Ведьмин корень [СИ litres]

– А то за чем же ещё?

Толпа любопытствующих росла. Кристофер поспешил опустить стёкла и заблокировал дверцы.

Добежав до лавки, Фанни заскочила внутрь и забаррикадировалась, задвинув дверной засов. Мир, со стремянки расставлявший по полкам какую-то рухлядь, удивлённо присвистнул.

– Привет! Ты чего?

– Не хочу, чтобы нам мешали. Здравствуй… Не понимаю, почему некоторым людям до всего есть дело, даже если их это не касается!

– А ты не обращай внимания. Давай, проходи, садись.

Фанни уселась на высокий стул у прилавка и положила на него бумажный пакет с учебниками.

– Мир, у меня мало времени. Я приехала поговорить о бове.

– Хм… Сейчас…

Мир слез со стремянки и, заглянув под прилавок, достал прямоугольную деревянную коробку, инкрустированную полумесяцами из сверкающих жёлтых камней.

– Вот.

– Что это? – Фанни нахмурилась. – А где бов, что был раньше? Тот, который мы рассматривали?

– Я его продал.

– Я же просила вернуть обратно!

– А я не мог вернуть!

Они со злостью глядели друг на друга.

– А что? – осторожно спросил Мир.

Фанни открыла крышку бова – букетики, травинки…

– Ты нашёл секретную начинку?

– Не смог. Я же не такой ловкий, как ты… – Он попытался улыбнуться, но улыбка вышла жалкой.

Фанни занялась бовом, и вскоре перед ними лежал на прилавке похожий на человечка корешок, к которому прилагался листок с уже знакомой записью.

– Знаешь, что это может быть? Ведьмин корень, – прошептала Фанни.

– Что-то плохое, да?

– Ясно же, что хорошую вещь не назовут ведьминой и не станут продавать тайком… в секретном ящике… за огромные деньги и через посредника… Я прочитала о нём всё, что смогла найти в нашей библиотеке. Но знаешь, одно дело читать, а другое поверить… – Фанни замолчала в нерешительности.

– Ну, а что прочитала-то? – спросил Мир, слушая Фанни с нарастающей тревогой.

– Пишут, что ведьмин корень – очень сильное средство, компонент колдовских зелий. Он будто бы способен вызывать сильную любовь, находить клады, сделать человека неуязвимым или, наоборот, причинить вред, околдовать, лишить красоты и рассудка. Растёт на могилах и светится в темноте, из-за чего его прозвали свечой демонов. Без жертвоприношений он почти не имеет силы. Понимаешь, к чему я веду? Дети пропадают, а у тебя тут… – Фанни с отвращением обвела лавку глазами, – бойкая торговля ведьминым корнем. Это второй бов?

– Седьмой…

– Откуда они у тебя?! Зачем ты их берёшь, дубина?! – в сердцах закричала Фанни.

Мир, бледный от волнения, убрал бов вместе с корешком под прилавок.

– Давай я как-нибудь сам разберусь.

– Один не справишься! Ты мне брат или нет?! По-твоему, я могу спать спокойно, когда ты попал в беду?

– Ну, как ты не понимаешь, Фанни? Я не могу тебя в это впутывать! Ради твоей безопасности!

– А как насчёт твоей собственной безопасности?

– Но ты уверена, что это ведьмин корень?

– Ни в чём я не уверена… Просто делюсь тем, что узнала. Ради этих строчек мне пришлось учить старо-огастинский! Заодно читала всё подряд…

Фанни достала из пакета кружку, восстановленную Гонзариком, пересказала разговор с Даймоном и показала бумажку с четверостишием.

Когда прольёшь пять капель крови,

Прочтёшь наоборот –

Откроет ведьмин корень

Всё то, чего ты ждёшь.

– Ради рифмы я немного исказила смысл. Откроет не то, чего ждёшь, а скрытую тайну.

– Дай-ка… – Мир вертел листок в руках. – Прочесть наоборот – это как? Читать от конца к началу – слова? Или – по буквам? Или сам текст?

– Смотри, в каждом слове по две заглавные буквы, я думаю, это и есть заклинание.

– Значит, откроет тайну? – Мир вдруг нырнул под прилавок.

– Мир? Ми-иир? – позвала Фанни, но не дождавшись ответа, зашла сбоку за прилавок и ахнула. – Что ты делаешь?!

Сидя на корточках, Мир шёпотом читал слова по бумажке, на полу лежал обагрённый кровью корешок. Дочитав, Мир поднялся и сделал два шага назад. Из пореза на среднем пальце руки капала кровь.

– Зачем? – тихо возмутилась Фанни. – Ты же знаешь, что я уже дважды вляпалась… и как я об этом жалею…

– Я должен разобраться, – упрямо повторил Мир.

Секунды бежали, но ничего не происходило. У Фанни вырвался вздох облегчения, когда она решила, что продолжения не последует, но вдруг из открытой двери, ведущей в спальню, вышла маленькая девочка в зелёном фланелевом платьице, без обуви, но в белых колготках. На вид ей было не больше трёх лет, держалась она так, будто никого не видела, дошла до двери, повернулась, посмотрела сквозь остолбеневшую Фанни и – исчезла. На её личике было выражение такой глубокой сосредоточенности и грусти, что у Фанни из глаз брызнули слёзы.

– Ты видела?! – крикнул Мир.

Закрыв лицо руками, Фанни плакала. Мир усадил её на лавку у стены и принёс кружку холодной воды.

– Это то, что я думаю? Призрак похищенного ребёнка? А ведьмин корень вырос на могилке? – Мир сел, ссутулившись, рядом с Фанни. Веснушки на его побелевшем лице выступили ещё ярче. – Я с детства мечтал служить в полиции, но у меня ни денег, ни образования, работаю с тринадцати лет… А эту лавку мне дали в аренду бесплатно, с условием, что я буду продавать кое-какие вещи… не интересуясь их происхождением… Арендодатель анонимный, написал, можешь въехать, жить здесь и торговать. С работой туго, за жильё нечем платить, а тут мальчишка на улице сунул мне письмо… Я обрадовался… занялся горшками… Первый бов мне один знакомый парень отдал в счёт долга. Я ещё сомневался, не краденый ли? Продал бов и пошёл к нему, а квартирная хозяйка говорит: жил одиноко, давно исчез, даже вещи не забрал. Ну, и понеслось. Бовы на меня посыпались со всех сторон: то бабка какая-то принесёт, то на порог положат. Большую часть суммы я оставлял в условленном месте, остальное забирал себе. Мечтал накопить на учёбу… Проклятие… Фанни, я ничего не знал! Ты мне веришь? Дурак я, законченный дурак…

– Не ты – некоторые наши затеи дурацкие. Сам говорил.

– Я жалел пропавших ребятишек… жалел их родителей, а сам, получается, в этом участвовал… торговал ими… Как я попался, Фанни? Почему так вышло?

– Воспользовались твоей неопытностью, скрыли от тебя правду, вот как!

– Заработать хотел… Брал их поганые деньги… Я ведь что-то чувствовал, но не остановился… шёл за ними, как баран… И какая же тварь может заниматься такими чёрными делами?

– Известно, какая! Ведьма! Ты всё время говоришь они, и я с тобой согласна: у неё есть сообщники. Дело налажено, в него вовлечено много людей. Теперь понятно, куда пропадают дети.

– Что же делать? Я могу хоть что-то исправить?

– От кого эти бовы, знаешь?

– Нет.

– А кто покупает?

– Один и тот же человек.

– Попался, – торжествуя, сказала Фанни. – По крайней мере, один гад попался!

– Вообще-то, она…

– Она? И кто она?

– Тебе не понравится…

– Да мне и так ничего не нравится из того, что связано с этой пыльной лавкой, Мир Багорик! Причём, давно. Быстро говори!

– Не знаю, в чём тут дело, но это госпожа Танита Бастет…

Фанни растерянно уставилась на Мира.

– Для чего ей ведьмин корень?

Мир пожал плечами.

У Фанни нашёлся носовой платок, она смочила его оставшейся в кружке водой, обтёрла лицо, потом достала из кармана пышной короткой юбки деревяшку и, поднеся её к уху, решительно сказала:

– Танита Бастет. Здравствуйте, тётя Танита… Это Фанни Монца. По очень важному делу. – Фанни неприятно сузила глаза. – У меня есть то, что вы покупаете на улице Сомнений. Новый бов. Да, когда вам будет удобно… До свидания. – Фанни убрала деревяшку в карман и взглянула на Мира. – Как пишут в романах, тебе нельзя здесь оставаться. Собирайся, поживёшь пока у нас. В Спящей крепости спокойнее. У тебя же родителей здесь, в Дубъюке, нет?

– У меня их просто нет, уже… Но я никуда не поеду.

– И после этого решения героя убивают. Читатели сожалеют, но ведь его предупреждали? Слушай, мой герой. Я прочитала много, очень много хроник этого города. Когда здесь произносят ведьма, она слышит. Возможно, она знает про нас, так что не геройствуй, хватай самое нужное, и бежим со всех ног! И бов не забудь.

– Наверное, ты права, Фанни… Спасибо, – поколебавшись, на удивление благоразумно ответил Мир.

Она торопила, он метался по лавке, собирая сумку, и тут кто-то подёргал ручку двери. Потом раздался громкий стук.

Они переглянулись.

– Ведьма на пороге, – сказал Мир.

Фанни на цыпочках подошла к двери, прислушалась.

– Крис, ты?

– Это я, Фанни, – раздался знакомый спокойный голос. – Открой.

Фанни отодвинула засов. За дверью стояла ловисса Длит.

– Вы одна? – спросила Фанни, осторожно выглянув за дверь, – не караулят ли её острые на язык гадалки? К её облегчению, возле лавки больше никто не толокся, на шумной оживлённой улице ловисса словно создала вокруг себя вакуум.

– А вы одни? – спросила Длит, входя в лавку и осматриваясь. – Куда собрались?

– К нам домой, в Спящую крепость… – Фанни вдруг почувствовала, что у неё трясутся губы.

– У твоего спутника есть пропуск?

Мир обречённо взглянул на Фанни – совсем забыли…

– Конечно, есть! – Фанни похлопала рукой по своему бумажному пакету. – Я давно заказала. Теперь Мир может в любое время посещать верхние холмы.

– Хорошо, идёмте. А то Кристофер уже изнемогает без булок.

– Так это он вам позвонил, что я здесь?! – догадалась Фанни. – Заячья душа…

Мир поспешно натянул куртку, схватил сумку с вещами, и все втроём вышли наружу. К вечеру на улице Сомнений стало оживлённее, у гадалок прибавилось работы, и, хотя на них не обращали внимания, Фанни тревожно озиралась по сторонам. Мир пытался запереть дверь, но замок заело.

– В отличие от вас, милые дети, – сказала Длит, взглянув на чёрно-красную вывеску «Антикварная лавка Багорика», – Кристофер знает, что эту лавку называют подозрительным местом. Она ничья, любой может её занять, и у неё крайне дурная слава.

На Мира было жалко смотреть. Ворочая ключом в замке, он покраснел и сгорбился, как старик. Кончики ушей пламенели на фоне рыжих кудрей.

– Могли бы не говорить, – огрызнулась Фанни.

– Оставь как есть, Мир. Ты же не собираешься сюда возвращаться? – Длит пошла к автомобилю.

Мир вынес из лавки лом, сбил вывеску и, стиснув зубы, раздолбил её до неузнаваемости. Покорёженный лист он забросил в лавку и громко хлопнул дверью, подняв тучу пыли.

2

– «Господин Ван развеял слухи о том, что на конкурсе в День всех кошек он использовал липкое заклинание… – хихикая, прочитал вслух Лунг. – «Лазать по деревьям у меня в крови, я ведь родился на дереве, – сообщил хозяин мурра». А вы ему так аплодировали, помните?

– Пощадите, – простонала Айлин.