I. Знак Пожирателя

Вдруг всё существо Лады будто взорвалось, крича об опасности. Нечто неведомое, таинственное приближалось из-за стены деревьев. Охотница увидела, как вскакивает на ноги Равуна, инстинктивно пригнулась, и тут же лес исторг стремительную чёрную тучу, с криками обрушившуюся на отряд. Не сумев удержаться, Лада почувствовала, что вылетает из седла. Оставшись без седока, её конь в ужасе рванул вперёд. Краем глаза охотница увидела небольшие чёрные силуэты, впивающиеся в его плоть. Окровавленное животное, не разбирая дороги от страха и боли, споткнулось, и едва не налетело на повозку. Дроган, стоя на ногах и понося всех святых (ох, и достанется ему после от отца Тихомира!) отчаянно хлестал лошадей. В падении Лада успела ухватиться за борт телеги, и теперь её ноги волочились по земле. Вдруг она ощутила ту же мощную хватку, что ранее этим днём вытащила её с обрушавшегося моста. Подняв голову, охотница увидела, как Равуна легко поднимает её вверх и перебрасывает через борт. Затем карга отвернулась, расправила плечи и распрямилась во весь рост. Только теперь Лада перевела дух и, как следует, огляделась. Увиденное заставило её непроизвольно приоткрыть рот. С неба на отряд бросались вороны Равуны. Одна из птиц спикировала прямо на Ладу, едва не выбив ей глаз. Охотница отклонилась и повернула голову. Птица, сломав себе шею в самоубийственной атаке, ворохом перьев лежала на полу телеги. Отшвырнув её на дорогу носком сапога, Лада добралась до своей сумки, вынула и зарядила арбалет.

- Что происходит? - спросила она, вставая рядом с Равуной, едва сдержав богохульные ругательства.

- Кто-то перехватил контроль над моими птицами.

Взгляд старухи рыскал по сторонам, словно она надеялась отыскать за деревьями неведомого врага. Тренькнула тетива, и чёрная птица, пронзённая стрелой Лады, с хриплым криком ударилась о землю. Равуна вздрогнула, будто это она приняла на себя выстрел. Мимо телеги промчался Ратибор, размахивая мечом. Несколько разрубленных птиц уже лежали там, где пролёг его путь. Лада не заметила, ранен ли посланник князя, но в седле он держался крепко. А предсмертное ржание павшего Демона становилось всё тише, пропадая вдали.

Зазевавшись, Лада едва не пропустила очередную спикировавшую на неё ворону, но та будто натолкнулась на невидимую стену. Стая летела за повозкой густой тучей, временами нагоняя и обрушиваясь на людей. Лада пускала в птиц один болт за другим. Временами она попадала, и тогда одна из ворон скорбной грудой оставалась лежать на земле. Но чаще стрелы пронзали лишь воздух, исчезая во тьме. Наконец, настал момент, когда нечем стало заряжать арбалет. Отбросив на пол ставшее бесполезным оружие, Лада схватилась за кинжал. И тут шквал когтей, клювов и перьев накрыл её. Охотница заметила, как рядом, вскрикнув, упала Равуна. Острый клюв распорол щеку до самой скулы, и Лада невольно вскрикнула от острой боли. Извернувшись, она нашла взглядом Вейду, но та сидела на полу клетки, обхватив колени руками. Взбесившиеся птицы, казалось, не замечали её.

- Руку!

Лада повернулась и увидела тянущуюся к ней Равуну. Её голос был едва слышен сквозь птичий гвалт.

- Выпусти свою силу! Иначе нам конец! Одной мне не сдюжить!

Лада медлила. Одно дело – мелкие фокусы, другое – выплеск силы, который должен был последовать, если они с Равуной замкнут круг. Всю жизнь охотницу учили держать свой дар в узде, и даже угроза жизни не могла заставить её быстро отринуть вбитые запреты. Наконец, она решилась. Съёжившись, стараясь укрыть лицо от бьющих когтей, Лада потянулась к старухе. Когда она уже почти коснулась её скрюченных пальцев, спереди послышался крик. Охотница не разобрала ни слов, ни даже голос кричавшего, но в тот же миг повозка резко свернула в бок, накренилась и опрокинулась. Вылетев через борт, Лада сильно ударилась рёбрами и оказалась на земле. Ослеплённая заливавшей глаза кровью и оглушённая ударом, она инстинктивно ползла куда-то, пока её не подхватили сильные мужские руки. Доверившись им, Лада переставляла ноги, пока ей не позволили вновь опуститься на землю.

Охотница вдруг с ужасом поняла, что ничего не слышит. Вокруг была лишь звенящая тишина.

«Создатель милосердный, только не глухота! Прошу тебя, милостивый творец, только бы не стать…»

«Такой, как отец Тихомир». Эта мысль мелькнула, стеганув её, словно хлыстом. Оглушив сильнее, чем недавний удар о землю.

- Зарраза, - послышалось рядом.

Сердце Лады громко стукнуло. Стыдясь своих мыслей и нахлынувшего невероятного облегчения, охотница попыталась подняться.

- Сиди уже, сейчас всё будет, - снова раздался голос Дрогана.

Лада ощутила на лице сухую шершавую ткань. Названный брат вытирал ей лицо.

- Прости, бурдюк потерял.

Лада понимающе кивнула.

- На, мой возьми, - это был уже голос Ратибора. - Щипать только будет. Там не вода.

Щипало, и правда, сильно. Судя по этому, всё лицо Лады было в ссадинах и порезах. Наконец, она смогла открыть глаза и оглядеться. С первого взгляда она узнала это место – дорожное святилище, мимо которого отряд проезжал по пути в Медянку. Рядом хлопотал Дроган, обрабатывая раны охотницы. Ратибор, прикрыв глаза, устроился прямо на лежачем камне. На первый взгляд, оба они были целы. Чудом уцелел и фонарь, установленный посреди святилища. Тусклым светом он отделял круг жизни, в котором сгрудились люди, от окружившего их царства смерти.

В стороне, у самой границы тени, спиной к остальным, стояла Равуна. Её одежда была изодрана, но старуха держалась ровно, хоть и привычно ссутулившись. В её руке Лада заметила палку, напоминавшую воронью лапу.

Отца Тихомира, Вейду и лошадей видно не было. Перевёрнутая набок повозка лежала неподалёку. А на ветвях, покуда хватало взгляда, молчаливыми зловещими тенями сидели вороны.

- Где отец? - прохрипела Лада, пытаясь подняться.

Дроган обхватил её за плечи и заставил прекратить усилия. Рёбра отозвались глухой болью, но, вроде бы, были целы.

- Мы не знаем. Как телега перевернулась, он вроде как выпал. Но вороны на него точно не нападали. Может, спрятался куда?

Лада дотронулась до лица, чувствуя слабость. На руке остались пятна крови. Закрыв на миг глаза, охотница решительно отогнала мысль, что её наставник может быть мёртв. Или покалечен, и сейчас лежит без сознания.

- Что теперь?

- Будем ждать до рассвета. Здесь мы в безопасности. Там – верная смерть, - хрипло ответила Равуна. И добавила, будто услышав мысли Лады, - и монаха своего спасти не сумеете. А с рассветом чары спадут, кто бы их ни навёл.

- Чёртова ведьма, - сплюнул Ратибор. - Если бы не твои проклятые птицы, мы бы добрались до заставы.

Равуна спокойно восприняла оскорбление. Ответом она его не удостоила.

- Что с Вейдой? - вдруг спохватилась Лада.

Равуна молча протянула руку и указала на перевёрнутую клеть. Ожидая увидеть раздавленное тело, охотница, сжав губы, проследила за её жестом. Однако, вопреки опасениям, невредимая девушка сидела в клетке, будто ничего и не случилось. Вороны не реагировали на неё. Вид у Вейды был спокойный, даже умиротворённый.

- Надо было дать селянам сжечь эту суку, - процедил Ратибор. - Меньше было б проблем.

- Я уже говорила, и повторю сызнова, - устало произнесла Вейда. - Я вам не враг.

Равуна открыла рот, чтобы ответить, но в этот миг из-под деревьев появился человек. Лада не видела его раньше, иначе сразу бы узнала – таким приметным он был. Тёмная, почти коричневая, кожа была иссечена морщинами, похожими на складки коры. Густые седые волосы спадали ниже плеч, почти закрывая лицо, итак едва видимое в окружающем мраке. Незнакомец шёл медленно. Могучая грудь, немногим меньше сажени обхватом, мерно вздымалась. Рука, толщиной с молодую осину, поднялась и легла на замок клетки. Тот жалобно скрипнул, щёлкнул, и развалился. Вейда вышла. Её тонкая ладонь утонула в огромной лапище великана. Развернувшись, девушка и её освободитель пошли в лес.

- Аруг.

В голосе Равуны впервые проявились эмоции. И это была ярость. Деревенский охотник медленно обернулся. Его лицо ничего не выражало. Безмолвно, он побрёл дальше, и вскоре вместе с Вейдой скрылся во мраке. Едва это произошло, птицы, сидевшие на ветвях, рухнули вниз. Мёртвые пернатые тела усеяли пространство за пределами светового пятна.

Ноги Равуны подкосились. Она упала на колени, невидящим взглядом уставившись в темноту.

«Детки мои», - донёсся до Лады едва слышный шёпот.

Все хранили молчание. Охотница поднялась, чтобы подойти к старухе, но в этот миг в тени за повозкой почудилось движение. Ратибор вскочил, выхватив меч. Дроган поднялся, сжимая кулаки – его топор был потерян где-то во время безумной скачки. Ладонь Лады непроизвольно легла на рукоять одного из кинжалов, всё ещё висевших на поясе.

Из-за повозки, пошатываясь, медленно поднялся старый монах. Лада сорвалась с места и кинулась к нему, однако отец Тихомир решительно отстранил предложенную руку. Несмотря на помятый вид, стоял он довольно твёрдо.

- Где ведьма? - спросил он.

- Ушла, - проворчал Дроган. - Аруг увёл её.

Монах немного помолчал, затем повёл носом, словно пытаясь учуять Вейду и её спутника.

- Надо идти за ними. Они наверняка отправились в логово, о котором говорила Равуна. Она здесь?

- Я слушаю, - коротко бросила старуха.

- Ты сможешь отвести их к убежищу ведьмы?

Равуна пожала плечами. Она выглядела старой и уставшей.

- Смочь-то смогу. Только одолеем ли?

- Должны, - решительно ответил монах. - Нам нужно довериться воле Создателя, который привёл нас на этот путь. Нельзя позволить, чтобы ведьма ушла безнаказанной. Ступайте. Для этого вы и приняли свои обеты.

- Ну, я никаких обетов не принимал, - поднялся Ратибор, - однако со стариком согласен. Надо идти за ними, иначе мало ли, что ещё эта девка выкинет. Если жених её сестры поплатился жизнью за то, что бил свою невесту, представляю, какую обиду она на нас затаила. Не хочу остаток жизни оглядываться. Но почему ты думаешь, будто ведьма так глупа, что пошла именно туда, где мы стали бы её искать?

Вместо старого монаха отозвалась Равуна.

- Место Силы. Туда он и вернётся. Слишком уж сильно Аруг потратился. И от логова далеко отойти не может. Чем быстрее туда придём – тем слабее он будет.

- Топор бы найти надо. Негоже без оружия к ведьмам соваться, - проворчал Дроган.

- Я помогу, - предложила Лада. - Найдём твой топор, и отправимся. Не будем ждать до утра. Равуна, для тебя ночь не помеха, я думаю?

- Нет. Дорогу найду. Ждать и правда не стоит. К утру тут может быть гораздо хуже.

Отец Тихомир кивнул и обвёл небольшой отряд невидящим взглядом.

- Хорошо. Да пребудет с вами благословение Создателя. Я буду ждать вас здесь.

С этими словами, монах повернулся, и уселся на лежавшее на земле колесо. Казалось, он задремал, поскольку больше не проронил ни слова.

Глава 12

Равуна вела небольшой отряд по ночному лесу. Лада не могла понять, как старуха ориентируется в темноте, но та ни разу не остановилась, не заплутала. Уверенно, хоть и медленно, она шагала меж узловатых деревьев, скрипевших на ветру.

Ратибор нёс фонарь – маленький огонёк света в океане мрака. Тучи так и не рассеялись, грозно нависая над землёй. Казалось, когтистые ветви на вершинах самых высоких деревьев едва не царапали их мягкое брюхо.

- Да что б вас черти драли, - тихо выругался Дроган, в очередной раз споткнувшись о торчавший из земли корень.

- Не поминай их всуе, - так же вполголоса отозвалась Лада. - Кто знает, с чем нам сегодня предстоит столкнуться.

Дроган серьёзно кивнул и перехватил топор.

- Ты ей доверяешь? - воитель кивнул в сторону Равуны.

- Нет.

- Тогда почему мы идём за ней?

- Очевидно, дражайший мой друг, потому, что у нас нет другого выбора, - подал голос Ратибор. - Ведьму и её подручного нельзя упустить. Иначе кто знает, что они способны натворить этой же ночью?

Лада задумалась, собирая воедино всё, что знала о Медянке и её жителях. Наконец, она произнесла:

- Мне кажется, всё не так просто с этими двумя.

- Тебе не зря кажется, - донёсся спереди сухой голос Равуны.

Дроган снова тихо выругался.

- Раз уж ты нас слышала, может, пришло время поделиться тем, что тебе известно? - спокойно сказала Лада.

Старуха остановилась. Впервые с тех пор, как они покинули освящённое место возле дороги. Обернувшись, она окинула своих спутников колким пронизывающим взглядом своих маленьких чёрных глаз.

- Ты права. Так лучше. Подойдите сюда. Недалеко осталось. По дороге скажу, что знаю.

Охотница и двое мужчин нагнали старуху, и та, продолжив путь, начала рассказ.

- Аруг – не тот, кем вы его считаете. Не просто деревенский охотник. С давних пор живёт он в Медянке под разными обличьями. Некогда был здесь старостой. Тогда селение процветало. И гордыня поселилась в его сердце.

- Погоди-ка, - перебил старуху Дроган. - Хочешь сказать, он – тот колдун, который научился подчинять себе людей и животных? Так это было-то десятки лет назад! Да и говорят, он умер уже давно.

- Не десятки. Сотни. Столетия он поддерживал своё нечестивое существование. Раз за разом он находил ученицу. Воспитывал. Вскармливал. И когда она входила в полную силу, выпивал её дар. Отнимал жизнь, чтобы продлить свою.

Лада покачала головой.

- Вейда?

Старуха кивнула.

- Значит, девчонка и правда ведьма, - скривился Ратибор. - И повинна в смертях, которые ей приписывали.

- Так и есть. Она не была злой по природе. Но даже святость можно опорочить. Извратить. Аруг взрастил в ней ту тьму, что есть в каждом.

- И ты всё это знала, - сказала Лада.

Охотница видела лишь спину Равуны, а не её лицо, но ей показалось, что старуха ухмыляется.

- Ты верно поняла. За Аругом я пришла. Не за его ученицей. Ловила колдуна, как иные охотники ловят волков. Привязывая овец в лесу.

- Зачем?

- Его злу должен прийти конец.

- Что-то ты не похожа на образец добродетели, - заметил Дроган. - Тебе от этого какая польза?

Равуна немного помолчала. Она продолжала двигаться вперёд, бесшумно ставя ноги меж сломанных ветвей и поваленных стволов.

- Ярвик попросил избавить от зла. Мы – старые друзья. Не могла я оставить его деревню без защиты.

Лада и Дроган обменялись взглядами. Воитель покачал головой. На его лице ясно отражалось недоверие. Лада и сама сомневалась в бескорыстии старой карги и подозревала, что та может оказаться ещё опаснее, чем Аруг. Парой коротких жестов она попросила названного брата присматривать за Равуной. Тот ответил кивком.

- Мы пришли, - произнесла старуха.

Землю перед ними словно рассёк некогда топор неведомого великана. Овраг был прямым. Его склоны круто шли вниз, хоть и успели немного сгладиться и зарасти сорной травой. У дальнего края рос старый вяз. Ствол лесного гиганта разошёлся, образовав огромное дупло средь переплетения могучих корней.

- Что там? - спросил Ратибор, подняв фонарь повыше. - Ни хрена же не видно! Прости, сестра, за грубый солдатский слог.

- Вход, - возвестила Равуна.

- Да, похоже, там, под корнями, дыра какая-то, - наклонившись, чтобы получше рассмотреть, сказал Дроган.

И верно – в глубине ствола виднелся чёрный провал, ведущий во чрево земли. Лада огляделась. Неподалёку возвышалась скала. Видать, Равуна привела их к одному из небольших естественных входов в сеть пещер, которые жители Медянки некогда расширили и превратили в шахты для добычи олова и меди.