Помоги проекту - поделись книгой:
День 16. 11 марта 2022
Завтра из-под Черновцов приезжает мой сын Сергей с женой Алисой и их подруга Маша, с которой я уже знаком: она несколько дней жила у нас, когда началось российское вторжение, потому что ее район Харькова оказался куда более опасным из-за обстрелов. Есть чем заняться: привести в порядок квартиру (хотя я ее особо и не запускал, но все-таки…), привести в порядок себя, докупить продуктов… В общем, заниматься самоедством и впадать в меланхолию некогда, я занят хоть каким-то делом, и это хорошо.
ОЛЕГ:
Проявляются люди, которых не видел двадцать пять лет, не встречался, не общался. Беспокоятся, помогают словом и делом. Мир стал маленький: пишут из самых разных стран. И снова: беспокоятся, предлагают помощь. Личный интернет раскалился добела, я греюсь у этого огня.
Незнакомцы пишут, делают, спасают. Читатели встречают, селят у себя, кормят, возят. Всегда говорил, что у нас прекрасные читатели.
О друзьях и не говорю. Они здесь, рядом, каждую минуту. Плечом к плечу.
И напротив: те, кто вслух называл себя другом, исчезают как не бывало. Двух слов не напишут. Боятся? Не хотят? Возненавидели по разнарядке? Какая разница…
Кризис вскрывает главное. Есть друзья, есть собутыльники.
ДМИТРИЙ:
День 17. 12 марта 2022
С утра начался цирк на дроте. Хозяйка квартиры, милейшая, интеллигентная и очень щепетильная женщина, пани Ирина, настоящая чуть старомодная «львівська пані», узнав, что мой сын с женой приезжают сегодня во второй половине дня, заторопилась заглянуть в квартиру до их приезда, чтоб забрать кое-какие вещи и «не заважати дiточкам». Разумеется, с моего любезного разрешения. Каковое любезное разрешения, я, разумеется, немедленно выдал, мы расшаркались друг пред другом по телефону и договорились, что пани Ирина заедет в 11 утра.
А надо сказать, что еще в день, когда я подписывал договор и заселялся, пани Ирина ухитрилась то ли сломать, то ли заклинить замок на двери комнаты, в которую она сложила свои вещи, и которую заперла. Что-то оттуда достала, заперла дверь, всего-то случайно повернула ключ на один лишний оборот — и вот вам неизменно превосходный результат: замок заклинило, и отпираться он отказался наотрез. Ни пани Ирина, ни я с ним справиться не смогли.
На сей раз пани Ирину привез на машине ее зять. Вместе с двухлетним внуком. Внук немедленно выгреб на пол из нижнего отделения шкафа все мои вещи и забрался внутрь. Зять принялся возиться с заклинившим замком. Пани Ирина вслух переживала и беспокоилась. Я пытался ее успокоить. В общем, скучать было некогда.
С замком зять сделать ничего не смог, и в итоге они все уехали. Пани Ирина пообещала вернуться с мастерами, которые все починят. И, разумеется, вернулась, кода все мои уже приехали и начали обустраиваться. Их привез Александр, наш читатель, который забирал с вокзала и нас. Большое ему спасибо! Сережа, Алиса и их подруга Маша обустраивались и изучали квартиру, мастера приходили и уходили — пришлось менять замок, и они уходили покупать новый, возвращались…
Пани Ирина переживала.
Наконец все починили, пани Ирина забрала что-то ей нужное и распрощалась с нами.
Ну, теперь я по крайней мере не один. Со мной мой сын, его жена и Маша. И Сережина с Алисой собачка Эсетр породы шицу.
По сети со мной связались волонтеры из Киева. Они адресно развозят по Киеву еду нуждающимся. У них уже есть своя страница в Фейсбуке. Попросили написать о них в наших с Олегом ФБ-профилях — чтобы больше людей о них услышали и знали, куда обращаться за помощью. С радостью согласился. Наконец-то нашлось полезное дело! Пусть и небольшая, но помощь тем, кто сейчас выживает под обстрелами. Составил пост, опубликовал, дал ссылку на волонтерскую страницу. И заодно предложил обращаться и другим волонтерам — тем, кому необходимо, чтобы о них узнало больше людей.
Волонтеры сейчас — настоящие ангелы-хранители. И если есть хоть какой-шанс им помочь, и помочь состыковаться с ними тем, кто нуждается в волонтерской помощи — я использую этот шанс по полной.
ОЛЕГ:
Подруга жены, врач-генетик, сейчас в Харькове. Ночует в подвале вместе с собакой и кошкой, спасается от обстрелов.
Волонтеры подвезли в зоомагазин корм для животных. Там, в очереди, она познакомилась с коллегой. Транспорт в городе не ходит, поэтому доктор отправляется на работу пешком, из центра на Холодную гору. Случается, идёт под канонаду и недалёкие взрывы. Это полтора часа по гололёду туда и столько же обратно.
А что делать? Лечить-то надо.
ДМИТРИЙ:
День 18. 13 марта 2022
С приездом молодежи жизнь стала куда активней и суматошней. Выработанный мною распорядок дня полетел ко всем чертям. Я встаю рано, а умаявшаяся за день (за много дней, на самом деле) молодежь спит до полудня. Пора обедать — а они куда-то срываются. Пора ужинать, а их еще нет. Спать ложатся то заполночь, то когда еще и десяти вечера нет. В общем, все вверх тормашками. Ладно, пытаюсь вписаться и заново выстроить свой распорядок. По-любому, это куда лучше, чем одиночество.
Проявились волонтеры из родного Харькова. Посты в Фейсбуке реально работают — киевляне тоже благодарили, эффект однозначно есть. Подготовил и отправил в сеть пост о харьковских волонтерах: чем они могут помочь оставшимся в городе харьковчанам, куда обращаться — и какая помощь требуется самим волонтерам. Очень надеюсь, что и на сей раз эффект не заставит себя ждать.
Проявился волонтерский координационный центр в Израиле. Помогают и беженцам, и тем, кто остался в осажденных городах Украины. Подготовил и опубликовал пост и о них, со ссылкой и контактами.
Наконец-то я занят делом. Понимаю, что это более чем скромный вклад в общее дело — но хоть что-то. А дальше видно будет…
ОЛЕГ:
Паника и ненависть — родные сестры. Обе вынуждают суетиться, дёргаться, совершать ошибки. Обе лишают человека разума, толкают на глупости.
Иногда говорят о холодной ненависти. Мол, она помогает и направляет. Думаю, это самообман. В критической ситуации любые сильные эмоции — помеха. Тут другой алгоритм. Анализируется ситуация, ставится задача, намечается цель, подбираются средства. Время для чувств придет потом.
Да, я живой человек. Паникую, боюсь, случается, ненавижу. И давлю это в себе по мере возможностей, когда надо что-то делать. К сожалению, получается не всегда.
Ну, я стараюсь.
ДМИТРИЙ:
День 19. 14 марта 2022
С утра перепостил у себя в Фейсбуке информацию от доктора Комаровского. Харьковчанин, опытный врач и просто хороший человек выложил в открытый доступ курс неотложной помощи — и не только. Такое люди должны знать — особенно во время войны. Дай бог, чтобы не пригодилось, но лучше путь будет у каждого под рукой.
Алиса, Сергей и Маша активно волонтерят. Алиса верховодит: у нее несомненный талант организатора, а энтузиазм и желание помочь людям — у всех троих. Собирают адресные заказы на медикаменты из Харькова, закупают нужные лекарства во Львове и с другими волонтерами переправляют в Харьков, чтоб там препараты доставили конкретным людям, которые в них нуждаются. Алиса предложила воспользоваться нашими с Олегом аккаунтами, чтобы распространить эту информацию: подписчиков и друзей у нас много, идут перепосты — так что увидят многие. Разумеется, с радостью согласился. Это именно то, что я действительно могу делать, и делать достаточно хорошо и эффективно.
Подготовил пост, опубликовал. Эффект не замедлил проявиться. С одной стороны, пошли заказы на лекарства от харьковчан — в дом числе от друзей и хороших знакомых. С другой — стали поступать донаты от желающих помочь (причем не только из Украины, но и из многих других стран) — так что теперь есть, на что закупать лекарства.
Изрядную часть дня принимал заказы в «личку» Фейсбука и разные мессенджеры, передавал заказы Алисе, отвечал на уточняющие вопросы — в общем, был занят делом.
ОЛЕГ:
Прекрасный художник Владимир Бондарь в дни войны мотается на своей машине между Харьковом и Полтавой. Волонтёрит, спасает людей, под обстрелами вывозит в относительно безопасное место. Очень сокрушался, что был занят и не смог вывезти нас.
Дело это рискованное. На днях одного такого водителя-спасателя накрыло ракетами. Удачи тебе, Володя!
За свою жизнь Бондарь оформил сотни книг современных фантастов; нас в том числе. Сейчас одни писатели, для кого он рисовал обложки и графику, подписывают письма в поддержку войны, другие прячутся от бомб и ракет, третьи стали беженцами, четвертые затаились и молчат.
Фантастика? Нет, жуткий, невозможный, страшный реализм.
ДМИТРИЙ:
День 20. 15 марта 2022
Сегодня поступила еще одна просьба о помощи. Волонтеры — наши ангелы-хранители — они тоже нуждаются в поддержке. Волонтер-харьковчанин на своей машине бесплатно вывозит людей в эвакуацию. А обратно возвращается с продуктами и медикаментами для нуждающихся харьковчан. И так — раз за разом, день за днем. Под обстрелами и бомбежками.
Вот только бензин стоит денег. И продукты с медикаментами стоят денег. Вот и закончились у ангела-хранителя личные сбережения.
Ну как не помочь такому человеку и тому делу, которое он делает? Никак такое невозможно, чтоб не помочь!
Написал пост, дал контакты и реквизиты. Опубликовал. Очень надеюсь, что в результате ангел-хранитель скоро сможет вновь вернуться к своей самоотверженной работе.
Созванивался с Александрой Сомиш. У нее обнаружились знакомые в Лондоне, которые организовали в Англии волонтерский центр помощи Украине. Передал контакты Алисе, чтоб не работать «испорченным телефоном». Пусть договариваются напрямую, координируют действия. А если в итоге понадобится опубликовать в сети информацию по сотрудничеству наших с англичанами — с удовольствием опубликую.
ОЛЕГ:
Маме моей жены восемьдесят лет. Она из «детей войны» — родилась в мае сорок первого, буквально накануне. И вот опять, на старости лет…
Пока она оставалась в Харькове, моя жена категорически отказывалась куда-то ехать. Бомбы, ракеты — здесь мама, и все. В итоге маму церковная община вывезла в Луцк.
Живут они там в пионерском лагере. Еда, крыша над головой. Мама волонтёрит, как может, невзирая на годы. Туалет снаружи, во дворе. Ходить туда фактически зимой — отдельное удовольствие. А если уж ночью понадобится — надо встать, одеться по полной программе, выйти из дома…
Короче, у мамы прихватило почки. Надо было что-то делать. В итоге мы устроили онлайн-консилиум на три города: знакомая врач из Харькова, моя жена из Львова и теща из-под Луцка плюс советы тамошнего доктора. По итогам были назначены и медикаменты и план лечения. Добрые люди смотались на машине в Луцк за лекарствами.
Маму слегка попустило, уже радость. Будь здорова, Жанна Владимировна!
ДМИТРИЙ:
День 21. 16 марта 2022
Понемногу в нашей расширенной семейной коммуне беженцев выработалось некое подобие распорядка дня и разделения труда. Молодежь продолжает активно волонтёрить: собирает заказы на медикаменты, ездит по городу их закупать, списывается-созванивается с другими волонтёрами, которые всю их добычу переправляют через Киев в Харьков, а там развозят по адресам. Просыпаются поздно и вскоре уходят из дому на целый день. Соответственно, почти все закупки продуктов и разных хозяйственных мелочей — на мне. По большому счету, я только за. Закупаюсь всем необходимым для нашей коммуны, понемногу куховарю. Правда, в основном, для себя. Дело в том, что вся эта троица — вегетарианцы. Не жесткие, правда, не веганы, но мяса никто из них не ест. А я ем, и очень его люблю, и без мяса мне плохо и неуютно. Так что мясные блюда я готовлю себе сам, молодежь готовит всякое вегетарианское (зачастую весьма вкусное, надо сказать) — а вот если взять себе порцию их вегетарианского супа, или риса с овощами, или гречки, или овощного соте, или макарон — и добавить туда моего замечательного жарено-тушеного мяса — получается вообще отлично!
Посуду моем все по очереди, или кто первый у мойки оказался. Всякое мелкое по дому — тоже все, у кого первого руки дойдут. Уборкой, правда занимаются наши дамы, за что им большое человеческое спасибо.
В общем, живем дружно, и когда бытовая работа распределяется на всех, каждому в итоге ее достается не так уж много.
Со нами вышел на связь издатель электронных книг и электронного журнала фантастики из Словакии Martin Roger Kralik. Он готовит краудфандинговую электронную антологию рассказов современных украинских писателей-фантастов. Весь доход от этого проекта пойдет в фонд помощи украинским беженцам, оказавшимся сейчас в Словакии. Мартин предложил нам с Олегом поучаствовать в этой антологии со своими рассказами. Понятно, такая помощь — капля в море, но дело без сомнения хорошее, так что мы немедленно согласились. Для начала выслали ему четыре наших рассказа на выбор: можно брать хоть все, хоть любой из них, какой больше понравится.
А самое главное, это дело нам, что называется, «по профилю». Мы на этих сборниках уже не одну собаку съели. Так что решили подключиться к проекту Мартина, что называется, «по полной». Для начала подготовим информационный пост о проекте — на трех языках: украинском, русском и английском. Русский и украинский варианты подготовили, а английский я сделаю завтра с утра пораньше — и опубликую пост от нас обоих.
От Алены, жены Леши, Брониного брата, пришел целый ворох сообщений в Вайбере. Броня их мне переслала из Германии. Алена в Касселе работает в аптеке провизором, а в свободное время тоже волонтёрит: организовывает закупки и адресную доставку в Харьков лекарств из Германии. И ищет теперь дополнительные контакты с волонтерами во Львове и Харькове для лучшей организации поставок. Вот только информацию об этом Алена прислала весьма сумбурную и маловразумительную. Ладно, разберусь с этим на днях. Надо будет как-то собрать все это вместе, структурировать и довести до понятного людям вида. Потом согласовать с Аленой — правильно ли я все понял и изложил? — и тогда уже смотреть, что с этим делать. Публиковать в Фейсбуке? Переслать людям, которые этим занимаются? Алиса в курсе. Но тоже пока мало что поняла. Ладно, когда дойдут руки — покумекаю и прикину, что со всем этим делать.
ОЛЕГ:
А ведь мы незадолго до начала войны начали писать новую книгу. Славную такую, улыбчивую. В перспективе там, разумеется, маячил и драматизм, но всё-таки…
Составили стратегический план от начала до конца. Осознали финал, к чему стремимся. Написали полтора или даже два авторских листа, уже точно не помню. Перезванивались, зачитывая друг другу особо удачные моменты.
И тут упали первые ракеты.
Как ты, книга? Где ты, книга? Будешь ли?!
ДМИТРИЙ:
День 22. 17 марта 2022
С утра пораньше, как и планировал, дописал английский вариант поста о литературном благотворительном проекте Мартина — и опубликовал пост в Фейсбуке. Несмотря на явную неуместность всяких литературных проектов во время войны, реакция на пост хорошая. Потому что с другой стороны — со стороны помощи украинским беженцам, на которую пойдет выручка — проект более чем уместен.
Сразу проявились несколько украинских авторов, пожелавших принять участие в проекте. Мы это предполагали заранее и предприняли следующий шаг, который и планировали. А именно, связались с Мартином и поинтересовались: не против ли он, если мы будем давать его электронный адрес украинским писателям, желающим принять участие в его проекте. Чтобы они прислали ему свои рассказы для антологии. Мартин с радостью согласился. Похоже, у него не слишком много контактов украинских писателей — зато у нас их хватает.
Работаем. Завтра свяжемся со знакомыми писателями, предложим поучаствовать в проекте Мартина и дадим его координаты.
Наконец-то я снова в своей стихии.
…Оказывается, мой сын сегодня утром сходил в районный центр регистрации беженцев и в военкомат. В центре зарегистрировался, в военкомате встал на очередь для постановки на воинский учет. Очередь длиннющая, но ее можно отслеживать по интернету в специальном приложении. Судя по нынешним темпам, очередь Сергея становиться на учет подойдет примерно через месяц.
И ведь молчал, как партизан! Ладно, завтра тоже схожу, зарегистрируюсь и встану в очередь на воинский учет. Давно уже собирался. Но сын меня опередил. Молодец.
Сын сам вызвался завтра поехать вместе со мной в центр беженцев и в военкомат: он-то там уже все места и процедуру знает. Отлично, поедем вместе. А то все мы, на удивление, сейчас так заняты, что иногда и поговорить толком не успеваем.
ОЛЕГ:
Мы в свое время писали статьи и читали лекции о художественной достоверности литературного произведения. Говорили о том, что это область пересечения трёх факторов: знаний писателя, знаний читателя и художественного решения книги.
Сейчас, в реальной жизни, происходит то же самое. К примеру, Харьков под ежедневными обстрелами. Пострадала волонтерская машина, развозившая старикам лекарства и продукты. Погиб водитель, друзья собирают деньги на похороны и помощь семье. Вот жилой дом, куда попал артиллерийский снаряд. Вот последствия этого попадания. Вот телефонный звонок, разговор с друзьями, оставшимися без крыши над головой и вынужденными покинуть Харьков, уехать далеко к родственникам.
Мы знаем этих людей, знаем обстоятельства, для нас факты подтверждены. Это круг наших знаний. Для условного читателя этой заметки все может выглядеть правдой, особенно если у него есть сходный жизненный опыт, или ложью, если он находится далеко, в безопасности, и иначе информирован. Это круг его знаний.
Что же до общего решения ситуации, то оно зависит от самого подхода к происходящему. Подход же зачастую формируется пропагандой, которая ловко выдает себя за беспристрастное освещение событий. И тогда знание подменяется верой, а спорить с верой — пустая трата времени.
ДМИТРИЙ:
День 23. 18 марта 2022
С утра пораньше съездили с сыном в центр регистрации беженцев. Очереди, на удивление не было — наверное, потому что мы приехали вскоре после открытия. Быстро заполнил анкету и получил направление в военкомат. До военкомата прошлись пешком — до него было идти минут десять.
Разговариваем с сыном по-украински. Я в свое время украинский не учил от слова «совсем» — наша семья в 1975-м переехала в Харьков из Севастополя, где в большинстве школ украинского не было. Я тогда учился в пятом классе. Четыре с половиной года «нагнать» было нереально. Поэтому меня от украинского освободили. А вообще в Харькове почти все говорят по-русски. Тем не менее, я читаю по-украински, достаточно неплохо говорю, все понимаю — вот только с грамматикой проблемы. Зачастую мне легче что-то написать по-английски, чем по-украински. А вот говорить, читать и понимать собеседника — куда легче по-украински.
В общем, практикуюсь. С львовянами, кстати, тоже общаюсь на украинском. И, в общем, никаких проблем. Сын мой украинский учил, пишет и говорит лучше меня — но тоже не идеально. Так что и ему практика не помешает. И в конце концов, в Украине мы живем или где?!
В военкомате очередь, но не слишком большая. Сережа говорит, вчера он пришел сюда чуть позже, и очередь была в несколько раз больше. Довольно быстро добираюсь до регистратора, получаю номер в очереди на постановку на воинский учет — и выбираюсь наружу. Там мой сын толково объясняет каким-то мужикам в полтора раза старше него, в какую кому очередь становиться, как получить номер, что с ним дальше делать, как отслеживать продвижение очереди в интернете в специальном приложении…
Поделиться книгой: