Невезучий вампир (ЛП)

Софи подумала, что это было любезно. На самом деле у нее тоже не было семьи, кроме Томлинсонов, и она оказалась бы в аналогичном затруднительном положении.

— Итак, фамилия Аласдера — Маккензи? — с интересом спросила Софи.

— «Вообще-то, я думаю, Нотте в этом десятилетии», — рассеянно пробормотала Маргарита, оглядываясь вокруг.

— «В этом десятилетии?» — спросила Софи в замешательстве.

Взгляд Маргариты метнулся к ней с пониманием, а затем она слегка рассмеялась. — «Извини. Это семейная шутка, дорогая. Мать Аласдера и Колле — Нотте, а их отец — Маккензи, так что на самом деле они Нотте-Маккензи».

Софи кивнула, но не совсем поняла шутку. Тем не менее, из этих двух имен она подумала, что Маккензи им подходит больше, поскольку она заметила легкий шотландский акцент, когда двое мужчин разговаривали. Софи любила шотландский акцент. Она любила все шотландское и надеялась когда-нибудь побывать там. Все ее любимые фильмы тоже снимались в Шотландии: от анимационного «Храброе сердце» до драматического «Храброе сердце», захватывающего «Горца» и так далее. Поместите в фильм кого-нибудь с шотландским акцентом, и она растает.

—«Возможно, именно поэтому ее так тянуло к Аласдеру», — подумала Софи. Он был шотландцем, и ей нравился его акцент. Конечно, он не сказал ей ни слова, но его брат Колле не затыкался. Она полагала, что было бы разумнее обратить внимание на Колле, который постоянно рассыпался в комплиментах. Но это не так. Она признала в болтовне Колле отработанное обаяние и пустые слова, и ее это не впечатлило. Вероятно, то же самое произошло и с Тайбо, и поэтому он ее тоже не привлекал. Хотя он помог ей выйти из затруднительной ситуации, был обаятельным и забавным, она подозревала, что он играл, просто развлекался. Аласдер, с другой стороны.

Софи продолжала смотреть на увитую цветами арку и задавалась вопросом, выйдет ли она когда-нибудь замуж. Она уже трижды была близка к этому. Ее первая любовь подарил ей кольцо обещания, а не обручальное, но в то время они оба были подростками и учились в старшей школе. Однако, будучи взрослой, она уже дважды была помолвлена. К сожалению, с ее школьным возлюбленным и обоими жениха произошли ужасные несчастные случаи, которые положили конец ее мечтам о собственном муже и семье. Хотя Бобби шутил, что она проклята, она наполовину боялась, что Вселенная пытается ей что-то сказать. Или она была проклята. Это означало, что для нее, вероятно, было бы лучше встречаться с такими парнями, как Тайбо и Колле, а не с Аласдером, которыми она в действительности не смогла бы увлечься. У нее было много горя в ее жизни, и она не думала, что сможет вынести еще.

Глава 4

— «Мне нужно добиться расположения Софи», — прорычал Аласдер, когда они с братом наконец вышли из палатки. Солнце садилось. Скоро стемнеет.

— «Да». — Колле согласно кивнул.

— Но я не умею ухаживать, — раздраженно сказал Аласдер.

— «Проявился твой шотландский. Сейчас это происходит только тогда, когда ты расстроен или обеспокоен, — сказал Колле, его собственный акцент усилился.

— Ну, твой шотландский тоже отчетливо слышан, — с раздражением заметил Аласдер.

— Потому что ты расстроен, поэтому и я расстроен из-за тебя, — сказал Колле с раздражением, а затем сделал паузу, глубоко вздохнул и успокаивающе сказал: — Это и понятно. Ты только что встретил свою спутницу жизни и теперь беспокоишься о том, как убедить ее стать твоей. Но все будет хорошо. Я помогу тебе добиться ее расположения.

— Щенок нашел спутницу жизни?

Аласдер напрягся от этих слов, а затем медленно повернулся и увидел четырех мужчин, стоящих позади него. Его дядя Коннор и его двоюродные дяди Лудан, Инан и Одарт. Все четверо мужчин были как минимум на двести лет старше их и до сих пор считали его и Колле молокососами. Кроме того, все они были охотниками на изгоев в Шотландии и, когда они были не на работе, имели тенденцию проводить время вместе, а это означало, что они особо не изменились со временем. Они остались нецивилизованными варварами своей эпохи. Он не удивился, увидев, что каждый из них был одет в короткий фрак, килт и спорран или что у каждого в руке был большой пластиковый стакан, полный эля. Он был удивлен, что они не принесли с собой свои кружки для напитков.

— «Ну?» — нетерпеливо спросил Коннор. — «Я правильно расслышал? Алли нашел свою спутницу жизни?»

Аласдер вздрогнул от детского прозвища, которое продолжали использовать только его дяди.

— «Да, Аласдер встретил свою спутницу жизни», — сказал Колле, подчеркивая полное имя.

— Черт, — выдохнул Одарт, обращая свое внимание на Аласдера. — «Тебе повезло, ублюдок».

— Да, — согласился Инан, вздохнув, а затем покачал головой. — «Однако это несправедливо. Мы старше. Сначала мы должны встретить своих.»

— «Черт, если бы жизнь была справедливой, мы бы встретили своих прежде, чем их дедушка Кайлен или, по крайней мере, их da’ Gillie нашли своих женщин», — заметил Лудан.

— Да, но ты уже должен понимать, что жизнь несправедлива, — сказал Коннор, пожав плечами, и это звучало как нечто новое.

Все четверо мужчин кивнули и хмыкнули, мрачно соглашаясь с этим, а затем Коннор встряхнулся и резко спросил: — «Итак, если парень нашел свою спутницу жизни, почему вы двое выглядите мрачными, как гуппи?»

— «Потому что он не знает как ухаживать за ней», — объяснил Колле.

— «Какого черта ему беспокоиться об этом?» — спросил Лудан с явным удивлением.

— «Потому что, если он ошибется, он может потерять ее. Навсегда,» — заметил Колле, его тон стал немного сухим. — «То, что они спутники жизни, не означает, что она согласится быть с ним».

— О да, — пробормотал Одарт, теперь тоже нахмурившись.

— «Нет, нет, никаких, о да», — с раздражением сказал Коннор, а затем повернулся к Аласдеру и добавил: — Перестань быть тупицей. Ты не один. У тебя есть семья. Мы поможем тебе завоевать твою девушку, парень.

— Да, мы поможем тебе добиться ее расположения, — сказал Инан, довольный этой идеей.

Аласдеру удалось удержать выражение лица, чтобы скрыть тревогу по поводу этого объявления. Но внутри он проклинал свою болтливость. Он не мог придумать ничего хуже, чем то, что его дяди «помогут» ему ухаживать за Софи, и был совершенно уверен, что их энтузиазм отпугнет Софи. Аласдер внутренне застонал из-за того, что ему не повезло встретить возможную спутницу жизни, когда его дяди были здесь, и это, кстати, был первый раз, когда ублюдки ступили на землю Северной Америки.

— Смотри, парень, — сказал Коннор, по- товарищески хлопнув его по плечу, что сбило бы Аласдера с ног, если бы он не знал своего дядю так хорошо и не был готов к этому. — Мы в мгновение ока заключим твою девушку в объятия.

— Да, — согласился Инан, тоже хлопнув его рукой. — «С нашей помощью вы двое предстанете перед священником, прежде чем сможете сказать: «Фус ер дус (шотл Foos yer doos )».

Аласдер моргнул, услышав приветствие, которого он давно не слышал, которое было обычным явлением в Абердине и на самом деле переводится как «Как дела?». Затем он вздрогнул, когда Одарт тоже сильно ударил его по плечу.

— Мы поможем, — прорычал он, и эти два слова прозвучали как угроза.

— «Да», — это все, что сказал Лудан, и Аласдер забеспокоился что тот тоже хлопнет его по плечу.

— Так, где твоя девушка? — спросил Коннор, поворачиваясь и заглядывая в палатку, заполненную людьми.

— «Красивая брюнетка, сидящая рядом… ой!» — Колле остановился, когда Аласдер толкнул его локтем в бок и многозначительно посмотрел на него. Меньше всего он хотел помощи от своих дядей. На самом деле, то, что они вообще были здесь, когда он нашел ее, казалось огромным невезением. Его дяди были не только старыми и застрявшими в своих привычках, но и чертовски любопытными, что во многом стало причиной того, что он и Колле покинули Шотландию. Они хотели жить без их постоянного вмешательства.

— «Ну? Где она?» — спросил Коннор, оторвав взгляд от людей в палатке и посмотрев на Аласдера.

— Это не имеет значения, — твердо сказал Аласдер. — «Сегодня вечером она спутница другого мужчины. Мне придется подождать, чтобы начать ухаживать за ней.»

— Она с кем-то? — спросил Инан, ужаснувшись одной этой мысли.

— С другим мауни? — спросил Коннор с таким же ужасом.

— Фи, — с отвращением сказал Лудан. — «Какой придурок будет встречаться с твоей спутницей жизни?»

— «Он не может быть бессмертным», — решил Инан. — «Ни один бессмертный не будет настолько глуп, чтобы встречаться со спутницей жизни другого мауни».

— «Он не знал, что она была чьей-то спутницей жизни, когда пригласил ее», — успокаивающе сказал Колле.

— Хм, — сказал Инан с недовольным видом. — Это не много хреново, не так ли? Найти свою вторую половинку, когда она встречается с другим?

Одарт и Коннор согласно хмыкнули, но Лудан нахмурился и спросил: — Он знает, что она твоя?

Аласдер нахмурился, не зная ответа на этот вопрос. Маргарита не упомянула, знал ли Тайбо об этом или нет.

— Тайбо? — Коннор мысленно ухватился за это имя. — «Она с ним пришла?»

Аласдер лишь нахмурился в ответ. Было так обидно, когда другие могли читать твои мысли. Он ненадолго забыл, что его дяди могли, и это не было чем-то новым. Его дяди были на несколько столетий старше его, они всегда могли читать его мысли, как и любой другой человек старше него. Обычно это было в центре его внимания, и он либо контролировал свои мысли, либо предпринимал шаги, чтобы попытаться их блокировать. Однако, найдя свою спутницу жизни, он забыл сделать и то, и другое.

— «Наверное, нам стоит вернуться», — сказал Колле, глядя мимо него и слегка нахмурившись. — «Вал и Тайбо уже идут. Свадьба, должна, вот-вот начаться».

Аласдер оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что сказанное Колле правда. Его кузен Валериан и шафер Вала, Тайбо, как раз обходили здание клуба и направлялись к палатке. Это означало, что невеста и остальные участники вечеринки скоро тоже подтянутся.

— «Да, нам лучше войти», — решил Лудан, бросая свой теперь уже пустой стакан в мусорный бак, установленный возле палатки. Как только другие дяди опустошили стаканы, Лудан начал подталкивать группу ко входу в палатку, прежде чем добавить — «Не беспокойся о том, чтобы заявить права на свою девушку, парень. Мы поможем в этом. Соберемся после церемонии и подумаем, как это сделать. Верно?»

Аласдер просто хмыкнул и постарался не думать, что это, возможно, худшая идея, которую он когда-либо слышал. Он не мог оставить без внимания мысль, что лучшим выходом будет ударить ее дубинкой по голове и оттащить в ближайшую пещеру. Действительно, его дяди были старыми варварами, и он проклинал свою удачу, за то, что они оказались здесь.

Глава 5

Софи услышала справа от себя шум и, оглянувшись, увидела, что Колле и Аласдер вернулись. Или пытались, поняла она, наблюдая, как они общаются с четырьмя мужчинами, двое из которых определенно были похожи на родственников. Они были не такими высокими, как Колле и Аласдер, но обладали смуглой внешностью, а другие двое были близнецами. По крайней мере, они выглядели одинаково и были очень похожи на Аласдера и Колле. Черты лица двух других мужчин были такими же, как и у остальных, но у обоих были темно-каштановые волосы, а не черные. Однако все четверо имели телосложение полузащитников или что-то в этом роде. Она считала Колле и Аласдера большими и мускулистыми, но эти люди превзошли даже их. Она также отметила, что на них были килты, она такие видела в фильме «Храброе сердце», когда они с палашами бросались на своих врагов.

— «Это дяди Аласдера и Колле», — объявила Маргарита.

Софи с удивлением огляделась. — «Действительно?»

Маргарита кивнула, ее взгляд сузился на группу мужчин в проходе.

— «Но они не выглядят достаточно взрослыми», — возразила Софи, а затем криво улыбнулась. — Хотя и вы с Джулиусом не выглядите достаточно взрослыми, чтобы быть его тетей и дядей. Его родители были намного старше вас всех, или сводный брат от первого брака отца, или что-то в этом роде? Потому что у этих мужчин никак не может быть той же матери, что и у любого из родителей Валериана. Она была бы дряхлой старухой, когда появился Валериан.

— " Похоже, есть некоторые разногласия относительно того, где должны сидеть дяди», — пробормотала Маргарита, вместо того, чтобы ответить на ее вопрос.

Софи оглянулась на группу и увидела, что Колле и Аласдер, похоже, пытались направить четырех мужчин к стульям на другой стороне центрального прохода, в то время как дяди, казалось, были полны решимости следовать за Колле и Аласдером, чтобы сесть с ними. Что на самом деле было невозможно. Палатка продолжала заполняться людьми с тех пор, как двое мужчин ушли. Все места в их ряду теперь были заняты, за исключением двух, которые были закреплены за Колле и Аласдером.

Софи начала беспокоиться, что они пройдут дальше по ряду и прикажут другим покинуть свои места ради них, когда мужчина с платиновыми светлыми волосами встал с раздраженным выражением лица и присоединился к мужчинам.

— «Люциан все уладит», — с удовлетворением сказала Маргарита.

— Люциан? — с любопытством спросила Софи. — Он один из друзей невесты, о которых вы упомянули, или…

— Не совсем. Ну. Люциан Аржено — босс Валериана и Тайбо, — наконец закончила она.

— Ох, — пробормотала Софи, наблюдая, как Люциан «разбирается» с дядями. Она понятия не имела, что он сказал, но что бы это ни было, оказалось эффективным. Через несколько минут дяди начали занимать места на другой стороне прохода, но не раньше, чем каждый из них обернулся, чтобы посмотреть на нее.

Не приветствуя внезапное пристальное внимание, Софи слегка нахмурилась, а затем просто отвернулась и показала им свою спину, спросив Маргариту: — «Итак, Люциан — босс Валериана и Тайбо».

— «Да. А эта прекрасная женщина — его жена, Ли,» — сказала ей Маргарита.

Софи коротко взглянула на женщину, о которой шла речь, но затем снова перевела взгляд на мужчин и увидела, что, пока дяди занимали свои места, Люциан, Колле и Аласдер все еще разговаривали в проходе.

— «А красивый молодой человек и хорошенькая девушка рядом с Ли — ее дети, Джемма и Лука», — продолжила Маргарита. — «Они близнецы».

Взгляд Софи снова вернулся к Ли и подросткам рядом с ней. У мальчика были темные волосы, как у Ли, а у девочки — светлые, как у ее отца, и в их чертах прослеживались черты обоих родителей; у обоих были серебристо-голубые глаза Люциана, но в остальном Джемма больше походила на молодую версию своей матери, в то время как у Луки были губы матери, а нос отца. Оба были столь же смехотворно привлекательны, как и остальная часть этой толпы. — «Ну, за исключением людей в первом ряду», — подумала Софи, взглянув на гостей, занимающих теперь места в ряду перед помостом. Некоторые из этих гостей были молоды, некоторые даже привлекательны, но никто не был так привлекателен, как основная масса гостей, и там были даже пожилые люди. Но никаких близнецов. Но, тогда, сколько вообще может быть близнецов? Три пары уже нонсенс.

Повернувшись к Маргарите, она сказала: — «Кажется, близнецы — преобладают в этой толпе. Джемма и Лука, Колле и Аласдер, и я почти уверена, что двое из дядей тоже близнецы. По крайней мере, они похожи на однояйцовых близнецов».

— Инан и Одарт, — сказала Маргарита, кивнув. — Да, они близнецы.

— Инан и Одарт? — повторила Софи.

Маргарита взглянула на нее с удивлением, а затем, кажется, поняла, что имена были не совсем стандартными. На самом деле Софи никогда раньше их даже не слышала.

— «Да. Что ж, я не удивлена, что ты никогда не слышали их раньше. Это старые шотландские имена. Очень старый и сейчас редко используется», — сказала Маргарита.

Софи не сомневалась в этом ни минуты, но затем нахмурилась, когда слова Маргариты прозвучали в ее голове. — «Я не удивлена, что ты никогда их раньше не слышала? Она ведь не сказала этого вслух, не так ли? Она просто подумала об этом. Не так ли? Нет, она, должно быть, пробормотала то, что думала. Не могла же Маргарита читать ее мысли?

— «А вот и мальчики. О, и Тайбо с Валерианом вошли в палатку. Церемония, должно быть, вот-вот начнется.»

Отбросив нелепую мысль о том, что Маргарита может читать мысли, Софи посмотрела в конец ряда и увидела, что мужчины теперь проходят мимо Ли и близнецов, чтобы занять свои места. Затем она повернулась и посмотрела в заднюю часть палатки и увидела, как Тайбо с Валерианом идут по проходу к помосту. Когда он заметил ее, он улыбнулся и она улыбнулась в ответ, а затем вопросительно подняла брови, когда улыбка Тайбо превратилась в нахмуренность и взгляд переместился на Аласдера, как раз в тот момент, когда он занял место рядом с ней. Затем Тайбо закрыла грудь Аласдера. К тому времени, когда она наклонилась в сторону, чтобы снова увидеть Тайбо, он уже прошел мимо их ряда и смотрел вперед.

Гадая, в чем дело, Софи повернулась и села в свое кресло, наблюдая, как Тайбо и Валериан поднимаются на помост. Едва двое мужчин заняли позицию на помосте, бок о бок, лицом к гостям, присутствующим здесь, чтобы стать свидетелями свадьбы, как шепот заставил ее обернуться к входу в палатку и увидеть священника, идущего по проходу в белых одеждах. Ткань развевалась вокруг него, когда он спешил присоединиться к Валериану и Тайбо.

Как только священник занял свое место, заиграла музыка. Софи, как и все остальные, тут же повернулась и посмотрела в сторону задней части палатки. Она не была уверена, что ожидала увидеть, но явно не очаровательного маленького херувимчика в красивом розовом платье с короной из розово-тутовых цветов на голове и огромную белую собаку, за которую она держалась. Одной рукой держась за мех, пока шла по проходу. Мягкое ах пронеслось по толпе, и, как будто это был сигнал, и собака, и ребенок остановились, и маленькая девочка отпустила животное, чтобы дотянуться до корзины, которую она держала, вытащила и бросила пригоршню лепестков на пол. Затем она снова схватила собаку за шерсть и сделала еще пару шагов, прежде чем остановиться, чтобы повторить действие. Софи пришлось закусить губу, чтобы сдержать смех, который пытался вырваться. Это была такая очаровательная сцена, и собака была чудесна: она двигалась вместе с маленькой девочкой и сразу же останавливалась, когда та останавливалась.

— «Это маленькая девочка дочь Натали, Миа», — прошептала Маргарита. — «И ее собака Синдбад. Он обожает Мию».

Софи молча кивнула, не сводя глаз с пары, пока они шли по проходу. Милый маленький херувим находился всего в паре футов от помоста, когда она снова залезла в свою корзину, только чтобы нахмуриться, заглянуть в нее, а затем опрокинуть. Корзина была пуста. На мгновение она выглядела расстроенной, но затем Валериан тихо свистнул, чтобы привлечь ее внимание. Заметив его на помосте, она улыбнулась, взвизгнула и бросилась вперед, Синдбад последовал за ней.

Софи затаила дыхание, наблюдая как маленькая девочка поднимается по лестнице, и все ахнули, когда она потеряла равновесие на последней ступеньке и начала заваливаться назад, но Синдбад был там. Собака схватила ее за воротник платья и подняла, в то время как Валериан бросился вперед, чтобы схватить маленькую девочку.

— Хороший мальчик, — сказал Валериан, погладив собаку, прежде чем выпрямиться, а Миа теперь надежно прижималась к его груди. Миа показала обоим мужчинам свою пустую корзину, что, судя по ее болтовне, ее весьма разочаровало.

— «Думаю, я очарована», — прошептала Софи, наблюдая, как маленькая девочка что-то говорит, размахивая руками и корзинкой. Она не думала, что говорила достаточно громко, чтобы кто-нибудь мог ее услышать, но эти слова заставили Аласдера обернуться и посмотреть на нее широко раскрытыми глазами.

Покраснев от смущения, Софи пожала плечами и сказала почти извиняющимся тоном: — «Она такая чертовски милая».

Аласдер немного расслабился и кивнул. — «Да.»

Софи с любопытством взглянула на него. Это был первый раз, когда он заговорил с ней, и она была очарована хриплым, почти ржавым звучанием его голоса. Как будто он им мало пользовался.

Шепот, начавшийся в задней части палатки и прокатившийся вперед подобно волне, заставил ее снова оглянуться и посмотреть, как симпатичная рыжеватая блондинка идет по проходу. На ней было прекрасное платье цвета шелковицы, передняя часть которого опускалась чуть ниже колен, а сзади- было длинной в пол. Оно имело приталенный лиф и плиссированный пояс на талии и прекрасно смотрелось на женщине.

— Это Джен, — услужливо пробормотала Маргарита. — «Подруга Натали и помощник шеф-повара, в гольф-клубе. Она подружка невесты».

Софи кивнула и наблюдала, как женщина идет по проходу, любуясь платьем и тем, как шифоновая юбка развевалась при ее движении.

За ней шла невеста. Она шла одна и держала в руке букет из белых, розовых и тутовых цветов, она была просто прекрасна. Ее волосы были распущены и мягкими волнами ниспадали вокруг ее прекрасного лица, а на голове была корона из цветов, такая же, как у ее дочери. Натали отказалась от обычного длинного белого платья, традиционного для свадеб, и вместо этого надела великолепное платье из белого атласа и черного кружева. Юбка была из белого атласа с черной кружевной окантовкой по внутреннему нижнему краю, что было легко заметить, поскольку юбка, как и у подружки невесты, была асимметричной: передняя часть была чуть ниже колен, а затем загибалась по бокам, так что задняя часть скользила по полу. Лиф платья был с короткими рукавами и овальным вырезом украшенный черным кружевом поверх белого атласа. Это было совершенно потрясающе.

Когда Натали подошла к ступенькам, Валериан протянул руку, чтобы помочь ей подняться, и улыбка, которой они обменялись, была настолько полна любви, что у Софи защемило сердце. Валериан не отпустил Мию с рук, как она ожидала, а просто держал ее и с любовью переводил взгляд с ребенка на мать, в то время как Натали делала то же самое.

— «Они так любят друг друга», — прошептала Софи, когда священник начал церемонию.

Аласдер проворчал что-то вроде согласия, а Колле перегнулся через него, чтобы сказать ей: — «Это был самый счастливый день в его жизни, когда он встретил Натали. Они созданы друг для друга».

Софи кивнула, потому что это казалось очевидным по счастью и любви, которые излучала пара. С любопытством она наклонилась к Аласдеру и спросила: — «Как долго они знают друг друга?»