Помоги проекту - поделись книгой:
— Это то, о чем я подумал?..
— Наверняка, — подтвердил тот, но мне не стало понятнее, и я уже готова была замахать руками, привлекая внимание и требуя объяснений.
— Согласен.
— По рукам.
Крепкое рукопожатие, и два кровожадных взгляда останавливаются на мне, словно я великолепно прожаренный кусок мяса, вызывающий обильные слюни.
— Что? Что вы задумали?
— Организовываем тебе необычность, — фыркнул брюнет. — Проведешь неделю в обществе сразу двух драконов.
— Что? Нет!..
— Предлагаю Янтарный, — не слушая протестов, обсидиановый подхватил меня на руки, но на этот раз расположив на плечах, как баранью тушку, несомую на убой.
— Не поверишь, хотел предложить то же самое, — усмехнулся блондин, и за спиной послышался шум распахнувшихся крыльев. — Тогда вперед!
Земля резко оказалась далеко внизу, и под мой истошный крик отдалилась еще сильнее, подсказывая телу сжаться от открытого пространства и отсутствия почвы под ногами.
Глава 2
— Голова кружится, — просипела я, как только полет подошел к концу и меня наконец-то поставили на подгибающиеся ноги. — Обязательно лететь так быстро?
Свежая зеленая травка приятно щекотала голые ступни — мои ботиночки в полете потерялись, наверняка упав на чью-нибудь грешную голову. Воздух пах чистотой и немного знобил прохладой.
Поддавшись любопытству, я обернулась, глядя вниз с огромной высоты, и увидела только крыши домов внизу. Вокруг них просматривались улочки, заполненные снующими людьми.
— Обязательно, — буркнул темный. Рядом, как по заказу, приземлился лунный. Хлопнул кожистыми крыльями напоследок и убрал их за спину.
— Осваивается?
— Бросает претензии, — не разделив плачевности моего положения и проигнорировав недовольство, еще и обиженно заявил обсидиановый.
— Эй, огонечек, — позвал меня лунный и подошел ближе. — Иди скорее в дом, замерзнешь.
— Твоя какая забота? — фыркнула я. — Через неделю меня отпустишь и забудешь, как звать. Ах да! Вы же даже не спросили!..
Драконы хмуро переглянулись, видимо, посчитав такую важную деталь общения, как знакомство, не сильно-то и важной.
Я для них огонь, огонечек, крошечка, малышка и прочая розово-развратная чепуха с отсылками на мою принадлежность. У-у-у, зверюги неотесанные! Провести бы вам экскурс по воспитанию и манерам, но вы же все равно слушать не станете, забыв все так же быстро, как запомнили.
— Огонечек, — голос лунного стал елейным, и мне нестерпимо захотелось поморщиться. — Иди в дом, правда. А то унесу.
— Да иду я, иду! — фыркнув в который раз за день, я наконец обернулась к дому, который, надо заметить, был удивительно красив.
Двухэтажный особняк с янтарно-желтой крышей, гладкие песочного цвета стены, украшенные высокими витражными окнами с рисунками в виде листьев, и добротное крыльцо.
Вокруг цвели маргаритки, словно в диком поле, а за дальней стеной особняка возвышалась кривая, но острозубая глыба, словно остров силой оторвали от земли, ломая единый каменный пласт.
Наверное, это был самый красивый летающий остров из тех, который я видела. Не считая третьего по счету дракона, который додумался спрятать меня в темной и сырой пещере, от безнадеги предлагая дышать огнем, чтобы в кромешной темноте было видно хоть что-то.
Бр-р-р! Аж жуть берет от воспоминаний о тех днях! Худшее времяпрепровождение на моей памяти!
Внутри убранство было хоть и скромным, но каким-то изящным. Немного мебели, но богатая, немного украшений, но если есть, то притягивают взгляд. Судя по отсутствию пыли, убирались здесь регулярно, а на летающем острове этим могли заниматься только домовики, прячущиеся в подполах и меж досок полов. Не удивлюсь, если они уже и комнату подготовили, ощутив присутствие чужачки вроде меня. Шкаф, наверное, забит вещами до отвала!
Ориентируясь только с помощью интуиции, я резко повернула в холле и направилась в правый зал, где уже было навалено гнездо из подушек высотой с диван.
Как я и думала.
Слегка разбежавшись, подпрыгнула, пластом падая в мягкие объятия, и лениво потянулась.
В принципе, можно попробовать проспать эту неделю. Мой сон для драконов святое, и чешуйчатые не посмеют его тревожить, вынужденно занимаясь своими делами. Только вот я не умею столько спать!
Опустив подбородок на кулак, я, лежа на животе, согнула ноги в коленях и поболтала ими в воздухе, вглядываясь в вид из окна.
Красиво. Все-таки летающие острова — это диковинка, ступать на которую обычному человеку просто-напросто запрещено, да и не заберешься без крыльев. Нам, носителям огня, такая возможность выпадала ровно раз в год. Рассказывали, что кто-то за время, проведенное на этих островках, даже решался остаться с драконами насовсем, а после сплетал семейное гнездышко на горе драконов.
Но это только глупые россказни о беспросветной любви, существовавшие лишь для того, чтобы замазать сладким вареньем бессовестное воровство!
Лично мне с драконами не везло!
Первый, а его я помнила очень хорошо, был молчалив и упрям. За несколько дней мы, бывало, не произносили ни слова, он просто сидел и таращился на меня, ожидая, когда я поманю его пальчиком и разделю огонь. Не дождался, бедолага.
Второй был получше, но испортил все еще в самом начале, когда я попробовала познакомиться, а в ответ услышала удивленный смешок и вопрос «Зачем?». Желание пообщаться было срезано на корню, и до конца тепла мы просто болтали о всякой ерунде, так и не сдвинувшись с мертвой точки, которую он сам же и поставил.
Про третьего я уже говорила. Жуть жуткая!
И только, наверное, четвертый был отличен от всех остальных. Радагос его звали. Высокий, крепкий, как и положено драконам, он улыбался тепло и приятно, в первую очередь поинтересовавшись моим именем. Я даже имела глупость подумать, что, возможно, он тот самый дракон, но увы — едва я сдалась, позволив себя поцеловать, как этот экспонат потащил меня в койку, уверенный, что все закончится вполне логичным соитием.
О, он был так ошарашен отказом! Выражение лица пораженного дракона я запомнила навсегда!
А теперь эти. Двое. И как только смирения хватило договориться и не начистить друг другу физиономии? Интересно, что они задумали?
Развернувшись лицом в сторону зала, я шумно сглотнула, увидев этих двоих в дверях. Они лениво подпирали косяки своими мощными спинами и, сурово сложив руки на груди, рассматривали мою болтающую ногами тушку с самым откровенным плотским интересом.
Похоже, я знаю, что сейчас будет! Вот уж дудки!
Глава 3
— Даже не думайте, — предупредила я, но мужчины только хитро улыбнулись, потянувшись к пуговицам и поясам на одежде.
Мне оставалось только закатить глаза.
Эти игры в раздевание давно уже никого не удивляли, но, надо признать, я все же засмотрелась, косо поглядывая на рельеф крепких тел и рисунок мышц, которыми были увиты руки, грудь и живот драконов.
Белая накидка стекла на пол бесшумной шелковой лужицей, а черный сюртук, пострадавший от моих зубов, пролетел по воздуху до ближайшей софы. И теперь двое обнаженных по пояс мужчин одновременно оторвались от косяков и медленно потянулись в мою сторону.
Завораживает, но и только.
— Нет. Можете даже не пытаться.
— Совсем-совсем нет, огонечек? — упершись тяжелыми руками в край моего импровизированного гнезда, спросил лунный, игриво дернув уголками губ.
— Совсем-совсем. Если вы думали, что ваши идеальные тела могут лишить меня благоразумия, то вы ошиблись. Уже видела. Неинтересно.
— Так, может, ты хочешь чего-то определенного? — поинтересовался обсидиановый, чуть склонив голову к плечу. — Только скажи, и мы устроим.
— Домой хочу, — разумно предложила я.
— Все, кроме этого, — так же разумно отказался дракон. — Исполним любое желание в обмен на взаимность.
Такое откровенно соблазнительное предложение от чешуйчатых заставило задумчиво закусить губу. Будь я дурой, из-за упрямства, конечно же, не воспользовалась бы их предложением, но тревожные мысли, не дававшие покоя, подтолкнули к решению.
— Все-все?
— Все, что захочешь, — не стал отпираться черноволосый и мотнул головой, отчего его толстенная коса упала на грудь.
— Тогда отправляетесь обратно в город и предупредите мою домовладелицу, что вы меня сперли, — потребовала я, стараясь выглядеть максимально суровой. — Вот, передайте ей деньги за неделю хранения вещей, и предупредите, что по возвращении я съеду.
Вынув из кармана заготовленную пару серебряных монет, я протянула их драконам, задерживая дыхание в ожидании реакции.
— Что ж, — задумчиво пробасил темный. — А что ты взамен?
— Расскажу и покажу, почему вы меня бесите, идет?
Видимо, разобраться в причинах моего категоричного отказа им все-таки хотелось: сцапав монетки с моей ладошки, драконы, не сговариваясь, потопали на выход, не забыв подхватить сброшенные одежки.
Небольшая отсрочка от их постоянного присутствия порадовала. Проводив взглядом два силуэта за окном, я спрыгнула со своего ложа и отправилась на изучение дома.
Мне практически сразу стало ясно, почему они называли его Янтарным. Желтые медовые камешки вкраплениями и инкрустацией поблескивали то тут, то там, заливая дом теплым свечением. Они были в окнах, в отделке колон, в мебели, даже ванная комната, которую я нашла на втором этаже, была украшена россыпью ярких камешков разных размеров.
Вообще, стоило признать — здесь довольно уютно. Особенно мне понравилась столовая, совмещенная с кухней, где был широкий проем на веранду, укрытую от солнца плотным тканым навесом.
Отыскав в забитой до отвала кладовой прохладное яблочко, я вышла на улицу, расположилась в мягком кресле и вгрызлась в алый бок.
Перспектива провести здесь еще неделю расстраивала. Да, красиво, уютно, но так безлюдно, а компания драконов вовсе не радовала, потому что любое наше общение будет расценено как согласие на контакт, и каждый разговор будет закончен предложением вместе разжечь огонь. И не то чтобы я была категорически против близости, но…
Это же драконы! То, что для меня близость, для них животная потребность, необремененная обязательствами! А мне так не хотелось, поэтому мысленно я уже отказала себе в возможности сдаться и попробовать узнать их получше.
А ведь все могло бы быть по-другому…
Будь они хоть немного сообразительнее, сами бы поняли свою ошибку.
Когда-то давно, когда я еще не знала, что ношу в сердце огонь, я слышала множество историй о том, как огоньки оставались с рептилиями и были счастливы. Все эти сказки были украшены множеством романтичных моментов, признаний в любви с первого взгляда и взаимной симпатии. Но чем старше я становилась, тем больше убеждалась — сказкам верить нельзя.
Драконы оказались не влюбленным принцами, а озабоченными самцами, ведомыми только инстинктами. Слепцами и гордецами, неспособными признать неправильность своей тактики.
Просидев совсем недолго на чудесной веранде, я продрогла до косточек и поспешила обратно в дом, прячась от ветра. Драконы должны были уже скоро вернуться, а поглотивший яблоко желудок недовольно заурчал, требуя продолжения.
Но у меня были другие планы. Добравшись до своего места, я по уши замоталась в покрывало и закрыла глаза, чувствуя, как дрема тянет ко мне свои теплые лапы.
Драконы вернутся и приготовят ужин, ведь это их прямая обязанность — быть уверенными, что я сыта и довольна. Раз дают — надо пользоваться. А я пока подремлю, коротая время до следующей трапезы, которая точно пройдет под неустанным контролем ящериц-переростков.
Будучи уверенной как никогда, я точно знала — это был первый и последний раз, когда мне удалось их спровадить. Больше они на этот трюк не клюнут, оплетая меня своим вниманием с макушки до пят, отпуская в одиночестве только по нужде. И то не факт, что не потребуются переговоры.
Где-то на краю сознания щелкнула дверная ручка, послышались тяжелые шаги. Щеки коснулись горячие пальцы, но ресницы не выдали меня, даже не дрогнув.
— Ты обязательно нас поймешь, огонечек, — прошептал кто-то над головой, и я провалилась в крепкий сон.
Глава 4
Нос учуял ароматы жареного мяса, и меня нестерпимой силой голода потянуло наверх. Не открывая глаз, мое тело приняло вертикальное положение в этом полчище шелковых подушек, и я лениво вытянула руки вверх, сладко потягиваясь.
— Огонечек? Ты проснулась? Мы решили, что ты проголодаешься, и приготовили ужин.
«Кто бы сомневался, господин ящерица», — ехидно подумал мозг и тут же добавил: «На то и был расчет!».
Сонно кивнув, я потерла глаза и наконец-то их открыла.
Как я и предполагала, мужчины сидели на полу перед низким столиком, заставленным тарелками с ароматной едой. Перед ними стояли широкие кружечки с рисунками из позолоты. От жидкости шел пар, подсказывая, что это чай.
Меня смутила только одна деталь. Важная настолько, что стоило увидеть ее в крепких лапищах, как сердце сжалось от страха, а глаза невольно распахнулись и отказывались закрываться.
— Эй! Это мое! Отдай! — соскочив с постели, кубарем бросилась в сторону дракона, но тот, предугадав маневр, прямо в полете ловко упер мне ладонь в лоб. — Отдай сейчас же!
— Даже подумать не мог, что ты такая романтичная натура, — холодно ответил мужчина, не позволяя мне выцарапать пухленький блокнот из своих рук. — По острым зубам, прокусившим мне рукав, и не скажешь.
— Отдай!
— Подожди, я еще не дочитал.
— Это низко и подло, — прошипела я, сдавшись.
Все равно мне не справиться с его силищей, и пока этот змей добровольно не вернет мне мои записи, я навряд ли смогу их отвоевать.
— Рассказ «Елена и дракон». Глава третья, второй абзац, — заговорил лунный, сделав небольшой глоток из своей кружки. — «Елена искренне верила, что человек с чистым сердцем не пойдет на ложь и предательство даже во имя великой цели. Подлость и низость свойственны лишь существам поверхностным, неспособным на любовь».
Процитировав строки из моей записной книги, блондин коварно прищурился, замирая в ожидании моей реакции.
А она была, только бушевала глубоко внутри смертельным штормом, наружу вырываясь злым сопением и влажной пленкой перед глазами.
Они не должны были это видеть!
— Кажется, что-то подобное я уже читал, — задумчиво добавил обсидиановый и потер крупными пальцами крутой подбородок. — Хм… Ну, конечно. «Утренний вестник». Колонка с романтическими рассказами от Танцующей Лилии.
Сцепив зубы так крепко, что заломило в висках, я сжала кулаки, чувствуя, что трясусь от ярости и отчаянья.
Поделиться книгой: