начал бессвязно произносить, не имела для меня никакого смысла.
— На английском, урод! — рявкнул Оникс угрожающим тоном, нажав на ладонь коротышки. От характерного хруста костей мой желудок сжался.
Из руки мужчины текла кровь, а слова бессвязно срывались с губ.
Оникс, однако, был спокойным и собранным. Его тон был резким, но движения тела уверенными. Он небрежно держал нож в руке.
— Кейс, — Оникс поднял взгляд на высокого мужчину в костюме, — позвони Дэйну, нужно выяснить, кто, черт возьми, его прислал, а потом уже прикончить.
— Да, сэр, — ответил Кейс, крепче сжимая мужчину.
Как только мужчина в костюме начал тянуть коротышку назад, Оникс поднял нож и воткнул тому в живот.
— Станешь посланием для своих хозяев: никто не трогает то, что принадлежит мне, даже гребаную травинку на моем газоне.
Он выдернул нож, и мужчина закричал так громко, что у него буквально сорвался голос. Я откинулась на спинку стула, пытаясь подавить собственные крики и кислоту, подкатившую к горлу. Оникс отбросил окровавленный нож, и тот громко звякнул, испачкав белый пол.
Подойдя к раковине, Блейк вымыл руки, в то время как человек, которого он назвал Кейсом, утащил обезображенного коротышку с нашего поля зрения. Эллен Сью сжала мое плечо, подошла к ножу, подняла его и выбросила в мусорное ведро. Оникс отступил, вытирая руки бумажным полотенцем, в то время как Эллен Сью проскользнула мимо него и открыла шкаф, достав оттуда флакон с дезинфицирующим средством.
Женщина была спокойна, и складывалось такое впечатление, что она проделывала подобное не первый раз.
Мой желудок взбунтовался. Разум лихорадочно работал, инстинкты кричали, что я вляпалась по уши и нужно бежать. Тем не менее, эти двое спокойно передвигались по кухне, будто подобное происходило каждый день.
Когда мысли пришли в порядок, и на меня нахлынула реальность, я начала переживать за Кеннеди. Во что, черт возьми, ввязалась моя сестра? Знали ли они с мужем, с каким мужчиной имели дело? И самый главный вопрос, который я задавала себе снова и снова: что у него было такого, что им так необходимо?
Оникс остановился в дверях кухни.
— Гарантия, — позвал он, но не повернулся, чтобы посмотреть на меня. — Иди в спальню. Я в душ и переодеваться.
Боже, я ненавидела этого человека. И боялась. Мне так сильно хотелось пойти против него.
Вот только я не могла этого сделать. Особенно сейчас, увидев, на что он был способен.
Это убивало меня. Кеннеди угрожала опасность, и я не понимала, что сестре нужно от Блейка. Видимо, нечто поважнее меня, поэтому — хорошо это или плохо — придется пройти через все, что уготовил этот сумасшедший.
Насколько же жутким мог быть Оникс Блейк? И неужели он действительно думал, что все сойдет ему с рук? Почему он ставил себя выше закона?
Что-то подсказывало мне, что да, он запросто мог выйти сухим из воды. Более того, Оникс знал, что мог делать все, что, черт возьми, захочет, в том числе и со мной.
9
Я не обернулся. В этом не было необходимости. Громкий скрежет стула по кафельному полу подсказал, что Торрин шла следом, даже если и не желала подчиняться.
Так, бля*ь, и должно быть.
Прямо сейчас у меня отсутствовало терпение выслушивать от нее всякое дерьмо. Кто-то осмелился послать какую-то «шестерку» в мой дом, в мою крепость. А это единственная недвижимость, купленная на мое имя, а не на холдинговую компанию. Адрес было достать несложно. За этим стояла какая-то причина. В моем мире так было всегда.
Сейчас я сожалел об этом решении. За все годы ни у кого не хватило смелости заслать кого-нибудь в мой дом. У меня было достаточно много врагов, но ни один из них не был настолько глуп, чтобы вытворять подобное. Кто бы ни стоял за этим, он, видимо, хотел умереть.
И я с удовольствием ему помогу.
Именно поэтому никто не знал кода от ворот, даже Кейс и Эллен Сью. Однако я не существовал словно призрак без какого-либо бумажного следа: у меня был дом, инвестиции, и, хотите верьте, хотите нет — я был гражданином, который платил налоги, хоть и далекий от закона. Чтобы не привлекать внимания к нашей деятельности, у каждого из нашей четверки имелся дом с имуществом, привязанным к личности.
В игре под названием жизнь собственность имела большое значение. Разумеется, если у тебя был дом и имущество, то ты имел определенный статус. Для некоторых это было очень важно. Для меня это было нечто большее, гораздо большее. Когда мы с моей командой начали жить самостоятельно, у нас ничего не было. Те вещи, которые мы сейчас называли своими, значили для нас все.
Никто бы не посмел прийти просто так ко мне домой и устроить все это дерьмо. Никогда.
Подойдя к двери спальни, я повернул ручку и вошел в комнату, позволив Торрин следовать за мной. Я снял рубашку, а девушка пронеслась мимо меня в ванную, практически спотыкаясь о собственные ноги. Услышав, как ее рвало, я подошел к двери спальни и запер ее. Я снял штаны, бросил одежду в кучу и направился в ванную, где Торрин сидела на коленях у унитаза и тяжело дышала.
Я подошел к душевой кабине с двумя насадками на потолке и шестью в стенах, и включил горячую воду.
Я был не против, что моя душа была запятнана кровью, но мне не нравилась кровь на моем теле, на полу или руках. Эмоционально мне было плевать. На самом деле, я бы сам с удовольствием прикончил того ублюдка, но нам нужна была информация, а моему терпению подходил конец, так как я не знал португальского.
Торрин подняла голову и впилась в меня взглядом. Откровенно говоря, в нем не было похоти, скорее это был вызывающий взгляд, смешанный со страхом. В ее глазах читалось, что она хотела убить меня и сбежать, но в то же время сомневалась, сможет ли на самом деле осуществить это.
— Что бы ты там ни задумала, этого не случится, Гарантия. Тебе меня не убить. Никто на это не способен.
Ступив под воду, я все время смотрел на нее. Я ожидал, что Торрин отвернется, но она не сделала этого. Пока я смывал с себя кровь «шестерки», девушка не сводила с меня полных ярости глаз. Меня это возбудило.
Мне захотелось сломить ее больше, чем убить своего врага, который пробрался ко мне в дом.
Я постарался выкинуть из головы утреннее происшествие. Выйдя из душа, взял полотенце и бесстыдно вытерся перед девушкой. Она сидела все в той же покорной позе — на своих гребаных коленях. Сейчас, когда мой член наполовину встал, а Торрин находилась в таком положении, мне захотелось схватить ее за волосы и дать ей в рот. Но я воздержался. На этот раз.
У нее прошли рвотные позывы. Торрин была поглощена своей ненавистью ко мне, и казалось, это помогло ей восстановиться. Пока я мылся, Эллен Сью принесла мой телефон и оставила его на комоде, забрав мою одежду в стирку. У нее был ключ от спальни. Но Торрин не нужно было знать об этом сейчас.
Не успел я одеться, как зазвонил мобильный. Это был Кейс.
Я ответил, переключив его на громкую связь.
— Босс, — поприветствовал он.
— Да, ты на громкой связи, Кейс, — я натянул боксеры, бросив полотенце на пол. Парень всегда был осторожным, поэтому я не боялся, что он что-то сболтнет. И мне было плевать, что Торрин могла что-то понять или не понять из нашего разговора.
— Я узнал имя, — доложил Кейс, когда Торрин вышла из ванной. По крайней мере, она там не пряталась.
— Кто? — я натягивал джинсы, когда он ответил:
— Мальком Ланье.
Лицо Торрин побледнело, в то время как моя кровь буквально вскипела.
— Прикончи его, — отрезал я и сбросил звонок.
— Пожалуйста, Оникс, не причиняй им вреда! — умоляла Торрин. Это было мило, но я был слишком зол и мне было похрен.
Я сократил расстояние между нами.
— Похоже, ты увидишь сестру немного раньше, чем я планировал, Гарантия.
— Что ты с ними сделаешь? — спросила она с нескрываемой яростью. — Во что ты их втянул? Что у тебя есть такого, чего они хотят? — я не мог не восхищаться ее упорством.
Что ж, это был ее самый разумный, гребаный вопрос за все это время. Я ухмыльнулся.
— У меня есть все, Гарантия. Будет лучше, если ты, наконец, осознаешь, на чьей стороне сила. Все их будущее в моих руках. Видимо, им нужно напомнить об этом.
Она протянула ко мне руки. Ее прикосновение было похоже на прикосновение раскаленного железа, обжигающего душу. Я чуть не отпрыгнул назад от этого контакта… почти. Я никогда за всю свою жизнь не испытывал подобного. Каждый раз Торрин выводила меня из равновесия.
— Пожалуйста, — умоляла она. — Только не моя сестра! Я сделаю все, что захочешь, останусь здесь столько, сколько потребуется, но не причиняй вреда моей сестре!
Вопреки желанию тела, я отдернул ее руки, словно те были грязные. Она была готова отдать мне все, но я не хотел. Не так. Не так я хотел вести эту игру. Честно говоря, не ожидал уступчивости Торрин.
— Обувайся, Гарантия, прокатимся, — скомандовал я, направляясь к шкафу. Я надел черную футболку, черные ботинки и черную бейсболку. Торрин пялилась на меня с широко открытым ртом. Я прочел смесь желания и ненависти в ее глазах. Прямо сейчас не было времени разбираться с этим дерьмом. И маленький танец, который мы сейчас станцевали, был опасным. Между нами ощущалось напряжение и притяжение. Противостояние, которое бушевало внутри, закончится для Торрин Макалистер не очень хорошо.
Я взял ее за руку, мы вышли из спальни и быстрым шагом спустились по лестнице. У дверей гаража я подобрал связку ключей и повел Торрин за собой. Она последовала без колебаний или вопросов, отчего я задумался о том, что же происходило у нее в голове.
Я схватил два шлема и протянул один ей. Стоя у «Харли Дэвидсона», я обернулся, чтобы убедиться, что девушка надела его. Я снял бейсболку и надел свой.
— Надеюсь, ты не спрыгнешь во время поездки. Будет очень больно, Гарантия.
— Что ты собираешься с ними сделать? А со мной?
Я не ответил ей. Вместо этого перекинул ногу через байк и завел двигатель.
Я преподам урок семье Ланье, самым жестоким образом, черт возьми.
10
Дрожащими руками я обхватила властного мужчину, сидевшего спереди. Того самого, который всего несколько минут назад легко и непринужденно отрубил человеку пальцы, будто отрезал кусок мяса для обеда в День благодарения. Оникс не объяснил ничего, кроме того, что мы направлялись к моей сестре, и это вселяло в меня сильный страх. Увидев, как он вел свои дела, я поняла, что моей сестре следовало держаться от него подальше, предпочтительно жить в другой стране. Черт, я даже не была уверена, что и этого было бы достаточно. Интересно, а можно жить на другой планете? Слышала, что NASA рассматривали возможность обитания на Юпитере в будущем. Навряд ли космический шаттл стоил слишком дорого.
Мотоцикл громко ревел, и каким-то образом мое тело знало, в какую сторону наклоняться на поворотах. На самом деле поездка на байке была в моем списке желаний. У меня не было возможности осуществить ее, и к тому же я считала подобную затею опасной. Но все было не так, как я себе представляла. Хотя, сложилось ощущение, что я попала в торнадо, в котором кружилась и кружилась, не имея возможности остановить происходящее.
У моей сестры было всё. У нее был любящий муж, прекрасный дом и деньги. Она всегда говорила, что хотела бы когда-нибудь съездить на Гавайи, но Оникс не был похож на турагента. У Малкольма и Кеннеди были друзья, с которыми они регулярно виделись, но никто из них не был связан с Ониксом.
На ум ничего не приходило, и я боялась, что узнаю что-нибудь плохое, когда мы приедем. И это будет очень хреново.
Оникс должен был понимать, что я буду защищать сестру всем, чем смогу. Я даже готова буду броситься под нож или словить пулю. Может, таков и был его план — убрать нас всех, чтобы больше не иметь с нами дел. Он так и сказал, что моя сестра и зять знали слишком много.
С каждой секундой страх в глубине живота разрастался, распространяясь по всему телу.
Надежда на то, что мы пропустим поворот к их дому, быстро угасла. Как только мы оказались на их подъездной дорожке, к горлу снова подступила желчь, но я смогла сдержаться. Я была шокирована, когда Оникс наклонился и набрал код открытия ворот. С кем, черт возьми, мы связались? Казалось, Блейк знал все. Что делало его еще более опасным.
Я должна была быть сильной ради своей сестры. Как бы тяжело мне не пришлось, никто не посмеет причинить Кеннеди боль. Я сделаю все необходимое, чтобы она не пострадала.
Оникс шел передо мной длинными и уверенными шагами. Я изо всех сил старалась не отставать. Постучав в дверь, он не стал дожидаться ответа. Вместо этого ворвался внутрь, а я поспешила за ним. Дверь ударилась о стену, и где-то вдалеке послышался шум от упавшей картины.
Мистер Блейк прошел через весь дом как раз в тот момент, когда Малкольм вышел из-за угла и побелел, словно призрак.
— Оникс!
— Торрин! Ты в порядке? — Кеннеди подбежала к мужу, заметила меня и сделала шаг в мою сторону, но Оникс что-то рявкнул, отчего сестра остановилась на полпути.
— Вы! — Оникс указал на них, источая тихую ярость. Повинуясь инстинкту, я встала перед ним с поднятыми руками. Оникс не вел себя так, даже когда перед ним стоял мужчина, который проник в его дом сегодня утром. Он умел подчинять себе всех присутствующих. И обычно, когда я видела его в этот момент, Оникс контролировал себя. Однако, та энергия, которая исходила от него прямо сейчас, была чистейшей яростью.
Дикой яростью.
— Пожалуйста, не надо. — мольбы не помогли, но попробовать стоило. Оникс даже не посмотрел на меня; вместо этого он сосредоточил свое внимание на моей семье, глядя на них поверх моей головы.
Он схватил меня за руку, притянул к себе и оттолкнул. Это было грубо, но не настолько сильно, чтобы причинить вред. Его намерением было убрать меня со своего пути, и он это сделал. Оникс был поглощен гневом, но все еще заботился обо мне? Каждое следующее движение Блейка приводило меня в еще большее замешательство, чем предыдущее.
— Гребаная сделка отменяется! Меня это, нахрен, достало!
Кеннеди побледнела, и Малкольм схватил ее за руку, пытаясь предотвратить падение, но не смог. Сестра упала на пол, сотрясаясь в рыданиях. Отойдя от Оникса, я бросилась к ней и села рядом, обняв. Шепча Кеннеди ободряющие слова, я умоляла ее успокоиться.
Поделиться книгой: