Бремя защитника (СИ)

Только сейчас я понял, что мой план удался. Вот теперь нужно было максимально быстро додавить уродцев. Никакой пощады — только максимально полное и жесткое истребление противоестественной биомассы! В небо взмыли сигнальные ракеты, указывающие о всеобщей атаке. За несколько часов боя, судя по горам трупов, полегла львиная доля атакующих. Требовалось оперативно закрепить успех.

Штабные офицеры на конях приблизились к лагерю противника. Пеших, я оставил сформировать атакующий порядок из защитников правого и левого редутов. Да, я жертвовал стратегической инициативой, но неорганизованная атака могла привести к крупным жертвам среди наших войск. Отступающие от редутов по направлению к своему лагерю хошбаны находились по отношению к нам, максимально быстро прискакавшим на лошадях к вражескому штабу, со стороны тыла и все еще представляли собой серьезную угрозу. Нужно было связать их сражением и максимально быстро истребить огневым боем.

В самом лагере рубились конные и пешие войны Кардонта и Эдрана. Точнее сказать — было избиение немногочисленных оставшихся в лагере воинов. К своему неудовольствию среди трупов обнаружил большое количество своих солдат. Храбрые воины отдали свои жизни во спасение остальных. "Сам погибай, а товарища — выручай" — учил нас непобедимый Суворов.

В центре лагеря скопились прекрасно защищенные хошбаны, они рубились с такой яростью, будто им уже было некуда бежать. А за ними я разглядел шаманов, вызывающих дух их грязного владыки Бравомира.

Облако, которое появилось после их необычных обрядов, было больше и ярче того, которое я встречал во время пленения вместе с Пурьгорем в самом начале моего путешествия. Сфера, внутри которой блистали разряды молний все расширялась. Я мигом сообразил что делать.

— Все назад! Быстро! — крикнул я сопровождавшим меня. Достал из кармана тот самый кристалл улуна, почему-то предназначавшийся исключительно для меня, и услужливо переданный мне вождем секты отшельников-протаиков. Активировав кристалл улуна, с удивлением обнаружил что сфера приняла меня. То самое четвертое измерение или "Невидимый спектр" о котором рассказывали мудрецы. Именно в нем обитали разные невещественные сущности, демоны, духи и прочие бесплотные создания этого мира.

Все эти годы я по крупицам собирал разрозненные знания, по магическим и сверхъестественным аспектам, встречающимися мне на этой планете. В созданном мной произведении я особо не включал магическую составляющую, лишь допускал её существование. В итоге тот же Бравомир стал объектом моего исследования. И сейчас, похоже, мне придется встретиться с ним лично.

Глава 6. Усталый демон

…От белизны пространства резало глаза. Я тщетно старался ощутить свое тело. Посмотрел вниз и не увидел ног. Имелось что-то на подобии рук Прикоснувшись ими к животу и груди, почувствовал некую плотную структуру. Странные ощущения легкости и невесомости приятно щекотали вестибулярный аппарат. Видимо, иное измерение — иная структура материи — иные ощущения.

— Наглец, назови себя! — пронеслось откуда-то сбоку.

Мой взгляд переместился по направлению к источнику звука. Не знаю, повернул ли я голову, либо повернулся "телом", но факт того, что угол моего зрения сместился был очевидным.

Предо мной парило существо, похожее на облако, но с человеческим лицом.

— Бравомир? — растерянно, будто перед учителем, заставшим меня курящим в школьном туалете, произнес я.

— Кто ты, нечестивец? — властным голосом произнесло облако.

— Я… Михаил… — уже более твердо, но как-то скомкано произнес я.

— Михаил? — словно смакуя на вкус мое имя, сказал Бравомир. — Тогда я понимаю, зачем ты пришел.

Я даже несколько оторопел. Но облако продолжило.

— Видимо, ты тот самый… — голос демона стал не такой надменный, как поначалу. Можно даже сказать, он слегка сник. Бравомир попытался атаковать меня, направив заряд какой-то незнакомой энергии, но кристалл улуна, активированный мной, отразил атаку. Мне даже не пришлось ничего делать для этого. Демон попробовал еще какие-то манипуляции с пространством, но невидимый кокон отражал все попытки. Бравомир как-то даже ссутулился и примирительным тоном произнес:

— Честно говоря, я уже устал. Тысячи лет… Я не хочу жить как остальные. Не хочу действовать по чужим инструкциям и правилам. Умереть бы, но как это сделать?

Выслушав унылую тираду я ничего не поняд. Бред какой-то! Еще недавно пытавшийся меня убить Бравомир, выглядел как-то жалко.

— Я пришел спасти своих людей! — я, наконец, обрел уверенность в себе и сказал самое главное. — Дай нам спокойно очистить землю карогов от этих отвратительных созданий преисподней.

— Да убивай хоть всех! — усталым голосом ответил Бравомир. — Что буду я сопротивляться, что нет — все равно у тебя кристалл улуна. Только дай мне спокойно уйти из этого места.

— Кто ты? — я смелел все больше.

— Я Бравомир Петрович, член команды ремонтного подразделения миссии "Последняя надежда".

Вот это да! Я, пораженный услышанным, складывал в пазлы имевшуюся информацию. ИскИн базы № 6 рассказывал, как после планового ремонта анабиокамер обслуживающего персонала, пришлось разбудить ремонтников. Те сначала утопили единственный спасательный корабль, а затем чуть не перебили друг друга, споря о разном подходе к времяпрепровождению после потери связи с Землей. Сторонники объятий Бахуса не справились с более дисциплинированными коллегами, и первых отправили в ссылку на далекий необитаемый остров последние. Круг замыкался, а я, находясь в этом мире уже несколько лет, уже не удивлялся ничему. Особенно после того, как на Ктали-Матра был ошарашен от рассказов о будущем Земли остроумного искусственного интеллекта.

Так вот ты кто — нечестивый демон Бравомир! Но как? Ремонтники, судя по рассказам смотрящего за исследовательскими базами, являлись обычными людьми. Да, носителями культуры развитой цивилизации, но вполне себе смертными созданиями природы. Но начал я с другого.

— Что значит "тот самый"? — задал я вопрос усталому демону.

— Верховный Распорядитель в самом начале "пути", сказал, что рано или поздно появится некто, который по своей сущности является центром и условием создания этого мира. Кто придет сюда, чтобы стабилизировать мир, если мы перестанем соблюдать баланс добра и зла. Если честно, то я не очень хотел начинать этот "путь". Хватало еды, самогона, было множество женщин из аборигенов, воспринимающих нас как высших сущностей. Состарился бы и умер. Но Андрей Соколов, наш вожак, практически принудил меня и Томаса начать его.

Мне даже не приходилось его спрашивать. Видимо по жизни Бравомир был не очень сильным в психологическом плане человеком и плыл по течению. Возможно уже ожидал возмездия за свои поступки, регулярно мучимый совестью. Но что за "путь"? И кто такой Верховный Распорядитель?

Я уже ощущал себя хозяином положения. Первоначальная атака энергетическим сгустком ни к чему не привела, показав полное бессилье демона. Да и растерявшийся Бравомир сам признал, что не имеет способов спастись от кристалла улуна. Возможно все эти годы он только и делал, что ожидал возмездия, а сейчас у него с души спал камень ожидания.

— Расскажи подробнее про "путь" и Верховного Распорядителя, — сказал я, стараясь сохранить спокойный тон.

— Я подрядился в корпорации "Гармония" для участия в проекте "Последняя надежда" на планете GHIP-3267 ремонтником оборудования, — продолжил демон. — На Велесе, планеты системы Корпус, созвездия Скорпиона, где я родился и вырос, накопил много долгов, знатно накосячил и подумал, что тысяча лет в анабиокамере исправят мою жизнь. Но теперь понимаю, что зря я согласился. Не в человеческой природе жить столько лет. Далее, когда нас разморозили через тысячу лет для планового ремонта анабиокамер…

— Я знаю эту историю — перебил я его. — Значит ты был с теми, кто предпочитал сутками пить дармовой спирт, созданный оборудованием из морской воды?

— Ну а представь, — виновато сказал демон. — Сидишь ты такой на базе. С Землей контакт потерян, как и со всеми известными тебе мирами. При этом уже тысячи лет. Перспектив отправится в цивилизацию нет, поскольку корабль утоплен полудурками, не сумевшими договориться. Голова идет кругом от перспектив в замкнутом пространстве исследовательской базы. Год жили нормально. Пытались отсылать сигналы, сканировали все прежде заселённые планеты. Мутили эксперименты, ставили опыты, типа делали вид, что мы верны призванию исследователей дальних миров. Но когда поняли, что с привычным нам миром случилось нечто ужасное, в секунду погубившее всю человеческую цивилизацию, начали унывать. Нет целей, нет задач, нет перспектив. Еды — море. Склад до отказа был завален сухими пакетиками бессрочного срока годности. Кроме этого Дроны станции подстреливали птиц, поросят, коров, ловили рыбу. Женщин правда не было. Но комнаты психологической разгрузки… помогали… почти как в жизни… Дармовой спирт рядом — нажми на кнопку и весь океан превратиться в него. Поначалу снимали стресс, а со временем все сильнее уходили в забытье. Фармакология и лечебные камеры очищали организм практически полностью от ядов, сводя на нет негативные эффекты употребления алкоголя. Поэтому возникла иллюзия, что можем бухать без последствий для организма и для личности. Но оказалось, что это заблуждение. Начали возникать споры с теми, кто категорически не принимал наш образ жизни. В один из них, нам пришлось покинуть базу не по собственной воле.

— Пьяниц выгнали? — вспомнил я рассказ ИскИна.

— Ну… да… Мы были в сильном подпитии. Решили взять бразды правления, но получили неожиданно жесткий отпор. В итоге оказались на острове. Достаточно крупном. Поначалу были в полной растерянности. Что? Куда? Нам оставили запас еды на месяц… И спирта… Тоже на месяц. Соорудили лагерь, начали самоорганизовываться уже сами. Ловили животных, сами готовили еду, начали гнать самогон — зависимость уже переросла во вторую стадию. Ну а там начали воровать женщин у племен по соседству. Сначала аборигены в ярости решили перебить чужаков, но перестреляв одно племя электронно-лучевой пушкой, туземцы стали сами приносить нам в жертву каждую неделю девушек. Мы для них были сошедшими с небес божествами. Вроде бы тропический рай — знай беззаботно живи. Но тут мы наткнулись на развалины древнего сооружения… Оно было очень старым, полуразрушенным, поросшим травой и мхом. Такое ощущение, что зданию было не менее пары десятков тысяч лет. Когда мы оказались в сложном лабиринте подвальных конструкций, здание будто ожило и к нам обратился Верховный Распорядитель. Он будто проснулся после многолетней спячки.

— Кто такой Верховный Распорядитель?

— Это… как бы тебе сказать… даже сложно подобрать описание с точки зрения человеческой логики. Он помогает встать на "путь"! Он не похож ни на что виденное людьми когда-либо. Его даже не с чем сравнить!

— Хорошо! А что такое "путь"?

— Это опять-таки сложно сравнивать с чем-то из человеческих аналогов. Если очень грубо и упрощенно — это оцифровка личности — полный переход в иную форму существования, перемещение в другие измерения и спектры. Мы потеряли наши телесные оболочки, но оказались в верхних структурах оболочки мироздания. Здесь мы столкнулись с настоящим ужасом и просто сверхчеловеческим неестественным злом, нас окружили такие страдания, которые за всю историю не испытало все человечество вместе взятое. От безумной боли и нечеловеческого ужаса сковывалась воля, разум и само наше существо.

— И что дальше? — спросил я, заинтересованный.

— Оказывается наше бедственное положение длилось всего-то микросекунду, но от тех жутких страданий даже время цепенело, замирало на месте. Верховный Распределитель вовремя вытащил нас в переходный мир между сущностями или "Невидимый спектр", где сейчас находимся и мы. Это своего рода предбанник, буферная зона для входа в миры, заселённые существами такого уровня, для которых мы в миллионы раз ничтожней амебы. По рассказам Верховного Распорядителя, там эволюционируют все успешные цивилизации, не угробившие себя взаимным истреблением в процессе развития и достигшие умопомрачительного технологического прогресса. То, как и чем они там занимаются неподвластно объяснению нашему скромному разуму. Это и есть "путь" и мы находимся в его самом начале, максимально безопасном. Когда накопим силы, возможно нас впустят развиваться в более дальние области. Но я уже не хочу! Надоело! Тысячу раз пожалел что встал на "путь"! Так хочется опрокинуть рюмку самогона или пощупать грудастую туземку!

— И нет обратного хода? — спросил я, раскрывая тему бесплотных сущностей.

— Нет. Мы сделали свой выбор. Сокол, как мы называем нашего вождя, мотивирует всех максимально развиваться. Но я поэтому и на отшибе, что стал для них изгоем. Развлекаю мутантов спецэффектами, да изредка помогаю им в разных делах.

— И в сражениях тоже? — я подходил к главному вопросу, за которым, наверно, и пришел.

— До этого я еще не такой развитый. Очень сложно пока на прямую влиять на физический мир. Могу только опосредованно. Да и ты со своим кристаллом можешь влиять только на магических, таких как я, и полумагических существ, таких как жаба и разнообразные прислужники — насекомые. В физическом мире, от такого кристалла нет проку. Поэтому до сих пор Сокол не захватил власть над континентом — не хватает силы и влияния. Но движется он в правильном направлении и скоро совершит задуманное.

— То есть — это магия? — указал я на кристалл.

— Если бы перед Юлием Цезарем пролетел Миг-29, испепелив одной ракетой несколько центурий, или же Тяжелая огнеметная система (ТОС) "Буратино" атаковала средневековых рыцарей, то к чему бы представители более ранних времен отнесли все это? Когда разум не в силах понять, осознать и вместить в свое мировоззрение сложные вещи он наделяет их сверхъестественностью. Магией! Также и твой кристалл — лишь творение высоких технологий, которые ты не в силах осознать. И для тебя это сказка, волшебство, колдовство.

— Кто такие улуны? — задал я вопрос, давно мучивший меня. Мне показалось, или Бравомир слегка улыбнулся.

— Ты должен знать. Ты же избранный!

— Я знаю лишь, что это таинственные волшебники, снабжающие мир кристаллами и трансмутаторами, да периодически уничтожающие целые страны.

— Этот мир не так прост как кажется. Он очень, очень древний. На нем родилась и ушла в другие пространства не одна цивилизация. Поэтому нам пока доступен только один континент. Любые попытки жителей известной нам части мира отправиться за его пределы оканчивались полным исчезновением экспедиций. Возможно технические средства и парусные суда не позволяют покорить просторы океана, либо же вмешательство иных сил — мы не знаем. Планетарная миссия "Последняя надежда" прилетела на, казалось бы, девственный мир, запустив процесс эволюции на всех континентах. Что в итоге получилось известно лишь искусственному интеллекту базы. Вполне возможно, что там, за океанами, развитие складывалось по таким законам, перед которыми человеческая логика просто отступает.

— Конкретней про улунов, — неторопливо спросил я, прервав полет мыслей усталого демона.

— Поначалу мы считали их потомками оставшихся на главной исследовательской базе наших коллег, недружелюбно относившихся к нашему хобби. Но доказательств этого нет, как и нет прямых следственных связей с целью их деятельности. Загадочные, странные непонятные, разрывающие всякие шаблоны, их не понимает весь физический мир, как не можем понять и мы.

— А что стало с вашими товарищами, оставшимися на центральной базе?

— Пока мы обитали на острове, гедонистически удовлетворяя все свои низменные инстинкты, отследить их деятельность мы не могли. Перейдя на "путь", обнаружить их тоже не получилось. Понимаешь, становясь бесплотным низших порядков, у тебя не так много возможностей. Ты глух, слеп, беспомощен. Даже сейчас за столько лет, я могу лишь показывать дешёвые спецэффекты, такие как даровать плодородие мерзлой почве, исцелить от болезни, спасти от пожара и все в таком духе.

— Как вы общаетесь с "коллегами", с теми кого выгнали на остров?

— Да редко. За последние десять лет, виделись лишь пару раз. Мне было дано задание расплодить хошбанов и очистить тундру от остальных племен. Для этого мне дали в помощь исчадий преисподней — жабу и её помощников. Мерзость какая! Сначала кароги, сейчас — номады, далее — остальные по списку. Затем, по сигналу, когда хошбанов будет миллионы особей — обрушиться на северные цивилизованные государства. Веришь — все это кровавое безумие стоит костью в горле. Не научило их то, что сто лет назад улуны стерли с лица земли проклятые земли Ульвии и Зола. А ведь это был процветающий край. Именно там начались эксперименты с хошбанами, которым дали жизнь с помощью кровавых ритуалов.

Поток разговорившегося "ремонтника" изливался рекой, поэтому я не спешил его останавливать, откладывая в памяти интересные моменты.

— Так вот, похоже, баланс добра и зла нарушился в пользу последнего. Об этом и предупреждал Верховный Распорядитель. В истории земли любое нарушение баланса заканчивалась войнами и восстановлением этого равновесия. Но здесь, не имея явных врагов, Сокол, похоже перешел невидимую черту и появился ты…

— Вы не знаете что происходит на других континентах?

— Наших возможностей не хватает, чтоб заглянуть за океаны. Но там есть цивилизации и похоже достаточно серьезные. Но для нас это недоступная земля, пока мы не улучшим свои способности.

— Если я тебя отпущу, ты обещаешь, что больше никогда не помешаешь мне?

— Михаил, я устал уже от своей ноши! Я бы хотел поселиться на необитаемом острове и больше не видеть всего этого кровопролития, насилия и вторжения тварей преисподней. Я так устал! Мне надоело все это! Миша, только не заключай меня в кристалл!

Бравомир совсем поник, сжался в крохотное облачко, которое слабо трепетало передо мной. Мне не в чем было его обвинять. Навязанная роль владыки мутировавших тварей явно была в тягость этому слабому при жизни человеку, ведомому и малодушному. К тому же, если взглянуть правде в глаза, я не знал как кристаллом умертвить или заключить в оковы Бравомира. Мне оставалось лишь только, состроив гримасу милостивого победителя, согласиться с условиями демона.

Глава 7. Орда

Все же, кое что с Бравомира я поимел, прежде чем отпустить бедолагу на вольные хлеба. С помощью каких-то своих возможностей, Бравомир предстал перед каждым из своих мутантов. Объяснив, что они все исчадья ада и не должны жить, демон искренне пожелал этим упырям сдохнуть. Ему как-то сразу стало легче и он исчез в неизвестном направлении. Конечно, я не наивный дурачек и понимал, что избавившись от верного заточения в кристалл улунов, тот, лишь разыграв сцену сожженного совестью демона, мог запросто уйти к Соколу и рассказать о сделанном мной. Но терять мне было нечего, будь, что будет.

Боевой дух хошбанов моментально сник, после такого признания со стороны их потустороннего повелителя. Разгром отрядов охранения перевалов был полным и сокрушительным. Пленных не брали. Ну представьте себе что на вас напали волки, или другие животные, идет схватка не на жизнь, а на смерть. Будите вы брать волков в плен?

От хошбанов было мало толка. Будучи связанными они упорно молчали под любыми пытками. Работать не хотели, переставали есть и пить, медленно умирая в заключении.

Зачищали местность еще три часа, так что битва закончилась только к самой темноте. Усталые, но довольные победой солдаты и офицеры радовались первой серьезной военной виктории нашего молодого государства. Я разрешил выпить по кружке вина или зирики — не больше.

Мне пришлось довольно быстро стряхнуть с себя эйфорию, позволив предаться ей солдатам и офицерам. Слишком много мыслей возникло после встречи с Бравомиром. Бардак и сумбур в картине, созданного мной же мира, все увеличивался. Усложнялась структура, взаимоотношения, правила, уровень противоборствующих сторон. Появлялись новые пространства, новые игроки, новые континенты и потусторонние уровни развития для высокотехнологичных цивилизаций. Из простой книжки про похождения удачливого попаданца вырастала целая вселенная!

Но в данный момент, нужно было решать оперативно-тактические задачи, чтоб дать себе свободное время поломать голову над стратегическими. Нужно было как можно скорее зачистить всю тундру от поселений хошбанов, дабы оборвать бесконечный приток новых новобранцев. Во-вторых, требовалось укрепиться и подготовиться к возвращению основной массы дикарей с востока. И в-третьих, узнать об успехе миссии Артаса к номадам и принятие плана совместных действий. Без гордых сынов тундры оставаться один на один с сотней тысяч обезумевших головорезов — это билет на тот свет.

Конечно, бывало в земной истории, когда на порядок меньший по численности отряд бивал намного превосходящего противника. Но это было сочетание удачи, военного гения полководца, характеристик рельефа, дисциплины, боевого духа и организации войск. Еще десятки факторов, взятых на заметку талантливыми полководцами могли решить исход сражения. Но я отнюдь не причислял себя к ним, скромно говоря себе, что я лишь использую исторические сведения о тех или иных битвах и совершаемых действительно великими военоначальниками маневрах. То есть тупо воровал и использовал авторские разработки других людей в военном искусстве.

Потеряли мы достаточно много солдат. 86 убитыми и 129 раненными. 200 человек были частично или полностью выведены из строя. Пятая часть войска! Но при столкновении в 20 раз превосходящими силами, можно считать это лишь комариным укусом. Другое дело превосходящий тебя в сто пятьдесят раз противник! Там уже без шансов для любого военного деятеля.

У меня было два плана на разные случаи развития ситуации. Первый — при взаимодействии с номадами заманить в ловушку, окружить и уничтожить основные силы. Второй — если с номадами ничего не получиться — с помощью быстрого маневрирования уходить от сражений с основными силами и разбивать маленькие отряды. Второй вариант требовал ювелирной точности и максимально полного знания о перемещении войск противника. Но он был вполне осуществим.

Несмотря на эйфорию и царящее воодушевление установили новый лагерь, в штабной палатке которого почти всю ночь распределялись задания.

— Уважаемые господа! Поздравляю всех вас с победой! — начал я официальным тоном. — Анализ действий офицеров проведем по окончании экспедиции, как и награждение отличившихся. Сейчас же важно определиться с нашими действиями завтра. Итак, будет сформировано восем ударных групп по сотне в каждой. Они буду общевойсковыми самостоятельными единицами. Будут поделены даже специалисты медслужбы, инженеры и снабженцы. Одной группе, которая останется здесь и будет ожидать известий с востока придаются все разведчики. Будет вестись мониторинг появления частей противника, либо же посланников от номадов. Остальные — в короткие сроки должны прочесать всю территорию тундры от западного океана, до реки Солоны, включая проклятую территорию Ульвии и Зола. Закрепимся на её берегу и будем ждать развития событий. Есть возражения?

Усталые офицеры лишь помотали головами, было видно как моральное и физическое истощение от прошедшего боя повлияло на их податливость в вопросах оперативного планирования.

— Тогда приступим к выборам маршрутов и раскройке карты для каждой ударной части…

…

Четыре дня ускоренного опустошения громадной территории тундры привел к тому что в условленный час к западному берегу реки Солоны, недалеко от памятного места засыпанного песчаной бурей замка Залдонов, пришло только три отряда. Все эти дни я оставался с группой, прочесывающих дальние подступы к нашему лагерю.

Дальние разведчики докладывают пугающие известия. Слышен гул, пока тихий, но очень отчетливый. Как будто где то за десятки километров несется на всех парах громадная армия. Явный признак спешного возвращения основных сил хошбанов.

Ближе к вечеру собрались все остальные ударные группы. Результатом четырехдневного похода стали почти тридцать вырезанных селений — живых конвейеров. В них, в разной степени готовности было более десяти тысяч будущих воинов — от новорожденных, до обрастающих мускулами подростков. Ускоренное развитие этих тварей доходило до того, что младенец, с помощью насыщенного питания за неделю превращался в боеготовую особь. То есть цифру в миллион солдат можно было достигнуть буквально за два года. Во время же я начал поход! Что бы было, если бы эта орава перемахнула через перевалы?

Теперь же, судя по сообщениям разведчиков ни одной живой лаборатории по созданию мутантов не было. Подкреплений хошбанам ждать неоткуда. Все мистические жабы-осеменители уничтожены. Но самое главное — Бравомир, похоже выполнил то, что обещал — полностью исчез. Без потустороннего покровительства снова организовать свое воспроизводство уродцы, наверняка, не способны.

Были и потери. Восемнадцать убитых и тридцать два раненых. Не везде встречали наши войска хлебом-солью. Случались и ожесточенные схватки.

Спал небольшими урывками. Синие круги под глазами вызывали заботливое участие у штабных и боевых офицеров. В конце концов, Евмен уговорил меня выспаться, заметив, что командующий с чистой головой, принимает более взвешенные решения. Тем временем состоялась генеральная рекогносцировка позиций. Командующие родами войск осмотрели все возможные участки форсирования реки и выбрали наиболее перспективные для обороны. Свою лепту должны внести и опасные твари. Ууры, речные змеи, прожорливые донные черви наверняка только того и ждут, как бы полакомиться свежей хожбанятиной.

На шестой день нашей экспедиции состоялось генеральное совещание. Гул приближающейся орды был все отчетливее слышен на передовых разъездах разведчиков. Сдержать такую массу при форсировании реки была архисложной задачей и поэтому я все больше склонялся с стратегическому маневрированию — игре в прятки.

Мнения генералов разделились. В докладной записке аналитического отдела указывалось, что столь сильно растянутые коммуникаций — почти на двадцать километров — сделает невозможным четкую координацию усилий по недопущению прорыва. А если враг завоюет хотя бы один плацдарм, то это уже будет началом конца. Соединиться вместе в единый кулак, войска уже не смогут.

За оборону активно выступали артиллерист Цардорн, нач. штаба экспедиционного корпуса Кадис и командующий пехотой Кардонт, доказывая перспективность действий от обороны. За маневренную войну вступал кавалерист Эдран и главнокомандующий Евмен и адмирал Аристобал. Остальные высшие и старшие офицеры занимали кто одну, а кто противоположную позицию.

Предстояло принять обоснованное решение, ведь на кону жизнь почти тысячи моих верных солдат. Единственного войска баронства Пардалис.

— Вы вот спорите, каждый отстаивая свою позицию, — начал я чересчур спокойным для непримиримого диспута голосом. Сразу стихли все голоса и штаб уставился на меня, как на родного отца. — Почему бы не соединить оба способа в единый эффективный механизм.

— Как это? — ошарашено произнес Эдран. — Это ослабит любую оборону.

— Я предлагаю использовать кавалерию при насыщении участка живой силой. То есть использовать маневренность и скорость кавалерии при угрозе прорыва того или иного участка.

— То есть, все равно — останавливаемся на защите речной преграды? — спросил кучерявый командир конных подразделений.

— Да, но при этом используем преимущества кавалерии, — я вспомнил историческое описание битвы "Стояние на Угре". Растянувшийся на много километров фронт. Локализация вылазок неприятеля. Оперативное стягивание резервов.

— С кораблей флота начисто выгребут все пушки с орудийными расчетами и порохом. Колоссальное преимущество в артиллерии нам поможет. У нас будет около двухсот пушек. По десять на километр обороны. Но будут они не стационарными. С помощью инженерных частей проложим по всему берегу две колеи из железа. На них поставим пушки, установленные на специальном лафете свободно катающемуся на этих двух железных опорах по берегу. При стрельбе укрепляем сошками в землю, для жесткости конструкции.

— Вы гений, мой государь! — просиял лицом Цардорн. — Это действительно может помочь. Многие умы военной стратегии ломают голову над обеспечением оперативной мобильности артиллерийских подразделений. Браво!

— Думаю, может такая оборона и выдюжит, — задумчиво произнес Эдран.

— С помощью лошадей мы не только будем доставлять стрелков к проблемному месту, но и на конной тяге перемещать по берегу пушки.

— По сути весь двадцатикилометровый участок представляет собой почти отвесные склоны, лишь в нескольких местах превращающийся в удобный пологий для форсирования реки берег. Только эти места и нужно укрепить. Севернее — господствуют непроходимые топи и болота — хошбаны туда не сунуться. На юге Солона упирается в гору Омнису, с которой и несет свои воды. В принципе за несколько оставшихся дней, мы можем превратить этот участок в неприступную крепость.