Властный

Подперев бока руками, я посмотрела на сестру в поисках чего-нибудь, что помогло бы прояснить обстановку. Но на ее лице была лишь грусть. Увидев отчаяние в глазах Кеннеди, я еще больше занервничала, желая хоть как-то ей помочь.

Я развернулась к ней:

— Кеннеди, что происходит? — слезы текли по ее лицу, размазывая черную тушь, которую сестра ранее старательно нанесла на ресницы.

— Тор, я…

— Так, всё, прекратили! — потребовал Оникс, отчего я подпрыгнула аж на дюйм. Я обернулась и сердито посмотрела на него. — Раз она ничего не знает, то пусть так и будет. — но его изучающий взгляд искал хоть какой-нибудь признак обратного.

— А с чего это вы решили, что я поеду с вами? — огрызнулась я в ответ, гадая, что же Оникс Блейк о себе возомнил, черт его возьми.

Он наклонился ближе, и я почувствовала запах парфюма, а, может, это был просто мужской запах — древесный, с легким привкусом ванили. Аромат был даже слишком хорош. А вот язык тела мистера Блейка буквально кричал об угрозе и силе.

— Потому что ты хочешь своей сестре счастья, ключи от которого у меня.

Мой желудок скрутило, и маленький бутерброд, который я съела днем, угрожал вылезти наружу.

— Что это значит? — когда Оникс не ответил, я украдкой взглянула на Малкольма, потом на Кеннеди — оба были опечалены и напуганы, будто их мир разваливался вокруг, и не существовало никакого способа все исправить.

— Они ничего тебе не объяснят, но если ты хочешь, чтобы твоя сестра была счастлива, то пойдешь со мной. Если сама этого не сделаешь, я все равно тебя заберу. — уверенно произнес Блейк, не оставляя в своих словах никаких сомнений.

Я всей душой чувствовала, что он это сделает. Оникс не был похож на тех, кто попусту угрожал, и, судя по моей семье, они тоже об этом знали.

— Кеннеди? — снова попыталась я, надеясь, что сестра что-нибудь скажет, даст хоть какой-нибудь намек на творившееся.

Она взглянула на Оникса, потом снова на меня и покачала головой.

— Что ты с ней сделаешь? — спросила она его дрожащим голосом.

Все ведь происходило не по-настоящему? Дерьмовый день никак не мог превратиться в самый дерьмовый в моей адской жизни! Почему Кеннеди позволяла уехать с этим мужчиной?

Его зловещий смех заполнил гостиную.

— Все, что, бля*ь, захочу.

Я выпрямила спину, одновременно прокручивая в голове возможные версии извращенных сценариев. Я винила во всем зависимость от фильмов ужасов, надеясь, что все вокруг нереально. Каждое предположение было страшнее другого. Ничем хорошим для меня это не кончится.

Малкольм подошел к Кеннеди и крепко обнял ее. Между ними шел какой-то безмолвный разговор, в котором я хотела бы поучаствовать, черт возьми!

На лице сестры читалось полное опустошение.

— Сделка отменяется, — слова прозвучали едва ли громче шепота.

Оникс угрожающе засмеялся, по моему телу пробежали мурашки, а сердце екнуло.

— Опять начинаете? Вы уже в деле. Назад пути нет, пока я сам не решу иначе. А вы и так уже слишком много знаете. Значит, в любом случае, являетесь помехой.

Лицо Кеннеди исказилось от страха.

— Но ты не можешь забрать мою сестру! Я всё сделаю, только оставь ее здесь!

Кеннеди была готова на всё из-за сумасшедшего мужчины. Она отказалась от всего, что предлагал мистер Блейк, только чтобы удержать меня от него подальше. Что говорило о двух вещах. Во-первых, было чертовски страшно, потому что если слова этого человека правдивы, и у него находилось то, что им нужно, то мне придется поехать с ним. А во-вторых, Малкольм и Кеннеди боялись Оникса, что не сулило мне ничего хорошего. Что бы здесь ни происходило — оно было очень серьезным.

— Нет. Все пойдет по плану, а я возьму свою гарантию. — Оникс стоял с выпрямленной спиной, уверенность в тоне и манера держаться обещали, что от моей новой судьбы никуда не деться. В любом случае я отправлюсь с ним. Либо моя сестра получит желаемое; либо же нет, и я останусь в руках страшного, безумного человека. Но все еще теплилась слабая надежда, что хреновая ситуация разрешится.

— Пожалуйста, не делай ей больно, — умоляла Кеннеди Оникса, словно я не находилась в двух футах от них. В ее голосе звучала какая-то отстраненность, а на лице было выражение опустошенности. Семья осознавала, что не сможет бороться. Кеннеди с мужем понимали, что ничто не заставит Блейка передумать, и они очень боялись за меня. Надежда начала таять.

— Я уже сказал, буду делать все, что захочу. Это не обсуждается. По какой-то причине у вас в голове засело, что вы контролируете ситуацию. Уясните, что это не так.

Сестра повернулась ко мне с болью во взгляде и слезами на глазах.

— Прости, — от отразившегося на ее лице поражения мое сердце раскололось пополам. Казалось, моя жизнь рушилась, и я никогда не смогу собрать ее воедино.

— Во что ты вляпалась, Кеннеди? — когда она уже не могла говорить из-за рыданий, я повернулась к Малкольму, который крепко обнимал мою сестру. — Ну и?

— Это всего на месяц, самое большее на два. Наверное, — прошептала Кеннеди, не глядя мне в глаза.

— А почему так долго? — едва смогла вымолвить я.

— Я не могу объяснить, — ее голос был ласковым и полным боли. — Прости. Ты не…

— Время вышло, — скомандовал Оникс. — Будьте на связи. — он схватил меня за руку и потащил из комнаты. Я дернулась назад, мне нужно было больше времени. Я хотела разобраться, в чем дело.

— Подожди ты! — крикнула я, пытаясь вырваться из хватки. Оникс не обратил на меня внимания. Вместо этого поднял и взвалил себе на плечо. Я беспрестанно заколотила его по твердой спине. — Опусти!

Кеннеди подбежала к нам.

— Прости… — прозвучали ее прощальные слова, она упала на колени и зарыдала, а мое сердце разрывалось от жалости к ней.

И тут Оникс Блейк сильно шлепнул меня по заднице. Я замерла. Когда мы дошли до двери, я ощутила такой страх, которого никогда не испытывала раньше.

Ненависть, гнев, страх — чувства закружились внутри. Что за человек посмел забрать меня у моей же семьи? Какой силой он обладал на самом деле? Что у него было такого необходимого моей сестре?

И в тот момент всё, о чем я могла мечтать — было просто выжить.

3

ОНИКС

Торрин напряглась, когда мы вышли на улицу. Взгляд сразу же упал на маленький автомобиль «Шевроле Соник». Девушка снова продолжила колотить меня по спине. Маленькая штучка оказалась смертельной ловушкой. Не то чтобы меня это волновало, ведь зародившееся в глубине души чувство было ничем иным, как предвкушение вызова, который она мне бросала.

Опуская Торрин на землю, я крепко прижал ее к себе, чтобы девчонка ощутила каждый твердый мускул, чтобы осознала — я мог уничтожить ее, если она меня оттолкнет. Прижав Торрин спиной к задней двери Кадиллака, я наклонился, горячим дыханием коснувшись девичьей шеи.

— Нас повезет Гаррет. Когда посажу тебя в машину, и думать забудь о побеге, моя Гарантия. — у Торрин перехватило дыхание, и я понял, что полностью завладел ее вниманием.

— Гарантия? — прошептала она.

— Ну раз ты не захотела называть свое имя, то теперь ты — Гарантия. Ни больше, ни меньше.

— Меня зовут… — я прервал Торрин, накрыв ладонью ее рот. Она выпучила глаза от страха.

— У тебя был шанс. Ты его упустила. Никто не смеет меня игнорировать. Для меня ты — Гарантия, запомни как можно быстрее. Единственное предупреждение: я здесь власть. Я главный. Ты делаешь, что я говорю и когда говорю. Иначе будут последствия, которые тебе не понравятся.

Убрав ладонь, я опустил руки на машину по обе стороны от шеи Торрин и посмотрел девушке в глаза. Что-то промелькнуло в них, но она быстро моргнула и спрятала эмоции.

— Я не стану с тобой спать, — прошептала она, и я подавил смешок.

Такая идея приходила в голову, но тем лучше, что это пришло в голову и ей. Вызов Торрин заставил меня напрячься. Прошло слишком много времени с тех пор, как кто-то осмеливался указывать, что будет делать, а что нет. Я говорил — люди выполняли, вот как все происходило. Подумав об этом, я рассмеялся Торрин в лицо.

— Я — главный в том самом мире, в который твоя сестра и ее муж умоляли их впустить, занимали деньги и просили оставить здесь, хотя мне следовало от них избавиться. Я — человек из твоих ночных кошмаров. Ты моя, и я буду делать с тобой все, что заблагорассудится. Знай свое место. Соблюдай правила. Если все пойдет хорошо, то самое большее через шесть недель твоя сестра получит желаемое, а я подумаю, что делать с тобой дальше. До тех пор — ты моя.

Гаррет обогнул машину и устроился на месте водителя. Я взял его с собой лишь для того, чтобы Малкольм и Кеннеди Ланье помнили — все обсуждаемое было предусмотрено контрактом. Гаррет Монро был известным адвокатом в Филадельфии и моим другом детства, если только можно было по-настоящему дружить с такими людьми, как я или он, если уж на то пошло. Поскольку год назад Ланье стали клиентами Гаррета, и их дело попало к нему на стол, они оказались связаны со мной и моим бизнесом. Гаррет выступал этаким связующим звеном между нами.

Я не занимался клиентами лично. На самом деле, за последние пять лет это первая пара, с которой мне пришлось встретиться на данном уровне сделки. Они нарушили правила, вместе с ними нарушил правила Джейкоб Коул, и в сложившейся ситуации я мог доверять только себе самому. Каждому клиенту назначался куратор. Джейкоб Коул был куратором Ланье, и их игра на его слабостях стоила тому жизни. За последние шесть месяцев Малкольм Ланье совсем отчаялся и стал слишком требовательным.

Ни то, ни другое было совершенно не приемлемо.

Джейкоб Коул являлся давним сотрудником моей организации. Порядочный мужчина просто пытался обеспечить свою женщину и ее пятерых детей, которые были ему неродными. Очень жаль, что он стал таким мягкотелым с Ланье. Коул мог быть подкаблучником для своей женушки — плевать я на это хотел. Но в моем деле доброта означала слабость. Никакой доброты. Никогда.

Предчувствуя, что в деле Ланье никому нельзя доверять, я решил, что для них настало время встретиться с человеком, стоявшим за каждой их надеждой и мечтой.

Карты были у меня в руках — интересный нюанс, про который они могли забыть.

Хорошенькая и маленькая штучка скоро тоже это поймет.

Торрин Лейн Макаллистер, младшая сестра Кеннеди Ланье и ее единственная оставшаяся в живых родственница, просто не вовремя появилась. По-хорошему, нужно было оградить мой бизнес и кураторов от таких людей, как Ланье. Но эта семья обратилась к нам по рекомендации нашего постоянного клиента. Клиента, который на протяжении трех сделок ни разу не доставил нам никаких, даже мизерных проблем. Когда кто-то доверяет вам свое будущее и миллионы долларов, то вы невольно обращаете внимание на тех, кого он к вам направляет.

Мой бизнес, безусловно, был уникальным.

Я всегда хорошо относился к Ланье, но теперь, раздражение в сочетании с сексуальным голосом и невинными глазами Торрин, взбудоражили мои инстинкты, которые буквально кричали забрать девчонку. Что я и сделал.

Нас связывало еще кое-что, и так уж получилось, что оно сработало в мою пользу в большой игре, в которую я, к сожалению, играл слишком долго. Торрин Макаллистер могла бы стать ключом к вечной победе в этой ситуации. Время покажет, а его было навалом.

Я открыл дверь авто, и Торрин скользнула в салон.

— Это верный путь к сотрудничеству, Гарантия, — похвалил я, закрыл дверь и, обойдя машину, устроился на сиденье рядом.

Разумеется, я знал ее настоящее имя. Больше скажу: у меня были все сведения о ней, ее сестре и зяте. В моей работе информация всегда являлась ключом к успеху, поэтому я знал все о каждом клиенте, даже если никогда с ним не разговаривал. Имя она назовет мне сама, так же, как и отдаст свое тело — это был лишь вопрос времени.

Я заметил, что Торрин не пристегнулась, поэтому наклонился, потянул за ремень и достаточно ощутимо коснулся ее груди, чтобы девчонка почувствовала себя неловко. Судя по вспыхнувшему румянцу на щеках и огоньку в глазах — она разгадала мои намерения.

— Безопасность — прежде всего. Всегда проверяй гарантии в любом контракте, — заявил я, прежде чем повернулся и кивнул Гаррету в зеркало заднего вида.

— В Кэрол Лейн? — спросил тот, предположив, что я отвезу Торрин в одно из своих многочисленных второстепенных владений.

— Нет, в Мэнор, — ответил я, наблюдая, как глаза Торрин расширились, хотя она понятия не имела, о чем шла речь. Гарретт помолчал, настороженно взглянув на меня — он был в курсе, что я никогда никого, включая его, не впускал в свой дом. Это было единственное место, закрытое для всех.

Впрочем, он не стал уточнять. Гаррет понимал, что не стоило этого делать. Все понимали. То есть все, кроме Торрин. Отчего у меня встал.

— В Мэнор? Послушай сюда, мистер Блейк, — она расправила плечи и продолжила подавлять свой страх. Мне это показалось довольно забавным, и я позволил ей продолжить. — Я тебя не знаю и не поеду в твой дом, который находится в каком-то там поместье! И не пойду ни в какую секс-комнату, где ты меня будешь использовать в качестве секс-рабыни! Между нами ничего не будет! Я, как ты утверждаешь, твоя гарантия. Так что дом в Кэрол Лейн вполне подойдет, скоротаю время там под твоим присмотром.

Я рассмеялся. Гаррет выехал с подъездной дорожки Ланье, профессионально игнорируя продолжительную забавную речь нашего пассажира.

— Похоже, ты не совсем осознаешь свое место. Ты не имеешь права принимать какие-либо решения, это могу делать только я. Ты смешная, Гарантия, и, кажется, станешь хорошим дополнением к моей жизни в поместье. Что же касается секс-комнаты — ты читаешь слишком много любовных романов и смотришь слишком много фильмов. Я забрал тебя не для того, чтобы угощать вином, кормить ужинами или доставлять неземное удовольствие. А для того, чтобы твоя сестра и ее муж выполнили свою часть сделки.

— А по поводу того, что я мог бы с тобой сделать, ты должна знать — я не занимаюсь любовью или сексом, а трахаюсь. И, конечно же, я буду трахать тебя, потому что хочу, но твои предпочтения, удовольствие и желания не будут учитываться, хотя могу заверить, что, если я получу свое, тебе тоже обязательно понравится. Поскольку ты озабочена своим времяпровождением, то подумай обо всех способах, которыми я буду обрабатывать твою киску, уверяю тебя, это лучшая часть сложившейся ситуации, Гарантия.

Торрин ахнула, но я заметил, как она сжала челюсть. Шалунья прокручивала в голове мысли о сексе со мной или способы моего убийства во сне. Оба варианта ее взволновали.

Я не собирался великодушничать, дарить цветы или делать, черт возьми, нечто необычное, но игры с ее разумом перед трахом, определенно доставили бы мне удовольствие. Остальную часть поездки Торрин пыталась прижаться к двери, чтобы увеличить расстояние между нами, а я представлял, как проведу следующие несколько недель, трахая женщину, ставшую залогом в контракте, с которым Ланье никогда не смогут обратиться в суд.

Будь на чеку, Торрин. Я здесь власть.

4

ТОРРИН

Жара в машине была удушающей, я мечтала отсюда выбраться, меня охватил страх — я не желала знать ни про какое гребаное поместье. Единственное, что мелькнуло у меня в голове — Мотель Бейтса (прим. пер.: сериал, американская телевизионная драма с элементами триллера) с жуткими вещами. Убийство, хаос и кровь. Нет, спасибо. Оказаться там с этим мужчиной — не самый лучший сценарий. Откуда мне знать, что он не разрубит меня на куски? Надеюсь, моя роль гарантии остановит его от того, чтобы взять в руки мачете.

Каждый раз, когда я придвигалась ближе к дверце роскошной машины, Оникс старался подсесть ко мне поближе, вторгаясь в мое личное пространство и мешая мне думать. Он словно играл в извращенную игру. Будто хотел напугать и подчинить своей воле. Но Оникс ничего не знал обо мне, особенно о моем решительном характере. Если он думал, что я сломаюсь и поддамся его играм, то его ждало разочарование.

Телефон в моем заднем кармане отсутствовал — я не чувствовала жесткого пластика под пятой точкой. Вот дерьмо.

— Нужно вернуться. Я оставила телефон и сумочку в своей машине. — слова сами собой слетели с губ.

— Твои проблемы, — его спокойствие по поводу того, что я не смогу общаться с внешним миром, вывело меня из себя.

Как же мне теперь связаться с сестрой? Что за чертовщина тут происходила? Мне нужен был мой телефон!

Я свирепо посмотрела на мистера Блейка и увидела ухмылку, которую, как я уже начала понимать, ненавидела почти так же сильно, как и его самого.

— Мне нужен мой телефон, — возможно, сейчас он и одержал верх, но я отказывалась сдаваться.

Оникс взглянул на водителя, чьи темные волосы были цвета полуночи. Казалось, между мужчинами происходило какое-то безмолвное общение, и меня уже тошнило от всех этих проклятых секретов.

— Нет, не нужен. Все необходимое тебе предоставят. — Оникс сделал ударение на слове «необходимое», заставив задуматься, какой смысл он в него вкладывал.

— Предоставят? Это поместье типа гостиницы? — поинтересовалась я, а мое беспокойство продолжало расти.

Он усмехнулся. Единственное, что я всегда ненавидела — когда другие смеялись надо мной. В старших классах справиться с этим было легко, потому что моя сестра всегда была рядом, прикрывая спину. С годами я почти перестала обращать на это внимание.

— Нет.

Я сжала кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Если бы можно было ударить мужчину и не сломать руку, я бы сделала это в мгновение ока.

— Гарантия, ты станешь чертовски прекрасным развлечением.

Я раздраженно выдохнула.