Граф Суворов, том 15 Финал

— Кто-то хочет поспорить что он проиграл? — повернувшись к камерам и раскинув руки спросил я. — Или мне его добить для верности?

Ответа не последовало, так что я лишь пожал плечами и приставил лезвие к шее принца. Похоже это было последней каплей, потому как в следующее мгновение дверь со стороны японцев раскрылась и оттуда выбежало несколько служек в кимоно, оттеснивших меня от тела.

— Советую в начале вынуть ледышку. — сказал я, когда принца подхватили вод руки. — А то зубы ещё можно вставить, а вот если у него небо насквозь промерзнет…

— Дуэль чемпионов окончена. Победитель не определен. — донесся женский голос из динамиков. — Дуэль аннулирована из-за взаимного нарушения правил дуэли.

— Какая красота. — усмехнулся я, взглянув в камеру. — В следующий раз, прежде чем устраивать дуэль, определитесь с правилами, а не пытайтесь менять их на ходу. В данный же момент очевидно, что победитель тот, кто остался на ногах.

— Дуэль окончена, победитель не определен. — повторил женский голос, и я понял, что большего от неё не добьюсь. Но и сдавать выигранные позиции я не собирался, именно для этого я договор и подписывал, если совет Тесла пробует юлить и выворачивать правила под себя, у японцев такой финт не пройдет.

— Ваше высочество, с победой и возвращением на борт. — проговорил Мирослав, временно исполняющий обязанности капитана Петра Великого. Пришлось брать с собой всех советников Бориса, ведь он обещал снять с них клятву только после успешной дуэли.

— Благодарю, но похоже победу пытаются оспорить. — ответил я, принимая командование. — Соедините меня с адмиралом японской флотилии.

— Правила дуэли, установленные принцем Нарухито были нарушены. — проговорил Четвертый.

— Были. — не стал спорить Второй. — Вот только они были нарушены самим принцем. Он первым использовал Вопль банши для разрушения конструктов Александра, а потому должен быть признан проигравшим.

— О каком вопле речь? Он просто подбадривал себя криком. — покачал головой Четвертый. — Разве это нарушение?

— Не стоит юлить и врать, я долгое время занимаюсь фундаментальными исследованиями диссонанса и прекрасно знаю их проявления. — улыбнулся Второй. — А перед дуэлью на арене было установлено чувствительное оборудование. Да и записи с камер и разрушение конструктов прямо говорят о действии вашей фамильной техники.

— Вы пошли на исследование нашей техники? — проговорил Четвертый, поджав губы. — Это недопустимо!

— Исследовать? Я этим занимаюсь пятнадцать лет, с момента как мой отдел присоединился к обществу. — улыбнувшись ответил Второй, а затем на секунду отвлекся на коммуникатор. — Кажется сёгун Такеда уже признал поражение вашего чемпиона.

— Только мне решать, когда мой брат проиграл. — поджав губы проговорил Четвертый. — Нарушения были взаимными!

— А ваш сёгун посчитал иначе. Флотилия снялась с якорей и уходит на восток. — победно улыбнувшись проговорил Второй. — Вы можете продолжать упорствовать, но факты говорят о победе моего чемпиона.

— Предлагаю голосование. Кто за то, чтобы счесть дуэль недействительной? — спросил Первый, подняв руку. — Четверо против двоих, думаю разночтений быть не может. К сожалению, принц Нарухито в ближайшее время вряд ли окажется в состоянии вновь выйти на арену, так что нам придется подыскать другого кандидата. Если, конечно, вы хотите оспаривать решения совета.

— Что же, я не против, другой так другой. — проговорил через несколько мгновений Второй. — Однако на сей раз все правила прохождения дуэли должны быть прописаны заранее. Четко, так чтобы не допускать двояких трактовок.

— Думаю, это вполне понятные и обоснованные требования. — улыбнувшись ответил Первый. — Учитывая, что ваш чемпион совершенно не устал, повторная дуэль будет назначена на сегодняшний вечер. Там же.

— В начале правила, потом назначение даты. — сухо проговорил Второй.

— Это не займет много времени. — усмехнулся Первый, взглянув на Пятого. — Огласите обговоренные условия.

— Никаких доспехов, никакого оружия или конструктов. — сказал индиец, заставив Второго нахмуриться. — Честная рукопашная схватка до потери сознания.

— Зачем одаренным сражаться врукопашную, даже без конструктов? — спросила Пятая, вмешиваясь в торг. — Это же нелогично.

— Таковы наши условия. Дуэль сегодня, через три часа. Там же. — сообщил Пятый, не глядя на Второго.

— Если ваш чемпион откажется от схватки, будет признан проигравшим. — победно улыбаясь сообщил Первый. — Если угодно, мы можем за это проголосовать.

— Я должен сообщит о происходящем своему чемпиону. — сказал Второй, поднимаясь. — Предварительно – мы согласны.

— Да-да, конечно. — улыбаясь согласился Первый, и дождавшись пока Пятая не выйдет вслед за Вторым, откинулся на спинку кресла.

— Наша договоренность в силе? — спросил Шестой. — Если мой чемпион выиграет эту схватку, Штаты поддержат выход Индии из протектората Англии.

— Конечно, ведь мы договорились. — спокойно улыбнулся Первый.

— Что? — Третий с удивлением посмотрел на Первого. — Это наша территория!

— Была, сто пятьдесят лет назад. — возразил Первый. — К тому же, вы с неё всё равно ничего не получаете, к тому же Индия останется в союзе и не станет отказываться от военных баз на своей территории. Только гарнизоны сменятся с Английских, на смешанные из представителей альянса.

— Это неприемлемо. — проговорил Третий. — Английская короне не откажется от собственных подданных и территорий.

— Вы от них уже отказались, дав почти полную самостоятельность. — отмахнулся Первый. — К тому же, сейчас на кону спокойствие мирового порядка. Если же вам этого мало подумайте о куда более сладком призе. Первая в мире исчезнувшая зона. Миллиарды тонн полезных ископаемых.

— В таком случае цесаревич должен не просто проиграть, он должен умереть. — проговорил англичанин. — Только в случае отсутствия наследника на Российском престоле можно думать о полной победе.

— У него есть супруги, и две из них, кажется, беременны. — возразил Шестой.

— Ничего страшного, это тоже решаемый вопрос. — отмахнулся Первый. — Будем придерживаться правил. В начале лишим голоса Второго и Пятую. Покажем всему миру ущербность агрессивной империи, чей цесаревич убил миллионы, открыв Варшавскую зону, а затем уже разделим проигравших.

— Сегодня? — тому, что результат дуэли постараются признать недействительным, я вообще не удивился, но вот то, что вторую дуэль назначат прямо на сегодня… да ладно, в принципе тоже приемлемо, особенно учитывая, что я сумел добиться своего. Однако условия второй дуэли оказались просто за гранью добра и зла.

— Да, через три час к вам прибудет флотилия Индии, под командованием махараджи Водеяра, он уже уведомлен об условиях проведения дуэли, так что перед её началом тебе придется сдать всё оружие и резонатор. — проговорил Борис. — Уверен, ты сможешь выкрутиться и без этого, но если приборы зафиксируют всплеск диссонанса, и эа дуэль тоже будет признана недействительной…

— Это если я выиграю. — усмехнувшись ответил я. — Тебе не надоело играть под дудку совета? Может пора уже наплевать на их меняющиеся правила?

— Как только у тебя будет флот, и армия, сравнимые по силе с объединенной армией альянса, можем это обсудить. — сухо ответил Борис. — А пока придется работать с тем, что есть. К слову, тебе и в самом деле стоит победить, без дополнительных условий. Чемпион Шестого их не сможет принять, у него нет власти.

— И зачем мне это? — спросил я. — Мы договаривались с тобой на одну дуэль, я её выиграл. Или ты тоже хозяин своему слову? Захотел – дал, захотел обратно забрал?

— Мы договаривались о выигранной дуэли. — возразил Борис. — Так что условия не исполнены.

— Не по моей вине. — ответил я. — Сейчас же ты пытаешься переложить проблему с больной головы на здоровую. К тому же, кто сказал, что они не продолжат препираться? Одержу победу над этим…

— Проблема правил в том, что их невозможно постоянно нарушать. — ответил Борис. — Один раз – да, два – может быть. На третий всем, в том числе создателям правил, станет понятно, что они больше не работают, и нужно придумывать что-то другое.

— И в чем проблема? — усмехнувшись спросил я. — Они просто изменят правила под себя, снова. Отменят вообще дуэли чемпионов, например.

— Это можно было бы сделать, если бы общество оставалось полностью монолитным. Но это не так. — ответил Борис. — Даже сейчас, отстаивая свои позиции до последнего, представитель правящего рода Японии признает своё поражение. Ему противно что общество поступило именно так, хоть он это и скрывает. К тому же, неужели ты думаешь, что сёгун ослушался бы прямого приказа императора?

— У нас был подписан договор. — мрачно проговорил я. — Что он отводит войска после поражения Нарухито в дуэли.

— Конечно. Но он мог бы просто сложить с себя полномочия адмирала, взять какой-нибудь катер и улететь. — усмехнувшись заметил Борис. — Ни в букве не нарушив договор. Легче бы тебе при этом стало? Сомневаюсь. Однако адмирал увел флот, а значит сам император одобрил такое решение.

— Чем ещё раз подтвердил, что именно я победил в дуэли, а значит и наш договор должен быть исполнен. — тут же ввинтил я. — Иначе зачем мне сражаться снова?

— Тебе так важна личная выгода? — с неприязнью спросил Борис. — Изволь. Когда ты победишь, и наше с Елизаветой решение будет принято к исполнению, я раскрою тебе главную тайну резонанса, и объясню, как именно освоить конструкты всех стихий. Такой размен тебя устроит?

— Учитывая только что полученный опыт, я бы в начале хотел услышать более точные условия. — проговорил я. — Чтобы потом не выяснилось, что мы друг друга недопоняли, или условия были провалены по чужой, а не моей вине.

— Ка же ты, чужак меня раздражаешь… мы делаем одно дело, но вместо того, чтобы сконцентрироваться на нем… хорошо! — выдохнул наконец Борис. — Выиграй эту дуэль чисто. Так чтобы нельзя было её не признать, и я исполню свою часть договора, разорву клятвы, отрекусь от престола и передам тебе секрет стихийных конструктов. Такие условия тебя устраивают?!

— Вполне. — усмехнувшись ответил я. — Сделаю всё от меня зависящее, чтобы дуэль была чистой. Но если они опять попробуют нарушить свои же правила…

— Они, конечно, попробуют, но мы им не позволим. — усмехнувшись ответил Борис. — Жди, скоро твой противник прибудет.

Мне больше ничего не оставалось, кроме как выполнить свою часть сделки, и готовиться. Но, как верно заметил Борис, если они не хотят играть честно, придется ловить их за руку и заставлять это делать. Так что к моменту, когда прибыла индийская делегация, рядом с ареной было размещено несколько подавителей, почти полностью блокирующих саму возможность использования резонанса.

Вот только, когда я увидел улыбающегося бородатого индуса, спускающегося по трапу, я понял, что все мои приготовления напрасны. Ведь в истинном зрении он светился как новогодняя ёлка — не было той чакры или меридиана, что остались бы не активны в его теле.

— Брахман Айо приветствует собрата. — улыбаясь во вьющуюся бороду склонился индус, и на моё лицо невольно выползла ухмылка.

— Брахман Александр приветствует собрата. — ответил я. — Пусть наша схватка послужит нашим душам.

— Истинно так, брат. — вновь поклонился Айо. — Пусть решит карма.

Глава 11

— Что они делают? — поинтересовался Первый подняв бровь. В малом зале заседаний на острове Тесла собрались все заинтересованные лица. Штаты, Индия и Англия. Представитель Японии отъехал на консультации с императорским домом, а Второй и Пятая не были поставлены в известность о совете.

— Мы, кажется, договорились. — вновь проговорил Первый, повернувшись к Шестому. — Ваш чемпион должен убить выскочку, а не держаться с ним за руки.

— Они просто примериваются к бою. — нехотя проговорил индиец, которому происходящее и самому не доставляло никакой радости. Они создали идеальные условия для сражения брахмана Айо, поставили противника в узко заданные рамки, не допускающие проигрыша воителя и учителя, но вместо того, чтобы намять цесаревичу бока, они просто стояли, соединив правые ладони.

— Вы сделали не верную ставку. — проговорил Третий. — Нужно было доверить сражение принцу Чарльзу, на тех же условиях. И он не оставил бы русу ни шанса. Вместо этого вы пытаетесь провести собственные интриги внутри общества.

— Не пытайтесь обвинить меня в получении выгоды за счет своего сложного положения. — с улыбкой отмахнулся Первый. — Не вы ли начали заново оккупацию Нормандии, пользуясь занятостью Французов в Африке?

— С каких пор проведение референдумов стало синонимом оккупации? — усмехнулся Третий.

— Термины определяет победитель. — вернул ему улыбку Первый.

— Именно поэтому мы и говорим о референдуме. — ответил Третий. — Мы спасаем остатки Европы от агрессии русских и паники немцев. И если Нормандия решила вернуться в колыбель Британии, то так тому и быть. Да и действия этого вашего учителя, выглядят более чем сомнительно. Он не победит.

— Он великий оракул и брахман. Возможно, величайший нашего времени. — ответил Шестой. — Он видел свою победу, а потому она предрешена.

— Вы верите в эту чушь? — удивленно посмотрел на него Третий.

— А вы нет? — с не меньшим удивлением спросил Шестой. — После появления резонанса и прорывов вы всё еще не можете принять то что в нашем мире есть куда больше, чем просто физические оболочки и проявления?

— Существование диссонанса – научно доказанный факт, в то время как все ваши праны, третьи глаза и прочее — лишь миф. — чуть качнул головой Первый. — Если ваш расчет был основан на них, то мое предложение о сотрудничестве можно отзывать.

— Он справится. — проговорил Шестой, сконцентрировавшись на экране, тем более что изображение наконец изменилось, и противники начали шевелиться.

Пакистанская граница, арена между войсками России и Индии.

Айо был таким же как я, и в то же самое время совершенно иным. Не было никаких сомнений, что брахман переродился и уже не первый раз, плотно держа нить судьбы и духа в своих руках. Возможно, это была уже третья, если не четвертая его осознанная жизнь, но в этой он явно добился многого.

Убежище души было раскрыто полностью, как и у меня. Явный признак того, что Айо готов к перерождению в любой момент, и, даже если мне каким-то образом удастся его убить — это никак не скажется на его планах. Земля, вода, огонь и воздух оказались полностью подчинены его воле, как и эфир. И даже третий глаз был почти полностью раскрыт, чего мне никак не удваивалось добиться. Всё же я в этом теле провел всего пару лет, а брахман уже приближался к сорока пяти.

И вот тут начинались существенные отличия. Тело мужчины было отлично подготовлено, но, как и принято в касте дважды рожденных – не перекачано и больше сконцентрировано не на бое, а на том, чтобы не доставлять брахману неудобств. Впрочем, в реальной рукопашной схватке это совершенно не важно.

Раскрытые чакры стихий позволят ему мгновенно создать гормональный шторм, который сравняет нас в скорости и силе. Хоть и на достаточно короткий промежуток времени, но в рукопашной схватке этого вполне достаточно. У мастеров всё решает один удар, а перевести столкновение в длительную схватку могут только крайне близкие по уровню профессионалы. А я на такую рол не тянул…

Несмотря на то что в стихиях я тоже достиг пика, даже эфир у меня пока был развит не на самый максимум, а уж третий глаз всего на треть. А значит в схватке у меня шансов маловато. Он просто будет предвидеть мои движения быстрее, лучше и чаще, не оставляя ни шанса.

Физическая схватка, на нашем уровне, была совершенно бессмысленна, а потому мы стояли ладонь к ладони, контролируя выбросы праны через меридианы. Прямое столкновение сгустков энергии вызывало жуткую боль, но за счет боевой медитации и отстраненности от собственного тела мне удавалось поддерживать концентрацию.

Каждая пульсация могла стать последней. Каждый импульс мог пойти дальше, или наоборот, оказаться недостаточным и пустить враждебную энергию в мое тело, разрушая меридианы и означая проигрыш. Но в данный момент мне удавалось держать ситуацию под контролем, и силы души взаимно гасились между нашими ладонями.

— Собрат, я вижу, что ты тоже раскрываешь третий глаз. — проговорил Айо, заставив меня вздрогнуть. — А значит не мог не видеть исход нашего сражения. И я благодарен, что несмотря на будущее поражение, ты решился на нашу встречу.

— Ты и сам знаешь, собрат, что видения не всегда точны. — ответил я, убеждая больше себя самого, чем его. — Победа и поражение могут поменяться местами в любую секунду, а судьба определена лишь в общих мазках.

— Ты прав, собрат, так и есть. Но мое виденье будущего однозначно. Во всех вариантах моя победа неизбежна. А моя страна и нация выходят из схватки победителями. — улыбнувшись ответил Айо. — Мне жаль, что тебе придется пройти через это, но такова судьба, и я прошел долгий путь ради свободы.

— При чем здесь свобода и судьба? — удивленно спросил я, чуть не потеряв концентрацию. — Сегодняшняя схватка решит, будет ли Индия в союзе с Англией и Штатами участвовать в разграблении Персии.

— Что? — теперь уже растерялся Айо, но мгновенно взял себя в руки. — Собрата видно обманули. Сожалею, что твой дар оказался недостаточно хорош. Я одержу победу, и наш народ избавится от ярма англичан, став свободной и отринув путь разрушения.

— Боюсь это тебя обманули. — покачал я головой. — Я знаю о договоренностях, потому как сам являюсь наследником престола. В случае моей победы, флот альянса уйдет из региона, освободив его. В случае поражения мне придется отступить, а Персия, Османская империя, Индия и Пакистан окажутся в полном подчинении альянса.

— Нет. — покачал головой Айо. — Альянс уйдет в случае моей победы…

— Победа в бое, не всегда означает победу в войне. — заметил я, заставив брахмана на мгновение нахмурится. — Возможно ли, что ты видел не саму схватку, а лишь её итог, который истолковал неверно?

— Собрат, ты ловко говоришь, но тебе не зародить в моей душе сомнений. — улыбнулся брахман. — Победа будет за мной, я не отступлюсь и сделаю Индию свободной. Верну её на истинный путь духа, а не разложения и диссонанса.

— Собрат… ты же чувствуешь, что я не лгу тебе? — нахмурившись спросил я.

— Чувствую. Но ты можешь врать сам себе, веря в то, что говоришь правду. — ответил Айо. — Ты сам пошел по пути разложения. Твой дух переполнен чужеродной энергией, которой не место в нашем мире.

— Не место. Но она давно является его частью. — согласился я. — Мы можем лишь принять её, или отвергнуть. И я вижу, что ты годами подавлял эту силу, почти уничтожив в себе чакру звука.

— Я един с миром, а потому мир не может навредить мне. Потому я вижу его начало и его конец. Прошлое и будущее. — довольно улыбнувшись проговорил Айо.

— Ты един с миром. — кивнул я. — С прошлым.

С этими словами я наконец решился на то о чем даже думать не мог, выплеснул энергию из чакры звука, мгновенно усилив давление на противника. Троекратно! Меридианы загудели, словно провода под высоким напряжением, мышцы предплечья свело судорогой, но моему сопернику пришлось куда хуже. Отдёрнув ладонь, он сменил стойку, и на мгновение нахмурился. А потом нам стало не до разговоров.