Мой единственный мужчина

– Да. Тогда я еще не осознал всей глубины происходящего. И ясно понимал только одно – хочу тебя удержать любой ценой.

– О, да! Договор с пунктами о поцелуях я не забуду никогда!

– Будет, что рассказать нашим детям, – невозмутимо сказал Рафаэль.

– Угу. Какой коварный мужчина мне достался, – хихикнула я. – Одна твоя выдумка с печеньем чего стоила, – сдаваясь под шквалом его ласк, выдохнула я.

– Ты такая искренняя, доверчивая, чувственная, Гвен, – прокладывая дорожку по моей щеке, заявил он. – Ворвалась в мою жизнь, как ураган.

– Это я-то? – поразилась его словам.

– Ну, а кто?

Похоже, я точно чего-то не понимаю.

– Я так привык быть один. А к тебе потянуло с невероятной силой. Хотелось касаться, видеть улыбку, заботиться. Я и сам не понял, как все перевернулось. А когда осознал, что не готов отпустить…

Тут я переместилась к нему на грудь, заглядывая в глаза и ожидая продолжения.

– Ты не была готова к такой резкой перемене. Прошло слишком мало времени. Я всерьез опасался, что ты сбежишь. Вернее, попытаешься. Впрочем, все равно бы вернул.

Теперь от этих слов опешила я.

– Ты, кстати, и попыталась, тогда, после пробежки, – Рафаэль испытывающе посмотрел на меня.

Я нарисовала на его плече узор, смутилась, но поняла, что придется сказать правду.

– Я просто начала сходить по тебе с ума и боялась остаться с разбитым сердцем.

Рафаэль рывком перевернул меня, оказываясь сверху, окутывая совсем непередаваемым взглядом. Кажется, осознал, что в тот момент его проницательность не проснулась и не подсказала правды.

– После этого, ну, было очень логично остаться со мной во время отката, – ехидно заметил он. – Хорошо, хоть мама, видя, как я к тебе отношусь, решила помочь.

– Да меня нара Герда тоже сразу просекла, – хихикнула я. – Так и сказала – «вы по уши влюблены в моего сына». Кстати, мы же ей не сказали про свадьбу! – охнула я.

– Я набрал перед церемонией. Надеюсь, сюрпризов от нее не последует.

Рафаэль сощурился, явно вспоминая приготовленный ужин.

– Впрочем, моя мать со всем своим энтузиазмом не сравнится с тем, что устроили пустынники. Я впервые в жизни испытал ревность, – сознался он, и я рассмеялась. – Смешно ей, – покачал головой мой мужчина. – Ты хоть представляешь, что со мной было, когда ты чуть не умерла. Гвен, да я бы все отдал, все до последней искры, лишь бы ты осталась жива. Я именно тогда окончательно и принял, что без тебя, если и смогу, то не захочу.

Я прижалась к нему.

– Больше не пытайся от меня сбежать, как тогда, – попросила тихо.

– Да я хотел тебе дать время. Правда, долго с этим желанием не продержался. И эта история с браслетом…

Я запустила пальцы в его волосы, скользнула губами по щеке.

– Зато, как все интересно закончилось, Раф… нашей свадьбой.

– Не закончилось, Гвен, – прошептал он. – Все только начинается. Наши отношения. Наша история любви. Это я тебе обещаю.

Я растаяла от его слов.

– Казалось бы, я тебя уже неплохо знаю, а все равно ты не перестаешь удивлять. Такой открытый сейчас.

– Только с тобой, – отозвался он и вновь накрыл меня собой, заставляя забыть обо всем существующем мире.

* * *

Рафаэль разбудил меня за двадцать минут до возвращения на корабль Рика нежным, долгим поцелуем. И, осознав, как мало у меня времени, я заметалась по шатру, натыкаясь на подушки и скомканные простыни. Рафаэль несколько минут понаблюдал за мной, потом перехватил, дезориентируя очередным поцелуем и спокойно заявил, чтобы села, а он со всем разберется сам.

Я послушалась. Что мне еще оставалось делать? Рафаэль обтер меня влажным полотенцем, расчесал волосы, помог надеть костюм и вскоре поймал мою ладонь, коротко ее целуя.

– Ох, я даже не успела побывать в оазисе, – встрепенулась я, ощущая, как во мне просыпается жажда исследования, едва оказалась снаружи.

День близился к полудню, над головой раскинулось голубое небо с розовыми полосами, над барханами не чувствовалось ни единого дуновения ветерка. Неподалеку расположилась часть команды Рика, грузившая что-то во флаеры.

– Оно и к лучшему, – хмыкнула Тай, сидевшая на песке у воды. – Оазис целее будет.

– Вот вечно ты так! – фыркнула я.

– Ничего, получишь впечатления, разбирая гору подарков.

Я растерялась, не ожидала подобного от жителей. Конечно, про такую традицию знала, но я-то для них чужачка.

– Кстати, мы с Риком решили подарить вам медовый месяц. Выбирайте, куда хотите отправиться и когда. Все интереснее, чем мечи, ножи и драгоценности, которыми вас обрадовали пустынники, – сказала сестра, поднимаясь с песка и вглядываясь в кружащие над барханами флаеры. – Там Хашан такой меч презентовал и большущий алмаз, – не удержалась Тай.

Какая это мелочь, оказывается, по сравнению с подарком Тай и Рика. Время, проведенное в объятиях Рафаэля, практически бесценно.

– Меня Маркус с работы не отпустит, – вздохнула, переживая.

Хашан, кстати, на свадьбу пришел вместе с женой, племянницей и Анхелем, Дасун не присутствовал. И семья Хашана хоть и не помогали собирать меня на церемонию, были весьма приветливы.

– И вот кто из нас дипломат? – по-доброму подколола Тай.

– Договорюсь, – отрезал Рафаэль. – Спасибо за подарок. Как мы определимся, дам знать.

Тай кивнула, и первая направилась к одному из флаеров.

Эпилог

Два года спустя

Едва флаер приземлился на стоянку возле Ариатской Звездной Академии, как я тут же выскользнула из него и, не сдержавшись, улыбнулась. Еще немного – и я окажусь в объятиях самого лучшего мужчины на свете.

Меня всего-то трое суток не было на планете, помогала Маркусу вести сложные переговоры с аэрцами, а, кажется, прошла целая вечность, как не видела мужа. И теперь я просто сгорала от нетерпения, желания, предвкушения… Я с трудом сдержалась, чтобы не сорваться на мгновенное перемещение, за считанные минуты оказавшись у кабинета моего ректора.

Пока шла через стоянку, пытаясь тщетно унять бешено колотящееся сердце, ответила на два вызова из отдела переговоров «Звездного ветра», внесла пояснения в несколько пунктов новых торговых договоров. Возвращаться в компанию я сегодня не планировала, график у меня так и оставался ненормированным и отчасти свободным, что и стоило ожидать при такой профессии, как дипломат.

Изредка случались и командировки на другие планеты, но, в основном, всеми переговорами я занималась на Ариате. Работы здесь всегда хватало. В последнее время к Маркусу даже обращались из других компаний, оставляя запросы на помощь в заключении сделок и формирование базы рас. Пожалуй, этого следовало ожидать давно, ведь у моего начальника один из лучших дипломатических отделов. Иногда работу подкидывал и Рафаэль, и Наран, и я никогда не отказывалась им помочь, но по большей части работала все же на «Звездный ветер».

Я добралась до административного корпуса академии, прошла все считывающие устройства и оказалась в приемной Рафаэля. Ланс, неизменный помощник моего мужа, оторвался на мгновение от голограмм.

– Здравствуйте, нара Гвендолин, – вежливо поприветствовал он.

– Добрый вечер. Мой муж у себя?

Мужчина кивнул, и я приложила ладонь к двери, впархивая в кабинет.

Рафаэль привычно сидел в кресле, общался с несколькими деканами по лиару, явно решал какие-то вопросы. В панорамное окно за его спиной виднелись часть академии, парковая зона и кружащие в небе флаеры. Но отметила я это машинально, сразу же переключаясь на моего мужчину. Одетый в белоснежную рубашку с двумя расстегнутыми пуговицами и черные брюки, Рафаэль был невероятно красив и притягателен.

Увидел меня, глаза сверкнули невозможно яркой бирюзой. Он тут же коротко попрощался с коллегами, и через мгновение мы оказались в объятиях друг друга. Целовались жадно, горячо, делая редкие вдохи, но даже не пытаясь отдышаться. Как же сильно я по нему соскучилась! В руках моего мужчины я как-то разом потеряла ощущение времени и забыла обо всем существующем мире.

Если бы нас не прервал вызов по лиару Рафаэля, мы бы, пожалуй, и не остановились. Мой муж сделал глубокий вдох и щелкнул по браслету. На голограмме появилась мама Рафаэля.

– Здравствуй, сын. Так полагаю, Гвен уже вернулась, если судить по твоему счастливому виду?

Рафаэль, даже не думая натягивать маску отстраненности, улыбнулся и с нежностью посмотрел на меня.

– Да.

И в этом простом коротком слове, сказанном хриплым голосом, таится и радость от встречи, и обещание долго не выпускать меня из своих рук, и невероятная, обжигающая страсть.

Я проскользнула чуть ближе, поздоровалась со свекровью, старательно приглаживая спутанные волосы и косясь на Рафаэля, на коже которого остались следы от моей алой губной помады.

– Как насчет семейного ужина? – поинтересовалась Герда, понимающе улыбаясь.

Рафаэль вопросительно уставился на меня, и я кивнула.

– Через два дня будем, – отозвался он и, быстро попрощавшись, отключился.

Его пальцы вновь запутались в моих волосах, губы уже не обожгли поцелуем, как в первые мгновения встречи, а согрели лаской.

Через время, пытаясь отдышаться, я уткнулась Рафаэлю в плечо, чувствуя, как руки мужа поглаживают спину, дарят ощущение защиты и силы.

Потянулась вновь за поцелуем, но нас прервал очередной звонок по лиару. Звонили из целительского центра, просили подтвердить запись на прием к врачу. Мой муж коротко ответил и отключился, переводя взгляд на меня.

– Маркус звонил, да? – нахмурилась я.

Ну, а как иначе мой муж узнал бы, что на сегодняшнем официальном обеде с аэрцами у меня закружилась голова? Я ему рассказать еще не успела. И причину, почему это произошло, тоже пока не назвала. Вот как с ним поделиться? Я просто не умею преподносить такие новости.

– Я его сам набирал, – ответил Рафаэль, пронзительно смотря на меня. – Решил, тебе необходим выходной.

И от этой простой заботы в глазах вдруг защипало, и я еле сдержалась, чтобы не расплакаться. Прикусила губу, делая глубокий вдох и успокаиваясь. Рафаэль ласково провел пальцами по моей щеке, заглянул в глаза, словно чего-то ждал.

– Тебе нужно поесть, – тихо сказал Рафаэль, так и не дождавшись от меня никаких слов.

Значит, и про то, что за обедом я просто ковыряла вилкой в тарелке, он тоже знает?

Сопротивляться заботе мужа я, конечно, не стала. Но когда Рафаэль с ненормальной бережностью подхватил меня на руки и усадил в свое кресло, совсем растерялась. Он переместился к нише, где обычно хранил что-то из еды. Через пять минут передо мной стояла тарелка с супом-пюре, посыпанным свежей зеленью, запеченная рыба и стакан гранатового сока.

Я благодарно подняла глаза на моего мужчину и принялась за обед, наслаждаясь вкусной едой.

– Спасибо, Рафаэль.

– Алекс сказала, тебе такая еда полезна, да и должна понравиться, – спокойно заметил он, убирая со стола поднос.

– Алекс? – удивилась я, гадая, что происходит.

– Диар заглядывал сегодня утрясать свое расписание вместе с женой, – пояснил Рафаэль. – Кстати, и тренировки с сегодняшнего дня тебе придется прекратить.

Я ошарашенно уставилась на мужа, понимая, что он все знает. С его-то проницательностью…

– Гвен, ты ничего мне не хочешь рассказать? – мягко поинтересовался Рафаэль.

Я занервничала, и его ладонь тут же оказалась в моей руке.

– Гвен… Ну, чего ты боишься? – прошептал, перемещая меня в свои объятия. – Я ведь так счастлив, что стану отцом. Раньше не смел об этом даже мечтать.

Его губы замерли возле моих, взгляд полыхнул теплом и нежностью.

– И я, несмотря на то, что это было весьма неожиданно, тоже очень счастлива, что у нас будет ребенок, – выдохнула, расслабляясь в его руках. Самых сильных, надежных, любящих…

Рафаэль усадил меня на стол, прижался лбом к моему животу, нежно целуя и по-прежнему не выпуская из своих рук.

Я все же всхлипнула от переизбытка чувств, Рафаэль тут же стер с моих щек слезы.

– Я так тебя люблю, моя радость, – сказал он, целуя мою ладонь.

Рафаэль так редко произносит именно эти слова, выражая свою любовь каждодневной заботой и поступками. От этого каждое его «люблю» еще ценнее.

– Я тебя еще больше.

Он вновь притянул меня к себе, обнимая, согревая, защищая в кольце своих рук от всего, что способно меня ранить. И я ощутила такое огромное всепоглощающее счастье… Оно накрыло с головой, расправило крылья. И когда наши губы встретились, пропала в моем мужчине. Самом любимом. Самом желанном. Моем единственном.