Граф Суворов. Том 15 Финал (СИ)

— Не так давно мне уже выкатывали ультиматумы. Вот только решили не развязывать войну, поняв, что в любой момент могут лишиться собственных столиц. И никакие лагеря им не помогут. — ответил я.

— То есть ты готов взять на свою душу такой грех? — уточнил Борис. — Убить миллиарды?

— Как сказал один правитель — зачем нам мир, в котором не будет России? — усмехнувшись ответил я. — Взаимное гарантированное уничтожение меня вполне устроит. Если устроит наших врагов… но я сомневаюсь, что они на такое пойдут.

— Такие вещи неплохо было бы подтверждать, и не словами, а по крайней мере испытаниями. Так чтобы все видели, и боялись. — усмехнувшись ответил бывший император. — И заодно продемонстрировать, что ты в состоянии как открыть, так и закрыть зону. Повторить подвиг, пусть и в миниатюре.

— Миллионы жизней ради эксперимента? Серьезно? — спросил я, чуть наклонив голову.

— Ты непоследователен. — поморщился Борис. — То говоришь, что весь мир в труху, то жалеешь кучку людей. Для правителя это недопустимо. Твои угрозы и обещания должны исполняться, а значит ради спасения миллиардов, которые неминуемо погибнут во время войны, ты должен быть готов убить десятки, а если понадобится и сотни тысяч.

— Я обещал, что уничтожу столицу напавшей на нас страны, и без колебаний исполню угрозу, но не раньше, чем на нас нападут. — ответил я.

— Тогда будет уже поздно. К тому же, в данный момент только мое и Елизаветы покровительство спасает страну от расправы. — заявил бывший император. — Стоит мне отозвать свой голос, как Германия отзовет союзное соглашение, а уже на следующий день на Россию нападет Никарагуа, или Папуа, или ещё какая-нибудь Лумпура. Любая страна, находящаяся под полным протекторатом Великобритании, которую им будет не жалко. В твоих же интересах не допускать подобного, и это мой первый и последний бесплатный совет.

— Уже предвкушаю какие будут платные. — усмехнулся я. — С ужасом об их неочевидности и эффективности.

— Шут на троне империи… — покачал головой Борис. — Даже Петр был бы на этом месте уместней.

— Ну прости, я даже не знаю, что в этом больше виновато — наследственность или отцовское воспитание. — усмехнувшись развел я руками. — К тому же я так и не услышал конкретного предложения.

— Всё просто, я отрекусь от престола, в сокровищницу вернутся скипетр, держава и шапка Мономаха. — сказал Борис. — Ты же, вместо того чтобы претендовать на престол — станешь чемпионом России, в противостоянии совета общества.

— Ясно-понятно. Обойдусь и без короны. — всплеснув руками огорченно проговорил я, и поднялся со своего места. — Спасибо за экскурс в историю и информативную беседу. Всего хорошего и удачи.

— Если ты не станешь чемпионом — Россия обречена. — жестко сказал Борис, и я понял, что император не шутит, а действительно так считает.

— В империи хватает талантливых бойцов. Тот же князь Морозов пока куда сильнее меня. — возразил я. — Не вижу причины…

— Твоя близорукость может соперничать только с твоей невообразимой наглостью и самолюбием. — усмехнулся Борис. — И всё же ты прекрасно понимаешь, что лучше всего подходишь на эту роль.

— Нет, всё ещё не понимаю. — ответил я. — Если вы с Елизаветой заодно — почему бы её бессмертному паладину с неразрушимым щитом не отстаивать ваших интересов? Он же непобедимый.

— Сказал одолевший его в бою. — усмехнулся Борис.

— Вас ввели в заблуждение. — ответил я, заставив бывшего императора нахмурится. — Это не моя победа, а одного из моих помощников, что сейчас сражается на Рубеже, отстаивая звание командира седьмой роты.

— Не передергивай, ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю. — вновь поморщился император.

— Чем больше мне говорят, что я что-то понимаю… считай, что я тупенький, просто везучий. — усмехнувшись развел я руками. — Надо что-то, говори прямо.

— Ты… хорошо. На секунду представим, что тебе и в самом деле только исполнилось восемнадцать… — вздохнул Борис. — Генрих не может проиграть, но и выиграть ему тоже не дано. После предыдущего поражения он получил новый камень, но он куда слабее, к тому же его навык не идеален. Сейчас максимум который ему доступен — это блокировать решение совета. А для остановки готовящегося вторжения нам нужна победа в поединке.

— И снова повторю — если ради непонятных интересов мне придется оставить страну, которая находится на грани войны, с наседающими тварями с запада… — я покачал головой. — Мне есть чем заняться, и для страны я буду куда полезней на своем месте. Так что лесом — это туда.

— Ты… как же тяжело разговаривать с простолюдинами, которые даже не представляют как… — в сердцах проговорил Борис.

— О, а как тяжело разговаривать с возомнившими о себе непонятно что, зажравшимися и никогда не видевшими жизни политиками. — скорчив скорбное выражение лица ответил я. — Особенно с теми, кто родился с золотой ложечкой во рту и шелковой царской рубашке. Ты даже не представляешь, ка живет народ России.

— Народ? Народ⁈ — Борис от возмущения чуть с трона не вскочил. — Господи, да какой к черту народ? Кто его спрашивает? Они в любой стране будут думать и делать то что им скажут. Достаточно поездить по мозгам, и они будут любить и ненавидеть тех, кого надо за крохотные гроши, никак не меняющие их жизнь! Они скот!

— В этом наше принципиальное отличие. Они Не скот. Они люди, со своими судьбами, надеждами и страхами. — жестко ответил я. — Пусть тебе их и не понять…

— Там нечего понимать. Они всю жизнь крутятся как белки в колесе: работа, дом, работа, кладбище. Большинство из них ничего не создает и ни за что не отвечает. Они просто единицы в статистике. Винтики… — проговорил Борис, не выдержав. — Любой правитель, что попробует думать о них иначе — свихнется и ничего, НИЧЕГО не сможет сделать на мировой арене. Потому что любое действие будет стоить десятки тысяч жизней. А то и сотни.

— Думаю на этом можно заканчивать разговор. — сказал я, поднимаясь. — Я обойдусь без старых регалий. А люди, которых ты считаешь скотом, поддержат меня. Тебе нечего мне предложить.

— Стой. — позвал меня Борис, когда я уже подошел к дверям. — Если ты откажешься от сделки — погибнут миллионы. Если при этом начнешь осуществлять свою угрозу — миллиарды.

— Я подумаю над наглядной демонстрацией, чтобы провести её без лишних жертв. — проговорил я. — На этом всё.

— Этого мало. — вновь одернул меня Борис. — Твои выходки, по всему миру, продемонстрировали что у тебя есть возможность быстро перемещаться, но даже с открытием и закрытием зоны это не станет окончательным сдерживающим фактором. Совет может решить, что смерть пары миллионов одаренных — достойная цена чтобы нейтрализовать угрозу всему миру. Убить тебя, всех твоих близких и всё население Петрограда заодно.

— Это угроза? — повернувшись спокойно спросил я.

— Это твое будущее, если ты не прекратишь самодеятельность и не начнешь думать масштабнее. — ответил бывший император. — Я готов оставить трон, ради сохранения страны…

— И занять место в совете Теслы, я это уже слышал. Не слишком большая цена. — ответил я. — Что-то ещё?

— Ты нужен мне на роли чемпиона. — нехотя проговорил Борис.

— Если я на столько нужен, придумайте как сделать так чтобы я участвовал в ваших игрищах без необходимости терять право на престол. — жестко ответил я. — Если это невыполнимо — просто посылайте ваших чемпионов ко мне, я их прикончу одного за другим, или освобожу и наставлю на путь истинный. Как механоида.

— Ты… — Борис посмотрел на меня со смесью сожаления и отвращения, но затем нахмурился. — Не занимай ни каких постов в ближайшие месяцы.

— Подготовка к коронации займет не меньше полугода, так что времени достаточно. — ответил я.

— Нет, того мало. — поморщился Борис. — Но возможно я просто не с той стороны подходил к этому вопросу. Если взять весь совет под контроль и ввести новое правило… да, на этом можно будет сыграть…

— Реликвии рода Романовых должны вернуться в сокровищницу сегодня же. — сказал я. — Если сделаете это, я, так и быть, буду готов принять вашего дуэлянта.

— Это вряд ли. — усмехнулся бывший император. — Но ты же хочешь остановить вторжение в Персию, верно? Так или иначе тебе придется встретиться с флотилией не наследного принца Японии, так почему не сыграть на опережение.

— Хочешь, чтобы я вызвал принца на поединок? И что это решит? А главное кому и что докажет? — не понял я.

— Принц Нарухито — младший в очереди на наследование, но один из гениев диссонанса, и сейчас именно он является чемпионом, при члене совета, представляющем Японию. — ответил Борис. — Если все разыграть правильно, ваша схватка может быть приурочена к заседанию совета. Кроме того, император -солнце не желает вести полноценную войну с Россией. Если ты победишь его сына, не убивая, это докажет и твою силу, и лояльность. Голос в совете будет если не за нами, то станет нейтральным, а это уже большой успех.

— Всё это время ты говорил, что принц не может быть чемпионом. — плохо скрывая раздражение сказал я. — Убеждал что единственный шанс спасти Россию это оставить престол… а теперь выясняется, что один из принцев Японии — чемпион?

— Он не наследник престола, даже не в первой тройке. — спокойно ответил Борис. — К тому же, требование не занимать официальных постов в государствах представителях, и ты сможешь обойти этот пункт, если откажешься от всех официальных наименований на время подготовки к коронации. В том числе от места магистра ордена.

— Звучит как куча проблем, которые я получу на пустом месте. — проговорил я.

— Наоборот, ты решишь все свои проблемы на долгие годы, если сумеешь за время до коронации победить под разными предлогами всех чемпионов, а я смогу провести голосование о снятии запрета на официальных представителей. — усмехнулся Борис. — Возможно ты не так уж и плох, как мне всегда казалось.

— Верни украденное. Напиши официальное отречение, под которым поставят подписи твои сторонники. Сними с них клятвы. — перечислил я свои требования. — И после этого я буду готов сразится с японским принцем так, чтобы его не убить.

— Не слишком ли многого ты хочешь? — нахмурился Борис.

— Ты всё равно уже решил, что уходишь. — пожав плечами ответил я. — Или очень хочешь, чтобы я тебя поуговаривал? Может требуется дополнительное давление?

— Нет… но я тебе тоже не слишком верю. — усмехнувшись ответил Борис. — А потому мы подпишем две бумаги. Одной из которых станет твоя верность мне, как верховному правителю и представителю империи в совете общества Теслы.

— Ты всё ещё пытаешься выгадать какую-то мелочь? — покачав головой спросил я. — Нет, никакого верховного правителя и прочей чуши. Я буду с тобой советоваться, если того будет требовать работа с обществом. Буду сражаться, если защита моих близких и жителей Российской империи того требует, но не более.

— Торгаш. — недовольно поморщился Борис. — Хорошо, зови свидетелей. Не самому же мне писать эту бумагу…

— Хорошо. — кивнул я, и выйдя из зала мгновенно наткнулся на Леонида, а затем коротко пересказал ему на ухо то что необходимо сделать.

— Слава богу, вы прислушались к моим советам. — выдохнул Багратион-старший.

— Вы не раз спасали империю, хоть ваша деятельность и не всегда была видна с первого взгляда. Так что вам я верю куда больше, чем… постороннему существу, о котором почти ничего не знаю. — ответил я, а затем вызвал Строгонова. — Штурм откладывается, но подготовку не отменяй. В крайнем случае проведем смотр.

— Думаю это будет лучший случай, ваше высочество. — с облегчением сказал Василий. — Груз будет в течении двух часов, оставить его в лаборатории?

— Нет… боюсь он нам всё же может пригодится, хоть и для другого. — ответил я, задумавшись. Возвращать девушек было пока рано, но если все получится… каким бы Борис не был отвратительным манипулятором и властолюбцем, в одном он был совершенно прав — я обязан был провести демонстрацию, и лучше всего перед послами, чтобы ни у кого не возникло сомнений в том что это не компьютерная графика и не постановка. Осталось понять где подобное можно совершить с минимальными последствиями.

Глава 8

— Дамы и господа, я собрал вас здесь как представителей ваших стран. — сказал я, осмотрев присутствующих дипломатов. — Одновременно с этим ведется прямая трансляция на весь мир, но вы должны не только увидеть это своими глазами, но и почувствовать, а потому прошу не пренебрегать собственной безопасностью.

— Насколько это опасно? — спросил новый посол Священной римской империи германской нации.

— Если не соблюдать меры и рекомендации — смертельно. — ответил я, заставив послов недовольно нахмуриться и начать перешептываться. Для тех, кто в состоянии поддерживать сферический щит — это более безопасно, и они могут наблюдать в доспехах, вне бункера, остальным рекомендую не рисковать и остаться здесь.

— А без резонансной брони? — уточнил французский посол.

— Боюсь таких я вылечить не смогу. Всё же мы будем в самом эпицентре. — ответил я, с улыбкой разведя руками и ещё больше смутив собравшихся. — Однако, если вы хотите рискнуть, я не в праве вам мешать.

— Можно уточнить, в эпицентре чего мы будем? — спросила представительница Австрии, и несколько других послов закивали.

— Вы правы, пора… отключить трансляцию. — вслух приказал я, и волна удивления и возмущения прокатилась по толпе дипломатов. — Итак, некоторые из ваших правительств решили, что они могут давить на Россию, и меня лично. Нам стало известно, что готовится нападение на Петроград и объявление нам войны…

— Что за беспочвенные обвинения? — возмутился посол Англии.

— Пока никаких обвинений. Только демонстрация. — ответил я, и по моей команде на экранах появилось уродливое месиво из доставленных с рубежа тварей. — Кто хочет убедиться своими глазами в происходящем, прошу наружу. Дальше будет тяжелее.

— Вы хотите скормить нас этим тварям? Это неприемлемо! — возмутился посол Англии. — Нападение на посла…

— Они находятся в километре от вас, так что не представляют никакой угрозы. — с ухмылкой ответил я. — К тому же эта проблема покажется для вас сущей мелочью, по сравнению с тем, что будет через пару минут. В бункере будет безопасней, но решать вам.

Несколько послов, подумав, всё же решилось облачиться в доспехи и вышли вместе со мной, чтобы убедиться в происходящем собственными глазами. Но даже смельчаки решили остаться на безопасном расстоянии, когда я двинулся к окруженному ледяной водой острову.

План, над которым мы бились несколько дней, совершенно внезапно сложился в простую и красивую картинку, когда Змей рассказал об термоядерных испытаниях в своем мире. Царь бомба, ударная волна от которой трижды обошла земной шар, и накрыла все радары.

Новая земля, остров в Северном Ледовитом океане, идеально подходил для наших целей, и не только из-за значительной удаленности от населенных пунктов, в случае если эксперимент выйдет из-под контроля, но и из-за того, что находился на нашей территории. Ни одно судно не могло проскользнуть туда без нашего ведома, мы же, наоборот, без лишних сложностей подготовили испытательную площадку.

— Как вы сумели доставить сюда этих тварей? — спросила Линью, для которой был специально подготовлен бронеход с одаренным пилотом. — Разве они не крайне опасны? У вас же целая армия сдерживает их на Западе.

— Это было не так сложно, как вам кажется. — уклончиво ответил я, переходя на общий канал. — Для понимания всех присутствующих. Монстры диссонанса здесь нужны лишь для демонстрации того, что произойдет с жителями ваших столиц, в случае нападения на Россию. Помните, мы не хотим войны, но готовы к ней. Прошу всех способных поднять щиты. Если вы хотите заниматься видео или фотосъёмкой — сейчас самое время. Тем более что ни один из ваших одаренных или ученых никогда подобное не осуществит. Десятисекундная готовность.

— Отметьте укрытия, которыми в случае опасности воспользуетесь, а также место к бункеру. — проговорил Роман Суворов, отвечающий за безопасность гостей. — Мы прикроем вас, сколько сможем, но на поверхности безопасно не будет.

— Хватит уже пугать ежа голой жопой, начинайте! — недовольно проговорил князь Голицин, лично пожелавший участвовать в представлении. К тому же он был практически последним из системной оппозиции, так что сейчас решалась судьба не только внешних, но и внутренних отношений.

— Начнем, когда придет время. — оборвал я князя. — Не пропустите ничего…

Волна диссонанса ударила по присутствующим, да так что несколько послов сразу решили плюнуть на хороший заснеженный вид и рванули к бункеру. Интересно на что они вообще рассчитывали? Я взмыл в воздух, и твари диссонанса замерли, а через мгновение начали тянуться своими уродливыми щупальцами ко мне.

— Что происходит? Куда он исчез? — спросила принцесса Линью, схватив обзорный экран двумя руками и до рези в глазах всматриваясь в изображение.

— Госпожа, рекомендую отступить, в бункере обзор будет не хуже, а наше оборудование уже начинает отказывать. — проговорил одаренный, чьи щиты лопнули в первую же секунду повышенного давления.

— Мы почти в пятистах метрах, что с нами будет? — недовольно проговорила китаянка. — Мы должны зафиксировать как можно больше данных.

— Его высочество давно научился исчезать и маскироваться. — напомнил водитель. — Так что мы его увидим лишь тогда, когда это будет выгодно ему.

— В таком случае… — принцесса на мгновение задумалась. — Вперед, мы должны быть ближе остальных, если что-отступим.

— «Если что» будет уже поздно. — возразил одаренный. — Даже здесь я едва сдерживаю давление, приблизимся — и нас разорвет.

— Что за трус. — недовольно проговорила девушка.

— Простите, но я отвечаю за вашу безопасность головой. — возразил одаренный, и бронеход остался на месте, пока над живым морем не начло происходить нечто невообразимое. Из пустоты и полярной тени начало появляться нечто гигантское…

Барон Оксенширдский, почетный посол Англии, с презрением смотрел на оставшихся позади посланников. Он старательно скрывал свою силу, и сейчас с легкостью сумел выдержать первые волны диссонанса, идущие как от тварей, так и от цесаревича. Хотя его сильно раздражала невозможность отследить исчезнувшего принца, но это было не так важно.

Мальчишка, как и всегда, поступил импульсивно и непродуманно, но раньше подобные действия играли ему на руку. А потому не было сомнения что он попробует провернуть подобное вновь. Вот только сейчас наглому выскочке, пытающемуся диктовать свою волю истинным хозяевам, придется не сладко.

Чем бы не закончилась эта демонстрация, колоссальным успехом или феерическим провалом, это представление увидит весь мир. Все убедятся в том, что восточный кронпринц — чудовище, открывающее врата в Ад, виновное в появлении Польской зоны. Ну или неудачник не способный даже ответить за свои слова.

Так или иначе, гигантские команды профессионалов уже написали сценарии, подготовили тексты и ждали только отмашки. На самом деле им даже видео было не так сильно нужно, его склепали, как только появилась информация о предстоящем шоу. Но в идеале он должен получить дополнительные доказательства. Ну, и понимание, чего реально стоит ожидать от Александра Романова.

— Вон он, смотрите! — находящаяся в бункере группа внимательно смотрела на почти темный экран, занимавший всю стену. Пара человек предпочла перископы, остальные же с комфортом расположились в креслах перед гигантским панорамным телевизором, информация на который поступала с сотен камер на поверхности и в воздухе. И сейчас они показывали явившегося огненнокрылого ангела.

— Это же… тот же ангел что напал на лагеря в Мексике! — не выдержав сказал кто-то. — Это нападение! Международный скандал, который не замять!

— Если рус откроет новую зону прямо здесь, любой скандал покажется мелочью на этом фоне. — ответил другой голос. — Как бы он не клялся в невиновности, вся ответственность за возникновение Варшавской зоны ляжет на него.

— Если он это сделает, будет плевать кто открыл Польскую зону. Какое правительство сможет его обвинить? Или пойти войной? — усмехнулся третий. — Тем более, если он сумеет потом эту зону закрыть…

— Волна! — предупредил Роман, и в следующее мгновение выделенные зелеными контурами резонансные доспехи попадали, их будто смело, вместе с защитой. А затем над живым полем начало разгораться великолепное северное сияние.