Ледяные сердца

— Да, я нашел его заначку.

— Глупый старик. Курение доведет его до смерти. Ты говорил с ним об этом? — Долорес смотрела с надеждой.

— Я говорил с ним однажды. Но сделаю это снова.

Она похлопала его по руке.

— Ты хороший мальчик. — Ее взгляд остановился на конверте, который он держал в руках. — О, ты идешь на почту?

— Нет, это то, что мне нужно передать из рук в руки. — Он никому больше не рассказывал о разводе — или его отсутствии — и взял с Чарли обещание тоже хранить молчание. У него сложилось впечатление, что Эверли не хотела, чтобы все сплетничали о ней, и он хотел бы, чтобы так и оставалось.

— Что ж, обязательно возвращайся. Скоро увидимся. — Долорес подмигнула ему.

— Хорошо.

На фасаде «Джингл Белл» был вывешен баннер: Скоро «Рождественское шоу».

Он толкнул входную дверь, удивленный, что она не была заперта.

Из зрительного зала доносилась музыка. Когда Дилан вошел в двери, то увидел группу танцоров на сцене, их тела были облачены в трико и колготки. И они следовали указаниям, выкрикиваемым из первого ряда.

После нескольких минут наблюдения за танцами он почувствовал, что кто-то подошел и встал рядом с ним.

— Ты Дилан, верно?

Он обернулся и увидел того же парня, с которым Эверли была несколько дней назад.

— Да, это я. — Было странно, как укол ревности пронзил его. Он попытался оттолкнуть это, ему не нравилось это чувство.

Но именно она говорила об измене.

Он нахмурился.

Все так запутано.

Мужчина одарил его слащавой ухмылкой.

— Рад с тобой познакомиться. Я Кейси. Тебе нужна помощь в чем-то?

— Я просто искал Эверли.

— Она в кабинете, делает несколько звонков. Могу показать тебе дорогу. Я и сам туда направляюсь.

— Я знаю дорогу.

— О. Хорошо. — Кейси снова улыбнулся.

— Я провел много времени с Эверли в этом театре. — Дилан понятия не имел, почему он это сказал. Предъявлял свои права?

— О, конечно. — Кейси следовал за ним по коридору, как щенок по пятам за своим хозяином. Это раздражало. — Вы с Эверли были какое-то время женаты, верно?

— Да. — Его раздражало, что Кейси это знал. И еще больше его раздражало, что он был раздражен.

Черт возьми, нужно отдать ей бумаги и убраться отсюда.

— Она красивая женщина, не так ли?

Его челюсть напряглась, и Дилан повернулся, чтобы посмотреть на Кейси.

— Да, моя жена красива.

Улыбка растаяла на губах Кейси, и это заставило Дилана почувствовать себя лучше.

— Ты имеешь в виду свою бывшую жену, верно?

— Я имею в виду то, что сказал. А теперь извини меня. — Он проигнорировал взгляд Кейси с открытым ртом и постучал в дверь. Теплый голос Эверли ответил:

— Войдите.

Он толкнул дверь, и Эверли моргнула, когда увидела их двоих, стоящих в дверном проеме. Плечо Кейси касалось его.

— Я просто показывал Дилану дорогу к твоему кабинету, — сказал Кейси, улыбаясь Эверли.

— Мне не нужно было, чтобы ты мне показывал. Я знал, где он.

— Неважно. — Кейси пожал плечами. — В любом случае, я ухожу домой. Увидимся позже, верно, милая?

Эверли перевела настороженный взгляд с Дилана на Кейси.

— Да.

У Дилана чуть не отвисла челюсть.

— Можем мы поговорить наедине, пожалуйста?

— Все в порядке, я ухожу. Оставлю вас двоих для ваших дискуссий. — Кейси бросил на Эверли заинтересованный взгляд. — Если только ты не хочешь, чтобы я остался?

В его голосе прозвучали нотки надежды.

— Все в порядке. Но в любом случае спасибо. — Она встала и поцеловала Кейси в щеку, прежде чем он ушел.

Дилан закрыл за собой дверь и подошел к столу Эверли. На ней были узкие джинсы и кремовый кашемировый свитер, облегающий каждый изгиб тела. Ее золотистые волосы были распущены и рассыпались по плечам.

— У меня есть наши документы о разводе, — пробормотал он, передавая конверт ей. — Я подписал свои части. Подумал, что ты, возможно, захочешь показать их своему адвокату, прежде чем подписывать свои. Если ты сможешь сделать это быстро, я был бы признателен. Все это займет гораздо больше времени, чем планировалось.

Эверли моргнула.

— Сколько?

— Мой адвокат говорит, что это может занять некоторое время. По крайней мере, несколько месяцев.

У нее отвисла челюсть.

— Почему это займет так много времени? Все же ясно. В конце концов, мы были порознь восемь лет.

Он пожал плечами.

— Он говорит, что именно так работает закон.

Она сидела на краю своего стола, сжимая конверт в руках.

— Месяцы, — прошептала она.

— Мне жаль, если это выведет из себя твоего парня.

— Моего парня? — три крошечные морщинки прорезали ее лоб.

— Мистер Американский Чистоплюй, — он кивнул головой в сторону двери.

— Кейси? — она моргнула. — Ты о нем говоришь?

— Предполагал, что у тебя только один парень.

Она выпрямила спину, подняв подбородок.

— Зачем мне иметь больше одного парня?

Он поднял руки.

— Эй, твоя личная жизнь — это твое дело. Кто я такой, чтобы судить?

Она оттолкнулась от стола и подошла к нему с разъяренным выражением лица.

— Чертовски верно, это мое дело. — Она ткнула его в грудь. — И это все твоя вина. Мы должны были развестись много лет назад. Так что не приходи сюда и не отпускай дешевых колкостей по поводу моих отношений, приятель.

Он почти почувствовал вкус ее ярости. Теплая кровь заструилась по его венам. Ее зеленые глаза сверкали, губы были сжаты в гневе, ее грудь почти прижалась к его груди, пока она смотрела на него снизу вверх.

— Технически, это полностью мое дело, — мягко сказал он, точно зная, насколько он противоречит сам себе. — Ты все еще моя жена.

— Только на бумаге.

Да, он знал это. Он также знал, что ведет себя, как мудак, но ничего не мог с этим поделать. Зеленоглазый монстр был в ярости.

— Я тебе не принадлежу, — сказала она сквозь стиснутые зубы. — Никто не владеет мной. — Ее грудь ритмично поднималась и опускалась.

— Я это знаю.

Чертовски хорошо.

Она провела кончиком языка по нижней губе, и ему потребовалась каждая капля самообладания, которая у него была, чтобы не опустить голову и не поцеловать ее. Гнев исчез с ее лица, сменившись замешательством. Она моргнула, ее густые ресницы опустились, и он знал, что она тоже это почувствовала.

Это ноющее желание, которого он никогда не испытывал ни к кому другому, как бы ни старался. Она пробуждала в нем все эмоции, даже те, которые он пытался игнорировать. И она также пробудила зверя. Того, который хотел обладать ею, каким бы современным мужчиной он ни был. Того, который шептал ему на ухо, что Эверли Винтер принадлежит ему. И он подрался бы с любым другим, кто попытался бы к ней прикоснуться.

Ее дыхание было прерывистым, но она все еще не отводила от него взгляда. Он мог видеть огненный блеск в ее глазах, сжатую челюсть, и это заводило его еще больше.

Что, черт возьми, со мной не так?

Он не был животным. Он им не был.

— Мне нужно идти, — сказал он, делая шаг назад. Но это никак не нарушило наэлектризованную атмосферу между ними.

Она кивнула, не улыбаясь.

— Я верну тебе бумаги, как только смогу.

— Полагаю, ты будешь слишком занята со своим парнем, чтобы смотреть на них сегодня вечером.

— Пошел к черту, — прорычала она.

Его улыбка была сардонической.

— Я уже был там восемь лет назад. Жаль, что ты не смогла присоединиться ко мне.

— Мы говорим о нашем расставании или о поездке в Африку?

Он поднял бровь.

— Возможно, и о том, и о другом.

— Это был ад, который ты сам создал, — тихо сказала она.

— Думаешь, я этого не знаю? — ему пришлось сжать руку в кулак, чтобы не прикоснуться к ней. Его пальцам до боли хотелось ощутить шелковистость ее волос, мягкость ее кожи, тепло ее губ. — Ты не думаешь, что я плачу за это каждый день?

— Я вообще о тебе не думаю.

— Лгунья, — прошептал он, опуская голову, чтобы вдохнуть ее. А она подняла голову, и ее рот оказался на расстоянии вдоха от его. — Ты смотришь так на своего парня? — спросил он ее.

— Как?

— Как будто ты хочешь делать с ним грязные вещи.

— Я не хочу заниматься с тобой грязными вещами. Я хочу тебя убить.

Он засмеялся.

— Конечно.

— Ты знаешь, насколько ты раздражающий? — она покачала головой. — Неудивительно, что мы развелись.