Я-Ведьма! (СИ)

'Получается, я могу подпитываться эмоциями некоторое время, а не выпивать их зараз? — подумала я довольно, ощущая лёгкость во всём теле и прилив силы, но меня отвлекла Глафира Павловна.

— Знаешь что, Наташка — всё ещё раздражённым голосом сказала она, не отойдя от перепалки — А забирай эту расчёску себе. Я тебе её дарю.

— Вы что⁈ — вновь подорвалась Верка — Зачем! Она ж на дозу поменяет!

— Да заткнись ты! — отмахнулась старушка и вновь посмотрела на меня — вон какие у тебя волосы длинные, каждый день за такими ухаживать надо.

— Ой, а я не могу — несмотря на привлекательность подобной идеи, сказала я — Это же вам правнучка подарила. Ей будет неприятно, что вы мне её просто так отдали. Но вот взять расчёску на время, попользоваться, я не откажусь.

— Ну — задумалась старушка и улыбнулась — Это ты про внучку хорошо сказала. Давай так сделаем.

— Нашла себе жертву и втирается в доверие — громким шёпотом произнесла Верка — скоро деньги начнёт просить.

Глафира Павловна закатила глаза, а я вернулась на кровать, сняла полотенце и начала расчёсываться.

«А ничего так у Наташи волосы — думала я, глядя на достаточно длинные, почти до пояса, иссиня-чёрные локоны — кончики, конечно, пора бы обрезать, но и так всё выглядит вполне пристойно».

Дойдя до затылочной части, я стала перед зеркалом и чуть повернулась. Хотелось сделать всё аккуратно и не зацепить рану

«А так я ещё лучше выгляжу, по-человечески хоть — пронеслась в голове довольная мысль — Через несколько дней лечения и отдыха меня вообще будет не узнать. Интересно, а какой я стану без всех этих отметин?»

— Хех, наркоманка, а любуется собой — вновь вспомнила про меня Верка.

Я бы наверно промолчала, но лёгкость в теле и ощущаемая сила придали уверенности. Да и устала я уже молчать, не реагируя на постоянные комментарии не нравящегося мне человека. Поэтому развернулась и неожиданно для всех спросила.

— Верка, у тебя что? Телефона нет? Открой его, книгу почитай, отстань от меня наконец.

— Что ты сказала? Какая я тебе Верка⁈ Вероника Михайловна! По имени и отчеству! И на вы! Поняла сопля малолетняя? — взревела женщина и над ней вновь стала формироваться дымка, только теперь в несколько раз больше и плотнее, чем во время ссоры со старушкой. Я тут же мысленно до неё дотронулась и вновь ощутила поток какой-то прогорклой энергии.

— Не поняла — покачала головой я и почувствовала увеличение потока — Мне неинтересно, как тебя звать. Всё равно. И я надеюсь, что у нас это будет взаимно.

— Я тебя сейчас этим костылём по спине, как перетяну! Понятно⁈ — вскочила Верка с кровати и угрожающе подняла приспособление для ходьбы.

— Давай — из-за всё усиливающегося потока энергии продолжила дразнить её я — Действуй. Прямо по спине мне бей. Я тогда сразу к врачу пойду и пожалуюсь. Пусть он тебя за нарушение режима выписывает.

Верка вся покраснела, её глаза налились кровью, а пальцы побелели от той силы, с которой она сжимала костыль. В её дымке даже сформировались какие-то красные всполохи и только тогда я поняла, что перестаралась. Показалось, что она действительно сейчас кинется на меня.

Мысленное усилие и дымка начинает перетекать ко мне всё быстрее, но по какой-то причине, количество её вокруг Верки почти не уменьшается.

— Плевать! — наконец-то сказала женщина — Я тебя сейчас так отмудохаю, что в реанимацию отправишься!

— А ты сразу в тюрьму — напряжённо ответила я, пытаясь втянуть в себя всё больше и больше чужих эмоций.

«Давай! Давай же! — с лёгким страхом думала я, понимая, что если не переломлю ситуацию, то она действительно на меня накинется — Видимо, разговор с Глафирой Павловной её лишь раззадорил, а тут я ещё».

В следующий момент я разом сократила дымку на треть, и из неё тут же пропали алые всполохи.

— А ну-ка перестань! — грозно сказал Глафира Павловна — Права Наташа. Не трогай её и всё. Она же к тебе не лезет.

— Ну ничего — сказала с угрозой уже успокоившаяся Верка оставшаяся почти что без дымки — Встретимся дома, после больницы, я покажу тебе, как старших уважать.

— Глафира Павловна для меня старшая и уважаемая — едва волоча языком ответила я и благодарно кивнула пожилой женщине, после чего, чувствуя себя усталым воздушным шариком, словно бы накаченным энергией, вернулась в кровать.

«Чем больше узнаю об этой странной силе, тем больше вопросов возникает — пронеслось в голове — Почему появились те красные всполохи в дымке? Почему мне стало трудней поглощать энергию с ними? Почему эта серая область долгое время не уменьшалось? Что такое дымка в принципе? Эмоции? Или смешение их с какой-то энергией? Почему в этот раз замедление времени было не таким сильным? Или… Стоп. Я вряд ли настолько могущественна, чтобы воздействовать на такую непрерывную физическую величину как Время. Скорее это я сама на краткий миг каким-то образом ускорилась под воздействием грозящей опасности. Да. А вот это уже похоже на правду».

Спустя несколько минут, за которые мне так и не стало легче, в помещение наконец вошёл наш лечащий врач вместе с уже знакомой строгой медсестрой. Это был крепкий высокий мужчина лет пятидесяти с аккуратной причёской, свежевыбритым подбородком и очками в дорогой оправе. Он был одет в однотонную рубашку, идеально отутюженные брюки, белоснежный халат, и стильные мокасины. После его прихода палата тут же наполнилась ароматом качественного парфюма, отчего Светка как-то по-особому вздохнула, ну или мне это просто показалось.

— Доброе утро, дамы! — бодрым голосом сказал мужчина, и посмотрел на помощницу с папками в руках — Так, нашу новенькую оставим на потом, а пока займёмся знакомыми пациентками.

По палате врач пролетел быстро. Потратив на каждую женщину не больше двух минут. Вопросы — ответы, проверка анализов и вот он уже доходит до меня.

— Ну здравствуйте, Наталья Сергеевна — произнёс мужчина с усмешкой на лице — Меня зовут Евгений Николаевич. Я заведующий отделением травматологии и ваш лечащий врач. Вижу, что сегодня вам намного лучше. Взгляд более осмысленный, вид опрятный, хоть и, конечно, совсем нездоровый. Расскажите, как чувствуете себя? На что у вас жалобы? Вчера нам поговорить так и не удалось.

— На всё, Евгений Николаевич — ответила я, вспомнив ощущения, когда проснулась ночью — тело ломит в местах ударов. Рёбра постоянно болят, не позволяя привычно двигаться и отзываются болью при любых резких движениях. Затылок иногда простреливает, а утром подташнивало и голова кружилась.

— С рёбрами всё понятно, там у тебя трещина. С затылком тоже — кивнул он и тут же нахмурился — Так, а ты зачем повязку сняла?

— Она была затянута на скорую руку и быстро расплелась — ответила я то же что и медсестре — Поэтому сняла её, когда голову мыла, чтобы к обходу очистить всё от крови и вам можно было нормально всё посмотреть, а не впопыхах.

— Сиди ровно — скомандовал Евгений Николаевич и, обойдя кровать, стал прощупывать затылок.

— Мг. Мг — видел он что-то понятное для себя и подозвал медсестру — Дайка её папку.

Открыв документ, врач прочитал несколько строк, довольно хмыкнул и вновь стал передо мной.

— Хроничная субдуральная гематома уменьшилась, да и рана уже не кровоточит — машинально отметил он и подняв на меня взгляд тут же добавил — Это хорошие новости. После осмотра сходишь в процедурную, чтобы намотали тебе новую повязку, но больше без разрешения медсестры, чтобы её не снимала. Поняла?

Последнее слово Евгений Николаевич сказал достаточно жёстко, поэтому я поспешила кивнуть.

— Да.

— Хорошо — сказал врач и начал прощупывать мой нос, а затем констатировал — Тут тоже всё хорошо. Теперь — он достал ручку из кармана, поднял её перед собой и начал водить из стороны в сторону — Следи за ней. Ага. Теперь покажи язык, зубы. Хм. Они, кстати, у тебя остались целы. Повезло. Закрой глаз и указательным пальцем дотронься до кончика носа. Отлично. Второй рукой. Открывай.

«Говорит, что у меня все зубы? — подумала я с лёгким недоумением — Как я вообще забыла их проверить?»

Врач достал из кармана последний айфон, включил фонарик и посветил мне в глаза следя за реакцией зрачка и при этом обнажил на левой руке достаточно дорогие часы.

«Теперь понятно, куда уходят деньги на приведение отделения в порядок — предположила я, пока мужчина заполнял мою историю болезни — Хотя — плевать. Главное, чтобы лечил нормально».

— Противосудорожные добавим, витамины группы В — говорил он, обращаясь к медсестре — плюс капельницу с физраствором и глюкозой. Поможем немного организму.

— Как же вы её уколите — раздался хрипловатый смешок Верки — Она ж наркоманка! Там и вен у неё не видно.

— Я в ваших советах не нуждаюсь и сам разберусь как мне лечить пациента — холодным тоном ответил этот добродушный с виду мужчина.

После этого, с угла Верки и Светы, до самого конца осмотра, не доносилось даже малейшего звука, а я ощутила за спиной целый коктейль эмоций бушующий сейчас в женщинах.

«Это она меня могла пытаться строить, да и то лишь из-за знакомства с оригинальной Наташей. А против такого мужчины, врача, да ещё начальника отделения вообще не котируется» — пронеслась в голове довольная мысль — Может, хоть после этого она немного поумерит пыл? Мне бы просто спокойно здесь полечиться и придумать, что делать дальше со своей жизнью, а не заниматься ненужными противостояниями'.

— Вопросы? Жалобы? Предложения? — оторвавшись от истории болезни, спросил мужчина.

— Есть вопросы, Евгений Николаевич — произнесла я, опустив глаза — Скажите, я могу ознакомиться с результатами анализов венозной крови, которую у меня вчера брали? Мне очень надо.

— Можешь — серьёзно ответил мужчина и, открыв историю болезни на нужной странице, протянул мне.

«Отрицательно, отрицательно, отрицательно» — прочитала я про себя надписи на печатях, напротив клеточек со страшными болезнями и на лице тут же расцветала улыбка, а на глазах выступили слёзы — Спасибо большое.

— Не за что — забирая папку сказал он и строго посмотрел на меня — Надеюсь, эти три недели мы проведём спокойно и без эксцессов?

— Да — искренне пообещала ему я.

— Хорошо — кивнул он мне и улыбнувшись спросил у остальных — У кого-то может ещё есть вопросы? Нет? В таком случае лечимся и соблюдаем режим. До свидания, девушки!

— До свидания — невпопад ответили пациентки.

А как только закрылась дверь, я услышала злой голос Верки.

— Ну, Наташка, ты за всё ответишь.

Глава 5

От немедленной расправы со стороны неадекватной и взбешённой соседки меня спасло неожиданное появление медсестры.

— Фролова — в процедурный!

Кивнув, я медленно поднялась с кровати и, несмотря на головокружение отправилась к выходу. Оставаться рядом с пышущей злобой Веркой даже на минуту — не самое лучшее решение. Эта недалёкая на эмоциях вполне может и костылём огреть, что в моём состоянии, закончится крайне печально.

«Надеюсь, за время моего отсутствия она остынет и поймёт, что претензии за свой длинный язык нужно предъявлять кому-то другому» — подумала я, двигаясь в конец коридора, следом за процедурной медсестрой.

Голова вновь кружилась, в глазах всё плыло, но я продолжала упорно идти в кабинет.

— Ты как себя чувствуешь? — отвлёкшись от своих дел и заметив мою странную походку спросила выглянувшая из помещения женщина — Голова кружится, что ли? Почему сразу не сказала⁈

— Пока сидела на кровати всё вроде нормально было, а как встала, так и повело — ответила я, не став объяснять, что плохое самочувствие вызвано не ударом по голове, а переизбытком энергии, полученным из эмоций Верки. Да и лишнее это. Не поверила бы она мне.

Подхватив под руку, женщина помогла мне сесть на железный стул со спинкой и спросила.

— У тебя резинки есть? Такую повязку будет удобнее накладывать, если волосы заплетены в косы. Так они не будут попадать в рану да и моя работа продержится подольше.

— Нет — тихо ответила я — Откуда?

— Так и думала — донеслись до меня слова медсестры, и я словно почувствовала источаемое ей недовольство.

Однако, несмотря на эмоции, женщина споро взялась за дело и сплела две аккуратные тугие косички, стянув их концы тонкими резинками, которыми в аптеках перетягивают блистеры с таблетками.

Завершив подготовку причёски и удовлетворённо хмыкнув, она перешла к ране, обработала её какой-то мазью и наложила добротную, плотную повязку типа шапочка, закрывающую лоб, темя и пострадавший участок.

— Совсем другое дело — сказала медсестра и, взяв меня под руку, помогла подняться — А теперь давай в палату. Ты, кстати, как? В туалет хочешь? Нет?

— Нет — покачала головой я, прислушавшись к себе — Ходила туда недавно.

— Отлично. Значит, сейчас уложим тебя на кровать и поставим капельницу — ответила женщина на невысказанный вопрос — Как раз тебе надо полежать и немного прийти в себя. Совместим приятное с полезным.

— А можно мне катетер на руку повесить? — спросила я — Чтобы не дёргать вены каждый раз. Это ведь не единичная процедура? Да?

— Думаю на две недели минимум — согласилась женщина, подсчитав что-то в уме и, заведя меня в палату, уложила на кровать — Всё. Не вставай. Я сейчас приду.

Судя по тому, что я мельком заметила после возращения, в палате только что бушевала самая настоящая буря. Я словно наяву увидела, как сцепились Верка и Глафира Павловна. Будто в воздухе всё ещё витали негативные эманации.

— Забегали что-то все вокруг этой наркоманки. Словно кроме неё других пациентов нет! — всё же раздался недовольный голос Верки, но после сказанного она замолчала и больше ничего плохого или провокационного не говорила.

Осознав, что нападать на меня никто сейчас не будет, я как-то расслабилась и словно провалилась в некий транс между сном и явью, лишь изредка реагируя сначала на установку катетера, затем на появление какой-то древней стойки для капельницы и четырёх флаконов с неизвестной жидкостью. Затем, пресыщенное дармовой энергией тело, получившее в том числе и строительный материал, отключилось, тратя все ресурсы на восстановление организма…

Проснулась я резко. Причиной тому послужил достаточно громкий и бесцеремонный мужской голос, раздавшийся в палате.

— Здравствуйте, гражданочки. Следователь Дубравин, районный отдел полиции. Прошу вас на время покинуть помещение. Всё же могут ходить и чувствуют себя хорошо? Мне по служебной необходимо срочно нужно пообщаться с гражданкой Фроловой. Кстати, где она?

— Да вот эта наркоманка, господин начальник — довольным тоном протянула Верка, указывая на мою кровать — Наконец-то этой негодяйкой займутся!

— Лучше бы тобой занялись — зло сказала Глафира Павловна, не отошедшая от очередной утренней перепалки — узнали бы на какие шиши ты живёшь! Где работаешь! Не тунеядка ли⁈

— Уважаемая, статья за тунеядство уже давно отменена — вежливо заметил следователь — Быть безработным — это в теперь не преступление.

— Как же не преступление? — всплеснула руками старушка — На работу не ходит, а каждый день пьёт! Где деньги берёт? Ворует значит! А это что? Не преступление?

Верка что-то недовольно пробубнила и поспешила выйти из палаты, а Глафира Павловна, оставшаяся последней, шёпотом спросила.

— А вы чего пришли-то? Неужто негодяев тех нашли? Кто девочку побил и снасильничать хотел?

— В том, что там тогда произошло, нам предстоит ещё разобраться — как-то обтекаемо ответил следователь и мне почему-то очень не понравились его слова — А теперь прошу покинуть помещение и дать мне немного времени на разговор с потерпевшей.

— Да, конечно — заторопилась старушка.

К тому моменту, как Глафира Павловна покинула помещение я уже открыла глаза, медленно привстала на локтях и, откинув подушку назад села оперевшись спиной о спинку кровати. Затылок после отдыха вновь раскалывался, рёбра продолжали болеть, но хотя бы головокружение и чувства пресыщения энергией прошли. Капельницу, кстати, уже убрали.

«Это же сколько я проспала?» — пронеслось в голове.

Следователь был крепким короткостриженым мужчиной с большими залысинами, пудовыми кулаками и грубыми чертами лица. Он был одет в простые синие джинсы, серый свитер, накинутый на плечи халат, обут в добротные и явно недешёвые коричневые ботинки. А вот в руках почему-то держал старую, потёртую папку из кожзама.

— Наталья Сергеевна Фролова? — спросил он, пристально вглядываясь мне в лицо.

«Нет» — хотела было спросонья ответить я, но тут же взяла себя в руки и кивнула.

— Да

— Отлично — сказал следователь и, подхватив один из старых стульев, стоящих возле стола, сел рядом с моей кроватью.

— Меня зовут Дубравин Юрий Антонович — представился он — Я следователь отдела МВД по Нижнеямскому району. Хочу побеседовать по поводу вчерашних показаний. Нужно кое-что уточнить. Вы готовы⁈