Сын природы (СИ)

Можно было конечно пройти и дальше по дороге, по моей прикидке до места нападения на коробейников осталось не так уж и далеко, но я подозревал, что провожатый невольного гонца выведет меня к лагерю бандитов лучше. Не за случайным же грибником иду! Да и бандиты для важного дела отрядили аж пользователя Кив, что показатель.

По лесу след шёл как по проспекту. В принципе если бы какой-нибудь из охотников, отправившись из деревни с сотоварищами спасать купца, отошёл удачно до ветру на обочину, он бы его увидел. Так что трапить эту дичь было даже немножко скучно, пока она не начала лезть в болото. Тут стало повеселей и посложней. Но однако я и сам по болотам ходок неплохой, уж больно на них порой интересные ягоды растут, да и добычу мы иногда к трясине с братьями и сестрой загоняли. Завязнет олень, кидай ему лассо на шею да души, ни рогов ни копыт больше не опасаясь. Серый на это конечно ворчал каждый раз, неспортивно ему видите ли и вообще как-то не по волчьи, но бывало всё таки удавалось переупрямить этого ретрограда и консерватора. Всё таки мясо есть мясо, Кив есть Кив, а олени тоже бывают уж больно матёрые, которых просто так на клык фиг возьмёшь. Особенно последнее было актуально в начале нашего самостоятельного пути. Да и вообще использование орудий в какой-то мере сделало из обезьяны человека. Вдруг из волков что-нибудь получится?

После того как я пересёк небольшое болото моя добыча снова прошла лесом несколько километров и уткнулась в следующую топь, которую стала обходить, но в дальнейшем пути по следу особой необходимости уже не было. На болотном островке был виден костерок, вокруг которого наличествовали три телеги, палатки и люди. Сама же болотная вода и ряска четко говорили мне, что из леса на остров ведёт прямая тропа… Слишком прямая, чтобы быть естественной. Сначала я заподозрил утонувшую гать, но быстро осознал свою ошибку. От прохода немного тянуло энергией, так что похоже поработал земельник. О чём это нам говорит? О том, что я не просто так ощущаю довольно сильный источник Кив на острове. У нас тут одна четвёрка, причём стойкая, как все маги, что шагают по Лестнице Земли.

Противник был опасным, даром что я на две ступеньки выше. Но никогда не стоит забывать, что у меня в распоряжении лишь грубая мощь, а вот у «крота» могут быть сюрпризы во вполне товарных количествах. Остальные же не казались мне прям опасными противниками по одиночке. Был ещё один землекоп, но ступени так второй, один ветреник, за которым я похоже и шёл, тоже двойка. Из бойцов дальнего боя присутствовал огневик на третьей ступени. Водников не нашлось. Так же на острове располагались шестнадцать бандитов, отдыхающих по палаткам и пять человек, привязанных к дереву. Подобравшись поближе, я увидел, что руки пленных были связаны в запястьях и подняты над головами, заставляя бедолаг стоять на носках. Тут уж либо напрягать руки, вися на них и давать отдых ногам, либо давать отдых рукам, вставая на носочки. После суток в таком аттракционе полном радости и веселья ни о каком побеге наверно уже не думается. Ну хоть живые и то хлеб, тем более что среди них есть баба, очевидно мать пацана, прибежавшего в Речнолеску. Юэст будет рад… Если конечно я не напортачу.

Очевидно четвёрку нужно сразу валить наглухо, он не сможет выкинуть ничего экстраординарного, если умрёт раньше, чем начнёт драться. А вот вопросы что он тут вообще делал задавать надо уже менее опасным противникам, которых можно попытаться взять в плен. В идеале бы добыть мага… Но есть риск приемлемый, а есть риск излишний. Повезёт — возьму, нет — обычные бандиты тоже подойдут. И расспрашивать я их буду со всем старанием. Четвёртая ступень — это уровень поместного дворянина из провинции. Не самого сильного, но вполне крепкого. Пятёрка это уже чуть выше середнячков. Шестёрки считаются выдающимися воинами. К таким относился бы и я, если бы был не самоучкой… Ну и взрослым, да. Тело недозрелого подростка накладывает некоторые ограничения. Хотя при этом весит меньше, чем у взрослого мужика, что делает борьбу с инерцией и центробежной силой на поворотах несколько проще, когда бежишь куда-то со всех ног.

Именно от скорости я и решил играть. Был ещё вариант тихо где проползти, а где проплыть по болотной воде, вылезти на остров и начать резать спящих, но тут было несколько препятствий. Во-первых у нас тут маг земли, а они, вот это поворот, могут чувствовать землю. То есть я могу хоть всё бесшумно сделать, а он меня спалит, тварь такая. Потому что чувствовать всё что творится на островке ему сами боги велели, чай не на пикник выехал. К тому же это крендель ещё и не спал, а сидя у костра общался с худым, жилистым парнем, который как раз и был ветродуем. Вероятно командир принял доклад подчинённого даже ночью, а теперь ложится передумал. Оно и понятно, утро скоро. Жаль правда слов не разобрать, шепчутся они тихо, чтоб товарищей не тревожить, а я опасаюсь подбираться ближе. Ещё одним нюансом, который срезал вариант тихой резни бандитов в палатках было то, что у них хорошо поставлена караульная служба. Островок на болоте был не очень большой, но три мужика ходили кругами по кромке топи, держа товарищей на виду. Дисциплина караульных вызывала уважение и новые вопросы. Ладно атаман сидит, перед ним надо держать марку, но уж больно привычно мужики этим занимаются. Я конечно мало знаю о местных бандитах, но эти производили скорее впечатление кадровых военных, даром что в рваньё одеты.

Осмотревшись по сторонам, я прикинул варианты. Топь между нормальными участками почвы была небольшой, всего метров тридцать. По воде я могу пробежать на максимальной скорости пятнадцать шагов, но они у меня больше метра, да и тут хватает кочек, на которые проще опереться. То есть вбежать на остров вполне в моих силах, как и пронестись по нему до следующего, заложить поворот, переходящий в петлю и атаковать снова. Тем более самая важная и опасная цель сейчас покручивает жиденький ус, глядя в пламя костра, чем слепит сама себя. Даже зрачку пользователя Кив нужно немного времени, чтобы привыкнуть к темноте, а свет от огня будет мешать разглядеть что-то в тёмном лесу. Не как дальняк, едущей у тебя за спиной фуры, но всё же.

Прикинув все за и против и рассмотрев получше четвёрку с двойкой у костра, я сместился в бок тихим шагом, чтобы зайти на них с оптимального угла атаки, а потом чуть довернуть, делая круг, чтобы зайти на вторую атаку с нового направления. Моя нога упёрлась в ствол дерева у его основания, так проще набирать скорость, сцепление с поверхностью ещё доставляет некоторые проблемы. Чтобы выйти на максимум, мне необходимо метров пятьдесят по прямой, здесь примерно семьдесят из-за того что вокруг кусты и деревья, придётся отклоняться от курса. В левой руке начала уплотняться Кив. Попытки лечить не увенчались успехом, но до толковой идеи, как ранить добычу, я додумался. Если заранее создать достаточное давление энергии, разряд молнии будет сильнее, с некоторыми оговорками здесь работает тот же принцип, что в пневматическом оружии на Земле. Во время самой схватки заниматься подобным сложно, но можно заготовить удар заранее, главное не терять концентрацию, чтобы энергия не рассеялась. В правую руку привычно лёг нож. Природа не наделила людей хорошими клыками или когтями, но дала разум и с его помощью мы придумали, как исправить это досадное недоразумение. Настало время немножко выждать, чтобы часовые прошли по кругу, обходя остров и оказались в нужных местах. Хороший охотник — терпеливый охотник. Тем более ждать нужно было всего пол минуты.

Наконец-то нужный миг настал и я ринулся вперёд, с каждым шагом ускоряясь всё сильнее. К моему великому счастью со скачком на шестую ступень синеватая дымка вокруг тела больше не появлялась, а то светился бы в ночи сейчас как новогодняя ёлка. Часть Кив приходилось тратить на заглушение шагов, так же как я делал тихими удары кулаками по камням на тренировках. Это отнимало часть внимания, но было делом привычным. Нужная скорость была набрана быстро, я сделал три последних шага по земле и побежал по топи, не сводя глаз с добычи.

Земельник что-то почувствовал, когда я почти добрался до острова он начал поворачивать голову в мою сторону. Возможно ему подсказала опасность родная стихия, адепты его пути вообще славятся неудобностью, если обороняют место, где хоть денёк посидели. А может это я был чуть громче на воде, с ней мне сложнее, чем с привычным подлеском. Плевать, я уже слишком близко. Три шага остаётся сделать по островку, когда поворот головы дичи завершён, но она щурится, стремясь разглядеть что-то в темноте, после того как смотрела на огонь, понадеявшись на часовых. Два шага, зрачки мужчины лет сорока с жидкими усиками на лице расширяются, я замечен, но слишком поздно. Один шаг, лицо земельника искажается страхом, а его рука начинает подниматься, ветровик же лишь повернул голову в след за командиром. Я же добежал до цели.

Моя правая рука просто и бесхитростно выставила нож, полоснув по горлу на бегу самого опасного противника, руку тот поднять так и не успел. С моей же левой руки в лицо коллеги по Лестнице Ветра сорвалась молния. Я перешагнул костёр и помчался дальше. Два часовых были сзади, но третий впереди. Не пользователь Кив, слабая добыча. Но всё же добыча. На бегу снова выставляю нож под углом около тридцать градусов. Если бы ставил градусов под девяносто, рана бы получалась на всю длину лезвия, но сопротивление плоти тормозило бы меня, а может вовсе вырывало оружие из рук. Нож прорезает живот жертвы. Земельник сидел у костра, гостеприимно подставив горло, этот высокий здоровяк был на ногах, до столь сладкой цели ребёнку не доставать.

Сделав разрез, бегу дальше и лишь начав поворот слышу позади крик. Когда ты спокойно идёшь и вдруг чувствуешь резкую боль в животе, а посмотрев вниз видишь вываливающиеся кишки — это очень шокирует. Развернувшись вижу, что земельник завалился на мох островка и уже практически потерял сознание. В горле проходят крупные сосуды, которые питают мозг, если их перерезать или разорвать клыками, то давление в нём падает практически мгновенно, заставляя добычу уплывать из реальности. Тело её ещё живёт, но разуму уже не суждено проснуться… Если конечно речь не о гидре, у которой есть запасные головы. Ветренник же умер мгновенно, переборщил я с мощностью. Это кабанам я такими ударами обжигал рыла и выбивал глаза, но они в наших охотничьих угодьях были не на второй ступени. А ветренник не был на ступени кабанов, потому головы у него теперь просто не стало.

Разворот окончен и я иду на новый заход. На крик часового из невысокой палатки высовывается огневик. Быстрая реакция, похвально для спящего человека. Но я уже бегу к нему, голову в мою сторону он повернуть не успел, а крыша походного жилища заставила его сгибаться, делая горло доступным для взмаха ножа. Минус три мага. Ещё один часовой стоит на пути, но пялится на своего вопящего товарища, который пытается удержать собственную требуху руками. Впрочем у него в любом случае нет шансов, слишком велика разница между обычными людьми и пользователями Кив. Взмах ножа и на одного крикуна через пару секунд становится больше.

Новый разворот, из своей палатки выбрался второй земельник, стоящий на второй же ступени. Парень лет двадцати пять в исподнем держит в руках боевой топорик и озирается, выискивая врага. Этот слабее своего собрата по лестнице, его можно попытаться взять живым. Бегу на него сбоку, он успевает ко мне повернуться, опять же впечатляющая реакция. Но я не сближаюсь, а бью молнией. Без предварительной накачки она слабее, а враг крепче давешнего ветровика, а потому не умирает. Просто начинает трястись и падает на землю. Вырублен.

Бандиты же вылезают из палаток кто в чём был и смотрят в темноту. Я же смотрю на низ, остановившись в лесу. У меня нет никакого желания резать слабую добычу. Зверь не убивает для развлечения, только по необходимости. Зверь…

Сидя под кустом мотаю головой и сплёвываю. Я не зверь, я человек. Но резать их пожалуй тоже не буду. Ну на#ер, может у меня крыша и шуршит шифером, а в личности случаются кризисы самоидентификации, но я не кровавый маньяк. И надеюсь никогда им не стану. Так что пусть осознают положение, в котором оказались, потеряв всех своих магов и оставшись один на один с тем, кто их прирезал. Можно даже немножко им на мозги подавить, мысленно хмыкнул я, а потом задрал голову к верху, отойдя за дерево и издал волчий вой во всю мощь лёгких.

— Они все мертвы! — раздался с той стороны топи чей-то голос. В отличии от дохлого командира с ветродуем он не шептал. А вот за второго земельника начал волноваться… Но сразу успокоился. Его Кив ощущалась, жив курилка. Будет кому вопросы задавать.

— Быть не может! — истерично кто-то прокричал под аккомпанемент двух стонущих часовых, придававших атмосфере дополнительную тяжесть и нервозность.

Кажется у бандюганов наступила стадия отрицания. Дальше там по Кюблер-Россу гнев, торг, депрессия и принятие? Хм, может самого гневливого всё таки грохнуть, когда нарисуется, чтоб у остальных всё быстрее прошло? Зачем людям душевные муки растягивать?

— Это был демон! — заорал единственный уцелевший часовой — Я видел!

Он-то видел, а я почесал репу в кустах. Что-то не припомню я стадии «вера в чертовщину». Может это у него торг такой, типа мы сейчас раскаемся во всех грехах, помолимся богам и нас не будут трогать? Для средневековых обывателей вполне себе план, надёжный прям как швейцарские часы. Тех, которые точное время два раза в сутки показывают.

Глава 16

Я сидел на облучке телеги и рассматривал нож земельника, стоявшего на четвёртой ступени Лестницы. Оружие было занимательным, с узким, немного изогнутым хищным лезвием, напоминающим вакадзаси или танто, небольшой круглой гардой и рукоятью, обмотанной шнуром. Хорошая вещь, качественная, в моей детской руке коротким мечом выглядит. А главное сделанна из Кив-проводящего металла, имеющего странный синеватый отлив. Стоить этот ножик по рассказам должен больше, чем Речнолеска со всеми жителями и их скарбом.

Со слов местных материал, пошедший на нож находится в большом дефиците, как собственно и те, кто может с ним работать. Тут первое тянет за собой второе, ведь навык приходит с опытом, а если его не на чём получить, то откуда ж ему появиться? В этом мире конечно есть магия, но тут нужно скорее чудо. Сам же металл добывается в буквально трёх шахтах в пределах страны, две держит королевская семья, третью южный удельный князь, который королю тоже не самый далёкий родственник. И ценник они ломят такой, что можно ох#енеть. Не удивительно, что оружие тут у дворян в основном передаётся из поколение в поколение, как мечи валерийской стали в Вестеросе. Зато тем удивительнее, что эта вещь оказалась у бандита с подозрительно высокой ступенью Лестницы для данной профессии.

Как не трудно догадаться вопросов было много. Но к счастью для меня разбойники не стали играть в героев и решили сдаться, а потому я смог их задать. Один из джентльменов удачи вякнул про демона со страху, от этой версии я и решил играть. Страх — это тоже оружие, если его правильно применять против добычи, она пойдёт туда, куда надо тебе, а не ей. Детское тело конечно слегка мешало выглядеть внушительно, но зато я умел передавать Кив в голос, для атаки мой рык слабоват, по крайней мере против добычи на территории стаи, но зато если говорить правильно обертоны получаются и правда немного жуткие. На контрасте с телом ребёнка это даже наверно смотрелось ещё страшнее. В общем учитывая, что пользователи Кив немножко закончились, а у остальных с реакцией и ночным зрением похуже, я разбежался, опять перемахнул на остров и резко затормозил, прорычав:

— Сдавайтесь или умрите, смертные!

Смертные выпендриваться не стали, дозрели до стадии депрессии с принятием, зря только в руки Кив для молний качал, которые могли пару человек насквозь пробить. Ну да оно и к лучшему, бессмысленная жестокость не наш метод. Так же к лучшему и то, что я сдержал детское желание похулиганить. Хотелось всё таки выдать старое КиШовское «Ты говоришь я демон? Так и есть, со мною не видать тебе удачи. Навеки моё дело зло и месть. Для демона не может быть иначе!» на местный лад, тем более что оно уже было переведено. После сказок и пары колыбельных для Жэндэ, пока она лечилась у Эны, я как-то заимел хобби с переводами всяких штук из прошлой жизни на местный язык. Потом правда малявка выздоровела и родители резко запретили ей общаться с лесным чудой-юдой, но увлечение у меня осталось. Однако я сдержался и вообще был молодец. Фраза, обращённая к бандитам должна была быть короткой и доходчивой, а не превращаться в что-то длинно-поэтическое. Провинция, не поймут-с.

Всё сработало, оружие они побросали и начали споро друг друга вязать по моему приказу. Быстро правда нашёлся один умник, недостаточно хорошо затягивающий узлы, но он тут же познакомился со слабенькой молнией, забился в конвульсиях и пустил пену изо рта под мой клишированный злодейский смех. Я не из тех, кто получает удовольствие от чужих страданий, но зато никто не умер, а у бандитов в должной мере выросла мотивация. Убить — это всегда успеется, только вот трупы я оживлять не умею. Последнего разбойника я связал сам, а потом освободил выживших караванщиков, велев им взять острые железки пленных и следить за ними в оба глаза. Возражений не последовало, этих людей я пугал не меньше, чем бандитов.

Следующим пунктом программы стал осмотр трофеев и обыск тел с палатками. Они принесли мне кучу всего интересного, включая несколько пухлых свитков внушительного вида и тот самый ножик. Покрутив его в руках и убедившись, что не ошибаюсь, я решил заняться пленным земельником, который мог вероятно ответить на мои вопросы лучше всех остальных вместе взятых. Только была парочка проблем.

Пользователи Кив ребята не слабые, особенно если стоят на Лестнице Земли. У них вообще физическая сила практически профильный параметр, так что очень не факт, что верёвки просто не будут порваны, когда вырубленный противник очнётся. Прикинув так и эдак ситуацию я махнул рукой на гуманизм, а потом без лишних сантиментов подрезал ему сухожилья в руках и ногах. Операция была не самая приятная, но болезный был, так сказать, под анестезией. Второй печальной новостью было то, что маги тут менее чувствительны к боли, чем обычные люди. Так говорила Старая Эна, да и по себе я это вполне ощущал. Только вот обо мне нельзя было сказать, что я квалифицированный палач… Нет, в прошлой жизни конечно про всякое читал и порой на экране видел, про иглы под ногти в курсе, про другие страшные штуки тоже, но самому как-то этим всем пользоваться не приходилось. Рассудив, что начать практиковаться никогда не поздно, а пытка электричеством считается одной из самых болезненных, я реши что всегда успею начать бить врага молниями с руки по яйцам за неимением клемм, которые можно прицепить к его мудям. Но сначала лучше попробовать более гуманные методы. Да, я ненавижу всех этих уродов и хочу, чтобы они ответили за свои преступления и сдохли. Но сам становиться жестоким палачом не хочу. Может быть это желание остаться чистеньким малодушно, но мне плевать. Я такой, какой я есть, так устроен. И не хочу меняться в худшую на мой взгляд сторону. Убивать и пытать людей же не хорошо для человека, да?

В общем я взял деревянное ведро, набрал вонючей болотной воды и с размаху вылил на вырубленное тело так, чтоб хотя бы часть влетела в ноздри. Пациент закашлялся, попытался перевернуться на бок и пришёл в себя.

— С возврращением, мясо — прорычал я, всё так же играя Кив в горле — Как спалось?

— Пошёл ты ₽^#@, *₽#/;! — ответили мне.

— Смело. Но глупо — хмыкнул я, приласкав болезного молнией, чтоб дальше помолчал, а не ругался — Слушай сюда, мясо. Выборр у тебя простой. Ты либо ррассказываешь мне всё, что я хочу знать и отпрравляешься к своему богу. Либо я прриношу тебя в жертву своему Хозяину и он мне ррассказывает всё, что мне нужно знать. Врремени на подумать у тебя, пока я рритуальный круг готовлю.

Сказав это я пошёл и начал чертить круг с каракулями на земле. Старая Эна говорила мне о местных верованиях, в целом тут цвело и пахло вполне обычное язычество, вроде как доморощенный Белобог когда-то вломил своему братцу, которого в принципе можно было бы и Чернобогом обзывать, изгнав родственника с подручными за край мира. Но мир-дружба-жвачка так и не наступили, потому что не имея возможности творить зло лично демонюги и их божество развращают души людей, нашёптывая им всякие гадости из серии: убивай, грабь, насилуй, доминируй, унижай. В общем классическое это не я плохой, это меня бес попутал на уровне религии. Разумеется бывают у тёмных сил и адепты, которые пытаются их вернуть, куда ж без этого. И главный страх верующих в том, что их душонка отправится не в местные рай или ад, где в принципе можно поскитаться, раскаяться да переродиться в какую-нибудь зверушка или бакашку для искупления, а отправится за кромку мира, где бессмертная душа будет сожрана без остатка. Собственно этим я и пугал.

Глазомер у меня был неплохой, окружность удобным ножом начертить удалось довольно ровную, затем настало время пентаграммы, а после неё я начал выводить по углам слова на русском. Символов этих тут никто не знал, так что по идее они должны были смотреться достаточно загадочно, хотя на деле вышло «призываю», «дух», «Сталина», «строить», «коммунизм». Пять лучей звезды, пять слов. Мох был не самым приятным материалом, но я справился. Пленник же активно молился в слух всем богам, заставляя остальных людей бледнеть. Но языческие боги, как это у них принято, положили божественный болт на искреннюю молитву, а бывшим караванщикам не хотелось на меня нападать. Они после общения с бандюганами ходили-то с трудом, да и проскакивали в их взглядах некоторые нотки злорадства. Особенно у женщины… Не удивлюсь, если её тут успели попользовать, а бабы такое не прощают.

— … клянусь верно и праведно служить вам, всюду нести добро и справедливость — тем временем уже подвывал земельник.

— Время на раздумье вышло — хмыкнул я, взял парня ща шкварник и потянул в центр пентаграммы — Да и не переживай ты так, всё будет быстро и почти безболезненно. Только тут тебя немного порезать придётся, но я постараюсь аккуратненько. Не зверь же какой. Полежи тут пока.

Оставив жертву в центре ритуального круга, я пошёл и восстановил разрыв линии, оставленный телом, протащенным по земле. Парень же перестал подвывать молитвы и стал пытаться уползти, но с перерезанными сухожильями получалось у него паршиво. Никак не получалось в общем-то. Я же отложил металлический кинжал и достал тот, что из рога. Вообще по слухам тёмные жрецы пользовались каменными, не признавая железо, но тут главное что не металл.

— Ну-с, прриступим — проговорил я, примериваясь и парень наконец не выдержал.

— Я всё скажу! Я поклянуть демонам в верности! Не надо!!!

— Точно? — подозрительно прищурился я.

— Да!

— И своих бывших товаррищей в жерртву прринесёшь?

— Да! Всё что угодно!

— Ля ты кррыса — ответил я с усмешкой — Демонам такие нравятся. Ррассказывай!

— Что?

— Всё!

В общем жертва сломалась и начала вываливать на меня настоящий водопад информации. Эта бандитская шайка оказалась в общем-то и не шайкой, а вполне себе наёмным отрядом, который в данный момент служил тэну Лэному, местному дворянину, чья вотчина была немножко южнее. Этот ухаря нанял недавно понёсший потери в рядовом составе отряд с не самой благолепной репутацией для грязненького дельца. Покошмарить деревни охотников и немножко порезать местных купцов. По его плану народ должен будет проникнуться ситуацией, а потом встретить отряд его воинов, который отправился в дальний патруль проверить нехорошие слухи и попросить защиты. Его люди конечно вызовут подмогу и естественно наведут порядок, а их господин начнёт получать налоги, взяв деревни под свою руку с согласия жителей. Простая двухходовая комбинация от которой так и веет «святыми девяностыми».

Практиковали там похожее. Откроет какой-нибудь коммерс скажем магазин, раскрутится немножко, туда придет парочка быков, дадут по лбу продавцу и поломают витрины, побив бутылки. А потом какой-нибудь коллега расскажет предпринимателю, что у него такого не случается, потому что у него вооот такая крыша и берёт совсем не дорого. Он даже может их свести за долю малую. В результате «налог» у братков будет браться с ещё одного коммерса. Окажется предприниматель фанатом самообороны, встретит в следующий раз быков с сотоварищами, дав звездюлей или просто с охотничьим ружьём? Так к нему на следующий же день придёт прикормленный участковый и сообщит, что на него заведено дело. Либо разбойное нападение на несчастных покупателей группой лиц по предварительному сговору, либо угроза оружием, либо всё сразу. Даже свидетели найдутся. Откупиться через ту же крышу будет можно, но выйдет уже дороже, по закону же правды вообще не добьёшься. Если только в органах на высокой должности надёжного товарища нет… Но к тем у кого подобная красная крыша быки и не ходят.

Вообще говоря у деревенек на границе Смертолесья как раз красная крыша и была, некоторые выходцы из них служили в ополчении, а налог они платили коронный прямо на торге. Только вот было это достаточным препятствием для прямого рейдерского захвата деревень ушлым дворянином, но никак не для подобной схемы. Захолустье тут, не пошлют сюда роту ополчения лес прочёсывать. Отдельные бойцы, ушедшие в отпуск, погоды против одной четвёрки-земельника и его отряда не сделали бы, особенно учитывая разницу в боевом опыте с командиром профессиональных вояк. В общем если бы я не нарисовался дело было бы верное.

Но я нарисовался и теперь думал что ж теперь будет, едя на телеге, которую тащили пленные вместо лошадей. Тягловую скотинку эти идиоты убили и съели, собираясь утопить сами телеги в болоте, забрав только деньги и кое какой ценный, но негабаритный груз. Конспирация и мобильность, чтоб её. Зато теперь сами впряглись, ибо нечего. Не мне же три телеги тащить до Речнолески? Я парень конечно сильный, но не настолько.

— Эсуф, ты давно купцом ходишь? — обратился я к караванщику, сидящему рядом на облучке. Благообразный, но несколько побитый мужчина лет пятидесяти немного вздрогнул от моего голоса. Жертву я приносить не стал в круге, убивать тоже, а просто связал на всякий пожарный не рабочие конечности и кинул к остальным, поржав над наивным чукотским юношей, который мне поверил. Но однако народ меня всё равно боялся. Правда к опасливым взглядам я ещё в деревне привык, так что плевал на них.

— Всю жизнь почитай — осторожно ответил мужик — Сначала с отцом, а потом сам.

— Знающий человек стало быть — хмыкнул я — Как думаешь, получится Лэному пррижать в корронном суде?

— Вряд ли — пожал плечами он — Слово дворянина против слова безродного бандита. Кто ж разбойнику-то поверит? А если и поверит, кто с благородным из-за такой малости спорить будет?

— Парршиво. Но ожидаемо — констатировал я.

Тут законные методы решения вопроса тоже не работали. Даже если предположить, что деревенские вместе со мной и купцом как-то незаметно протащат болезных мимо земель Лэномы, где он над простолюдинами царь и бог, в славный город Млиофогор, где сидит королевский наместник, то это ни черта не даст. Тем более там ещё и просто послать на известный орган могут. В столице провинции, название которой можно перевести как Молнедубск, потому что там когда-то молния в дерево шендарахнула, сидит большой начальник. Обращаясь к нему, мы прыгнем через голову его подчинённого, сидящего в Сэмфатэне, то бишь Северном Торжке, который находится в плотную к земле Лэномы. А назначенец и местный дворянин вполне себе дружат. По крайней мере люди так говорят. То есть там нас за такое обвинение могут в лучшем случае выпороть, а в худшем вздёрнуть. А то ишь чё холопы удумали, тень на доброе имя дворянина кидать стали! В общем куда не кинь, всюду клин.

Был ещё конечно способ решить вопрос не законно. В случае с коммерсом это бы означало показать бандюганам, что он гораздо больший отморозок, чем они. К примеру убить пришедших с визитом быков, поотрезать им головы и подкинуть в спальню пахана, а лучше его ребёнка. Чтоб уж наверняка все поняли, что это последнее китайское предупреждение, а дальше война не на жизнь, а насмерть. Ну или просто убить глав-бандита, его бригадиров и всех остальных братков до кучи. Так бы тоже сработало. Каковы шансы обычного коммерса на подобное? Где-то около ноля разумеется.

Каковы мои шансы показать Лэноме, что он попутал рамсы? Да тоже не велики. Насколько я понимаю, он пятёрка, причём весьма опытный маг, который сидит в своём замке или выезжает куда-то в окружении охраны. Его вот так просто на бегу не зарежешь, как давешнего «крота» четвёртой ступени. Подкинуть голову земельника к нему? Это в фильме про Крёстного отца аж башку лошади в кровать нужному человеку припёрли и никто ничего не заметил. В реальности подобное куда сложнее. Я конечно поднаторел в скрытности, лесные университеты штука жёсткая, но утверждать что всё получится не берусь. Ни замка не видел, ни того, как там караульную службу несут. К тому же не представляю какие там могут быть сюрпризы. На Земле-то до всяких разных соловьиных полов, что на весь дом скрепят, додумались, да и до запирание дверей и окон охраняемых объектов наглухо на ночь. Неужто в мире магии ничего не изобрели? Я не Станиславский, но тоже не верю. Не идиоты тут живут в конце-то концов.

Да и решать наверно не мне. Я хотел пацану помочь, спася его родителей и наказав бандитов? Я сделал именно это. Родители живы, разбойники частью мертвы, частью готовы под себя гадить от ужаса. Дальше пусть купец и староста решают. Захотят вести джентльменов удачи на суд? Нихай везут. Захотят вздёрнуть на месте? Пусть хоть на колья сажают, это уже не моё дело. Мои только трофеи, на остальное по большому счёту положить… Ну может кроме отношений с купцом. Его неплохо бы расспросить о фамилии моих родителей. Мужик много путешествовал и пусть он не физически не в состоянии знать или помнить семьи всех дворян в королевстве, но мне может и повезти. Только подобные вещи лучше обсуждать приватно.

Глава 17

Иногда я чувствую себя идиотом. И это была именно такая ночь. Бегу, выжимаю всё из себя, но ощущаю, что творю редкостную дурь. А главное не понимаю зачем и нафига. Нафига бегу? Нафига по спине бьёт мешок с башкой бандита? И нафиг мне вообще всё это надо?

Нет, деревенских я могу понять. Налог у них фиг да маленько коронный и только с продажи на торге. Больше они ничего не платят. Если же встанут под руку дворянина, то придётся раскошеливаться. И терпеть его воинов, которые начнут кататься по деревням, шпынять местных, под настроение портить девок и заниматься прочими средневековыми развлечениями.

Но я-то не деревенский. Я сюда прихожу только у Старой Эны немножко поучиться уму-разуму и пожрать её стряпни. Мне вот ехало-болело, кому они тут налоги платят. Начнут же воины тэна на меня бочку катить, дам им укорот. Придётся кого-то убить? Как выяснилось у меня это хорошо получается, а люди умирают ничуть не хуже диких зверей в лесу. Так что убью и уйду на север, пусть идут по следу. Даже если тэн отправит всю дружину, до наших с семьёй охотничьих угодий вряд ли кто-то дойдёт. А дойдут, так им же хуже. Тем более я могу и попетлять в конце и в болото Большого Ги заглянув, и к соседней стае и ещё к кое-каким конкурентам за добычу. Тэн пятёрка, у него в дружине найдётся максимум несколько четвёрок, остальные и того слабей. Так что быть им пищей для местного зверья, тут вариантов особо нет. Да и повернут люди, поняв, что дальше дружина просто сточится и собственные соседи тэна решат добить ослабевшего конкурента. Нравы тут простые, средневековые, а наместнику и присным в целом пофиг кому из мелких дворян принадлежит земля, пока налоги исправно платятся.

Однако бегу решать чужие проблемы. С#ка. Потому что меня разжалобили. Когда я привёл караван в деревню, то скинул всё на купца, а сам завалился спать. На следующее же утро, узнав что Эсуф собирается задержаться недели на полторы подлечиться и попробовать что-то придумать с покупкой лошадей, помахал ручкой и убежал к стае. И так загостился дольше, чем планировал. Разбор же, оценку трофеев и прочее оставил на Старую Эну, пообещав ей десятую часть. Многовато конечно, но нож и свитки я забрал сразу, а остальное на их фоне не особенно смотрелось… Разве что броня главаря, сделанная из кожи какого-то небесного зверя, но она мне всё равно была слишком велика, неудобна и не особенно прочна для моей ступени. Земельники вообще ребята здоровые, этот не был исключением, я же таким просто не вырасту, сил у них много, могут тяжести таскать без проблем, у меня же всё построено на скорости и ловкости… Короче не мой вариант.

Зато очень в масть зашёл один из свитков, вероятно как раз безголового ветровика. Там конечно описывались приёмы боя для второй ступени Лестницы ветра, а я стоял повыше, но это были практически основы, так что читал его я следующую неделю буквально запоем, отвлекаясь только на охоту и короткий сон. Серый, Лизь и Рыжая моим поведением заинтересовались, потому параллельно пришлось ещё и транслировать им информацию мыслеобразами, эдакое чтение вслух. Впрочем и в слух тоже, в устной речи я продолжал практиковаться. Волки покрутили носами, подумали и пришли к выводу, что у лысых двуногих не всё в порядке с головами. Причём дело было даже не в том, что я с некоторым трудом вспоминал иероглифы. Просто местные тексты о использовании Кив… Они, млять, ужасны. Если приёмы рукопашного боя и принципы движения на скорости описывались ещё более или менее понятно, хотя там тоже хватало около поэтических сравнений, где и хребет должен быть гибок аки молодая ива, и рука тверда, как вековечный гранит, то именно по работе с энергией царил мрак и ужас.

Сидя со свитком в руках тремя любопытными носами над плечами, я продирался через зубодробительные описания того, что идущий в Небо по Лестнице Ветра, должен концентрироваться на том, что он подобен лепестку лотоса, что в воздухе летит, но спустившись на воду останавливается, очешуительная трактовка умения правильно двигаться в схватке и не проскальзывать ногами по земле. Время от времени на очередной вырвиглазной формулировке невозможно было не ударить себя ладонью по лбу, обматерив автора данного опуса, через который всё таки надо было пройти, чтобы понимать, как думают и как дерутся мои коллеги. Волки следили за моим поведением, смотрели на иероглифы, впитывая мыслеобразы. Память они имели фотографическую, а интеллект ничем не уступающий человеческому, к этому я привык. Но очень удивился, когда Лизь в первый раз хлопнул себя лапой по морде и тоскливо подвыл, копируя моё поведение. Это было так неожиданно, что я аж выпал в осадок, но Серый вернул меня в реальность, велев продолжать. Развлечений в лесу было мало, волки ими были не искушены, все мы наелись очередным кабаном, а вожака похоже ещё и забавляли мои муки. Так что чтение продолжилось. Кому страдания, а кому аттракцион, млять.

Неделя прошла в каких-то жутких пытках разума, но некоторые вещи я уяснил. В частности в рукопашке ветровики практиковали что-то вроде китайского стиля журавля с его ударами и блоками ребрами ладони. Ну по крайней мере адепты того направления, которое описывалось в свитке. Или стиля, я пока не определился как это безобразие называть. С энергией же они творили какую-то несуразную дичь, пытаясь взаимодействовать с миром, отождествляя себя с неживыми предметами и явлениями природы. Если конечно я правильно всё понял, что далеко не факт. Однако мне тут в любом случае было проще, я брал пример с волков, видя как в них работает Кив. Мысленно косить под всякие лепестки лотоса и летящие в урагане песчинки я тоже попробовал, но ничего такого не случилось. То ли я делал что-то неправильно, то ли природа просто лучший учитель. Удары же на бегу рёбрами ладоней оказались чем-то довольно логичным, но только если ты мутузишь кого-то более хрупкого и медленного, чем ты сам. Пробегая мимо того же Серого в попытке так сделать я мог бы и руки лишится. Носится вожак не так быстро, но с реакцией у него всё в порядке, откусит кисть при попытке дать себе по носу и скажет что так и было. Свиток был не то чтобы бесполезным хламом, я лучше понял коллег и теперь представлял что от них ждать не только на примере отца, подчерпнул несколько интересных идей, которые следует обдумать, однако никакого прорыва сил у умений у меня не произошло. Но хоть братьев с сеструхой повеселил и то дело.

Вернувшись же в Речнолеску для очередного урока, я обнаружил свежие могилки по числу бандитов и ожидавшего меня Млэсте со старостами соседних деревень. Седовласые старики, которые рулили собственно деревней Старой Эны, Лисьим Носом, Дубравной и Белечьей грозно на меня посмотрели и вежливо попросили порешать проблемы, став их крышей. Нет, всё в целом было очень благообразно, чинно да пристойно и никто таких слов не говорил, но суть дела-то не менялась!

За ту неделю, пока я грыз гранит магической науки в окружении внутренне похохатывающей над двуногими идиотами лохматой семьи, кое-что успело случится. В первую очередь деревенские опросили купца с присными, которые пересказали события ночи на болотном острове начиная с вырезания командиров наёмников, заканчивая тем, что наплёл пленник. Староста с мужиками почесали репу и устроили доморощенным гангстерам новый допрос. С палаческими навыками у средневековых охотников было неважно, но зато энтузиазма хоть отбавляй, а про гуманизм они даже краем уха не слышали. В общем бандиты раскололись что называется до самых задниц, некоторые вполне буквально. Впрочем какая разница, всех в итоге повесили на суках, а на следующий день прикопали. Не кормить же их, правильно?

Последнее меня кстати до глубины души огорчило. На жизни бандитов мне конечно было плевать с самой высокой секвойи, решили казнить, значит нельзя помиловать. Но я всё же хотел попробовать провести несколько экспериментов в области лечения на людях, которых мне будет не жалко. Однако недооценил деревенских. Охотники были людьми прагматичными, такова же была и их жестокость. Дело шло к весне, запасов становилось всё меньше, а кормить более десятка лишних ртов, ещё и охраняя их, вместо того, чтобы идти на охоту добывать еду для своих семей никто не хотел. Так что верёвку на шею и прости-прощай.

Млэстэ же, почесав репу, отправил самых быстроногих охотников к соседям с важными вестями и попросил их прибыть для обсуждения вопросов, не терпящих отлагательств. Так что старосты примчались на саммит независимых деревень довольно быстро, а потом три дня судили и рядили. А в какой-то момент ещё и подключили Старую Эну, засыпав её вопросами обо мне. Результатом всего этого было решение подписать спортсмена, комсомольца и лесного демонёнка на свою защиту. Всё таки парень я вроде не злобный, Жэндэ вон даже сказки на ночь рассказывал и колыбельные пел, убивать умею хорошо, а жрать должен куда меньше дружины тэна. Стало быть дешевле обязан обходиться, хотя скупердяйничать они не будут. Все ж с пониманием и про взаимную выгоду знают.

В общем у старцев был офигенный план, который действовал ровно до того момента, когда я спросил:

— А что у вас такого есть, что мне надо?

И вот тут начались трудности. Деньги? Ну как бы казна отряда уже была моя, как и их оружие, которое стоило не так уж мало. Деревни охотников стоимость всего этого годами будут собирать, даже если вывести за скобки имущество купца, на которое я не хотел претендовать. На коммерсанта у меня были другие планы. Еда? Ну я действительно мало жру и делаю это в основном в лесу, а не здесь. Там Кив есть, тут нет, этим всё сказано. Одежда? Мне вполне хватает набедренной повязки. Да и шмотки бандитов как бы тоже мои, могу за несколько монет или какой цветок из леса попросить ту же Старую Эну что-то перешить. Оружие? Простые железки не интересуют, в том числе и бандитские, а из Кив-проводящего металла деревенским в жизни ничего не купить. Да и есть у меня уже вакадзаси, который в моих детских руках больше напоминает короткий меч, чем кинжал. Дом? Мой дом там, где моя семья, сюда я только по делу прибегаю и возможность бросить кости на лавке у травницы меня вполне устраивает. Не говоря уже о том, что настоящему индейцу и на голой земле спать вполне комфортно. Женщину? Ну мне пока рано… Да и со своим баблом я могу смело свататься к дочке любого старосты. Только не хочу пока, жена это всё таки такая морока, к тому же к ней как раз придётся и дом организовывать, и стол, и шмотки и всё остальное. Короче абсолютно непрактичная затея, пока совсем жизнь не припрёт, я убеждённый холостяк. Вот и выходило, что платить деревенским мне за крышу вроде как и нечем, потому что мне от них ничего не нужно, я абсолютно самодостаточен.

На том наш разговор был окончен, потому что стариканы взяли время на подумать, а я отправился практиковаться в стрельбе из лука. Только буквально через пол часа меня прервали, пришла Жэндэ, начав просить помочь деревни. Но получило ответ:

— Ага, помогу. А на следующий же день меня опять объявят лесным демонёнком и твои же родители, которые тебя скорее всего ко мне и послали, запретят ко мне и близко подходить. Видал я уже благодарность жителей Речнолески.

— Не твоя правда, Ромул — подключилась к диалогу Эна — Я-то наш договор честно соблюдаю как раз в благодарность за твою помощь.

— Бабка, ты договор с благодарностью не путай — хмыкнул и пустил очередную стрелу — Чай за нарушение я и спросить мог бы. А пригласили меня в свой дом те, для кого я красные цветы помогал добывать? Другом назвали? Может с дорожки крынку морса хоть разок подносили, когда я прибегаю? Хр#на с два, даже её отец при виде меня старается отвернуться, даром что не случись я рядом с тем болотом, он бы тут в твоей избе отдал бы богам душу.

Малявка на нашу перепалку посмотрела, послушала, разревелась и убежала. Настроение было испорчено, но тренировка продолжилась. Только опять не надолго. Сначала заплаканная Жэндэ вернулась с родителями, которые долго извинялись и таки принесли эту долбанную крынку морса с пирогом. А потом началось паломничество баб с детьми, которые слёзно меня упрашивали всё таки помочь им, горемыкам. А то налогами ж всё поотбирают, пустят помиру, а детишки в следующую зиму с голоду помрут. И это ещё не говоря о том, что перед этим новые бандиты обязательно тут всех закошмарят, мужиков побьют, девок снасильничают и так далее и тому подобное… В общем в обед я послал всех на известный орган, заперся с Эной в избе, велел хоть ей помолчать и начал думать над вопросом близким к Раскольникову, решая тварь я дрожащая или человек?

Таки выходило, что человек. Потеряв банду наёмников тэн скорее всего наймёт новую и будут трупы, а так же все прочих неприятные явления средневекового рейдерства. И подыхающие с голода дети тоже обязательно будут. Потеря основного кормильца тут критична для выживания, а число охотников обязательно подсократят. Я же не имею никакого желания потом вешать прокорм четырёх деревень на свои хилые плечи, когда мне совесть станет выгрызать печёнку. А она станет, я её знаю. Так что по всему выходило, что впрягаться мне придётся.

Перекусив и подумав ещё, я таки дошёл до очень важной мысли, до которой почему-то не доходили любители трико из западных фильмов. А именно до понимания, что люди ни черта не ценят того, что достаётся им бесплатно. Даже если речь о человеке со сверхспособностями, который спасает их задницы. Уж очень хорошо мне помнился старый мультик про человека-паука девяностых, где парень забивал на личную жизнь и бесплатно рвал жилы, стремясь помогать людям, а его склоняли на все лады, хотя по хорошему за свою работу он должен бы был получать зарплату парочки отделов полиции и заодно трёх взводов местного спецназа. Не говоря уже о власти, которую порождает винтовка. У бедолаги она порождала почему-то только ответственность.

Покумекав так и эдак, я доел суп из кабанятины с земляными яблоками и пошёл в дом старосты выдвигать условия нашего дальнейшего сотрудничества. А именно во-первых фактическое признание меня их тэном и насрать на то, что это незаконно без санкции королевского дома. На герб и вписывание моего имени в книгу дворян королевства мне класть, мне нужно подчинение. По большому счёту не нужно конечно, но местным жизнь мёдом казаться не должна. Во-вторых поиск для меня учителя не ниже пятой ступени Лестницы Ветра. Не представляю где они такого найдут, но это их половые трудности. В третьих уплата налогов в мою пользу, взнос равен взносу в королевскую казну. Пожалуй самое гуманное требование, подати тут как раз довольно мизерные. К моему удивлению старики взяли и сразу на всё согласились лишь с тем условием, что проблему я и правда порешаю. Даже не торговались, чтоб я мог обидеться и с чистой совестью их просто послать. Сволочи.

Так что пришлось властью данной мне договором приказать откапать главаря, выдать мне крепкий кожаный заплечник и бежать к замку Лэномы оставлять послание. Хорошо хоть дорога была нормально объяснена Эсуфом, а на перекрёстках были камни с указателями. План у меня был простой как три рубля и ближе к утру вторых суток я наконец домчал до места, где следовало его исполнить. Замок тэна был небольшим, но довольно внушительным строением. Квадратная башня донжона в центре и четырёхугольная же стена с бойницами. Стояло строение на холме, доминирующим над окрестностями, так что разглядеть что-то в замковом дворе, не влезая на стену, не представлялось возможным. Поле вокруг укрепления было вычищено от растительности. Но из соседнего леска я вполне почувствовал внутри одного пятёрку-огневика, двоих земельников четвёртой ступени и одного, точнее одну, водницу третьей, вероятно благовредную хозяина. Скромновасто… Впрочем в замке не вся дружина сидит, часть расположена гарнизонами в деревнях, патрулируя окрестности. Там наверно и мой коллега воздушник, со слов купца должен быть у тэна один такой кадр-четвёрка. Можно сказать, что повезло, если придётся резко тактически отступать, погнаться за мной будет особо некому. Впрочем и от четвёрки убежал бы.

Спустившись с дерева после тщетной попытки разглядеть что-то внутри, я лишний раз порадовался, что местные маги сильно отстают от зверья Смертолесья в плане чуйки. Тот же леопард, который подпирал нашу стаю с юга, уже бы не спал, будь я к нему так близко. Осмотревшись вокруг, я выбрал подходящую берёзку и пустил в дело танто, срубая дерево. Его мне было пожалуй даже более жаль, чем мёртвого обладателя головы в заплечнике, но для дела было надо. После того как я обрубил ветки и совсем слабую часть верхушки, в моих руках оказался четырёхметровый кол, то что доктор прописал. В идеале бы на него Лэному сажать, но пока придётся ограничится намёком на то, что этот педигри-пал ходит по ох#енно тонкому льду, как говаривал один серьёзный дядя. По предполью замка я тихонько пробирался ползком, вслушиваясь в то, чем заняты часовые на стенах. Те к моему неудовольствию те не спали и не бухали на постах, но к счастью чаще точили лясы, чем всматривались в ночной мрак, ходя по стене. Дождавшись жаркого обсуждения верхних девяностых дочки трактирщика из соседней деревни, я тихо и аккуратно установил кол с башкой вертикально и быстрыми движениями вкрутил его в землю, а потом тихонько юе свалил сначала в всё тот же лесок, а потом сделал крюк подальше, прыгая по веткам деревьев. Зелёных исполинов Смертолесья тут не наблюдалось, но управился.

Кол заметили через пол часа, в темноте тяжеловато разбирать неподвижные предметы. А заметив, подняли тревогу, а не забили болт на непонятную штуку до утра. Дружинники тэна были неплохо вышколены. Где-то через пол часа с стены скинули верёвку и вперёд был отправлен разведчик, который таки разобрался что там маячит, снял башку, нашёл воткнутый в её рот кусок кожи с иероглифами и потащил в замок. Ещё один плюсик воякам, не стали открывать ночью ворота замка.

Было далековато, но тэна в самом богатом шмотье я на стене разглядел. Жаль правда выражения лица ушлёпка не увидел, когда тот прочитал «Пришли в следующий раз кого-то покрепче и побогаче, с этих голодранцев снять было почти нечего». Для провинциального дворянина подобное должно было быть сродни удару серпом по яйцам. Наёмники за свои услуги берут хорошо, собственно их зарплату я уже прикарманил, а танто главаря из Кив-проводящего металла и вовсе штука не только дорогая, но и статусная. Своими действиями я дал понять, что деньги Лэномы улетели в трубу, а о его действиях известно кому-то, кто уже тихой сапой подмял деревни под себя и держит там достаточно мощные силы, чтобы прихлопнуть отряд во главе с четвёркой без особого напряга. Ну а ещё достаточно силён или отморожен, чтобы класть на всякие этикеты и стебаться. Теперь осталось посмотреть, что он предпримет… Ну помимо поиска моих следов, для того на деревьях и сижу, чтоб оценить навыки местных следопытов.

Глава 18

Тэн Лэнома меня одновременно и разочаровал, и порадовал. Люди у него были обучены и вымуштрованы на совесть, весь лес перерыли, даже нашли мой след от восточной дороги, не зря крюк делал, наводя тень на плетень. Сами бойцы в целом тоже производи серьёзное впечатление, хотя и были в основном обычными людьми. Внимательные взгляды, плавные движения, слаженные действия, хорошее снаряжение, всё это заставляло относится к ним серьёзно. Но вот дворянчик похоже додумался до двухходовочки потому что был не только хитёр, но и малость робок.

Замок у него перешёл практически на осадное положение, патрули на земле усилились, но никакого подразделения на север не выдвинулось. Даже ни один сраный разведчик не побежал выяснять нет ли по пути туда засады и что вообще творится. Чужая отрезанная голова прям волшебным образом добавила здравомыслия его собственной, а мне не пришлось ввязываться во всякие нехорошие дела вроде ночных нападений на его людей. Оно наверно и к лучшему. Мужики службу несут, их дома семьи ждут… А я как-то не чувствую себя попаденцем-нагибатором, который готов резать всех на право и налево ради личных целей, плодя вдов и сирот. Может потому что сам сирота, а может из-за того что где-то глубоко во мне по прежнему сидит простой русский мужик, который помнит что такое хорошо, а что такое плохо. Убивать же без острой на то необходимости всё таки не комильфо.

Если же я правильно просчитал благородного ушлёпка, то он сейчас должен очень пристально смотреть за соседями, потому что вроде как больше некому подминать под себя ближайшие к нему деревни на севере. Его должно очень интересовать, кто это так незаметно усилился, что держит там значительный гарнизон и чем это грозит лично ему. Вторым вариантом была вероятность того, что охотничьи селения уже лежат под какими-нибудь бандитами или ещё кем-то независимым от центральной власти вроде тех же наёмников, которые могут жрать отряды коллег на завтрак. Так же не удивлюсь, если вскоре по самим деревням проедет любопытный купец, который будет подпаивать и расспрашивать местных. По крайней мере я бы такого послал помимо обычной разведки. Но тут остаётся надеяться на здравомыслие деревенских, которые не спалят ситуацию раньше времени. Впрочем шестёрка без дружины остаётся шестёркой, так что не уверен, что тэн решится на силовые действия, узнав обо мне, скорее уверен в обратном. Наверно следует ожидать подключения помощника наместника, который смотрит за ситуацией на местах в Сэмфатэне. Расскажут ему конечно какую-нибудь лажу, а не правдивую версию событий с наймом людей для чисто бандитских действий. Но всё же выпил мага четвёртой ступени это такой звоночек, которым мужик скорее всего заинтересуется. Надо бы кстати поинтересоваться, как его должность правильно называется, не просто назначенец же наместника. Однако как бы не звался, а вопросы к охотникам в Северном Торжке скорее всего будут, но тут уж пусть старосты решают кого отправлять. Нужны ведь либо хитропопые донельзя, либо совсем валенки, от которых вразумительного ответа фиг добьёшься. Моя не знать, моя не видел, моя только зверя в лес бить и домой покушать ходить, меня надо понять и простить.

Ну а я закончив наблюдение за замком и окрестностями свалил обратно к Речнолеске, на всякий случай крутя петли и путая следы. Сомнительно что тут найдётся кто-то способный вообще их найти, когда мне того не хочется, всё таки жизнь научила оставаться незаметным даже в Смертолесье, как люди называют мой милый и уютный дом, но иногда лучше перебдеть, чем недобдеть. Путь занял несколько больше времени, но однако до цели я добрался, перекусил с утра чем Старая Эна угостила, не обнаружив в еде неучтённых приправ, коротко отчитался старосте, что проблема решена как минимум на время, если их подопечные не будут трепать лишнего, а потом пошёл искать купца.

Эсуф вполне себе подлечится, но проблему транспорта пока не решил. Охотники не крестьяне, лошади тут в большом дефиците. Хотя и пахари не спешили бы продавать тягловую силу перед посевной, самим нужнее. Так что почтенный торговец планировал оставить телеги здесь и пешком идти до Сэфатэна, где думал как-то сторговаться. Возьмут там наверняка дорого, но не бросать же вообще всё? В общем мужик конкретно так попал, но зато хоть жив остался и семью не потерял. К тому же я не стал заявлять права на его имущество, которое тоже мог записать в качестве трофеев с бандитов, за что он был мне по гроб жизни благодарен. Ну или как минимум очень хорошо это изображал. Средневековый купчина судя по всему жуком был хитрым, как ему и положено, так что я не был уверен что именно у него на уме. Однако решил рискнуть и озадачить его сбытом трофеев где-нибудь не в Северном Торжке, где их могут спалить люди тэна или ещё кто-нибудь. Был конечно риск, что он всё толкнёт, но не привезёт денег, но мной было решено им пренебречь. Я всё равно не представлял куда тратить свалившиеся на меня бабки из походной казны солдат удачи, которые в своё время заплатили наёмникам авансом. Магазинов-то в Смертолесье не было. Процент за услуги мы с коммерсантом оговорили, он вроде бы устроил нас обоих. Настало время поинтересоваться фамилией моей семьи.

— Махрим… — задумчиво проговорил купец — Хм, слышал я её где-то. На юге слышал, дай вспомнить. Почему ты про неё вообще спросил?

— В свитке встретил — соврал я.

— Свитки наёмников — хмыкнул купец, похоже не совсем поверив — Слушай, вспомнил. Был такой бастард, рассказывали мне про него байку.

— Бастард? — приподнял я бровь.

— Так называют тех детей, которые рождены не в законном браке — пояснил мужчина на всякий случай — Конкретно этого заделал какой-то из младших наследников на последней войне, покувыркавшись то ли с наёмницей, то ли вообще с ополченкой. Никогда б о нём не знал, мало ли благородные так детей настругали и сколько признали, но этот Алдэ, как его звали, умудрился влипнуть в историю, влюбившись не в ту женщину.

— Отворот поворот получил за своё происхождение? — поторопил я купца вопросом.