Дорога к счастью (СИ)

В таверне я старалась смотреть куда угодно, но только не на милующуюся парочку рядом. Лорд Ингмар очень старательно ухаживал за Изабеллой, наливал ей вино, подавал закуски, резал хлеб и кормил чуть не с рук. Она ласково смотрела на него, улыбалась, хихикала и иногда принимала что-то из его ладоней, непозволительно долго задерживая свои пальцы в его ладонях.

Я краснела за нее, такое поведение неприемлемо для незамужней девушки, даже с женихом. И почему ее брат ничего не говорит? Я взглянула на мистера Аштона: он сурово ковырялся в тарелке и не обращал никакого внимания на милующуюся парочку. Что ж, если его все устраивает, наверное мне не следует лезть. И вообще, какое мне дело до ее репутации? Она взрослая женщина и в состоянии сама решить, как ей действовать!

Изабелла игриво хихикнула. Я коротко взглянула на парочку как раз в момент, когда лорд Ингмар сплел свою ладонь с ее. Этот полный нежности жест показался таким интимным, что я почувствовала себя лишней. Уткнулась в тарелку, надеясь поскорее разобраться с ужином. Раздраженный вздох отвлек меня от жаркого.

— Как вам вино, мисс Элионор? — голос мистера Аштона звучал так, словно на этот вопрос есть правильный ответ, а я на экзамене.

— Спасибо, очень вкусное, — тихо ответила я.

— Давайте я налью еще. — Не дожидаясь ответа, он взял мой бокал и плеснул туда из большого хрустального кувшина.

— Благодарю. — Я потянулась к бокалу, и наши ладони встретились. Я поспешно забрала бокал, отпила вино, пряча взгляд. Кажется, или мне послышался раздраженный вздох? Чем я на этот раз ему не угодила?

За весь оставшийся ужин мистер Аштон больше не сказал мне ни слова, лишь смотрел все более сурово. А потом и вовсе вышел из-за стола, бросив на меня взгляд, полный сожаления. Я в недоумении посмотрела на его удаляющуюся спину. Интересно, что на него нашло? Хотя наверняка человек просто устал: дорога долгая, компания не самая приятная. Я кивнула сама себе: завтра же утром заберу свои вещи и пойду ловить почтовую карету.

Глава 24

Я поковыряла жаркое в своей тарелке еще несколько минут, отпила терпкое вино из бокала и поняла, что чувствую себя неловко. Влюбленные были заняты только друг другом, словно весь остальной мир для них не существовал, так же как и я, их ужин и люди за соседними столиками. Когда я поднялась из-за стола и коротко попрощалась, меня даже не заметили: Изабелла стеснялась, лорд Ингмар рассматривал ее ладонь.

Но не прошло и получаса, как в мою дверь снова постучала Изабелла.

Она вошла с коробками сладкой выпечки в руках, потом позвонила в колокольчик и приказала прибежавшей служанке принести нам чаю.

Служанка замешкалась, видимо, не поняла, куда принести чай, ведь кроме скромной кровати и тумбочки рядом в комнате не было мебели, но под суровым взглядом Изабеллы что-то придумала. Через пару минут в мою комнату занесли столик, два стула, а после уже большой заварник и чайный сервиз на двоих. Большого труда стоило разместить все предметы на узком столике, поэтому Изабелла вернула служанке сливочник и сахарницу, с ней же отправились блюдца. И, когда она была удовлетворена сервировкой, мы приступили к чаепитию.

— Красота! — Изабелла отставила чашку и откинулась на стуле, когда заварник почти опустел, десерты — если не были съедены, то надкушены, чтобы попробовать. — Элли, тебе все еще нравится Маркус, да? — грустно спросила Изабелла.

Я поперхнулась чаем.

— Что? Нет, конечно нет! — замотала я головой.

— Я видела, как ты на него смотрела за ужином. — Она задумчиво поднесла кружку к губам, сделала глоток и посмотрела в темное окно.

— Он не нравится мне, — робко сказала я. — Сейчас уже точно нет, особенно после сегодняшней беседы. Он… — Я встретила изумленный взгляд Изабеллы.

— Что, совсем? Он вроде бы приятной наружности, мне казалось.

Я усмехнулась.

— Он очень добрый и я все еще считаю его привлекательным, ты читала мои неотправленные письма, так ведь?

— Да, — она потупилась. — Прости, я не должна была влезать, но я видела, как он танцевал с тобой, каким веселым и увлеченным казался, и не удержалась.

— Ты ревновала, — сказала я. Она кивнула, хотя я не задавала вопрос, а утверждала.

— Тебе это знакомо? — Тихо спросила она и потянулась за сладкой корзиночкой.

— Почти, — я улыбнулась, заталкивая боль вглубь сердца. — Я не ревновала. Я была уверена, что люблю и что мое чувство взаимно. И, когда увидела его с другой, узнала, что такое разбитое сердце.

— Это ужасно! Вот сволочь! А кто он? Я видела его на балу в Мэриборне? — Изабелла отложила корзиночку и воинственно глядела на меня.

— Нет, не думаю, что он когда-то бывал в Мэриборне, это дело прошлое. Все случилось еще до пансиона, чуть меньше пяти лет назад. — Я спрятала нахлынувшую боль в чашке чая. Да, тогда я не знала, куда деваться от горя, обиды и бессилия. Прошло несколько месяцев до того, как я перестала плакать. И еще почти год, пока я перестала вспоминать зеленые глаза Теодора Аштона.

— Мама рассказывала, что Теду тоже не повезло в любви, — пробормотала Изабелла, и я вздрогнула. Как будто она подсмотрела мои мысли.

— Она говорила, что никогда его таким не видела, та девушка для него затмевала и солнце, и звезды. Это тоже случилось пять лет назад, представляешь? Вот это совпадение!

И правда, совпадение. Я отставила кружку на столик, ловя каждое слово Изабеллы.

— Он должен был тогда уехать с нами посередине сезона, потому что я заболела, но остался, а потом и вовсе написал, что попросит ее руки, — сказала она и отпила чаю.

Кажется, я не дышала. Это обо мне речь? Нет, вряд ли, ведь мне предложения он не сделал.

— Родители были в шоке, конечно, — продолжала Изабелла. — Ведь они не были знакомы с этой дамочкой. Но все равно дали свое согласие, потому что видели, как сильно ее любит Тед. И как только я поправилась, мы все сразу поехали в Аркендолл, чтобы встретиться с девицей.

— И как? — прошептала я.

— А никак! — Изабелла всплеснула руками. — Она отказала ему, представляешь? Настолько разбитым я брата не видела никогда.

— Это та невеста, о которой ты рассказывала в пансионе? — с трудом проговорила я. Губы онемели. Меня не оставляло ощущение, что речь шла обо мне, но я не отказывала ему! Потому что он ни о чем меня не просил!

— Нет, что ты! — усмехнулась Изабелла. — Ее он сам бросил, и я до сих пор не знаю, почему. В ее объятиях он нашел утешение после той вертихвостки, которая разбила его сердце. И почему он бросил Николь, мне непонятно, и я все еще на него зла!

— Почему? — Дрожащими руками я взяла кружку, пытаясь спрятаться за ней.

— Мы с Маркусом должны были пожениться сразу после Теда, буквально через месяц, — вздохнула Изабелла. — Когда Тед бросил Николь, я была в ярости. Как он мог? У нас с Николь было столько планов на четверых, мы выбирали свадебные путешествия вместе, и все пошло насмарку! И потом я просто не смогла устроить свадьбу, когда у подруги такое горе. Матушка разозлилась, родители Маркуса тоже не остались довольны. — Она поморщилась. — Но что я могла сделать?

Мы помолчали. Если бы Виола оказалась в такой ситуации, я наверное тоже отложила бы торжество.

— Изабелла, а почему ты отказалась от свадьбы совсем? Почему не отсрочила событие?

— Ох! Элли, это так сложно… — Она заломила руки, откидываясь на стуле. — Он не понял меня, представляешь? Он повел себя так, словно я какая-то капризная малявка, совершенно наплевал на то, что я чувствую, на то, как у меня болит сердце за подругу, как я злюсь на брата. Только и повторял, что я не знаю всей правды, а чего именно не знаю и не понимаю — не уточнял. Ну и я обиделась.

Я понимающе кивнула.

— Знаешь, сегодня я не могла поверить своим ушам. И когда мы помирились, я поняла, как скучала. Я действительно хочу дать ему еще один шанс, — тихонько сказала она. — Но я все еще не уверена в том, получится ли.

— Почему? — удивилась я.

— Не знаю, Элли. Что-то меня беспокоит, мне нужно больше времени. И я понимаю, что не смогу ничего понять в пансионе, где все регламентировано вплоть до голубой каемочки на подоле. И дома не смогу, там все будут подбадривать и торопить…

Я согласно кивнула. Да, пансион точно не то место.

— Поэтому мы поедем с тобой в Хальмо!

— Что?

— Ты ведь не против?

— Я завтра пойду ловить почтовую карету. И мистер Аштон заметно утомился, да и отрывать от дел я его не хочу…

— Забудь про брата, он может ехать куда хочет как только проснется. Мы сами отвезем тебя. Но мне нужно побыть с ним наедине, понимаешь? Я хочу быть уверена, что не сделаю ошибку, выйдя за него. — Она потупилась, сминая подол платья в напряжении.

Я отставила кружку с чаем, вздохнула.

— Как вы сможете побыть наедине со мной в карете, Белла?

— Ну, мы же не все время будем ехать. — Она игриво хихикнула и потянулась за еще одной пироженкой. — Так ты не против, Элли?

Я улыбнулась, помотав головой. Раз она настаивает. Все же в карете лорда Ингмара намного комфортнее.

— Ура! — Изабелла запрыгала на стуле. А я размышляла. Выдержу ли я остаток пути наедине с воркующей парочкой — это вопрос.

— Ох, ну какой же вкусный чай! Слушай, точно не хочешь купить то пурпурное платье, которое я тебе сегодня показала? Если добавить к нему ленту по подолу, оно станет просто сногсшибательным!..

Мы проговорили о платьях и лентах еще, наверное, час. Потом еще час о мадам директрисе, матронах и суровых пансионских традициях. Потом о Портере и других участниках бала у мэра. Но мои мысли все крутились вокруг мистера Аштона.

Он хотел сделать предложение какой-то девушке пять лет назад. Пять лет назад в столице он почти месяц танцевал только со мной. Могла ли быть другая в то же время? Или речь о той даме, с которой я увидела его на балу графини Мирье?

Он хотел сделать предложение, настолько был влюблен. Он не хотел ждать родителей, так спешил.

Пять лет назад я была уверена, что еще чуть-чуть, и стану самой счастливой женщиной на свете, ведь я была уверена, что скоро получу предложение от самого прекрасного, умного, ловкого и любимого мужчины.

Пять лет назад… Не важно! Кому он там делал предложение, кто его тогда расстроил — не моя проблема и не должно волновать меня. Эта книга закрыта. Сейчас мне надо добраться до Хальмо, а мистер Аштон, узнав, что я в его помощи больше не нуждаюсь, завтра уедет по своим делам, и я больше никогда его не увижу.

Изабелла ушла лишь под утро, тогда же и я прилегла, чтобы проснуться от грохота: кто-то барабанил в мою дверь. Я торопливо открыла. В проеме стоял взволнованный лорд Ингмар.

— Мисс Элионор, скорее! Мой конюх доложил, что видел слугу Портеров.

Глава 25

Я наскоро собралась, сбежала вниз. Изабелла уже сидела в карете лорда Ингмара и махала мне, чтобы я шла быстрее. Но мистер Аштон перегородил дорогу.

— Вы поедете со мной, — сурово сказал он и бодрым шагом пошел к своей карете. Я пожала плечами удивленной Изабелле и пошла за ним.

Как только карета тронулась, мистер Аштон достал из-под сиденья мою котомку.

— Открывайте, мисс Маклейн! — Он подвинул котомку к моим ногам и снял плащ.

— Что? — уточнила я, надеясь, что ослышалась.

— Открывайте, не делайте вид, что не поняли. — Он снял камзол начал закатывать рукава рубахи.

Я молча смотрела на него, не понимая, что происходит.

— Я не собираюсь демонстрировать вам мои личные вещи, сэр!

Он устало вздохнул.

— Мне не нужны ваши личные вещи, неужто я не видел в своей жизни женских панталон, — пробормотал он, и я вспыхнула. Какой стыд! — Давайте начистоту, мисс Маклейн. Нас не могли найти, прости не могли. Мы путали следы, ехали тропинками и неприметными дорогами, нигде не останавливались, кроме тихих гостиниц. На ваших вещах наверняка есть заклинание слежения, другого варианта нет.

Я задумалась. Скорее всего он прав, но кто мог поставить заклинание на мое белье или платье? И при чем тут мистер Аштон?

— Как вы собрались снимать заклинание, даже если найдете источник? Нужно искать мага!

— Я маг, мисс, — тихо сказал Теодор, словно это делало ему больно.

Удивительно, ничего не скажешь. Кажется, у меня рот открылся от изумления. Маг?! И почему я об этом ничего не знала? Хотя, учитывая завершение наших отношений, все более чем логично.

— Открывайте.

Я развязала шнурки котомки, и только в этот момент поняла, что на самом верху лежал сверток с едой, которой я запаслась для побега. И сыр в этом свертке явно отжил свой век. Я смущенно взглянула на мистера Аштона. Он поморщился и протянул руку. Я робко отдала ему сверток, и он, даже не взглянув, сразу выкинул в окно кареты. Я проводила глазами несчастный сверток, из которого выпал подпорченный сыр и хлеб. Вздохнула и достала книгу «Честь и долг» Мари Дипьюи. Мистер Аштон подавил улыбку, но его глаза смеялись. И что его так развеселило?

Он провел ладонью по книге, и магия на миг осветила его лицо. Черты заострились, и я не могла оторвать от него взгляда. Настоящая магия! Зеленые глаза Теодора горели невероятным, завораживающим огнем. И этот огонь не обжигал, он приглашал, манил, обнимал… Карета покачнулась, и я взяла себя в руки. Достала еще одну книгу из котомки.

— Ничего. Давайте следующую, — сосредоточенно сказал Теодор.

Он проверил все три книги, которые я взяла из пансиона, брошь папы и шаль мамы, оба платья — ничего. Теперь мои вещи покоились рядом с Теодором на сиденье кареты. Я смущенно держала в руках котомку: там остались только чулки, подвязки, сорочки и панталоны. Под суровым взглядом мистера Аштона я достала подвязки: розоватые ленточки с вышитой бабочкой на конце. Я осознавала, что краснею, и надеялась, это не слишком заметно в полумраке кареты. Он провел ладонью по подвязкам, аккуратно положил их на платья и протянул руку для нового предмета. Я достала чулки. Жилистые и тонкие пальцы Теодора прошлись по шелку, едва дотрагиваясь. Я вспомнила, какими твердыми могут быть ладони этого мужчины, когда он ведет в танце, какими теплыми они бывают, когда он сжимает мою руку. Какими нежными и мягкими, когда он убирает выбившийся локон с моего лица. Я почувствовала острую, жизненную необходимость, чтобы эти ладони снова дотронулись до меня. Я порывисто вздохнула и поймала на себе взгляд зеленых глаз. Что-то изменилось: в них плескалась непреодолимая мука, смешанная с желанием и надеждой. Воздух между нами наполнился электричеством. Я чувствовала себя кроликом, сидящим в одной клетке с рысью.

— Элионор, — тихо позвал Теодор, и я зажмурилась. Нет, нет, он разбил мое сердце однажды, я не могу ему позволить сделать это снова! — Элли…

Вдруг карета остановилась. Через пару мгновений дверца открылась.

— Ну что? — спросил лорд Ингмар.

— Мисс Маклейн, подайте вашу сумку. — Теодор протянул руку.

Я послушно вручила мистеру Аштону свою кототмку, пряча смущение. Пусть проверяет мои сорочки и панталоны, я в этом не участвую! Эта книга закрыта, хватит с меня!

Краем глаза я заметила, что Теодор котомку не открыл, а просто провел рукой по боку сумки, медленно, сосредоточенно, очень аккуратно.

А я вспыхнула. Нельзя было с самого начала так сделать? Надо было вытащить мое белье и пощупать его?

— Все чисто. На ваших вещах нет заклинаний, — сказал Теодор, протягивая мне котомку. Я резко выхватила ее. Он кротко улыбнулся и подал мне чулки с подвязками. И это все на глазах лорда Ингмара! Развратник!

Я рассвирепела, шумно выдохнула и забрала свои вещи. Быстро запихнула их в котомку, потом туда же затолкала платья и остальные вещи.

Пока я собиралась, мужчины тихо переговаривались. — Я проверил кареты, тоже все чисто, — сказал мистер Аштон. — И в вещах мисс Маклейн ничего нет.

— Изабелла сказала, что, кроме своих вещей, ничего из пансиона не брала. Да и как бы этот человек мог наложить на ее вещи заклинание слежения? Они не пересекались толком даже до дня побега, — сказал лорд Игнмар.

— Да, странно. Но очень похоже на следилку. По-другому быть не может…

Стоп, что сказал лорд Ингмар?