Время Имен

— Ты че, совсем отмороженный? — всполошился мужчина. Слетел на прибрежный песок, воровато огляделся. — Не принято о таком… услышат…

— Хорошо, и не таких ломали. — Николай припомнил слово, за которое уцепился разум. — Ты упоминал отклики. О них можно?

— Да без проблем, — успокоился Погонщик. — Люди угасают. Всегда думают, что в запасе вечность, но в итоге меркнут… по тем или иным причинам. Остается отголосок, который принимает другая сторона, а через некоторое время они завершают путь… я уже сказал где.

Николай глянул на исполинские тени усов. Разобраться в происходящем не просто. Но необходимо.

— Двери… — вскинулся он. — Меня привели сюда двери.

— Слушай, это индивидуально… Кто-то видит свет, кто — то тоннель. Облако, луч, черная карета, поезд ржавого Бо, болотная тропа, серый клипер… Но двери тоже норм.

— Тогда почему я не похож на эти клочки?

— Они угасли, — как непонятливому дитю объяснил Погонщик. — А тебя вырвали из контекста. Ты крик, вопль. Разумеешь? Иногда случается, жаль редко… А так хоть поговорить можно. Главное, не шуметь.

Охотник вопросительно приподнял брови.

— Судьба-то одна. — Мужчина покосился на небесную композицию — Просто крик держится дольше…

— А есть шанс вернуться?

— И вот, наконец, вопрос… Томить не буду, другая сторона не отпустит, но срок продлить можно… хорошо так продлить. Почти все соглашаются…

— Что надо сделать? — Николай подобрался.

— Поиметь куклу.

— Чего, б…?

— Угм, снизим интеллектуальную планку… Когда столкнулся с тем солдатом, что почувствовал?

— Все вернулось…

— Допустим не все, но… Ты крик, вопль, понимаешь? А он будущий отклик и твой крик загнал его на задворки. Просто задержись немного и тело твое. Не то, чтобы надолго… природу не обманешь, через некоторое время тебя вытолкнет обратно. В идеале, сработает с «овощем», оболочкой без разума, там можно задержаться надолго. Но есть минус — свыкнешься с «овощем» и можешь угаснуть, вернувшись сюда блеклой паутиной. Рекомендую простых кукол, пару лет протянешь…

— Да. — Охотник подобрался. Слабые наметки плана обрисовали возможное будущее. Погонщик подсказал реальный способ вернуться к дверям и вновь попытаться сделать правильный выбор. Дело за малым — найти оболочку и умереть.

Вот только есть одно «но» — свадьба. Николаю хотелось присутствовать, чтобы узнать… выдернуть из себя неопределенную занозу и подавить память. Или же поймать крохотный шанс вернуться к прошлому и разбить арктическую пустыню в душе. Погрузить зверя в дрему…

Николай криво усмехнулся. Поднялся на ноги, проследил за полетом шмеля сквозь бедро и направился прочь.

— Желать удачи не буду, — догнал его веселый голос Погонщика.

***

Брифинг-зал УКОБа блистал зеркалами, установленными вдоль стен и задрапированных отрядными штандартами. Потоки световых бликов и калейдоскоп отражений танцевали в обрамлении полированного мрамора; разводы чистой лазури, сахарной белизны и малахита дарили пространству безмятежность ясного неба, прохладу горных хребтов и ненавязчивую теплоту согретого солнцем луга. Пирамидальные люстры из хрусталя нависали над буйством красок, отметая необходимость в окнах. Закрытый от взгляда мегаполиса кусочек разудалой жизни. П-образный стол приютил разнообразие снеди и напитков: радугу фруктов, аккуратные ряды закусок и многочисленные группы витиеватых бутылок. Лазерные проекторы, усилиями техников-безопасников переоборудованные в световые установки, разноцветной гаммой волн создавали над многообразием яств изменчивый шатер — купол, слагаемый из полутонов, неясных разводов и ярких искр искусственных звезд.

Ни одна живая душа, а их за столом присутствовало около пяти десятков, не забыла воздать должное мастерству оформителей. Единственные, кого великолепие зала оставило равнодушным, — роботизированные сервиз-столики подле гостей, и Николай, присутствовавший на задворках. По началу Охотник надеялся, что Эдэя почувствует его, но нет — друг друга они не восприняли.

Димп поудобнее устроился на кожухе проектора. Ему открывался чудесный вид — на оскверненный салатами фарфор; янтарные сгустки бокалов, охапки цветов и людей, что переплетением голосов удачно дополняли мелодию из установленного в глубинке автомата.

За неимением лучшего Николай обратил внимание на участников торжества. Белая, непорочная, однако далеко не святая Эдэя мило ютилась близ высокого брюнета, чинно восседавшего справа от нее. Резкие черты лица, серые глаза, унаследованные от отца, и мягкая, слегка вопросительная улыбка — Сергей Гранатов, доктор и ныне муж. В черном элегантном костюме смотрелся неплохо, как объективно отметил димп.

Гости под стать. Танкоподобный Гранатов и его миниатюрная, но чрезвычайно бойкая супруга; десантники, пестревшие наградными шевронами; люди, о которых Рос понятия не имел… Лазурный Т’хар и сине-черный Дэм — оба смирные и парадоксально незаметные. Они сидели близ Эдэи и умудрялись оставаться в тени. Дэм все порывался достать из-под куртки флягу, выслушивал нотации Повелителя и мило улыбался Белой Леди. Родственники забавлялись…

Ни одного грустного лица, только улыбки и смех. Единственный серьезный момент — два поздравления Т’хара: официальное на публику и тихое — в обнимку с Эдэей. Второе отчего-то преисполнилось значимости. Дама настойчиво сверлила взглядом правителя Фо-рига и в свою очередь подвергалась не менее пристальному изучению. После десятка секунд визуального препарирования приникла к груди Старика, чем и вызвала гром аплодисментов. Кое-что из сказанного Т’харом Николай разобрал:

— Путь выбран…

Неясность. Николай нахмурился. Зачем он пришел сюда? Вокруг счастливые лица и никто не вспоминает о нем — бывшем десантнике, бывшем Охотнике, бывшем человеке. Для столь яркого скопления индивидуумов он ноль, который сделал свое дело и ушел. Внутренний зверь недовольно рыкнул, всколыхнув тьму… Свет виден только в контрасте. Свет он увидел сегодня, так пусть темнота подчеркнет яркий поток. Радость не прочувствовать сполна, если не хлебнуть печали. Чем не подарок?

Димп потянулся. Глянул на собравшихся и удовлетворенно кивнул: сами того не ведая, они помогли определиться. Федерация поставила точку — провела болезненной дорожкой и списала. Так почему не совместить приятное с полезным — в поисках смерти подарить Федерации пару приятных моментов.

Он двинулся к выходу. Неясные до сего момента планы сложились в определенную картину, для прорисовки которой требовалось реализовать два пункта: захват тела и перелет в нулевые — административные сектора.

С первым Николай справился часа за три. В районе Арден, где дислоцировались представительства галактических корпораций, он подыскал менеджера среднего звена — уставшего, перегруженного финансовыми сводками человечка с заскорузлыми амбициями, пестуемыми годами. Вайнс Хирхе, сорока лет, уроженец Ишры -9, завидующий свободному миру, что пестрыми пейзажами проступал за окном.

Хирхе направлялся в туалет, когда накрыло. Мысли, чувства, желания испуганно трепыхнулись, накрытые черным облаком, и замерли в стазисе немого крика. Николая повело — он врезался плечом в пластик кабинки, почувствовал укол боли и расплылся в улыбке. Губы Хирхе подчинялись с трудом — увидь кто в туалете параличные дергания менеджера с искаженной пластилиновой улыбкой, пропишется у психотерапевта.

Контроль, самодисциплина и навык. Чужое тело сдалось на четвертой минуте.

Николай приблизился к зеркалу. Краски вернулись в мир, другая сторона отступила, но ее шепот чувствовался рядом. Внешность у Вайнса непримечательная, просто подарок для задуманного.

Охотник извлек коммуникатор, сверился с памятью Хитхе и вызвал непосредственного начальника:

— Роман, привет, сегодня еще не виделись…

— Ты пил что ли?

— Сухой как лист. Слушай, на родину потянуло, могу взять недельку?

— Хоть две, толку от тебя… Учти, опять нажрешься, из КОМСКа вытаскивать не буду.

— Буду должен, Ром.

— Лады, проваливай.

Вайнсу Хирхе предстояло путешествие. Прима-сектор, планета Юна — базовый мир интергалактической торговой сети. Там в чудовищном подобии биржи, растянутом по всей планетарной поверхности, со времен основания единой Федерации совершались любого рода сделки: операции с ценными бумагами, акциями, недвижимостью, технологиями, готовым оборудованием, контрактами на изготовление и поставку — всем, что имело цену.

Сборы — лишь мгновение. Пару приятных мелочей и бельишко в кейс, персон-карту на изготовку и вперед — к муниципальному транспорту.

Оправив элегантный костюм, Николай изучил голографическое табло в зале ожидания тирского космопорта… и едва не ударился об угол гравитележки, транспортировавшей стопку чемоданов к приемнику багажного сорт-коммутатора. С лихорадочным перемигиванием сенсоров транспорт отпрянул, чем и вызвал у Охотника легкий приступ беспокойства. Тело Хитхе неохотно привыкало к временному хозяину. На всякий случай Николай еще раз проверил все «уголки» захваченный личности…

Звонкая трель выдернула его к реальности ожидания челнока. Мягкий, неуловимо уютный голос, скользнул по залу и заставил пеструю толпу пассажиров обратиться в слух.

— Объявляется посадка на рейс 17-8-276 до Прима-Сортировочной. Время отбытия 19–27…

Николай бросил взгляд на куполообразное окно, рассеченное массивными опорами. В чистом аквамарине неба плыли алые цифры системных часов: 19 часов и две минуты. Он направился к восьмому терминалу. Первая фаза успешна; он летит в бизнес-центр галактики, УКОБ, возымей Гранатов или Эдэя желание отследить димпа, не в состоянии придраться к чистой карте Вайнса Хитхе. Николай Рос безвременно почил среди великолепия Андарского парка — аминь.

«Счастье для всех». — Охотник решительно ступил в тоннель переходника.

Глава 2

Суета являлась неотъемлемой чертой одного из ведущих космопортов Юны, зарегистрированном в планетарном справочнике под кодом АС-200. Отдельные несознательные личности быстро переименовали порт, окрестив «двухсотой задницей». Среди персонала и местного населения обозначение прижилось на редкость быстро…

Преодолев конвейерные потоки разномастного делового люда, Николай, а точнее Вайнс Хитхе, добрался до панорамной галереи — узкой полоски затишья вдоль ряда мутноватых окон, из которых открывался вид на город, всецело отданный под торжество экономического прогресса незабвенной Федерации.

Первое, что бросалось в глаза, — отсутствие неба как такового. Миллионы голографических проекций в вышине шокировали неопытный глаз. Реклама, указатели, торговые сводки, денежные курсы вытеснили небесную синеву, заменив на хитросплетение невообразимого количества образов. И только бледное, лохматое солнце миниатюрным одуванчиком изредка пробивалось через голографическое буйство, расчерченное вереницами флаинг-транспорта. Полный набор моделей — от потрепанных стандартных флайтов до эксклюзивных роскошных гравитолетов — облаком стальных мальков кружил среди пиков, куполов, дисков и ромбов вершин зданий.

Николай поудобнее перехватил кейс с набором контрактных бланков и прочей рабочей мелочевки. Развернулся к лихорадочному кипению зала. В мешанине представителей сотен рас требовалось отыскать сущий пустяк — маршрутного робота-путеводителя — баснословно дорогого, но наиболее действенного в сумбурной жизни планеты. Сбережения Хитхе позволяли не мелочиться…

— Свободен, — пробасил неподалеку механический голос. Бочкообразный кибер, снабженный гравиподвеской, выбрался на открытое пространство в метре от Роса. Несомненная удача.

Николай извлек кредитную карточку и вставил в приемный сенсор робота. С удовлетворенным гулом идентифицировав клиента и банковский счет, проводник высветил на верхнем дисплее бесконечный список офис-районов. Выбор богат и труден…

Димп с минуту изучал словесные изыски, смешанные с рекламой, после чего досадливо задействовал мануальное управление автоматом. Раздел — финансы, подраздел — банковские операции — они интересовали в первую очередь; без значительного финансирования задуманное крупномасштабное действо не осуществить.

— Стоп, — сказал Николай. Ткнул пальцем в строку, пульсировавшую именем крупного системного банка «Юна-тренд» — гарантии качества и коммерческого успеха. Путь до банка предстоял неблизкий, но спешить некуда. Направляемый кибером он чинно промаршировал к выходу из порта — к сутолоке будничного дня, терпеть которую предстояло вплоть до ближайшего флаинг-сектора.

***

Здание банка более всего напоминало иглу, отполированную до волнообразного блеска. Стекло, пластик, сталь и гравиподпорки давящей на нервы конструкцией возносились над идеально круглой площадью.

Николай вновь поднял голову — еще раз взглянул на банковскую громаду. И опустил при появлении неподалеку патрульного флайта. Эллипсоидный диск под фиолетовые всполохи выпал из голографической пасти неведомого монстра, снизился над закусочной — по соседству с Охотником — и молниеносно обработал толпу персон-сканером. Присев за свободный столик открытого кафетерия, Николай заказал бокал пива и приступил к формированию легенды для Вайнса Хитхе. Задача нелегкая… Он едва не взорвал ситуацию, когда воспринял разум менеджера полотном, над которым предстоит поработать.

Серебряное переплетение импульсов; тонкие нити — мосты через темные провалы, разделявшие яркие скопления энергий, что спектрально выстраивались в картину памяти. Глубокого погружения не требуется, лишь общие правки, построенные на предпочтении субъекта. Тонкими штрихами, ретушируя и вырезая, он создал носителю правдоподобные воспоминания и тут же покинул тело. Назойливое великолепие голографических красок померкло, вернулась холодная серость, усилились шорохи. А вот клочья отголосков отсутствовали. В тусклом небе развернулись исполинские «усы» — визуально несколько приблизились, или то разум поддался безысходности другой стороны.

Николай замер, наблюдая реакцию Вайнса. Мужчина едва уловимо дрогнул, встряхнулся, а затем от души приложился к бокалу. Незамутненное счастье среднего человека.

Первый шаг на пути к будущему сделан, для второго необходимо осмотреться — не просто глянуть по сторонам, а быстрым вихрем пробить разум сотни творений вселенной и подыскать новое тело, чей хозяин отвечал ряду требований.

Николай успокоил биение мыслей, тело найдено. Вольный торговец Беорат Д. Стан, лицензия номер 17-2ФД-034 от федерального департамента по торговым делам. Ни родственников, ни друзей — их заменили вредные привычки и тяжелый характер закоренелого одиночки. Превосходный объект — резюмировал Охотник, сливаясь с выбранной целью.

Захват прошел чисто. Если не считать легкого похмелья и неудовлетворенного желания. Помимо воли димп начал провожать взглядом особ женского пола… Всему свое время.

Взбодренный тремя стаканчиками ароматного кофе Николай выбрался из-за стола. Его ждал банк и рядовая финансовая операция — открытие персонального счета. Он поднялся по мраморной необъятности ступеней в блистающий холл, далее, при участии информ-стоек, отыскал дорогу к исполненному в неоклассическом стиле сортиру, занял кабинку и вышел из тела, погрузив личность Д. Стана в сон, близкий к летаргическому.

Следующим шагом предстояло реализовать самую тонкую часть операции — подчинить функционера из числа топ-менеджеров с доступом к свободным финансам. Спустя час он выбрал одного абронианца, многочисленные счета которого, оформленные на подставных лиц, могли обеспечить димпа требуемой суммой. Менеджер, страдавший от последствий вечеринки, посещенной накануне, не сопротивлялся. Ускользнул в темноту беспамятства, позволив Николаю спокойно поработать с офис-техникой и завести в недрах банковской сети неприметный счет на имя Стана. Он искренне полагал переведенную на счет сумму значительной, пока цифры совокупных сбережений менеджера не показали сколь он наивен.

Проверив напоследок легенду финансовой операции, Николай расстался с носителем, чье имя он забыл едва покинул кабинет. Вернулся к Беорату, так и не узнавшему о проведенном в сортире часе.

Восставший торговец оставил злополучную кабину. Спустился на расчетный уровень, коротко переговорил с операционистом и закрыл счет. Наличные, складированные в бронированный кейс, предпочтительней банковской карты — позволяли не оставлять электронных следов и не зависеть от прихотей банка.

Чуть отойдя от стойки, Николай испытал неприятное чувство пристального наблюдения.

Размеренно шагая к выходу, украдкой осмотрелся. Вокруг в привычной деловой суете сновали граждане Федерации и кибер-системы… Через мгновение он вычленил угрозу — мужчина в сером плаще в уютной глубине кресла. Неизвестный всецело сосредоточился на финансовом бюллетене в руках, но едва уловимые токи внимания касались Охотника. Слежка. В чем причина?

Николай неспешно выбрался из здания и остановился, пропуская стайку информ-автоматов. Момент удобный для оценки: Д. Стан попал в разработку. Но тактический расклад не просчитывался — торговцем мог заинтересоваться кто угодно.

Единственный плюс — затягивать пребывание на Юне он не собирался. Как только приобретет среднетоннажный транспортник и требуемое оборудование, исчезнет с планеты. Залог успеха в быстроте маневра.

***

Капли индикаторов в сенсорных рядах превратили рубку корабля в царство мягких изумрудно-синих полутонов. Десятки приборов, повинуясь команде активации, вспыхнули сигналами готовности — тестировали, уведомляли и расслабляли в привычной технократической обстановке. Он скучал по рубке.

— Не правда ли, великолепное зрелище? — Фордобец, напоминавший рой оранжевых светлячков, сделал молниеносный круг над головой Охотника. Коммутатор, укрепленный на одном из апельсиновых сгустков, издал нечто похожее на вздох удовлетворения. — Мы с Фордоба III, к великому огорчению, не пригодны к пилотированию космического транспорта, но в вас я чувствую прирожденного…

Не вникая в рекламные дифирамбы торговца, Николай придирчиво осмотрел кольцевой рото-пульт. Максимум удобств — приборы в переделах досягаемости, эргономика прима-класса. Система внешнего обзора настроена, не сбоит.

Тихий гул сервопривода, поворот пульта и перед ложементом пилота замерла клавиатура управления визор-сканерами.

— Желаете посмотреть? — одобрительно засветился фордобец. — Обратите внимание, аппаратура работает с минимальным откликом.

Аппаратура работала на удивление гладко, чем и беспокоила Охотника. Новое с конвейера гражданское судно и не единой поломки? Нонсенс. Даже у серийной техники Управления, не смотря на жесткие приемо-сдаточные, часто возникали проблемы… Чудо. Николай с неторопливостью профессионала осмотрел панорамный вид.

Обширное взлетное поле, разбитое на четкие сектора, по совместительству выполняло роль открытого торгового зала. Элегантные лайнеры, юркие катера и боты, неповоротливо-основательные грузовики — многообразие форм, размеров и специфики конструкций. Системы пневмоочистки, змеиный рисунок кабелей и трубопроводов, бригады техников, автоматы погрузки разномастным калейдоскопом двигались меж корабельных бортов. Далее — за бесконечным рядом аппаратов и приземистым силуэтом офисного здания — возносились к небу цилиндры далеких ангаров, соединенных ажурными переходами: тонкие нити мостков над транспортными линиями. Блистая огнями, стекла тысяч флайтов напоминали звездные россыпи.

— …смотрится гордо, — внезапно прервал речь фордобец. — Уверен, космическая бездна на обзорных экранах выглядит ничуть не хуже. Для истинного ценителя…

— Сколько? — остановил собеседника димп.

— Модель новая, повышенный тоннаж без изменения балансировки, модернизированная система навигации Шарнова…

— Сколько?

— 857 тысяч федеральных кредитов, — выпалил торговец, точно в холодную воду ухнул. Его сияние померкло в предчувствии недовольства клиента.

— Плачу наличными.

— Великолепно. — Фордобец издал серию тонких писков. В рубку проник автоматизированный секретарь, с уже готовыми бланками договора. — Персон-карту… Через десять минут, корабль ваш.

Охотник согласно кивнул. Ему достался неплохой экземпляр. Грузовой отсек на триста единиц, куда с легкостью помещается четырехэтажный панельный дом, и при этом неплохая маневренность. Для прикрытия Николай полагал объявить судно фрахтовым грузовозом, чтобы спокойно перевозить оборудование, купленное на рынках Юны. Но для начала, ввиду готовности бумаг и позднего времени, не помешает отдохнуть: заблокировать и покинуть корабль, отыскать в городском хаосе отель, снять стандартный номер без претензий…

План простой и легко осуществимый.

Мерно вспыхнул визор-проектор, транслируя уютные пейзажи. Сервированный стол ломился от местных синтет-деликатесов. Просто рай на пути к цели. И неприятный стук, прервавший попытки Охотника распланировать новый день.

— Откуда бесстрашие-то… Николай одернул халат, достиг двери и замер, внимая неясному шороху. Гости использовали код-карту.

Димп откачнулся к стене. Приник к холодной тверди затылком и досадливо поморщился. Беорат Д. Стан не обладал должными навыками — у тех, кто заглянул на огонек, имелся шанс добиться успеха.

Дверь мягко скользнула влево, открывая обзор на черные тени и блеск излучателей. Набор дополняли две пары тускло-красных глаз. Боевая модифицированная оптика — признал Николай. Боевые системы — БС, в просторечье именуемые бесы — многофункциональные андроиды, которых чаще всего использовали при контрактной ликвидации, иногда в роли ходячих предупреждений — «курьеров» на сленге Черного Братства. Разница ценой в жизнь. На кой бесам потребовался неприметный торговец?

Сильные пальцы едва не смяли горло димпа. Лишили воздуха, подняли над полом и не эстетично притиснули к стене. Он терпел — другого шанса выяснить намерения противника не представится.

— Беорат Д. Стан? — холодным бесцветным голосом спросил андроид. Второй бес для верности ткнул Николая дулом лима.

— Если скажу «нет», поверите? — прохрипел Охотник.