Сокрушенная тобой (ЛП)

Я потянулся к тумбочке и схватил телефон.

— Я назначу тебе другую встречу на завтра. Какой номер?

Я подумал, что это должно быть встреча с парикмахером или мастером по маникюру. Девушки всегда с ума сходили из-за подобного рода дерьма.

Она закатила глаза.

— Я вернусь через пару часов.

— Нет.

Я погладил ее между ног и усмехнулся, когда услышал стон. Но к моему разочарованию, это не помогло, она выскользнула из моих рук и отошла.

Закрыв глаза, я упал на кровать.

— Ты и я. Мы не закончили, Кэт.

Блядь, нет. Я чувствовал себя глупо. Ною из-за какой-то гребанной цыпочки, на которую мне насрать.

— Ммм… да. — Она замолчала, и я услышал, что она шуршит чем-то. — Встретимся позже.

Ее голос был слишком напряженным, и я приподнялся, чтобы увидеть, как она, стоя на коленях, собирает вещи, которые должно быть выпали из сумочки, когда я перекинул ее через плечо.

Я встал, чтобы помочь ей, когда увидел это.

Я замер. Сокрушительное недоумение окутало меня.

Она почувствовала это и тоже замерла.

Одновременно мы оба рванулись за этим предметом, но он был ближе ко мне, и я схватил его первым.

— Какого, на хрен, черта?

Мое сердце колотилось от ярости и разочарования. Блядь. Я знал, что все было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Иисус. Мои пальцы сжались вокруг шприца, когда я посмотрел на нее. Иисус. Блядь. Почему? Почему это дерьмо должно было снова вернуться в мою жизнь?

— Рем, это не то, о чем ты думаешь. — Она протянула руку. — Отдай.

— Так вы все говорите, верно?

Я проскользнул мимо нее. Блядь. Какое, черт возьми, расточительство.

Боль скрутила все мои внутренности, и скрутила их, словно чертова стиральная машина. Просто от взгляда на иглу, меня затошнило. Это было похоже на удар в лицо кончиком влажного полотенца.

Я почувствовал, как ее нежная рука обхватила мой бицепс, и рванулся вперед, распахнув дверь в ванную.

Она повысила голос.

— Рем, нет.

Меня охватила паника. Перед глазами пронеслись воспоминания. Гребаная наркоманка бесится, что ее заначка будет уничтожена. Мне не нужно все это дерьмо. Ни в коем случае я не окажусь снова на этой скользкой дорожке.

Я снял колпачок со шприца.

— Черт, Рем. Ты не имеешь права!

Она схватила шприц, выбила его из моей руки, и он покатился по керамической плитке.

Мы снова одновременно кинулись к нему. Кэт запрыгнула на меня, и я упал на колени. Она слишком мало весила. Я легко оттолкнул ее, и она упала на задницу.

Дотянувшись до шприца, я поднялся на ноги, повернулся и свирепо посмотрел на нее, качая головой.

— Ты жалкая. Господи. — Снял колпачок и нажал на шприц, выпуская прозрачную жидкость в унитаз. Нажал на смыв, закрыл крышку и бросил пустой шприц на стойку. Боже, я не хотел даже смотреть на нее, мне было противно. Она была мне противна. — Я не трахаю наркоманок. Точка. Я сваливаю отсюда.

Как я мог не заметить? Я знал все признаки, но как-то пропустил их все.

— Ты сволочь.

Огонь в ее глазах удивил меня. Почему, черт возьми, она злится на меня? Это у нее были проблемы. Ненормальная сучка. Снова перед глазами воспоминания.

Она резко встала, подошла ко мне, и несколько раз толкнула меня так сильно, что я попятился к стене. Все что я мог, это отступить. Мне не хотелось ввязываться в ссору с девушкой, даже с той, которая готова выплеснуть на меня свое дерьмо.

Без сомнения, она собиралась на встречу с дилером.

— Господи, ты такой придурок. — Она снова толкнула меня обеими руками, да так сильно, что я врезался в стену ванной. — Спасибо за трах, ублюдок. А теперь убирайся отсюда.

Я не колебался ни минуты. Вернулся в спальню, натянул джинсы, схватил рубашку и надел ее, направляясь к входной двери.

Остановился. Пробежался пальцами по татуировке в форме бабочки на моей правой руке. Вот почему, я должен уйти. Наркотики. Блядь. Боль в груди была мучительной, будто тиски сжали мое сердца, так сильно, что оно готово было взорваться в любую минуту. Мне нужно было на воздух — срочно. Я тонул в воспоминаниях о Хэйвен, и, если я не выберусь отсюда сейчас же, меня стошнит.

— Скажешь кому-нибудь, и я тебя кастрирую.

Я направился к ней и увидел вспышку паники в ее глазах. Кэт была бесстрашна, по крайней мере, раньше я так думал. Схватил ее за руку, прежде чем у нее появится шанс сбежать.

— Почему? — закричал я. Мне нужно было это знать. — Иисус, почему?

Почему она должна была разрушить все?

Я не хотел отпускать ее, пока она не ответит. Мне нужно было услышать это от нее. Я думаю, она знала это, потому что стала оправдываться.

Я резко отпустил ее. Она продолжала говорить, но мой разум затуманился от хаоса, царившего вокруг, и я ничего не слышал.

Нет. Блядь, нет.

Контроль ускользал, и я должен был выбраться отсюда — срочно. Я не мог дышать. Я задыхался. Я себя не контролировал, и это могло убить меня. Я не мог справиться со своими эмоциями. Я не предполагал, что это так подействует на меня, и в тот момент я понял, что Кэт была большим, чем просто сорок восемь часов секса.

Теперь… теперь все это было разрушено. Ее оправдания уничтожили ту маленькую каплю надежды, которая у меня еще оставалась, теперь у меня не было другого выхода, кроме как вытянуть якорь, и вновь стать свободным.

Не сказав ни слова, потому что я так облажался, чтобы хоть что-нибудь говорить, я вышел.

Кэт

Мои бедра покачивались в такт музыке, руки были подняты над головой, а другая пара рук крепко обнимала меня за талию. Прошло два дня с тех пор, как я видела Рема, и это все еще было невыносимым. Я думала, что если приду в «Лавину» потанцевать, это поможет мне забыть его… к сожалению, все здесь еще больше напоминало о нем. Поэтому я лечилась стопками водки.

Я ненавидела каждую секунду, пока руки этого парня были на мне, но так я наказывала себя, это инстинкт самосохранения, все для того, чтобы заставить себя поверить, что Рем был просто еще одним парнем. Не велика потеря.

Каждый глоток причинял боль, словно что-то застряло у меня в горле. Каждый вдох засасывал меня немного дальше, до тех пор, пока водка не притупляла эту ноющую боль.

Я никогда никому не говорила о наркотиках. Даже Эмили не знала. Только Мэтт. И Рем, просто доказал, что случится именно то, чего я так боюсь, если кто-нибудь узнает об этом.

Прервав поток моих мыслей, мужской голос прошептал мне на ухо:

— Пошли сегодня ко мне, прелесть.

Я вздрогнула, и эта дрожь не была приятной. То, как он прижимался ко мне, должно было заставить меня захотеть его; вместо этого, это лишь отталкивало меня. Иисус, даже обычный флирт был словно удар ниже пояса из-за ухода Рема.

Обычно я купалась во внимании. Но это не означало, что я велась на все это. Мужчины были лишь способом чувствовать себя желанной. И они следовали за мной — высокой блондинкой с длинными ногами. Я любила флиртовать. Внешне я казалась уверенной в себе, но внутри… внутри я разваливалась.

Я старалась проживать каждый день без сожалений.

До этого момента.

Сейчас я сожалела.

Я сожалела о Реме. Ведь до него ни один парень не значил для меня так много, чтобы причинить боль, как это сделал он. Все должно было быть просто очередным быстрым трахом, но что-то срослось между нами, пока мы работали на ферме. Дело было не в сексе, и от этого еще больнее. Мы стали друзьями, а теперь все пропало.

Эти две недели мы были собой, испытывали боль и волновались за наших друзей, поддерживая друг друга. Не было никаких шуток, никаких сексуальных игр, мы были естественными и непринужденными друг с другом. И только когда Эмили вернулась, все изменилось. Мы планировали провести вместе всего одну ночь, и никто из нас не желал большего, но что-то произошло. Я надеялась, что Рем тоже это почувствовал. Но ошиблась. Хуже всего, что я очень скучала по времени, проведенному с ним. Это ранило куда больнее, чем отсутствие секса.

— Кэт.

Его голос. Иисус, я все еще слышу его в голове. Какого черта происходит со мной? Почему это так больно? Секс был отличным. Рем был груб, и я могла сказать, что ему нравилось все контролировать, но и мне это понравилось. На самом деле я поняла, что это было горячо позволить ему взять все под свой контроль. Я привыкла все в своей жизни контролировать сама, поэтому позволяя ему руководить — было чем-то новым для меня. Это был не просто потрясающий, сногсшибательный секс. Я чувствовала его на расстоянии, ощущала потребность в быстром и жестком сексе с ним, но та ситуация, когда он не захотел, чтобы я закончила минет… да, там было что-то…

— Кэт.

О боже. Его голос был реальным. Я остановилась и посмотрела через плечо на мужчину, который заставил меня положить на пару таблеток больше чем обычно, в мою прикроватную тумбочку.

— Надо поговорить.

Рем стоял в центре танцпола, его лицо было непроницаемым, губы сжаты. Он не смотрел на меня, он смотрел на парня, обнимающего меня. Черт, он был чертовски зол. И было не совсем понятно, был ли вопрос адресован мне или парню, которого он испепелял своим взглядом.

— У тебя был шанс, придурок. Второго я не даю.

Я схватила партнера по танцам за руку, и потащила его сквозь толпу к бару.

Мое сердце колотилось так быстро, что стало больно.

— Пошел отсюда, — сказал Рем парню, подходя сзади. Без вариантов, это была не просьба.

— Иисус. Ты осел. — Я посмотрела на моего партнера по танцам. — Дай нам секунду?

Он пожал плечами и пошел в сторону уборной. Я села на барный стул и кивнула Бретту. Он посмотрел на меня, затем на Рема, который стоял позади меня. Секунду поколебавшись, Бретт взял Стеллу, открыл ее и подвинул мне. Он глянул на Рема, тот едва заметно кивнул в ответ и, дождавшись, когда бармен отойдет, встал между мной и баром.

Он не опирался о стойку, не выглядел неловко, в его глазах и намека на раскаяние не было. Вместо этого, он стоял непреклонный и холодный, пялясь на меня.

Я подняла брови.

— Ну, чего ты хочешь?

— Ты обрушила на меня серьезное дерьмо. И это заняло у тебя всего две недели.

Я схватила пиво, выпила четверть залпом, и со стуком поставила обратно на стойку. Пена поднялась и выплеснулась.

Рем продолжил.

— Я редко ошибаюсь в людях.

— Эй, Бретт, водку! — крикнула я, пока он обслуживал другого клиента. — Ты закончил? Я занята.

— Кто этот парень?

Я пожала плечами.

— Я не знаю его имени. Мне все равно. Вроде член у него приличный. И это все, что мне нужно знать сегодня вечером.

Это должно было причинить ему боль. Я почувствовала себя лучше, когда выпалила это херню, надеясь, что ему не совсем насрать.

Тишина. Мне даже не нужно было смотреть на Рема, чтобы понять, что он кипел от злости. Воздух вокруг нас был таким плотным, что я изо всех сил пыталась сделать вдох.

Бретт поставил водку передо мной.

— Ты в порядке, Кэт?

Я кивнула.

Пальцы Рема обхватили мое запястье, когда я попыталась взять рюмку. Я зло посмотрела на него.

— Убери руки, сволочь.

Но он не отпустил. Его глаза изучали меня, и я мялась в нерешительности под его пристальным взглядом. Этот взгляд тревожил меня. Я редко чувствовала себя неуютно, но Рем… было что-то внутри него, что напугало меня. Он не причинял мне физическую боль, а эмоционально уже сделал это, но тут было что-то другое. Тьма, спрятанная глубоко внутри. Ну уж нет. Я не нуждаюсь в его дерьме, у меня достаточно своего.

— С тебя хватит. Я отвезу тебя домой. Поговорим там.

Возможно, он был прав, но это не его дело, и я уж точно никуда с ним не собиралась.

— Нам не о чем говорить. Мы трахались и это все что было. А теперь отпусти меня.

— Рем.

Предупреждение Бретта ослабило напряжение, и Рем отпустил меня, но я успела заметить, как дернулась его челюсть, когда он пытался сдержать себя.