Сдайся мне (СИ)

— Да что ты говоришь? — поворачиваюсь лицом к ней, едва себя сдерживая. — Ну уж просвети меня, как это называется, когда молодые девки приезжают в сауну к незнакомым мужикам.

— Тебя я знаю.

— Диана, — рычу, мигов рванув к ней.

Запираю фею в своих руках, поставив ладони на лавку по обе стороны от ее бедер, подаюсь вперед. Моя грудь прижимается к ее острым коленкам. Динь старается разорвать этот контакткожа-к-коже, но между нами слишком мало расстояния, чтобы она могла как-то иначе повернуть ноги.

Так и ерзает передо мной от безысходности, кусая свою нижнюю губу настолько сильно, что она становится ярко-красной от прилива крови.

— Если ты рассчитываешь съехать с темы и замять все это — сильно заблуждаешься. Сестра знает, чем ты по ночам занимаешься?

— Не впутывай сюда Агату. Я сама могу решать, что мне делать. Восемнадцать мне уже исполнилось, — задирает свой подбородок воинственно и наконец-то перестает избегать моего взгляда.

Восемнадцать исполнилось, это я знаю. Вроде бы Диане сейчас даже на год больше. Девятнадцать лет, ума нет вообще.

— Исполнилось, говоришь? Ну тогда давай подумаем, Динь-Динь, как деньги отрабатывать будешь. Минет, анал? Или ты только по классике работаешь? Ценник свой озвучь, я накину, если что. И чаевые щедрые оставлю. Разумеется, мне все должно понравиться.

Я нарочно нагоняю страха на Диану, скользнув пальцами по ее бедру к боковым завязкам на этих греховных трусиках.

Хочу преподать девочке небольшой урок, пусть испугается как следует, чтобы впредь думала и просчитывала варианты того, что с ее хрупким маленьким телом может сделать компания голодных до баб мужиков.

Не окажись меня сегодня здесь, ее бы запросто могли пустить по кругу, а после выкинуть в какую-нибудь канаву, голую и оттраханную во все дыры. Была малышка и не открыла глаза следующим утром.

— Н-н-не трог-гай меня… — у Дианы стучат зубы и еще сильнее расширяются зрачки, когда я все же поддеваю розовый шнурок и тяну его на себя.

Аккуратный бантик, завязанный женскими пальчиками, слабеет. Ткань начинает ползти вниз, и Динь приходится отнять одну руку от груди, чтобы успеть перехватить этот несчастный клочок, пока не стало слишком поздно.

— Не трогать? С какой это стати? Знаешь, девочек обычно для этого и вызывают. Чтобы трогать. И трахать, куда клиент захочет. А я сегодня вроде как твой клиент. Ручки убери, кроха, рассмотрю хоть товар со всех сторон.

— Не надо…

— Решила разозлить клиента? Чревато последствиями, которые тебе совсем не понравятся.

— Выпусти меня, пожалуйста. Я хочу домой, — ее глаза теперь блестят от слез, в уголках совсем мокро.

— Выпустить? Куда? К трем мужикам, которые ждут тебя за дверью? Вряд ли они будут такими же терпеливыми, как я. Но вообще-то и мое терпение уже подходит к концу.

Я дергаю Диану за бедра, поддерживаю под попку, быстро разворачиваясь и опускаясь на нижнюю лавку. Ее устраиваю сверху на себе, крепко удерживаю, чтобы у феи не было возможности вывернуться.

Но она все равно пытается.

Стучит сжатым кулачком по моему плечу, второй рукой продолжая неумело прикрывать грудь, ерзает, делая ситуацию еще хуже.

Когда на тебе извивается полуголая девочка, держать член в руках крайне сложно. Особенно если ситуация располагает — мы здесь вдвоем, и я точно знаю, что мне никто не помешает завалить эту красотку на спину.

Дыхательная гимнастика сейчас пригодилась бы. Но, увы, справляться приходится своими силами.

— Я буду кричать, — заявляет мне этот ангелочек, когда я тянусь к завязкам с другой стороны.

Так, просто для симметрии. Все равно эти трусишки ничего не прикрывают, а здесь такое пекло. Расплавятся еще на ней, опасно это.

— Кричи, если думаешь, что тебе это поможет. Надеешься на рыцаря, который прибежит спасать маленькую принцессу?

— Кто-нибудь обязательно поможет… — лепечет совсем растерянно.

— Никто. Никто тебя не вырвет из моих рук. Присоединится — может быть. Хочешь третьего в нашу компанию? Не знал, что у тебя такие предпочтения.

Я стискиваю Диану покрепче, намекая, что все серьезно. Это реальность, а не какой-нибудь ночной кошмар.

— Отпусти… Мне не нравится все это.

— Зато мне нравится. Чувствуешь?

До моих душей доносится тоненький всхлип, когда я вжимаю Диану в свое тело, чтобы она могла понять всю степень опасности.

— Ч-что это? — вдобавок к своему абсолютно нелепому вопросу она еще и глаза опускает точно на цель.

— Ты ведь не думала, что я импотент, куколка? Это— вполне естественная реакция на то, как ты тут ерзаешь своей полуголой задницей по мне.

— Выпусти меня! — она очухивается от своего коматозного состояния и начинает бешено отбиваться.

Забывает о том, что на ней нет лифчика, молотит двумя руками по всем участкам тела, до которых может добраться. Выгибается, пытается приподняться, упираясь в скамейку коленями.

Словно и правда наконец поняла, куда влезла и чем все это может кончиться для нее.

— Тихо, — взрыкиваю, вовремя успев зажать ей рот ладонью, перед тем как Диана, набрав в грудь побольше воздуха, собирается кричать.

Ни к чему нам это. За дверью все еще никаких принцев, только три похотливых гоблина, каждый из которых своими руками мечтает добраться до Динь-Динь.

— Я сейчас уберу руку, а ты четко и ясно ответишь на каждый из моих вопросов. Кивни, если поняла.

Не опускать взгляд, только не опускать его, потому что Диана еще не вспомнила об отсутствии лифчика, а я в одном шаге от того, чтобы привести в жизнь все свои угрозы.

— Мне повторить? — вопросительно вскидываю бровь, когда ответа не следует. Кивка, точнее.

Динь отрицательно ведет головой из стороны в сторону, а потом все же согласно кивает.

— Давно этим занимаешься? — спрашиваю, на пару сантиметров отодвинув ладонь от ее губ. Пока еще есть вероятность, что за этим моим движением последует крик о помощи.

— Ты не имеешь права задавать мне такие вопросы.

Ну вы только посмотрите, у девочки зубки прорезались.

— А поиметь тебя я имею право? Не зли меня, Диан, пока я пытаюсь по-хорошему. Начнешь выпендриваться, поверь, ответка прилетит сильнее, — придаю голосу больше жесткости. — Давно в бизнесе?

— Нет…

— Сколько таких ночей у тебя в послужном? Сколько раз к мужикам выезжала? Попытаешься соврать, я все равно узнаю.

— Это первый раз.

Облегчение накатывает. Накрывает с головой, когда я понимаю, что она не успела пойти по рукам.

— Зачем? Что у тебя в голове было, когда ты решила раздвигать ноги за деньги?

— Да не собиралась я ничего раздвигать. Таня сказала, что нам просто платят за компанию, понимаешь?

— То есть ты ехала в сауну с полной уверенностью в том, что здесь хотят с тобой всего лишь поговорить? Динь, ты головой не ударялась за эти пару лет, когда мы не виделись?

— Я не знала, что это сауна… Таня вообще меня уговорила в последний момент. Она сказала, что ничего плохого со мной не случится…

— Ничего такого, конечно. Всего лишь выебут во все щели по очереди.

— Не говори так… — просит, мрачнея еще больше. — Это должен был быть ресторан, а не сауна. У меня даже вещей никаких с собой не было, купальник мне Таня дала.

— Какого черта ты сразу не сбежала отсюда? — надавливаю пальцами на ее скулы, чтобы глаза от меня не отводила.

— Я хотела, но меня не выпустили. Администратор закрыл дверь, я стучала, но ничего так и не получилось. И Таня пригрозила, что будет хуже, если я не выйду. Она пообещала, что меня никто не тронет, что я смогу отсидеться в стороне, а они с девочками возьмут все на себя. Я нужна была им для численности, потому что…

— Потому что? — повторяю с нажимом, когда Диана замолкает.

— Заплатили за четверых.

Очаровательно. Святая простота, в ресторан она, блядь, поехала. В крестики-нолики поиграть, ага. Пару раз хлопнуть своими пушистыми ресницами, улыбнуться и быть в шоколаде.

Не бывает так в этом мире. Мужики тоже не идиоты, чтобы просто так деньгами раскидываться. Они девочек по полной пользуют, каждую тысячу заставляют отрабатывать.

— Кто такая Таня? — мне интересно, что у нее за знакомства такие интересные появились.

— Одногруппница моя. Она из обычной семьи, но учится на платном и одета всегда в брендовые вещи. Мне нужны деньги, и я спросила у нее…

— Зачем тебе деньги? — перебиваю раскрасневшуюся от жары Диану, машинально глажу пальцами выступающие тазобедренные косточки.

Она, кажется, не замечает моих прикосновений.

Динь хмурится, сверлит меня тяжелым взглядом и выдает:

— Я устала быть серой мышкой, тоже хочу иметь возможность красиво одеваться. И телефон последней модели хочу, и фирменные сумки и туфли…

Врет ведь. Ну врет, я по дрожащим ресницам вижу.

— Девочка захотела побрякушек с мобилками? — провожу большим пальцем по ее пухлой нижней губе, оттягиваю, заметив ровный белоснежный ряд нижней челюсти. — Я тебя сейчас мигом в этот мир окуну.

Посмотрим, как быстро она сдастся.

В конце концов, мне же надо Дюжеву доказать, что я не гей. А тут такая отличная возможность подвернулась.

Глава 3

Динь-Динь пищит в моих руках. Тоненько так, что аж до костей пробирает.

— Что ты… Что ты делаешь? — гипнотизирует меня своими большущими изумрудами, рвется отскочить. Все никак угомониться не может.

Знаю, что мне ее нельзя. Маленькая она слишком. Невинная, в облаках витает. Таких девочек мало сейчас, искренних и доверчивых. А устоять все равно не могу.

Естественно я не собираюсь ее к чему-то принуждать. Силой не возьму, я ведь все-таки не отмороженный. Но немного потрогать…

Ладони сами ползут к ее попке. Мнут, щипают аккуратно, разводят манящие половинки в стороны. Нырнуть дальше? Черт, мне бы сейчас льда в трусы. Весь мозг туда перетек, а Диана мне вообще не помогает.

Выглядит как дьяволенок под прикрытием ангела. Ей бы еще аккуратные рожки и хвостик.

— Что я делаю? — подаюсь вперед, к ее губам, чтобы чувствовать учащенное теплое дыхание на своих.

— Я н-не хочу…

— А если я проверю? — провокационно пальцами поглаживаю внутреннюю сторону раскрытых бедер.

Подбираюсь к сердцевине, но вовремя одергиваю себя. Пойму, что она влажная — все терпение окончательно накроется.

— Ты правда собираешься меня… — Динь не договаривает. Ее ротик просто не создан для таких слов.

— Что собираюсь, трусишка?

Очерчиваю выемку позвоночника на спине. Задерживаюсь на пояснице. Меня самого дико штырит от того, как эта фея порока дрожит.

— В-взять… — Динь находит альтернативу, а я усмехаюсь, потому что чего-то подобного и ожидал от нее.

— Сама как думаешь?

Одной рукой я продолжаю удерживать Диану, обнимая за талию, а костяшками второй очерчиваю снизу небольшое полушарие ее аккуратной груди. Задеваю сосок, наклоняюсь и щелкаю по нему языком, пока малышка не успела опомниться.

Хотел бы я позволить себе больше.

Но это же Динь.

Девочка, которая в первую нашу встречу была в странной розовой плюшевой пижаме с ушами. Глупышка, которая пару лет назад вспыхивала от невинного чмока в щеку.

Ей бы мальчика-ровесника, таскающего цветочки.

А не меня со стояком наперевес.

— Я не знаю. Не уверена.

— Мне нужны от тебя стоны, Динь-Динь, громкие и качественные. Чтобы те мужики за дверью услышали их, не напрягаясь. Справишься, а?

Притворно вздыхаю, когда она ладонями скрывает от меня нежно-розовые соски. Все, закончилась малина, Диана опомнилась наконец-то и решила, что хорошие девочки грудь кому попало не показывают.

— Зачем это? — Диана сводит брови к вздернутому носику и смотрит на меня так, будто уже готова вызывать психиатра.